Испытание временем.

«Боже, я ли это стою перед зеркалом в этом тяжёлом шёлковом белом платье и собираюсь выйти замуж за аристократа? Как страшно и трепетно в душе. Готова ли я дать своё согласие перед многочисленным количеством народа и не сбежать из-под венца в самый ответственный момент? Нет. Наверное, нет. А может и готова. Господи, что я творю?» - озадаченно смотря на себя в зеркало, думала Соня. В дверь кто-то постучал, отчего невеста встрепенулась, но, всё же, собравшись с духом, девушка попросила войти. На пороге появился граф Пётр Галицкий. Лицо его светилось радостью, пока он не посмотрел на задумчивое отчего-то лицо племянницы, которой должен был сегодня быть посаженным отцом. Он положил на кровать коробочку с фатой для Сони и подошёл к девушке. - Дядюшка, не знаю, как Вам и сказать об этом, - начала Софья, чувствуя, как в горле встал комок слёз. - Выскажись, как лежит у тебя всё на душе, Софья, - мягким тоном сказал Пётр Семёнович. - Понимаете, я не могу понять, готова ли я к жизни после свадьбы с этим человеком. Изменит ли он ко мне своё отношение? Стану ли я с ним другой? Примет ли меня его семья? Боюсь я этого человека! – сорвалась на нотки истерики Соня. - Тише, племянница, тише, - усаживая княжну на кровать, успокаивал граф. – Я знаком с семьёй Болконских на протяжении нескольких лет. Ничего дурного в адрес князя Андрея я сказать не могу. - Не утаивайте, дядя, у него отец против этой свадьбы, а сам князь Андрей был холоден к своей жене Лизе, даже когда она была в положении, – плакала Софья на плече у графа Галицкого. - Софи, ответь мне честно на один вопрос, будь добра, - Пётр Семёнович поднялся с кровати, смотря на Соню сверху вниз. – Трепещет ли душа твоя, когда ты видишь князя Андрея, слышишь его голос, ощущаешь его присутствие? - Да, - заплаканным голосом ответила девушка, вытирая слёзы с лица. – Конечно, иначе бы я не взялась ответить ему согласием. - Ежели так, то к чему сомнения? Соня, всегда доверяй не разуму, а сердцу. Чем оно молвит князю Болконскому? Что оно получает взамен? – этими вопросами дядя полностью нейтрализовал истерику, видя, как княжна призадумалась, прикрыв глаза и приложив руку к сердцу. - Я люблю его, дядюшка, - по губам Ярославской проскочила улыбка. – Я знаю, что он тоже любит меня. Но мне нужно видеть его взгляд на обручении. Только тогда я смогу полностью понять, что это настоящее. - Без этого ты к жениху не явишься, - взяв коробочку с вуалью, сказал Пётр Семёнович. Соня понимающе кивнула и встала с кровати, немного приседая в реверансе, чтобы графу Галицкому было удобней помещать фату из тюля ей на голову, закрепив вуаль венком из померанцевых цветков и мирты. После этого он позвал в комнату служанок и свою дочь, чтобы привести невесту в полный порядок и скрыть следы слёз полностью. Юля с беспокойством смотрела на покрасневшие глаза сестры, но как только Ростова хотела задать вопрос, о произошедшем, Соня улыбнулась ей своей обычной жизнерадостной улыбкой, подавая этим знак, что всё уже уладилось. Когда последние штрихи были нанесены, в комнате появился Пётр Семёнович, оповестивший о том, что князь Болконский ожидает в церкви. От этих слов что-то в сердце Софьи гулко ёкнуло, а руки похолодели до колкости в кончиках пальцев. Увидев, как сестра замешкалась, Юля подтолкнула княжну к двери, и, сев в карету, не отпускала руки Сони до самого храма. Чтобы набраться храбрости и не выставить себя на посмешище, Софья попросила маму и дядю с тётей выйти из кареты, чтобы поговорить с Юлей. - Ну что, подруга, теперь ты. Поверь, это самые счастливые минуты в твоей жизни, - немного подумав Ростова добавила, - нет, шучу. Это просто счастливые. Самые счастливые будут… - Юля, заткнись и не вгоняй меня в краску, я поняла, о чём ты говоришь. И честно, мне сейчас немного не до шуток. Я боюсь, - пресекла Соня пламенную речь