Интересный союз

Вчерашняя встреча прошла довольно мило, а что самое интересное: каждая из моих девочек нашла общий язык с каждым из парней «Токио Отель» по своему назначению. То есть, я больше всего общалась с Биллом, Эмили – с Томом, Ханна – с Георгом, а Трис – с Густавом. Солист с солисткой, гитарист с гитаристкой, басист с басисткой, а барабанщик с барабанщицей. За этот вечер мы успели узнать друг друга получше, и я поняла, насколько Билл замечателен. И насколько я рада тому, что согласилась работать с их группой. Конечно же, каждый из ребят по-своему хорош. На «вечере знакомств» я сделала свои выводы, у меня сложилось свое мнение о каждом из парней, но своей индивидуальностью меня все-таки больше привлек младший Каулитц, а старший Каулитц очень даже пришелся по душе Эмили, которая прям сияла, когда разговаривала с ним. Ну что ж, посмотрим, что выйдет из нашего союза, и какие песни мы напишем вместе. У меня уже есть некоторые идеи в голове, надо будет обсудить их с Биллом, а потом уже донести до остальных, потому что в написании песен все же большая часть работы ложится на наши с ним плечи. Для того, чтобы Каулитц не был на виду у папарацци, чтобы нам никто не мешал и не отвлекал, я позвала его к себе домой. Ничего такого в этом не вижу, собственно. Предложу ему пирог, чашку чая, приглашу на кухню, и обсудим. И да, я пеку пироги, что может сначала показаться странным. Мне нравится посвящать свободное время кухне, да и думаю, Билл это оценит. То, что я пою в музыкальной группе, постоянно даю концерты и езжу по разным странам, не дает мне повода не быть хорошей хозяйкой. Звонок в дверь тут же выкидывает все посторонние мысли из головы. Я поправляю волосы перед зеркалом и иду навстречу Каулитцу. Черт, как только я подхожу к двери, мое сердце начинается биться чаще. Нет и еще раз нет, я не влюбилась. Просто я слишком взволнована тем, что буду работать с таким известным человеком, и боюсь выглядеть глупо, боюсь, что что-то может пойти не по плану. Я впускаю Билла в дом, провожу на кухню и начинаю суетиться, ставя чайник и предлагая кусочек пирога. — Будешь пирог? — Да нет, спасибо, я не голоден. — Точно? Я сама пекла. — О, ну раз не покупное, а домашняя выпечка, я всегда готов отведать, — он в шутку поглаживает себя по животу и улыбается, довольно наблюдая за тем, как я достаю нож из шкафа и аккуратно начинаю резать печеное. — Отлично. А чай какой, зеленый или черный? — Давай зеленый, хотя мне все равно. — Как скажешь, — я с улыбкой ставлю тарелку с разрезанным пирогом на стол, даю Каулитцу небольшую тарелочку с вилкой и ставлю рядом чашку для чая. — Черт возьми, как вкусно, — он тщательно пережевывает первый кусочек сладости, довольно улыбаясь, словно Чеширский кот. Я же довольна тем, что он доволен. Нет, черт, о чем я думаю? Нет, он мне не нравится. По крайней мере, я борюсь с этим чувством. Изо всех сил. Я слишком сильно обожглась, когда в последний раз встречалась с парнем. Это было около года назад. И черт, он поступил со мной так мерзко, что я просто пытаюсь не думать об отношениях сейчас. Единственное, на чем я сейчас должна сосредоточиться – это карьера. — Спасибо. — Ты реально сама это пекла!? — Ну да, — мои щеки заливаются краской, — а что в этом такого удивительного? — Обычно солистки популярных групп, да и вообще работающие и вечно крутящиеся в бурной жизни девушки – не слишком-то хозяйственные. — Что за стереотипы? Мне просто нравится печь и готовить. Когда у меня появляется свободная от концертов минутка, я просто стою на кухне и что-то делаю. Ну, или читаю книги. — Еще и умная при этом, действительно уникально как-то. — Билл, ты меня смущаешь, — мои щеки краснеют еще сильнее, сердце бьется быстрее, улыбка становится шире, но мозг усиленно твердит о том, что не нужно влюбляться, что все парни одинаковые. И Билл может поступить точно так же, как недавно со мной поступили. Мозг говорит одно, но сердце хочет совершенно другого. Но я пытаюсь бороться с чувствами. Пока они не сильно разгорелись, надо их притупить. Срочно. — Да ладно тебе. Просто понимаешь, редко бывает такое, что в человеке сочетается сразу несколько таких черт, что он сразу несколькими делами может заниматься. Обычно если человек умен, начитан и грамотен, что-то пишет или читает постоянно, он не слишком творческий в плане рисования, рукоделия или музыки. Или если человек хозяйственный, любит готовить и