25 кинков до Рождества

Кинки: порка (плеть-многохвостка, или флоггер), запрет на оргазм       – Сэм? – позвал Дин из спальни.       – Да? – крикнул тот в ответ.       – Можешь подойти?       – Конечно, погоди секунду, – отозвался Сэм, свернул окно браузера и закрыл ноутбук. – В чем дело? – спросил он, прислонившись к косяку. Дин поставил сумку на кровать и увлеченно рылся в ней.       Дин развернулся к Сэму.       – Мне любопытно, можешь ли ты сделать для меня кое-что.       – Да, само собой. Что угодно, – ответил Сэм.       – Я… я хочу… – Дин заколебался и отвернулся.       – Старик, все нормально, просто попроси. – Сэм не сумел проигнорировать скрутившую внутренности тревогу. Что могло настолько выбить Дина из колеи?       Дин сунулся в сумку и вытащил нечто, похожее на полоски кожи с узелками. Сэм пораженно вытаращился, сообразив, что это такое.       Дин снова развернулся к нему лицом, пропуская кожаные ленты между пальцами. Сэм с трудом поднял глаза от плетки, чтобы посмотреть на брата, но в итоге все же оторвал взгляд.       – Можно? – спросил Сэм, протягивая руку.       Дин отрывисто кивнул и протянул ему плеть.       Сэм благоговейно принял ее, обернув пальцы вокруг рукоятки и проведя другой рукой по шелковистой коже восхищаясь тем, как что-то настолько мягкое может причинить боль.       – Не испробуешь ее на мне? – попросил Дин едва ли не застенчиво.       – Уверен? – невольно вырвалось у Сэма.       – Ты не обязан. – Дин тут же пошел на попятный, явно намереваясь забрать плеть обратно.       – Нет. Я хочу, – ответил Сэм. – Просто я не думал, что ты вообще можешь этого желать. Ну, знаешь, после Ада, – неловко закончил он.       Дин провел рукой по лицу и расправил плечи.       – Иногда… Иногда я словно теряю опору, и мне необходимо напоминать себе, что боль здесь не такая, как боль там.       – Как ты и сказал на том складе, когда мне мерещился Люцифер.       Дин коротко кивнул.       – Это мой выбор. Боль, которую выбираю я. Не то, что мне навязывают насильно, от чего я не могу убежать.       – Я понял. – И так оно и было: Сэм знал все об отчаянном желании найти способ отличать реальность от кошмаров. – Если мы собираемся это делать, я должен четко знать, как далеко мне можно зайти. И, думаю, тебе надо придумать стоп-слово.       – Сэм, мне не нужно…       Сэм поднял руку, обрывая Дина.       – Дин, я никогда не делал этого раньше. Я не вполне уверен, как далеко следует тебя завести. Мне нужно знать, что ты остановишь меня прежде, чем я зайду слишком далеко.       Долгое мгновение Дин изучал лицо Сэма, потом выпятил подбородок.       – Красный, – сказал он.       Сэм мысленно вздохнул от облегчения – Дин не стал с ним спорить насчет этого. Чтобы снизить напряжение, он спросил:       – Уверен, что не хочешь выбрать что-нибудь более креативное? «Красный» типа скучно, тебе не кажется?       Дин слегка расслабился и, чуть улыбнувшись, пожал плечами:       – Что я могу сказать? Люблю классику.       Сэм фыркнул:       – Это точно.       – Итак, – сказал Дин, хлопнув в ладоши. – Где ты хочешь это сделать?       Сэм обвел комнату взглядом, прикидывая, как будет лучше всего.       – Ты можешь лечь на кровать или встать в дверном проеме и держаться за раму.       – Хммм. – Дин подумал и начал раздеваться. – Как насчет кровати?       – Слава богу! – насмешливо воскликнул Сэм. – Мне чертовски не хотелось буксировать твою толстую жопу до кровати, когда мы закончим.       – Мудила. Я – сплошные мускулы, и ты это знаешь, – прорычал Дин, опускаясь на кровать, но Сэм успел поймать быстро скрывшуюся в подушке ухмылку.       Сэм встал рядом с братом и положил руку ему на плечо.       – Итак… Где моя граница?       – Бей не до крови. Это слишком грязно и слишком долго заживает. – Сэм облегченно вздохнул. Он бы не смог этого сделать, даже если бы Дин попросил. – Зато синяки меня устраивают. Я не возражаю, если они продержаться какое-то время – как напоминание.       – Ладно. Это я могу, – заверил Сэм, напоследок похлопав Дина по плечу, и занял удобное место.       Первые несколько ударов были легкими, почти робкими, пока Сэм привыкал к весу и размеру плети.       – Ну же, Сэм. Хватит ходить вокруг да около, – велел Дин.       Сэм не ответил – просто сильнее взмахнул плетью.       Начав с плеч Дина, Сэм спустился вниз по спине на задницу, сдерживаясь лишь на ударах, которые приходились над почками. Дин ерзал по кровати, и сперва Сэм думал, что это от боли, но вскоре понял, что Дин трахает матрас, пытаясь тереться скованным членом.       Поднимаясь по спине обратно, Сэм работал уже более уверенно, кладя плеть поверх свежих отметин, добавляя новые полосы. Кожа Дина стала вишнево-красной, и Сэм знал, что назавтра там проявятся синяки – как Дин и хотел.       На последних ударах Сэм осторожно наблюдал за братом. Тот практически не шевелился; его глаза остекленели. Дин выглядел кайфующим и безмятежным. Сэм положил плеть и запустил пальцы во влажные волосы на затылке Дина – и тот едва не замурлыкал, подставляя голову под руку.       – Ты отлично справился, приятель, – тихо проговорил Сэм. – Правда отлично. Я сейчас вернусь. Не двигайся.       – Ммммм, – промямлил Дин в ответ, и Сэм пошел в ванную. Он пустил холодную воду и смочил пару полотенец.       Дин зашипел, когда Сэм обернул его спину холодными полотенцами, потом вздохнул – ледяная вода остудила горящие следы от плети.       – Ты в порядке? – спросил Сэм, вытянувшись рядом с ним на своей половине кровати.       – Просто замечательно. Спасибо, Сэмми, – пробормотал Дин в подушку.       Сэм придвинулся поближе к брату, но так, чтобы не потревожить спину, перекинул ногу через лодыжку Дина и обнял его за шею.       – Всегда пожалуйста, Дин.       Тот вытащил руку из-под подушки и пожал ладонь Сэма; секунду спустя оба уже спали.