сестры. - Чего? - Что Болконский потом охладеет ко мне и будет обращаться со мной, как с Лизой. – Высказалась невеста. - Не будет такого. Ты другая. Ты понимаешь его, а он понимает тебя. Всё, давай на выход, жених там уже заждался свою пре-еле-есть, - наконец-то Юля услышала смех подруги. Выйдя из кареты с весёлыми лицами, девушки кое-как успокоились и готовы были погрузиться целиком и полностью в серьёзную священную церемонию. Соня взяла под руку посаженного отца, напоследок переглянувшись с ним, и, не спеша, направилась с ним к дверям храма. Она ещё не понимала, готова ли к этой минуте, когда увидела Болконского в его белом парадном обмундировании. Его глаза ей показались особо тёплыми сегодня, кажется, он даже помолодел лет на десять. Только сейчас Соня осознала, что ждала этого момента с того дня, когда состоялся их разговор с Авдотьей. Девушка кое-как сдержалась, чтобы сразу же не пойти к нему, но вовремя вспомнила, что ей нужно встать с левой стороны от священника. Когда святой отец соединил руки князя и княжны, княжна вздрогнула, а её кожа покрылась мурашками. Момент завораживал и околдовывал. В то время, как священник благословлял свечами, трижды повторяя одну и ту же фразу, Соня даже не могла оторвать взгляд от пламени, то ли боясь посмотреть на князя, то ли от погружения в свои собственные мысли. Она очнулась, когда одна из свечей оказалась в её руках. «Огонь горит так же, как и пламенна ваша любовь», - донёсся из памяти до невесты голос бабушки, у которой они с Юлей провели два месяца. «Горит так торжественно свеча, и моя, и его. Может, все мои сомнения напрасны?», - переводя взгляд с огонька на лицо своего будущего мужа, подумала Соня, когда священник вновь соединил руки пары епитрахилью, читая слова псалма. «Никогда бы не подумала, что выйду замуж за книжного персонажа. Разбудите меня кто-нибудь, пока я не начала смеяться в голос. Ну, вот, теперь ещё священник замахал какой-то непонятной штукой. Надеюсь, на моём лице не отражается крайний абсурд этой ситуации?» - витало в голове девушки до тех пор, пока дело не дошло до колец. Краем глаза Софья заметила, что на обратной стороне кольца выбиты инициалы. Даже если она вернётся, это будет напоминанием о нём и о пламенной любви. Княжна трижды обменялась кольцами с князем, и как только обмен остановился, и обручение подошло к своему логическому заключению, не сговариваясь, княжна Софья и князь Андрей подняли друг на друга взгляд. В этот момент у невесты что-то прожгло внутри с такой силой, что стало трудно дышать. Но она совладала с собой. Наверное, это и было то самое подтверждение, что всё останется как прежде после заключения брака. Пора было переходить к самой ответственной ступени. Под пение "Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе!" жених и невеста, ведомые священником, перешли в центральную часть храма. Священник поставил молодых перед аналоем с Крестом и Евангелием на белое подножие. - Имаши ли Андрей, произволение благое и непринужденное, и крепкую мысль, пояти себе в жену сию Софию, юже зде пред тобою видиши? – спросил священник князя, и Соня замерла. - Имам, честный отче, - ответил князь Болконский, и девушка внутри себя просияла. - Не обещался ли иной невесте? - Не обещался, честный отче. – Княжна улыбнулась от этого, но стала серьёзной, когда священник спросил у неё: - Имаши ли произволение благое и непринужденное, и твердую мысль, пояти себе в мужи сего Андрея, его же пред тобою зде видиши? - Имам, честный отче, - кажется, голос Софьи всё же дрогнул, отчего князь даже немного насторожился. - Не обещалась ли иному мужу? - Не обещалась, честный отче, - уверенно и гордо произнесла невеста, как бы подтверждая, что ей больше никто не нужен, кроме стоящего рядом Болконского. После согласия с обеих сторон вступить в брак, святой отец начал читать молитвы, в которых часто