Испытание временем.

- Юль, ты меня слушаешь? – увидев отсутствующий взгляд подруги, направленный в окно, спросил Егор. Сегодня был ровно год, когда они с Юлей начали встречаться. Егор пригласил Галицкую в ресторан, где и предложил стать его девушкой. К слову, это была не забегаловка, а очень культурное и приличное местечко мягким освещением, выполненное в чёрно-красно-белых тонах с неоновыми лампами тех же цветов. По вечерам здесь играла живая музыка, а в остальное время музыкантов заменяли колонки. Парень был настолько романтичный и щепетильный к различным датам, что даже сначала обиделся на девушку, которая совершенно не была в курсе, когда она начала встречаться с Егором. Потому что знала дату не эта Юля, сидящая перед ним, а та Юля, которая ушла к себе в 19 век. - Да, Егор, я внимательно тебя слушаю, - очнувшись от мыслей, захлопала ресницами Галицкая и мило улыбнулась спутнику. – Я просто задумалась насчёт того, какой сегодня замечательный день, какая тёплая летняя погода… - Если для тебя сильный ливень является хорошей погодой, а холодной ветер атрибутом тёплого лета, то я даже не знаю, о чём ещё говорить. О чём ты думаешь, Юль? Ты думаешь явно не о погоде. Ты не следишь не за ней не за нашим разговором. Что с тобой происходит? – Егор явно был на взводе. - Ничего. Просто некоторые проблемы появились, - соврала девушка. «Не говорить же мне ему, что я думаю о Николае Ростове, с которым мы поженились в 19 веке? Как же я скучаю по тебе, родной, любимый и самый незаменимый мой граф. Я бы всё отдала за то, чтобы встретится с тобой ещё раз. Прижаться на мгновение, поцеловать такие родные губы, посмотреть в ясные голубые глаза, сказать, как сильно люблю», - думала Юля, чувствуя, как дрожит подбородок от слёз, стремящихся побежать мокрыми солёными дорожками по щекам. - Юленька, солнце, прости меня, я тебя обидел? – посмотрев на Галицкую и заботливо накрыв её руку своей, спросил парень. - Нет, - помотала головой Юля. – Ты меня не обидел. Меня обидели жизнь и время, которого было так мало. - У тебя кто-то умер? - Нет, - честно ответила девушка. - А в чём тогда дело? - Егор, мне нужно сказать тебе одну очень важную вещь, - успокоившись, начала Галицкая. – В моей жизни произошёл очень большой переворот, которого я никогда не ждала. Но, случилось так, что я встретила одного человека, которого полюбила, а потом его просто в моей жизни не стало… - Вот это да, - выдохнул Егор, шокированный рассказанной ситуацией. – Это… - Я всё понимаю, Егор, прости. Я так больше не могу. Мне нужно идти, - быстрым шагом Юля вышла из кафе, угодив под холодный ливень, который до сих пор безбожно лил. Она чувствовала, как вода стекает по её лицу, ловила ртом свежий бодрящий воздух, убирая мокрые волосы назад. Не хотелось садиться в душное такси, попутку или в автобус. Юля знала, что продрогнет до нитки, а завтра может, сляжет с температурой, но сейчас ей было глубоко наплевать на последствия. Ей нужно побыть наедине с собой. Через полчаса она уже была дома. Только сейчас девушка понимала, насколько сильно замёрзла. Слабым голоском она позвала Соню. - О, Юль, пришла. Ты чего такая мокрая? Денег на такси не было? – с довольно растрёпанным видом вышла в коридор подруга. - Нет, деньги были. Просто захотелось пройти. Сонька, зайка, солнышко, ты же не хочешь, чтобы я сильно простыла? Сделай горячего чая мне, пожалуйста, я сейчас подойду на кухню и всё расскажу, - попросила Юля, снимая с себя джинсовую куртку и кеды. - Хорошо, сейчас налью, - чувствуя, что что-то произошло, согласилась Ярославская. - В общем, я намекнула ему, что между нами ничего быть не может, - уже сидя на кухне в тёплом чистом домашнем халате, сказала Галицкая, отпивая из кружки глоток ароматного напитка. - Здорово, - вздохнула Софья. – Как бы я сейчас хотела избавиться от этого воплощения Курагина. Но слово данное мной… ты же знаешь, какая я стала… - Что у тебя с родословной? – перевела неприятную тему Юля на более интересную. Примерно через месяц после возвращения домой Соня нашла способ, как побороть скуку по князю Андрею. Она решила составить свою родословную, узнавая немного по каждому из родственников. Если бы ей кто-то сказал, что она когда-нибудь будет заниматься исследованием своей родословной, то она бы просто рассмеялась в лицо этому человеку и ушла. Но только не сейчас. Сейчас девушка в университете работала над этим проектом вместе со старым историком, профессором Кириллом Эдуардовичем Ланге, и уже дошла до 1893 года. - Кажется, сейчас я на, если не ошибаюсь, прапраправнуках Софьи. Их было пятеро. Старший, Аркадий, родился в 1893 году, был офицером, но долго он не прожил. Всего 24 года. Как раз к власти пришел Ленин. Он просто не выдержал смены власти и совершил самоубийство. Вторая по старшинству Марья родилась в 1894 году. Ничего такого примечательного нет в её жизни. Разве что, захоронена во Франции, так как вышла за француза, очень любила его, прожила долгую жизнь и в возрасте 81 года умерла. Третья, Александра, родилась в 1896 году. Про неё ничего не известно. Четвёртый и пятый, Алексей и Всеволод, родились в 1897 году. Участвовали в Великой Отечественной войне. Тоже был офицерами. Один из них, Алексей, умер в первый год войны, а Всеволод прошёл до конца, умер в возрасте 78 лет. Он был генералом-лейтенантом. Думаю, что если буду работать в темпе, то где-то, через полгода я дойду до внуков Софьи. – Рассказала Соня. - Как здорово! – восхищалась Юля. - Здорово и очень интересно. Но с каждым разом добыть какую-то информацию сложнее, - вздохнула Ярославская. - Ты упорная. Ты сможешь, - улыбнулась ей подруга. - Смогу! Хочется же мне всё-таки узнать, как сложилась судьба моей дорогой Сонечки, - немного помолчав, Софья продолжила, - и, мне интересно, сколько детишек у них было с Болконским. При этих словах Ярославская посмотрела грустно на кольцо, аккуратно поправляя его на безымянном пальце. Сегодня он опять ей снился. Во сне он вернулся домой с войны 1812 года целый и невредимый. Её тело до сих пор будто помнило тепло любимых рук, лихорадочно обнимающих, гладящих, губ, целующих так нежно, порой отрывисто, порой тягуче, стук сердца один на двоих. Соня судорожно вздохнула, вспомнив следующее мгновение сна, где они с князем Андреем стояли, смотря на спящего младенца в кроватке, их малыша. Князь был очень рад впервые увидеть своего сына, благодарил свою Софью, целуя её снова и снова. А потом сон закончился, Соня проснулась в своей кровати и почувствовала жуткое разочарование, что это был всего лишь сон. Однако, девушка жила снами. Каждый раз ждала ночи, чтобы встретится с князем Андреем, с любимым Болконским, с которым ей больше не встретиться наяву.