Destroy/Разрушение

POV Samantha

То, что у одних называется свободой, у других является распущенностью. М. Квинтилиан.

Florence And The Machine — Bedroom Hymns Radiohead — Let Down

Тренер, или по совместительству мисс Ферчелд орет на нас уже двадцать третью минуту. Четверо вжавшихся в стенку девушек и пятая — я, которая во все глаза смотрит на часы. Сейчас пятнадцать минут седьмого, и я немного нервничаю. Она задерживает нас, а мне уже нужно быть в библиотеке. Ноги начинают дрожать от подходящего к концу терпения. Нам досталась трепка за плохую форму, которую мы набрали за неделю отдыха. Да она такой монстр, что из всех трех месяцев, выдает нам лишь самую малую часть. — Эдвардс! — она тыкнула в меня пальцем, — Смотри на тренера, когда с тобой говорят! Либо у этой женщины ежегодно идет пмс, либо она правда такая стерва. Я неохотно перевела взгляд на нее, отрываясь от стрелок часов. Еще пять минут и тридцать шесть секунд она только и говорила что — "Эдвардс, стала жирной", бла бла бла, "Эдвардс, проснись уже", бла бла бла, и на последок — "Эдвардс, ты — капитан команды, не подведи меня и девочек". Стоило мне скрыться за поворотом в раздевалке, как мои глаза начали непроизвольно закатываться. — На твоем месте, мне бы уже тошнило от своей фамилии, — сказала Марли, усмехаясь. Ну конечно, пили вместе, а вот расхлебывать кому? Ну конечно — Эдвардс! — И не говори, – бросила я, быстро запихивая вещи в тренировочную сумку. — Идешь сегодня на вечеринку? Говорят, что приглашают только старшие классы. По крайней мере, Джош туда идет, — я в который раз закатила глаза. Марли неловко каждый раз, когда мы гуляем с ней и Лиамом. И конечно я всегда остаюсь наедине с едой или плюшевой игрушкой. Но меня это никак не смущает. Просто мы с Джошем редко проводим время вместе, очень. — Да нет, через три дня сдавать эссе, так что я лучше подготовлюсь, — на этот раз я не выкручивалась, а сказала чистую правду. Просто мне интересно — откуда профессор знает о нем? — Ну Саман... — я не успела дослушать нытье подруги, потому что уже бежала к библиотеке. Школьные коридоры пустуют, и обычно никто не задерживается до вечера кроме учителей. Почему он так поздно туда пошел? Или он и раньше сюда приходил? Я помню, что школа работала и летом для желающих. Но вряд ли он ходил на летние курсы. Я не заметила как открыла входную дверь. Среди четырехместных столов, которые стояли посреди стеллажей с книгами, я заметила знакомую кудрявую голову. Библиотекаря не было на месте, так что сейчас я могу нормально говорить. Хотя кому здесь мешать? — Привет, — я плюхнулась на стул напротив него, закидывая сумку рядом. Даже таким шумным появлением он не удостоил меня даже взгляда. Он сосредоточенно читал какую-то книгу, время от времени что-то выписывая из нее. Я подняла обложку, на которой было выведено название, золотистыми буквами: "В дороге". Автор — Джек Керуак. — Что читаешь? — всё же спросила я, смотря на "многообещающее" название. Гарри все писал, будто не услышав мой вопрос. Он глухой что ли? Я взяла книгу, делая вид, что не заметила, что он читал ее. На задней обложке было краткое описание. И из него я поняла только то, что обычная дорога для путешественников ассоциируется с дорогой жизни. Один из героев — Сал, выбрал секс, наркотики и прочие развлечения, которые нужны заблудшему обществу. В другой — Дин, будет до конца жизни оставаться в поиске жизни. Духовном. — И как она поможет написать нам эссе? — нахмурила я брови. Я повертела книгу в руках, выжидающе смотря на Гарри. Он всё же положил ручку параллельно тетради, потом постучал пальцами по поверхности стола, и снова взял ручку, перекладывая на другую сторону. После этого странного ритуала, он всё же поднял голову, смотря на меня. Я вскинула бровями, напоминая о своем вопросе. — Что для тебя значит свобода? — Ни привета, ни ответа. Он всегда