упоминались имена ветхозаветных праведников, верно и счастливо живших в супружестве. Соня почувствовала, как за её спиной кто-то встал. Женская фигура, по шагам можно было узнать Юлю. Даже поворачиваться не нужно было, чтобы узнать об улыбке подруги в данный момент. Краем глаза за спиной князя Андрея она увидела Пьера, который встретившись с взглядом княжны, улыбнулся ей одобряющей улыбкой. - Венчается раб Божий Андрей рабе Божией Софии во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, - провозгласил священник, взяв венец и ознаменовав крестообразно князя, давая целовать ему образ Спасителя, прикреплённый к передней части венца. - Венчается раба Божия София рабу Божию Андрею во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, - проделывая те же движения, священник дал целовать Софье образ Спасителя. - Господи, Боже наш, славою и честью венчай их! – Соня чувствовала, как счастье разливается в который раз за всю процессию по всему телу. Ком слёз встал в горле, и девушка не удержала одну капельку, скатившуюся быстро по щеке. Она готова была поклясться, что этот момент не ускользнул от взгляда Андрея. Неизвестно, что он подумал о ней в этот момент, но лицо его стало серьёзней. «Неужто он думает, что я опечалена этим событием?» - первое, что пришло в голову невесте. - Господи наш, славою и честью венчай их, - венцы были вознесены над головами, закрепляя таинство брака. «Нет. Всё хорошо. Тихо, Соня, держи себя в руках. Держи себя в руках. Ты будешь хорошей женой этому мужчине и покажешь ему, что эта слеза была пролита от счастья, а не от осознания того, что ты сделала какую-то ошибку. А он такой серьёзный, каким я его не видела никогда. Внимательно слушает молитвы. Надеюсь, у Юли не будут руки так болеть, как болели у меня. Да уж, тяжела ноша - скреплять чей-то брак», - мысленно разговаривала Соня сама с собой, пока священник читал молитвы. Прошло около двадцати минут, после чего молитвы закончились и в комнату принесли чашу. Чаша с вином, из которой троекратно отпил князь, а потом троекратно испила княжна, стала символом радости и веселья. После чего святой отец соединил руки жениха и невесты епитрахилью, чтобы обвести три раза вокруг аналоя. По окончанию торжественного шествия священник заговорил: - Возвеличися, женише, якоже Авраам, и благословися якоже Исаак, и умножися якоже Иаков, ходяй в мире и делаяй в правде заповеди Божия, - наконец, Пьер опустил руки с венцом. - И ты, невесто, возвеличися якоже Сарра, и возвеселися якоже Ревекка, и умножися якоже Рахиль, веселящися о своем муже, хранящи пределы закона, зане тако благоволи Бог, - теперь Юля могла тоже вздохнуть спокойно. «Так, стоять, я ещё не готова к логическому завершению. Осталось всего две молитвы, но я не готова, хотя, нет, готова. Как же нужно морально готовиться к поцелую в церкви, когда все на вас смотрят. Святой отец, прошу, как можно медленнее. Медленнее, ещё медленнее. Нет, стойте, одна молитва закончилась». - Паника внутри невесты всё нарастала и нарастала, а когда пришёл момент истины, ей нужно было соблюдать полное спокойствие и показать князю Андрею, что она хочет замуж за него всем сердцем и душой. Прозвучало разрешение на целомудренный поцелуй, и, кажется, Соня забыла, как дышать. Но такое спокойствие вмиг охватило девушку, когда её губы соприкоснулись с губами князя Болконского. Пусть этот миг был и не так уж велик, но снова встретившись после этого с князем Андреем взглядами, Соня увидела какую-то неуверенность в его глазах, но и она была рассеяна, когда князь понял, что его невеста очень дорожит этими минутами и, кажется, всей будущей жизнью с ним. Увидев мимолётную улыбку на губах любимого, Софье стало легче. Всё-таки он счастлив сейчас, а значит, счастлива и она. Даже до конца не доверяя церковным законам, княжна чувствовала, как стала духовно ещё ближе с Болконским.