Интересный союз

Вчерашний день был таким… насыщенным, определенно. Практически ночь я не могла заснуть из-за радости двух поцелуев с Биллом. Это было нечто невероятное в моей жизни. Неловкое касание губ, мы были похожи на подростков. Вроде бы ничего такого особенного, какие-то два поцелуя, которых у меня сотни были в жизни. Но почему-то именно с блондином все совершенно иначе. Именно его прикосновения, да что уж там говорить, одна улыбка сводит меня с ума, полностью отключает разум и заставляет думать только сердцем. Но вот я не знаю, стоит ли об этом кому-то рассказывать из группы, стоит ли афишировать. Вдруг Билл будет против? А у нас сегодня будет вторая общая встреча наших групп, и как я буду совладать с собой? Черт, я слишком много думаю. Надо успокоиться и взять себя в руки. Я лежу в кровати еще час, если не больше. Просто отдыхаю, громко слушая музыку в наушниках и кушая остатки печенья с шоколадной начинкой, которые я вчера ночью так и не отнесла на кухню, провалившись в сон на два часа, заснув под самое утро. Иногда я люблю просто отдыхать, ничего не делать, лежать в кровати и наслаждаться музыкой в наушниках, а иногда обычной тишиной. Я живу абсолютно одна, мои родители в другом городе, домашних животных у меня нет, дом полностью в моем распоряжении. Мне это, несомненно, нравится, потому что я могу делать все, что захочу. Но порой бывает так одиноко, что никто никогда не будит тебя по утрам, ласково произнося твое имя и говоря «доброе утро». Иногда хочется с кем-то разговаривать вечерами, рассказывать о том, что произошло за весь день. С той же мамой. Делиться с ней впечатлениями о последних концертах. Я ей все раньше рассказывала, пока мы жили вместе. Но сейчас мы решили разъехаться, да и с одной стороны, жить в полном одиночестве мне гораздо проще. В конечном итоге меня заставляет подняться с кровати звонок мобильника. — Дорогая, привет! — Я слышу радостный возглас Эмили в трубке, которая говорит настолько громко, что мне приходится отодвинуть смартфон на несколько сантиметров от ушей, потому что складывается такое ощущение, что барабанные перепонки вот-вот лопнут. — Эмс, привет. Как дела? Ты чего такая радостная? — Интересуюсь я у гитаристки, одной рукой заправляя кровать. — Вчера, — она делает долгую паузу, — мы с Томом… — Ну, говори же быстрее, Эмили, не заставляй меня нервничать. Я ненавижу, когда ты так делаешь, я ненавижу ждать! — Мы отлично провели время на свидании в одном из ресторанов. Это было что-то шикарное. Я не думала, что мы так быстро поладим друг с другом. Представляешь, мы часами напролет сидели в ресторане, он был истинным джентльменом, хотя такого я даже и не ожидала. Вот серьезно, я многое успела узнать о его репутации, если верить источника в Интернете. Раньше он был совсем другим, как оказалось. А сейчас он такой… Я даже не могу описать. Взрослый серьезный мужчина, да еще и чертовски сексуальный! Он постоянно спрашивал, что я буду пить или есть. Он рассказывал веселые истории из своей жизни, про своего братца и про то, что большинство работы в группе делает он. А еще про Георга, он его зачетно стебет, — я слышу непрерывный смех подруги и начинаю смеяться ей в ответ, потому что смех этой девушки ну очень заразителен, — в общем, я многое о нем узнала. И черт, он такой замечательный! Я просто не могу описать словами, насколько сильно он мне понравился! — Она снова радостно кричит мне в трубку, пока я медленно плетусь в сторону кухни, чтобы сделать себе кофе и бутерброды. — Эмили, я за тебя очень рада, правда, — широко улыбаясь, я ложу две ложки сахара в небольшую чашку, — и я надеюсь, что Том – это именно тот, кто тебе нужен, — теперь ложку кофе, — потому что я знаю, сколько у тебя парней было, — заливаю все это кипятком, а затем добавляю немного молока, — и насколько у тебя недолгими были отношения. Не теряй голову в этот раз, дорогая. Не все так быстро. Но раз у вас все так хорошо складывается, то все, что я могу пожелать вам, двоим – это любви и понимания! — Спасибо большое. У тебя как дела? Как провела вечер? В итоге я не решаюсь рассказать подруге о том, что Билл был у меня, что мы дважды поцеловались и все такое. Мало ли, вдруг Билл пока не захочет рассказывать ребятам о том, что между нами что-то было. Да и вообще, у нас не было никакого свидания, ничего такого, просто дважды поцеловались. С кем не бывает, верно? Вдруг для него это не было серьезным? Я не хочу накручивать себя раньше времени. И отмахиваюсь перед Эмили тем, что целый вечер вчера бездельничала, слушала музыку, смотрела сериалы и занималась уборкой шкафа, который действительно следует разобрать и убрать все ненужные вещи в кладовую. Утро проходит довольно быстро, хоть и скучно. Я без всяких спешек пью кофе, тщательно жую горячие бутерброды с колбасой и сыром, мою за собой посуду, очищаю холодильник от ненужных продуктов. В