такой прямолинейный? Или просто хочет пораньше отвязаться от меня? На его месте я бы лучше спросила что я тут делаю. Его лицо и тон были вполне серьезным поэтому мне пришлось также подойти к этому вопросу. Я никогда не размышляла на подобные темы, просто не приходилось. Я не глубокий человек, любящий покопаться в жизни. — Свобода... — выдохнула я, пытаясь привести мысли в порядок, — Ну, во-первых она не материальна, ее нельзя потрогать. Но можно почувствовать. Не телом, а душой, соответственно... Ну-у... — Значит, ее нельзя почувствовать, пока ты заключен в теле? — я кивнула. Он подводил мои мысли, делая из них вывод. Мне стало легче от того, что он не спорит со мной. Может он такого же мнения? Хотя слова просто выплывали из моей головы, и, если честно, мне казалось, что я несу полный бред. — Свобода это не прыжок с парашюта, когда ты чувствуешь, будто весь мир у твоих ног. Это не тот момент, когда ты одинок и не зависишь ни от кого: ни от родителей, их денег, общества. Это не пустая трата денег на наркотики, алкоголь, секс, когда ты просто убиваешь время потому что богат, и думаешь что ты выше этого мира. Это не свобода. Я вспомнила про описание книги, решая воспользоваться ее примерами. Может, он по ней и писал же это пока я не пришла? — Есть люди, такие как Сал. Они думают что если могут позволить себе эти материальные утешения, которые провоцируют грех, то они свободны. Они думают, что ни от кого не зависят, но на самом деле они зависят от наркотиков, им нужны новые и новые дозы. От алкоголя — они ждут, пока открывается магазин. От никотина, который давно завладел их легкими, разлагая их. Но есть и такие, как Дин – они жаждут большего. Они находятся в поиске жизни, в поиске своей свободы, и они идут по этой дороге. Дороге своей жизни. И в конце их ждет награда, то, что они искали — свобода. Только отрекнувшись и покинув тело ты сможешь найти место, в которое так долго билась твоя душа, и название ей — свобода. Я наконец подняла глаза, не веря, что сказала это. Слова будто ручьем вытекли из меня. На лице Гарри была ухмылка, и он вновь принялся что-то записывать. Он даже ничего не сказал, но надеюсь что он понял меня. — Ты всеми силами стараешься быть похожей на Сала, и зачем... — он закрыл тетрадь, положил ручку в пенал и закинул все в рюкзак. Пока я размышляла над его словами, не заметила как Гарри скрылся среди стеллажей. Я открыла рот в возмущении, но уже не успела ответить. Значит, он считает меня распущенной? Да что он знает о моей жизни? Ну конечно, сам себя правильным считает. Я заметила что он забыл книгу. Взяв ее в руки, я повертела ее, как вдруг со страниц выпала бумажка. Белый листок, сложенный вчетверо. Недолго подумав, я медленно развернула ее. Черными буквами, и ровным почерком на ней было выведено предложение. Не просто предложение, а вопрос. "Смогла бы ты полюбить за пятьсот дней?". Книга библиотечная, значит, эту записку мог оставить кто угодно, но она почему-то заставила меня подумать над вопросом. Я взяла ручку, записывая на ней свой ответ. Может ее никто не увидит, но я всё же решила ответить больше самой себе. Знаешь, это двусмысленный вопрос. Хотя, да. Я могу полюбить человека за такое время. Хотя почему именно столько? Мне бы потребовалось и меньше времени. Странный вопрос, но — да. Сэм. Не знаю, к кому я обращалась, но я просто решила оставить ее на столе. Положив в книгу, на ту же страницу откуда она и выпала, я встала с места, направляясь к выхожу из библиотеки. — Удачи, — послышалось сзади. Я обернулась, замечая профессора Рикмана. Он следит за мной? — К чему? — уже второй раз за день я не понимала его. Он улыбнулся, вертя в руках книгу, которую я оставила на столе, — Вы не знаете чья это записка? — Нет, но она будет прочитана, я вам обещаю, — я сощурила глаза. — Почему все такие странные... — вздохнула я, удаляясь из библиотеки.