Миссия длинною в жизнь

Солнце только-только показалось из-за горизонта и охватывало своими жгучими лучами верхушки барханов, песчаные выветривания и небольшие столбики из песка, твердые будто камень, благодаря ветру, кропотливо выделывающему свою работу, вытачивая их по песчинке, они самых необыкновенных и причудливых форм. Небо еще ярко-желтое у линии горизонта, весь этот рассвет завораживал любого, кто решит на него взглянуть. Но только не для Канкуро Но Собаку. В это утро он бы предпочел оказаться в окружении врагов с одним кунаем на изготовку, всяко лучше, чем идти на ковёр к младшему брату. В Суне все знали, Казекаге не любит, когда его приказы не исполняются, в такие момент он зол. Многие клянутся жизнью, что в это время даже воздух в его кабинете становится холодным, словно лед, что дух перехватывает от одного его взгляда, а ноги и руки исходят трусцой. Но такое нарушение кукловод бы пережил, даже волновался бы не сильно, у него были проблемы посерьёзнее проваленного задания. В Суне все знали, Казекаге приходит в ярость, когда его близким угрожает опасность. Все знают, Казекаге женат, и его жена лицо неприкосновенное, для каждого, кто не собирается умереть в адских агониях. Такой смертью, какую нельзя вообразить даже самым извращенным умом. Последний псих и садист, будет ангелом воплоти, по сравнению с правителем песков. О том, что жена Каге беременна, знают очень немногие, но они предпочли бы этого никогда не знать, ведь теперь даже дышать в её сторону потенциально опасно. Любое её недовольство или действие совершенное в её сторону, вызывающее его недовольство, и виновнику умереть покажется вознаграждением. В том, что смерть станет мечтой столь прекрасной и не достижимой никто не сомневался. Казекаге Гаара гениален. Он совсем молодым встал на пост главы деревни, молодой правитель силен, предан и верен своему селению, семье и друзьям, это знаю все. Но то, что он беспамятно влюблен в свою жену знают немногие. Зато каждый осведомлён, избранница самого Каге, не многим уступает мужу, её сила достойна уважения сильнейших шиноби. Одним своим именем, эта куноичи способно вызвать животный страх у врагов, ещё на войне показав себя сильным лидером, в послевоенное время она стала худшим противников. Став одной из немногих, кто способен обратить в бегство целый отряд сильных джонинов, одним своим видом, она несла и сеяла смерть всем, кто станет на её пути. Но причину, по которой глава деревни уже третий день норовит убить все живое, не знает никто. И сейчас Канкуро отдал бы многое, лишь бы не идти к младшему брату.

За три дня до, POV Хината Тошнота явно не распологала к прекрасному настроению, а встревоженное лицо Гаары, маячившее рядом, больше злило, чем успокаивало. И вообще, это утро было одним из худших, пробуждение от рвотных позывов то еще удовольствие. Сомнительное. Явно сомнительное. Мой муж всё ходит вокруг, от этого мельтешения тошнит ещё больше, я начинаю злиться. Вдох — выдох, дыши медленно, Хината, всё хорошо. Гаара тут не причём, хотя еще как причём, я ребёнка не одна делала, так, спокойнее Хината, спокойнее. Выгнать Гаару на работу всё же приходиться, сон накатывает тёплой волной, спать, очень хочется спать, а ещё есть, но думать о еде нельзя, опять тошнит, да что же это за ад?

