Destroy/Разрушение

Мое разрушение начинается - сейчас. p.s. Harry

Vanic x K.Flay — The Cops 5SOS — Gotta Get Out

POV Samantha

Я проснулась от дикой головной боли, слушая надоедливое капанье воды в ванной, скрежет веток деревьев об окна, то, как поворачивается моя соседка на кровати. Прикрыв уши ладонями, я перевернулась лицом в подушку проклиная каждый шорох. Не помню чем вчера все закончилось, и почему я до сих пор не в своей комнате. Ну конечно, моя подруга заставила переночевать здесь, а утром встать пораньше чтобы подготовиться к первому учебному дню. — Марли, — я пихнула ее в плечо, отчего та недовольно застонала. Ее веки медленно открылись, а глаза были красными. Вчера мы изрядно напились, провожая последний день каникул. Хоть мы пили почти каждый день на протяжении всех трех месяцев, но всё равно же надо этим и закончить. Правда вчера все вышло из строя потому что бутылки из-под пива, вина, бурбона и прочей дряни валялись по всей комнате. А это только одна комната. С нами на двуспальной кровати спали еще пять человек, так что это было похоже на какую-то оргию. Мой взгляд метнулся к часам, и я с ужасом заметила маленькую стрелку на восьми двадцати, потому что через сорок минут начинаются занятия, — Нам нужно вставать. — Еще немного, — сонным голосом прохрипела она, вновь закрывая глаза. Я знала - если сейчас это не остановить, то она заснет окончательно. Я подняла простынь, надеясь на наличие на своем теле одежды. Облегченно выдохнув, я подметила только несколько пятен от алкоголя на своей футболке и грязные полоски от кетчупа на шортах. Буду надеяться, что это кетчуп. Я ударила Марли по щеке, тряся за плечи, после чего она мгновенно встала с криками, типа — "идиотка" или "ненормальная". Но я привыкла потому что по законам жанра мы почти каждое утро так просыпаемся. Найдя свои сумки в этих зарослях мусора и одежды, которая уже тоже похожа на мусор, мы быстро побежали по коридорам дома, вспоминая по какому пути пришли сюда. Спустившись по главной лестнице, мы изо всех сил старались не наступить на осколки стеклянных бутылок или на тела одноклассников, которые кстати совсем не беспокоились на счёт первого урока. — Дыхание, — сказали мы одновременно, выдыхая друг другу в лицо. Положение оказалось критичным в обоих случаях, так что придется использовать в лучшем случае коробку жевательной резинки. — Лицо, — с косметикой оказалось проще, потому что летом мы перестали краситься, так что сейчас нас украшали лишь мешки под глазами и красные зрачки. — Одежда, — скривив лица а-ля — <<тебя будто изнасиловала целая бейсбольная команда с шеф поваром во главе>>, мы пытались скрыть порванные места и остатки еды и напитков. — Поехали, вещи в шкафчике, — поторопила меня Марли, заставляя выжимать педаль в пол, насколько только мог мой Lamborghini. Сейчас меня не волновала скорость на которой мы движемся и проклинающие нас остальные на полосе водители. Первый урок — философия, и сейчас я могу сказать на ее счет только то, что больше не буду пить. Ну ладно, я говорю это каждый раз когда просыпаюсь в незнакомом доме какого-то-одноклассника-который-устраивает-шикарнейшую-вечеринку и она будет лучше предыдущей. За деревьями и прочими зданиями на нашем пути уже видны башни школы. http://www.startravel.ua/sites/default/files/common/galleries/db_galleries/schools/HIGH-0170/3.jpg Осталось десять минут так что у нас еще есть время. Замедляя скорость у въезда на территорию, я медленно пересекла парковку, с трудом оставляя машину в самом дальнем углу. Интересно будет посмотреть на новеньких в этом году. Хотя, он выпускной, так что вряд ли их будет много. — Быстрее, — я спотыкалась о собственные ноги, пытаясь не упасть на очередную машину в этом бесконечном лабиринте с колесами. Мы кое-как доползли до входа, забегая в уже пустынный коридор. Наши шкафчики находились на одном этаже с аудиторией — первом. Набирая код дрожащими пальцами я всё же открыла дверцу, доставая необходимые вещи: тетрадь для конспектов, которая всё равно по окончанию года будет пустой, пенал со сгрызенными от скуки карандашами и учебники. — Джош даже не позвонил мне, — на заблокированном экране телефона нет ни одного уведомления. Мы встречаемся уже больше года, хотя любовными отношениями это не назовешь. Так, для поддержания репутации. Он играет в нашей школьной футбольной команде, а мы с Марли поддерживаем их. Только благодаря ему я состою в группе