держит порядок в доме, он редко выступает где-то, посвящает много времени карьере. В общем, это довольно удивительно, но прекрасно. — Это да, конечно. Но мне правда нравится что-то делать на кухне, когда есть свободное время. Если бы не пение в группе, я бы может пошла, работать поваром или пекарем. — Не знаю насчет повара, но пекарь из тебя хороший. Пирог очень вкусный. Я снова улыбаюсь, как дура. Мой внутренний голос говорит, что не надо так сиять и радоваться комплиментам. Не надо влюбляться. Надо остановиться. Пока не поздно. Никаких чувств и любви. Успокоить сердце и включить мозг. — Спасибо. Хочешь, пройдем в гостиную? На мягком диване гораздо удобнее, чем за столом на кухне. — Конечно. Мы проходим в гостиную, плюхаемся на диван бежевого цвета и начинаем обсуждать. Наша болтовня длиться долго. Иногда даже бесполезно, мы обсуждаем какую-то бредятину, совершенно не относящуюся к музыке и нашей работе, но нам просто нравится общаться друг с другом. Я наконец-то нашла человека, такого родственного и близкого в душевном плане. Ближе к ночи разговоры о работе и интересах меняются на откровения и важные моменты в жизни каждого из нас. — Кстати говоря, Эмили – ваша гитаристка, кажись, — он прищуривается, — очень понравилась Тому. Они сразу нашли общий язык, и сегодня вроде собираются идти на свидание. — Оу, а вот это уже интересный поворот, — я тут же заинтересованно улыбаюсь, начиная думать про себя о том, насколько шустрая же все-таки Эмс. — Да-да, Том как всегда. Он всегда был быстрее меня в плане отношений, как симпатичную девушку увидит – так сразу приглашает куда-то. — Это же хорошо, когда парень решителен. Когда он слишком долго медлит и постоянно откладывает на потом, не находя в себе смелости взять и позвать куда-то девушку, поцеловать ее, это не очень хорошо. Парень должен быть парнем, а в отношениях тем более. — Ты чертовски права, — он поворачивает голову в мою сторону и смотрит прямо в глаза, так пронзительно и без устали, что я снова заливаюсь яркой краской, — но я почему-то совершенно не такой. Я обычно боюсь сказать о своих чувствах. И иногда даже мысленно говорю себе, что в любви слишком много боли. — Почему? — Потому что меня слишком много раз предавали. И последний раз изрядно потрепал мне нервы, выбил из колеи. — Да мы с тобой во многом похожи. У меня такая же ситуация примерно случилась. Прошел почти год с тех пор, как мне изменили. И не самым лучшим образом. С тех пор я тоже отговариваю себя от влюбленности в кого-то, а от любви уж тем более. — И где тот счастливчик, которому принадлежит твое сердце, но ты боишься себе в этом признаться? — Он улыбается, снова смотря мне в глаза. Черт, нет. Никаких откровений и признаний. Никаких смущений и ухмылок. Спокойно. — Это слишком секретная информация. — Я улыбаюсь, пытаясь не давать ему понять, что этот счастливчик – именно он. Нет. Не он. Я не влюбилась. Нет. Никакой любви и влюбленности. Никаких чувств и привязанности. Просто сотрудничество. Ну, дружба, ладно. Но не любовь. Нельзя терять голову так быстро. Нельзя сдаваться так быстро. Я дала себе обещание, что не буду так быстро открываться кому-то и увлекаться кем-то. — Жаль. — Да ладно, не велика потеря. Да и я до сих пор не определилась, влюблена ли в него и вообще испытываю ли что-то. — Правда? А знаешь, как понять? — Он отрывает тело от спинки дивана, а его лицо оказывается немного ближе к моему. — Как? — Я замираю на мгновение. — Поцелуй его или обними. Сделай что-то. Хотя бы дотронься до него. И ты поймешь. — Он почти вплотную оказывается рядом со мной. Нет, ну что за хрень? Он действительно издевается надо мной! Заставляет с каждой секундой еще больше влюбиться в него. Неужели он понял? — И тебе помогло? — Однажды очень даже, — я уже чувствую его горячее дыхание на себе, — говорю тебе, это действительно может помочь. — Блондин коварно поднимает одну бровь, после чего расплывается в еще более широкой улыбке, не отрывая от меня взгляда. И тут меня заклинивает. Буквально на пару секунд рассудок мутнеет окончательно, мозг отключается, внутри что-то подсказывает, что надо действовать, сердце бьется неимоверно быстро, дышать с каждой секундой сложнее. И я решаюсь на отчаянный шаг. Не в силах больше сдерживать себя, я приближаюсь к лицу Каулитца и оставляю страстный поцелуй на его губах, впиваясь двумя руками в спину солиста. Не отрываясь ни на секунду, наши языки