Кабинет Гаары. — Канкуро, ты один из немногих кому я доверяю, ты часть моей семьи. — Голос младшего брата как всегда спокоен и прохладен, но кукольник улавливает: и нотки беспокойства, и искренне неподдельное волнение, и даже некую беспомощность. Что совершенно непривычно для всегда собранного, готового в бой, Гаары. — Что-то случилось? Ты сам на себя не похож. — Марионеточник, волнуется, уж он знает, таким младший братишка бывает крайне редко, слабости он не показывает. Да, испытывает, как и все нормальные люди, но не показывает, не привык. Знает, что будь на то воля брата, и он бы ничего не уловил, не заметил таких ярких для него проявлений чувств. Однако ему позволили это сделать. А значит дело срочное и безумно важное, значит что-то случилось с близкими людьми. — Хината беременна. — Как обухом по голове, такие детали ему точно никто не рассказывал, он скоро станет дядей, сначала от Темари, теперь и младшенький постарался. Одного из самых опасных шиноби Суны, вдруг, совершенно неожиданно для него самого захватывает волна то ли умиления, то ли просто счастья, дважды дядя, надо же. — Йоу, Гаара, это же отлично, я сделаю из него истинного мастера марионеток. — Почему-то в расчёт совершенно не бралось, ни то что родиться может девочка, ни мнение самих родителей, а уж желание ученика подразумевалось, как само собой разумеющиеся. — Канкуро. — Мастер марионеток понимал, что случилось что-то ещё, что-то заставляющее Гаару метаться по кабинету, словно он тигр в горящей клетке. Но мозг упрямо не хотел думать, что с Хинатой могло быть не всё в порядке, однако уже подбрасывал шальные мысли об осложнениях и прочей ерунде, вообще-то, в проблемах беременных он был не силён, но тревога уже начала протягивать свои мерзкие ручонки и к нему. — Я хочу, чтобы ты присматривал за Хинатой но Собаку до наступления родов и несколько недель, после таковых. Считай это заданием S класса, оплата соответствующая. Выполняй. — Хай, Казекаге-сама. Покинув здание резиденции, кукольник сразу направился к дому своей цели, конечно Гаара мог просто попросить его присматривать за Хинатой, но не умел, и Канкуро всё понимал. Он чувствовал и свою вину в этом, где это видано, что младший брат не может попросить его о помощи, просто, без приказов и рангов, но четко понимал, сами виноваты, все, не только он и, как ни странно, легче от этого не становилось. Он в последнее время любил приходить в гости к младшему брату. Холодная, казалось бы, квартира, наполнилась особым уютом. Глаз опытного шиноби не мог не отметить мелкие детали, кардинально изменившие всю обстановку. Несколько подушек на диване, пару мелких статуэток на полках, забытые сережки на кофейном столике, кухня, в короткий срок, словно впитавшая в себя божественные ароматы, самой вкусной еды, что он пробовал. Да и сама кухня всё такая же чистая, как и раньше, но уже не напоминающую филиал госпиталя. Больше тарелок в сушилке, причудливо яркое полотенце, с нравом брата не сочетающиеся от слова совсем, милый белый передник, представь в таком Каге и можно помереть, не то со смеху, не то со страха, что выше упомянутый однажды об этой глупости узнает. Но главным было другое, все комнаты наполнились теплом и светом, ранее казавшиеся мрачными и с темными углами, теперь они привлекали теплом и простором. И все это сюда принесла Хината, сомнений в этом не было, как и у Гаары не было шансов, не полюбить эту девушку. Когда всё только начиналось, кукольника терзали сомнения, не рушат ли они этим две жизни? Не обрекают ли браком на жизнь полную боли? Но сомнения отступали, падали и сдавались под натиском Хьюго, он сам пал под её простотой и очарованием. Он помнил, что перед ним сильный воин, но отказывался верить, что эта хрупкая девушка, матёрый шиноби. И сейчас попивая чай на кухне, он легко улавливал признаки недомогания на сонном лице. Тени под усталыми глазами, казалось силы медленно покидали, молодое тело. Но спустя минуты, главная куноичи деревни преобразилась, легкое платье, собранные в хвост волосы, едва заметный макияж и вот перед ним, та самая непоколебимая леди пустыни. Сильная и уверенная в себе. Такая запросто могла вести за собой народ, было в них с Гаарой, что-то такое, что заставляло идти следом. За такими пошли бы и на смерть, собственно и шли, во время Четвертой Мировой, так шли на каждое сражение, тогда вернуться домой мечтали и только. Но за ними упорно шли в самое пекло, такие люди всегда вызывали особое восхищение, мало просто найти силы в себе, отыскать их в других, это задачка посложнее. — Ох, Канкуро, здорово, что ты зашёл, я сегодня хочу столько всего сделать, помощь будет кстати. — В фиалковых глазах горел огонь предстоящих свершений, не то чтобы это сильно пугало, скорее настораживало. Никогда не знаешь, что ожидать от куноичи, если она при этом сильна, то угадать можно и не пытаться, если она беременна, пора начинать нервничать, уж это он знает на примере Темари.