общем, занимаюсь обыденными делами, ничем примечательным или особенным. А когда я смотрю на часы и понимаю, что пора собираться на репетицию, срываюсь с места и бегу в спальню, чтобы привести себя в порядок. — Главное - самоконтроль, — я встаю перед зеркалом, — са-мо-кон-троль, — произношу я по слогам, расставив руки в боки. Ну вот, отлично, я уже разговариваю со своим отражением. Приведя свое лицо в порядок, я выбираю из шкафа свободную длинную футболку, обтягивающие темно-синие джинсы «рванки», завязываю кеды с надписями, цепляю на себя несколько браслетов, серьги, собираю волосы в высокий хвост и выхожу из дома, прихватив с собой необходимые вещи. Заходя в помещение, я вижу только братьев Каулитц и Эмили. Эмили сидят, вплотную прижавшись к Тому, их руки крепко скреплены, взгляды направлены друг на друга. И тут я понимаю, что Биллу они уже об этом сказали. Смотрю на них и улыбаюсь. Остальные, видимо, еще находятся в дороге. Надеюсь, они вообще не забыли о том, что у нас сегодня репетиция? Я же знаю, какими мои девочки могут быть безответственным. Но я надеюсь, что перед парнями они не облажаются. Оторвав взгляд от этой милой парочки, устремляю глаза в сторону Билла: — Привет, ты вовремя, — улыбаясь, произносит он, чтобы прервать неловкое молчание и, судя по всему, не вызвать никаких подозрений у сладкой парочки. — Привет, ребят, — как бы невзначай отвечаю я, стараясь не краснеть, смотря в глаза блондину. Он как-то кокетливо улыбается мне, словно подавая знак, но я стараюсь на это не реагировать. — А где остальные? — Интересуется Эмили, закидывая одну ногу на колени Тома, а тот крепче сжимает ее ладонь в своей, провожая нежным взглядом. Он просто не отрывает от нее глаз. В какой-то степени я даже им завидую, потому что они ни от кого не скрывают своих трепетных отношений. — Без понятия, я сейчас позвоню Ханне и Трис, — я выхожу в другую комнату, чтобы не мешать тем и сделать звонок. — А я Георгу и Густаву, — Билл тут же пулей вылетает вслед за мной, но в итоге никто из нас не набирает номера ребят. Мы стоим в другой комнате, сверля друг друга взглядами и не зная, что сказать. Я, правда, не знаю, что ему сейчас сказать. Да и стоит ли вообще? Я вообще-то вышла сюда, чтобы позвонить девочкам, а не выяснять с ним отношения, хоть и хочу прояснить все. — Так мило, что мой брат по уши влюбился в твою подругу, — он пытается не заводить разговор о нас, я это вижу. Или нет никаких «нас». Вот не надо мне быть такой дурой и влюбляться в него, не надо. Ни к чему хорошему это не приведет, если я уже сейчас полностью забью себе мозг Биллом. Нет, надо устоять перед этим. — Согласна. Эмили мне звонила утром, рассказывала об их свидании. Ты не представляешь, насколько радостными был ее голос. — А какой Том был счастливый, когда пришел домой. Всю ночь не давал мне спать, трещал о том, какая она классная. — А ты что? — Как бы невзначай интересуюсь я, ставя тем самым блондина в тупик. Он на пару секунд задумывается, не зная, как выкрутиться из этой ситуации. — Если ты о наших вчерашних поцелуях, я пока ничего не говорил. Ну, знаешь, я не из тех, кто торопит события, — он улыбается, вставая вплотную ко мне. Черт, от него так прекрасно пахнет. Я полной грудью вдыхаю аромат его одеколона. Хочу сейчас же поцеловать его, хотя бы дотронуться до него, но держусь до последнего. Я сильная и могу не поддаваться его влиянию. — Да и вдруг ты будешь против? Я ведь не могу точно знать, как ты отреагируешь и все такое, — он становится еще ближе ко мне. Я чувствую, как его рука начинает скользить по моей, затем наши пальцы скрепляются между собой. — Я не буду против, но ты прав, нам пока стоит скрывать наши, эм, — я запинаюсь, не зная, какое слово подобрать. В итоге солист снова целует меня. Наши губы сплетаются в коротком, но таком жарком поцелуе, я инстинктивно ложу вторую руку ему на плечо, мы не можем оторваться друг от друга. Мое тело на переделе, по нему постоянно бегут мурашки, холодные мурашки, а потом меня начинает бросать в жар. Не могу понять, что со мной происходит. Дыхание учащается, тело отказывается слушаться, мозг на время отключается, сердце бьется невероятно быстро, пальцы рук дрожат. — Отношения, — он отрывается от моих губ, держа одну руки на моей щеке, — ты хотела сказать «отношения», да? — Да. — Я улыбаюсь, щеки мгновенно краснеют, когда он отвечает мне коварной ухмылкой. — Ладно, звони девочкам, я тоже позвоню парням. Не будем вызывать подозрений у ребят, хорошо? — Без проблем, — ошеломленная, широко и по-детски улыбаясь, я стою посреди комнаты и суетливо начинаю стучать по клавишам мобильника, пытаясь набрать номер Ханны. Что происходит между нами? Видимо пока нам придется скрывать от наших друзей, что мы встречаемся друг с другом. Или не встречаемся? Судя по тому, что Каулитц только что сказал… это и есть именно отношения. Тайные отношения.