сплетаются вместе, танцуя что-то невероятно страстное и горячее друг с другом. Да и еще раз да! Он ответил мне взаимностью. Не оттолкнул, а поцеловал в ответ. Он добивался этого. Я же видела похоть и желание в его глазах, когда он мне говорил, что нужно поцеловать или обнять парня, к которому я что-то чувствую. — Вау. — Он отрывается от меня спустя минуты полторы, наверное, смущенный, но такой довольный. — Ага. Я сама от себя не ожидала, если честно. Но ты ведь этого добивался, когда так яро намекал мне? — Конечно. — Широкая улыбка светится на его лице, в глазах виден блеск. — А почему ты не мог сам взять и поцеловать меня? — Потому что я боюсь быть отвергнутым, я тебе уже говорил. — Ты действительно думал, что если поцелуешь меня или предпримешь какие-то действия, я тебе откажу? — Да. Меня обманывали и далеко не раз. Я не хочу испытать этого снова. Поэтому сам я не предпринимаю попыток, пока не получаю полную уверенность того, что мои чувства взаимны. — И что ты можешь сказать на мой счет, Билл? — Я пока не уверен, но судя по поцелую, я добился того, чего хотел. Он говорит это на полном серьезе, я же расплываюсь в довольной улыбке, которая буквально через две секунды перерастает в смешок. Мы начинаем смеяться в унисон, словно дети, которых забавляет что-то совершенно непонятное. Снова говорим о чем-то, что совершенно не относится к нашей работе. Рассказываем нелепые ситуации и с жизни каждого, делимся впечатлениями первых выступлений, рассказываем о том, кто и где берет вдохновение на написание песен. Черт возьми, как же мы с ним похожи. Каждый раз, когда я узнаю о нем что-то новое, моему удивлению просто нет предела. У нас даже большинство вкусовых предпочтений совпадает. Как приятно найти единомышленника, с которым можно обсудить все, что душе угодно. В итоге мы не замечаем, как стрелка часов уходит далеко за полночь. Но Биллу все же приходится прервать наш милый разговор: по нему видно, что он жутко устал, хочет спать. Его глаза немного покраснели, он постоянно зевает и вытягивает руки вперед, чтобы размять их. — Ого, уже так поздно, — потирая глаза, ели-ели говорит он, неохотно смотря на стрелку часов, что двигается все быстрее и быстрее, — я пойду, пожалуй. Да и ты, наверное, устала уже. — Нет-нет, все в порядке, — я улыбаюсь, вспоминая страстное слияние наших губ и все те чувства, что я испытывала, делая первый шаг навстречу Каулитцу. Я не в первый раз уже делаю что-то самостоятельно, но в этот раз мне было страшнее обычного. — Мне самому уже неудобно, я все же пойду домой, — почесывая затылок с невинной улыбкой, он поднимается с дивана и направляется в сторону коридора. Я иду вслед за Биллом, чтобы проводить его и закрыть дверь. В итоге, когда парень практически выходит из моего дома, он нелепо останавливается на самом пороге, начиная краснеть, словно маленький ребенок. Мои щеки тоже приобретают нежно-розовый румянец, наступает неловкое молчание. И когда я приближаюсь к блондину, чтобы закрыть за ним дверь, он решительно идет навстречу ко мне, целует в губы и бросает короткое «до завтра», смущаясь и уходя прочь. Я стою, облокотившись на стену, и улыбаюсь, как школьница, которую мальчик впервые поцеловал в щеку и позвал погулять. И пусть я уже давно не в школе, мне приятно, что парень может быть заинтересован во мне не просто как в предмете для секса, а как в человеке, личности. Я знакома с Биллом всего несколько дней, но он уже запал мне в душу. Он интересен мне, я интересна ему. И мне нравится, что он моментами смущается точно так же, как я, делая что-то по отношению ко мне так нелепо, неуверенно, но мило и искренне, что с каждой секундой я пропитываюсь к нему все большими чувствами, такими нежными и трепетными. Я люблю уверенных в себе парней, без сомнений, но Билл – это что-то совершенно иное. Это новый человек в моей жизни со своими секретами и тайнами, со своими особенностями и недостатками, которые я, впрочем, не считаю плохими и тут же мысленно превращаю в достоинства. В общении он – это я, просто в мужском обличии. Если у нас закрутится что-то серьезное, нам будет нелегко жить друг с другом, потому что мы слишком похожи, но с другой стороны это ведь идеально. Найти абсолютно такого же человека, как я, крайне сложно. И я рада, что приняла его предложение. Пусть и мой мозг пытается бороться с чувствами, сердце говорит об обратном. Черт, да я, похоже, в него втрескалась…