POV Хината

Когда утренняя тошнота наконец оставила мое бренное тельце, любовь к окружающим снова вернулась ко мне из раздела лютой ненависти ко всему живому. Приход Канкуро был как нельзя кстати, к своему возвращению в Суну я и правда составила немалый список дел. Первым делом мы направились в резиденцию, где приходилось прикидываться болванчиком, отвечая кивками и улыбками на многочисленные приветствия со стороны рабочих. Дойдя до чинуш распределяющих команды генинов, я запросила дела своих старых знакомых. — Мне нужны личные дела генинов Чи, Джун, Айка, состоят в одной команде, недавно им назначили нового наставника. — Требовательный голос у меня стал получаться всё лучше, так что двое молодых чинушь заметались по всему кабинеты с бешеной скоростью, перебирая папки с личными делами. — Имомото, зачем тебе личные дела генинов? — Канкуро выглядел и впрямь очень озадаченным, он то не знал, что эта троица стала моими хорошими знакомыми, во всяком случае, я действительно переживала за этих мальцов, было в них что-то цепляющее. Что-то далекое, что-то задевающее струны моей души, те самые, оставшиеся в далеком детстве. Те, что казалось уже давно оборваны. Дела нашлись быстро и с фотокарточек на меня смотрели знакомые мордашки. Новым капитаном этой троицы стал Иро Касами, клан за ним не стоял, особых надежд уже давно не подаёт. Джонин крайне посредственный, один из сотен ниндзя. За ребятами был закреплен восточный полигон, с дел я взяла копии, дома просмотрю внимательнее, хотя ничего интересного как такового там не было. Генины еще никак себя не зарекомендовали. После я носилась со своим отрядом АНБУ, ребята и так долго были в подвешенном состоянии, поэтому я просмотрела их отчеты и потащила весь состав на полигон. Кукольник от моего энтузиазма и направления движения, едва только не в обморок падал, а вот бледнел знатно. Еще и бубнил, что-то вроде «Гаара меня убьет!», то что его прислал мой дорогой и очень заботливый муж, меня не удивило от слова совсем. Чего-то подобного я от него и ожидала. Но очень скоро мастеру марионеток довелось выдохнуть. Ребят я ставила в спарринги с друг другом, в то время как остальные вместе с самим провожатым, страховали мою тушку. Я была достаточна сильна, чтобы самостоятельно о себе позаботится, но не достаточно самоуверенна, чтобы забыть о ребенке и скачках в контроле чакры. О последней к моему сожалению уже очень скоро придется забыть. Беременность — не развлечение, а для куноичи тот еще стресс, чакра не поддаётся нормальному контролю, физические нагрузки нужно ограничивать, да и сам образ жизни оставляет шлейф проблем. Многие раны и травмы, полученные в далеком прошлом, могут здорово аукнуться сейчас. Поэтому сразу после тренировки я дала ребятам миссию в стране Волн. А сама решила пообедать, да и Гааре занести. Уж больно резво чинуши от его кабинета бегали, надо бы успокоить, а то так у половины работников резиденции резко сердечко шалить начнёт, на нервной то почве. Этим я собственно и занялась, Канкуро свою порцию обеда изъял, но есть отправился в мастерскую, я против ничего не имела и сразу потопала к родному мужу. — Можно? — В помещении и правда было мрачновато, иногда меня посещали шальные мысли, что этот кабинет подстраивается под настроение своего хозяина, не иначе. По другому такие метаморфозы объяснить сложно. — Конечно, тебе я всегда рад. — Собаку но, тут же подскочил мне навстречу и забрал из рук свиток, будто он при своем мизерном весе мог сильно меня утомить. — Как ты себя чувствуешь? — Уже лучше, не переживай так, это просто токсикоз, нормальное явление. — Судя по взгляду, в голове у него плохо укладывалось, как выворачивания желудка наизнанку вообще может быть нормальным явлением. — Надеюсь это так, чем занималась? — Я пустилась в рассказ о своих небольших приключениях, в то время как лицо моего мужа выражало целые гаммы чувств и эмоций, по поводу того или иного моего действия. — Твое предводительство АНБУ, сейчас слишком опасно и… — Я не знаю, что он еще хотел сказать, но злость была быстрее. — Я не оставлю свое подразделение! — Даже немного детская обида наполнила всю меня, словно он хотел отобрать мою самую любимую игрушку. И пусть высококлассные бойцы на такое определение явно не подходили, других ассоциаций у меня не было. Кажется Гаара абсолютно точно не знал как со мной теперь быть, потому что мой внезапный гнев вызвал в нем полное недоумение. Я еще и сама не понимала как быть со своей беременностью и как себя следует вести. Но обида была сильнее здравого смысла. Ситуацию как-то разрядил Канкуро, его голова появилась в дверном проеме, а глубокомысленно произнесённая фраза заставила рассмеяться. — Попытаться запретить что-то беременной жене, это смело. Но твоя жена одна из первоклассных убийц, ты очень смелый, суицидник. — О чем думал Гаара, мне узнать не дано, но таким потерянным я его никогда не видела.

Продолжение следует…