черлидерш. Отдышавшись перед дверью, мы всё же зашли, замечая полный класс. Но облегчением было то, что профессор все еще не пришел. Не успела я дать Марли пять, как она тут же бросилась к Лиаму. Может этот идиот был моим лучшим другом, но он увел у меня подругу. Я закатила глаза на их вечные поцелуйчики и двинулась по рядам искать свободное место. Друг другом, вот мог бы и два места занять. Я заметила полу пустующий последний ряд, в углу которого сидел лишь один парень. Я сразу же двинулась туда, заостряя на нем свой взгляд. Сейчас у него не было видно лица, потому что длинные кудрявые волосы скрывали его. Сев через одно место от этого парня, я разложила учебники, ожидая учителя. Несколько минут спустя, и профессор Рикман уже буквально вывалился в аудиторию, неся на руках толстую стопку бумаг. — Здравствуйте класс, — безразлично бросил он, смотря в стену. Ну конечно, это в его духе. — В этом году мы продолжим изучать философию, но уже в более углубленном виде — терминологию, ученых, будем на практике приводить доказательства. Первая наша лекция будет посвящена свободе человека... А дальше все будто затихло, и я устало положила голову на ладони, утыкаясь взглядом в деревянную парту. Никогда не была любителем мышления о жизни. Я просто живу одним днем, и плевать, что родители выбрали для меня профессию психолога. Отец по профессии психолог. Он вечно в разъездах. И вот при окончании школы я буду поступать в медицинский колледж. Из меня психолог как летом пойдет снег. То есть, я даже подругу нормально успокоить не могу. Родители никогда не спрашивали чего хочу я. А я хочу хотя бы сама выбрать свою будущую работу. Сейчас мы с Марли занимаемся черлидерством, а точнее уже второй год. Я бы хотела связать свою работу с танцами, с движущимся искусством, так что психолог это точно не для меня. Поныв про себя целых сорок минут о безысходности жизни, я всё же с облегчением уже собиралась бежать из класса. Но профессору нужно было задать в первый день домашнюю работу. Он достал из-под стола небольшую картонную коробку. — Здесь, на бумажках, указаны ваши имена, — сообщил он, вертя ее в руках, — Я буду вытаскивать по две бумажки, которые укажут вашего помощника по работе. Ваша задача состоит в том, чтобы написать эссе по нашей новой теме — как вы представляете свободу человека? Но самое сложное в этой работе — это объединить два мнения. Итак... Он начал доставать по два листочка, называя фамилии. Я со скучным видом крутила в руках карандаш, ожидая свою очередь, которая, кстати, наступила в конце урока. — Эдвардс и Стайлс, — я нахмурила брови. Не помню никого с этой фамилией. Повертев головой по классу, я старалась заметить хоть один взгляд, направленный в мою сторону. Отлично, я даже не знаю с кем писать эту чертову работу. Забросив в сумку тетради и учебники, я спустилась по рядам вниз, ожидая пока все выйдут из класса чтобы выяснить у учителя про своего одноклассника. Но кажется мне не пришлось его долго ждать, потому что кто-то потрогал меня за плечо. Я обернулась назад, замечая того парня, который сидел около меня на лекции. Сейчас волосы не прикрывали его лица. Зеленые глаза метались по аудитории, но он не смотрел на меня. Кажется, я знаю его. Точнее, мы раньше учились вместе, в средней школе. Но что-то в прошлом году я не видела его. — Я Гарри, — сказал он низким хриплым голосом, — Стайлс. Можешь не делать работу, я сам все напишу. Я провела по волосам, задумываясь над его предложением, но всё же будет не правильно, если я не вложу и что-то свое в эссе. Даже если я не в восторге от этой темы. Хотя о нем так сказать не могу — он всю лекцию записывал за учителем. — Но я... — я не успела договорить, потому что Гарри Стайлс развернулся и быстрыми шагами вышел из класса, оставляя меня стоять с полуоткрытым ртом и поднятой рукой. Я всё же закрыла его, замечая, что все ушли. Я пожала плечами, направляясь к выходу из аудитории. — Вы можете встретить его в библиотеке после шести, — меня остановил голос профессора Римана, и я развернулась, чтобы удостовериться что мне не послышалось. — Но откуда вы знаете? — нахмурилась я. Сейчас профессор улыбался, и я первый раз заметила на его лице что-то помимо безразличия или безразличия, ну еще безразличия. — Не важно откуда я это знаю, главное — что он будет там, — я еще пару секунд постояла, уставившись в пол. Благодарно кивнув, я вышла из класса, направляясь на следующую лекцию. Всё же он странный.