Истории из жизни

      — Все помнят свою задачу? — строго спросила Сольвейг, прежде, чем они шагнули в портал.       Группа разрозненно кивнула.       Всю неделю они готовились к походу, совершая вылазки в более привычные места, притираясь, привыкая друг к другу. Аглая постоянно жалась к Юстиэлю, стараясь хоть как-нибудь прикоснуться к нему, поймать взгляд или поговорить. Сольвейг бесилась, но молчала — девушка была им нужна для похода.       «Как только вытянем маму, уж я ей устрою…» — мрачно думала бардесса.       Юстиэль был предельно сосредоточен. Его интересовало исключительно спасение супруги. Инцидент с Аглаей и неудачное чаепитие напрочь стёрлись из памяти. На все знаки внимания со стороны заклинательницы целитель почти не реагировал. Только коротко поглядывал и следил за уровнем жизненных сил.       Шисей шагал первым. Невзирая на страшную смерть в прошлом походе, страж выглядел решительно. В очередной раз он пренебрёг щитом и предпочёл любимый двуручный меч. И в этот раз он отлично справлялся со своей задачей — рубить лезших отовсюду мертвяков.       — Мне кажется, их сегодня стало больше? — задумчиво заметил воин и снёс голову одной из банши, буквально за секунду до того, как та успела издать свой леденящий душу визг.       — Их давно не кормили, — мрачно предположил Юстиэль, хмуро вглядываясь во тьму коридора впереди.       — Их и правда больше, будто со всех руин сбежались, — качнула головой Сольвейг, накладывая немоту на ещё одну вылезшую тварь. Нежить окружила группу элийцев, но те были подготовлены и настроены решительно. В ход пошло всё — и превращение в элементалей и пингвинов, и массовые удары по площади…       Зато, когда от монстров остались только кучки тряпья, дальнейший пусть был свободен. Как будто вся нежить решила остановить их в начале, а на дальнейшую защиту замка их не хватило. Коридоры были пусты.       — Интересно, где её искать… — задумчиво спросила Сольвейг в воздух.       — Кого? — тут же задала вопрос Аглая. Как-то так получилось, что её полностью не просветили на счет того, кого именно они ищут. Говорили, что спасательная операция, но…       — Мою супругу, мать Сольвейг, — без раздумий ответил Юстиэль. Его внимание настолько привлёк мелькавший впереди светлый силуэт, что целитель бездумно двинулся туда. Заклинательница недоуменно хлопнула глазками, а потом нахмурилась, чувствуя себя дурой. Значит, никуда она не делась, эта его супруга…       «Тоже мне, отец-одиночка, — мысленно фыркнула девушка, а потом коварно хмыкнула. — Но ведь могу и помочь им её…не найти».       — Я вот думаю, что нам стоит… ээ… — начал было Шисей, но осёкся, видя, как Юстиэль сомнамбулой побрёл в сторону от группы. — Юс?       Страж проводил целителя ошалевшим взглядом. Рефлексы сработали безотказно: заметив какое-то шевеление вдоль стен, Шисей сделал быстрый шаг вперёд и буквально за шкирку дёрнул жреца обратно. В этот момент из стен вынырнула пара бакмайков, громко клацнув когтями по камням.       — Эй? — страж помахал ладонью перед лицом Юстиэля. Тот заторможено моргнул и тряхнул головой.       — Показалось что-то, — виновато признался целитель. — По-моему, нам туда.       Он кивнул в сторону поворота, где парили в воздухе бакмайки. Именно там мелькал светлый силуэт.       — Ну пойдём туда, — недоверчиво отозвался Шисей. Притянув бакмайков к себе зигзагообразной молнией, он на время лишил их возможности передвигаться, пока остальная группа перетирала монстров на эфирный порошок.       Издалека донёсся тихий смешок. Тея металась по сторонам, чувствуя чужое присутствие. Но оно уже не казалось ей таким враждебным как раньше.       «Тея, любимая, — мысленно позвал Юстиэль. — Давай вернёмся домой вместе… прошу тебя». Он чувствовал себя глупо, обращаясь в пустоту и натыкаясь на холодную стенку, но упрямо звал супругу и шагал по коридору, пока команда методично раскидывала нежить. Они атаковали группками по двое-трое, только облегчая даэвам работу. Вопреки прошлому разу, когда на незваных гостей набросилась целая орава, теперь всё было в разы проще.       — Ой… — невинно произнесла заклинательница. Превращенный ею в элементаля анвайт «укатился» далеко по коридору и возвращался обратно с целой компанией из парочки унфестов и тройкой баньши. Вслед ползло несколько шелуков, — Я случайно.       Пришлось отвлечься от преследования на разборки с монстрами. В это время призрак ускользнул дальше и вновь затерялся в переплетениях галерей и переходов.       Юстиэль пару секунд мялся, разрываясь между спасением товарищей и преследованием своего видения. Этого было достаточно, чтобы банши парализовали отряд, а клинок одного из унфестов прорубил латы Шисею в районе живота. Самые болезненные раны были именно такими. Парализованный чарами, страж не смог даже застонать. Он молча рухнул на пол, укутавшись золотистыми крыльями.       Вымазанные в крови перья привели Юстиэля в чувства. И он выбрал свою группу, а не безрассудное преследование. Целитель развеял чары паралича и произнёс заклятие воскрешения, вернув дух Шисея обратно в тело. Тот тяжело поднялся на ноги, опираясь на меч, и приложил ладонь к полученной бреши в доспехе.       — Будешь должен ремонт, — фыркнул страж.       — Глупая коко, — набросилась на заклинательницу Сольвейг, — Ты совсем что ли эфиром не владеешь?! Или ослепла и не видишь, куда твое заклятие ляжет?! Идиотка, ты нас чуть всех не убила!       — Ой, подумаешь, — мгновенно надула губки Аглая, — Неужели вы настолько слабенькие, что не разберетесь с шестёркой монстров? Ну или сколько их там было, сущая ерунда. Вон лучше за лекарем смотри, чтоб не зевал, а вовремя лечил, мои «замены» не бесконечные.       — Простите, больше не повторится, — торопливо извинился Юстиэль. Увлечённый призрачным образом вдалеке, он даже не увидел, каким образом даэвы привлеки такое количество нежити. — Я больше не спущу с Шисея глаз. И с вас со всех тоже.       Свои слова Юстиэль подкрепил сияющим светом лекарских чар. Он полностью восстановил силы стражу. Теперь можно было двигаться дальше. Хотя червячок сомнений прочно обосновался в разуме целителя. Если они станут отвлекаться на всю нежить, что будет вылезать из теней, то никогда не догонят Тею в этом лабиринте поворотов и коридоров.       — Вот то-то же, — хмыкнула девушка, отряхивая невидимые пылинки с гримуара. Сольвейг взвилась.       — Не оправдывайся, пап! Эта идиотка сама сюда всю ораву притащила, а теперь хочет свою вину спихнуть.       — В любом случае, это уже не важно, — встрял Адонис, прерывая зарождающийся скандал, — Нам лучше поспешить, а не выяснять отношения посреди кишащих монстрами руин.       Шисей был полностью согласен с чародеем. Он отряхнул кирасу, хотя толку от этого было мало. Страж всегда выходил из походов самым потрёпанным и грязным, потому что шёл впереди всех и брал удар на себя. Но при этом не позволял себе жаловаться.       Под ногами захрустели останки нежити. Благо хоть они не проявляли признаков агрессии. Юстиэль держал слово и шагал вместе со всеми, устремив напряжённый взгляд в спину Шисею.       — Дыру во мне не прожги, — ухмыльнулся тот, когда обернулся после длинного пустого коридора. — Я предлагаю вот что. В следующий раз, когда призрак попадётся нам на глаза, пусть Юс идёт за ней. А мы возьмем на себя нежить.       Страж обвёл взглядом всю компанию и задержал его на Аглае.       — Будет туго, готовьтесь, — честно предупредил он.       — Ничего страшного, мы справимся, — Сольвейг покосилась на чародея. Адонис согласно кивнул и покрепче перехватил щит с булавой. Аглая пожала плечами и кивнула. Группа двинулась дальше. Они вышли в огромный зал и там коридоры расходились в разные стороны.       — И куда теперь? — нахмурился чародей, поглядывая по сторонам.       — Я не… — начала бардесса, но тот из коридоров хлынула нежить. Девушка сжала в руках смычок, превращая их в пингвинов и прищурилась, — Левый, вон туда!       Вдалеке вновь мелькнул подол призрачного платья.       — Иди скорее, мы справимся!       Шисей занял оборонительную позицию, в кои-то веки сменив двуручный меч на лёгкий клинок и прочный щит. Раз уж им нужно держать рубеж, то он сделает всё, чтобы защитить отряд и простоять как можно дольше. Юстиэль не медлил. Он торопливо кивнул и помчался вперёд. Пришлось поднырнуть под мечом одного из анвайтов, чьё лезвие могло запросто лишить безрассудного даэва головы.       «Тея!» — сердце застучало как шальное. Целитель свернул за призраком. Под ногами захрустели чьи-то истлевшие останки, на лицо налипла паутина. Юстиэль не останавливаясь стёр её рукой.       Призрак изредка оборачивался, словно проверяя, следует ли даэв за ним. Она увела целителя в подвальные помещения старых руин — здесь царило ещё большее запустение, чем наверху. Отовсюду свисали клочья паутины, пахло плесенью. Алетейя остановилась лишь в комнате, смутно напоминающей камеру пыток. На полу были почерневшие от времени следы, напоминающие лужи крови, а на стенах висели ржавые наручники. В уголке притаилась Железная дева.       — Почему ты преследуешь меня?! — резко обернувшись, спросила Тея.       Юстиэль выдохнул и шумно втянул порцию душного воздуха подземелья. В погоне за бестелесным существом даэв сильно запыхался, уворачиваясь от лап нежити или перескакивая дыры в старом полу.       — Я… потому что я… Тея, я тебя люблю! — признание получилось рваным. Мало было сбитого после пробежки дыхание, так теперь Юстиэль пригляделся к месту, куда забежал за супругой. Стало не по себе. Вся эта утварь явно когда-то использовалась. Хотя следы крови были старыми, менее страшной камера пыток не выглядела.       — И Сольвейг скучает по тебе, она твоя дочь, — целитель сделал маленький шаг к призраку. — Пожалуйста, не убегай… вспомни нас.       Тея вздрогнула. Что-то в чертах целителя показалось ей смутно знакомым. Будто она видела его раньше. Только где?..       — Я тебя не помню, — мрачно произнесла девушка, но в её тоне скользнула нотка неуверенности. Помнит. Где-то глубоко в подсознании, там, где дремлет скованная чарами этого места память. Но вопреки обыкновению, Алетейя не убегала и не стремилась испариться или убить надоедавшего даэва. Будто давала ему время сказать что-нибудь ещё.       — Это же я, — ещё один короткий шаг к призраку, — Юстиэль. Мы через столько прошли, ты не можешь не помнить.       Мужчина старался не делать резких движений и проклял уже всё на свете, что лишился силы целителя душ. С ней и её сенсорами можно было бы в разы проще достучаться до сознания Теи. Но теперь приходилось полагаться только на своё красноречие. «Только сначала думай, потом говори», — мысленно твердил самому себе элиец, буквально вцепившись взглядом в глубокие глаза-бездны супруги.       — У нас ещё есть сын, Аскольд…       «Думай!» — Юстиэль закусил губу. За прошедшую сотню лет вся жизнь смешалась в такой пёстрый коктейль, что вычленить оттуда сию секунду что-то отдельное и подходящее было довольно трудно.       — Мы живём в Интердике, а до этого… — сбивчиво начал целитель, но из его памяти словно вышибло невидимый клин. Слова полились сами собой, рассказывая скованной проклятием девушке эпизоды её прошлой жизни. Было и кесталовое мороженое, и совместные прогулки, и рождение первенца, и даже погибшая подруга Маору.       Алетейя молчаливо слушала, не сводя глаз с целителя. Неизвестно, что зацепило её больше всего из сказанного им, но внезапно на лице девушки промелькнула волна узнавания.       — Юс? Юстиэль? — Тея нахмурилась, будто ей что-то мешало разглядеть супруга, — Что ты здесь…       «Оставь, оставь!.. — мгновенно проснулись в сознании тысячи голосов. На разный лад они звали её, разрывая разум на части. — Он враг, он хочет забрать сокровище из Руин! Убей его…убей их всех…живым здесь не место…»       — Давай вернёмся домой, вместе, — Юстиэль медленно протянул руку ладонью кверху, но ближе к Тее не подошёл, чтобы не испугать или не разозлить её. — Мы со стольким справлялись. Справимся и с этим.       Усталый взгляд целителя загорелся упрямой уверенностью.       — Душа моя, Тея, — он прижал свободную руку к груди напротив сердца, — не бросай меня. Из всех сокровищ мне нужна только ты. Пожалуйста, вспомни же…       — Домой… — в памяти медленно, но верно всплывал душный запах болота, жара и небольшое поселение на пригорке. Выкрашенный дом с черепичной крышей, крыльцо и веранда.       А ведь Корунд тоже рассказывал ей про Интердику. Теперь в мыслях было то, что недавно случилось между ними двумя. Девушка мотнула головой, стараясь разогнать хаос, царивший в голове, но события переплетались, менялись местами, искажались и путались.       Юстиэль терпеливо ждал, пока Тея осмыслит всю мешанину событий, которую тот обрушил на неё. Пауза повисла довольно долгая. В течение неё целитель мысленно молился всем покровителям. Исчезла страшная комната, орудия пыток и пятна крови. Исчезли и проклятые стены старого замка. Было только лицо пропавшей супруги и её глаза.       — Я не оставлю тебя здесь снова, — неожиданно заявил Юстиэль, разбив тем самым тишину. Так и не дождавшись, что Тея примет его руку, он сам шагнул к девушке и коснулся её плеч. Тепло рук живого снова скользнуло по призрачной белой коже.       Пожалуй, это было последней каплей. Тея с удивлением осознала, что прикосновение даэва больше не причиняет боли, как раньше. Его руки были тёплыми, но не обжигали. И касание не было…чуждым. Большего девушка осмыслить не смогла. Её скрутило от дикого приступа боли. Рухнув на колени, Алетейя раскрыла рот в немом крике. Из груди девушки рванулись клубы черного дыма, быстро заполняя камеру. Некоторое время ничего не было видно. А когда дымка спала, Тея лежала на полу, укрытая ветошью. В тряпках с трудом узнавалось красивое платье, которое было на ней несколькими секундами раньше.       Юстиэль тотчас бухнулся на колени рядом с ней. Сердце сделало один болезненный удар в груди и замерло, будто застряв где-то в рёбрах. Он протянул руку и нащупал бившийся на шее девушки ритм пульса. «Живая…» — облегчённо вздохнул целитель.       — Ши, я нашёл её, отступайте, — в эфирный канал группы позвал Юстиэль. Никакие из проклятых сокровищ не интересовали его. Он бережно поднял супругу на руки и встал с пола.       Шисей мечом отмахнулся от банши. Показалось или правда, но нежить умерила пыл. Их атаки внезапно стали не такими сильными и яростными. Страж тяжело вздохнул и обвёл взглядом потрёпанную группу.       — Юстиэль… — Тея пошевелилась и обняла супруга за шею, подняв на него потускневшие глаза, — Где я?       Девушка выглядела бледной и очень уставшей. Не было того блеска во взгляде, какой был у призрака. Под глазами залегли тени, казалось, будто бардесса похудела. Волосы были растрепанными и грязными, на них налипла паутина. От привычной косички не осталось и следа — пряди свисали в хаотичном беспорядке.       Юстиэль едва не смеялся от счастья. Он облегчённо выдохнул и принялся осыпать чумазое лицо супруги хаотичными поцелуями. Он не мог обрушить на неё свои эмоции, как бывало раньше из-за силы целителя душ. Но и этого тесного контакта вполне хватало. По крайней мере ему.       — Сейчас будешь дома, наконец-то дома, — с жаром зашептал он, ткнувшись лбом в лоб супруги.       Домашний портал показался ослепительно-ярким на фоне мрачного подземелья.       — Держитесь! — тем временем громко крикнула Сольвейг, помогая Адонису. И он, и она здорово умаялись, исцеляя группу, но всё же не сдавались. Аглая, помрачневшая и насупившаяся, активно ткала заклятия. Несмотря ни на что, перспектива оказаться на кибелиске ей не нравилась.       — Давайте назад потихоньку, — сквозь зубы прошипел Шисей. Он сам уже едва стоял на ногах. Латы были пробиты в нескольких местах и обильно покрыты частями тел или одеяний нападавшей нежити. Страж окутал весь отряд золотистой аурой. Теперь на какое-то время все атаки будут им практически ни по чём. Где-то совсем рядом жалобно заскулил бакмайк и отпрыгнул назад, баюкая руку с обломанными когтями.       Компания дружной гурьбой вывалилась на ковер гостиной, безнадежно его запачкав. Алетейя хлопала глазами, не понимая, что происходит и чувствуя себя донельзя слабой, как будто после затяжной болезни. Руины и пребывание призраком вытянули из неё почти все жизненные силы. Сольвейг счастливо улыбалась, глядя на родителей. Адонис и Шисей устало пытались отдышаться. Недовольно выглядела только заклинательница.       — А как же трофеи? — капризно спросила девушка, — Вы обещали!       Страж вздохнул. Эта дамочка начинала нервировать даже его. Он сунул руку в куб и вытащил оттуда довольно массивное ожерелье из полированного жёлтого металла. Оно было украшено огненно-оранжевыми остроконечными камнями.       — Вот возьми, — произнёс Шисей и протянул вещицу Аглае, — хотя сомневаюсь, что подарки из проклятого замка принесут кому-то счастье.       Юстиэль был полностью поглощён Теей.       — Тебе нужно отдохнуть, теперь всё позади, — произнёс целитель, — все объяснения — потом.       Он посмотрел на остальных даэвов.       — Спасибо, я в неоплатном долгу.       — Я что, похожа на нищенку, которую можно задобрить золотой цацкой? — оскорбилась рыжеволосая, задирая нос.       — Слушай сюда внимательно, — терпение Сольвейг лопнуло, и она более не скрывала своего раздражения, — Ты прекрасно знала, что мы идем туда в первую очередь не сокровища выискивать, так какого хуя ты сейчас возмущаешься? Скажи спасибо, что взяли тебя без опыта! Теперь можешь валить на все четыре стороны, при случае хвастаясь тем, какая ты просвященная!       Шисей недоуменно вскинул брови и опустил взгляд на ожерелье у себя на ладони. Даже невооружённым взглядом воина было видно, что вещь необычная и дорогая. В итоге страж хмыкнул, пожал плечами и спрятал сувенир обратно в куб.       — Нет, ты похожа на курицу, которой ошпарили хвост, — честно ответил он, смерив потрёпанную, бушующую магичку долгим взглядом. — Сочтёмся в кузнице.       Последняя фраза была адресована Юстиэлю.       — Пойдём, народ, мы всё-таки выбрались из руин живыми, грех не отметить, — довольно заявил Шисей. Его бодрый настрой не портила даже чумазая физиономия и лохматая шевелюра. — Вам нужно время, чтобы прийти в себя и отдохнуть, — воин кивнул супружеской паре.       Аглая фыркнула и скороговоркой зачитала заклятие возвращения. К какому кибелиску была привязана эта барышня, никто и понятия не имел, но как только она ушла — воздух в комнате разрядился.       — Хорошая идея, — кивнул Адонис и глянул на Сольвейг, — Составишь нам компанию? Или ты дома будешь, отдыхать с родителями?       — Мм… — девушка покосилась на мать. Тея едва заметно качнула головой. — Сейчас, только приведу себя в подобие порядка и пойдем.       Девушка упорхнула в ванную.       — Я не очень понимаю, что происходит… Но, видимо, лучше спрошу об этом потом…       Юстиэль помог Тее перебраться на диван. Там рядом с ней он дождался, пока дочь приведёт себя в порядок, и вся скопившаяся в гостиной компания улетит в таверну. В иное время он был бы рад побыть радушным хозяином, но сейчас все мысли были заняты иным.       — Сегодня без чая, — неловко усмехнулся он, наблюдая, как «гости» уходят. И только оставшись наедине с супругой, целитель спохватился:       — Тебе нужно переодеться во что-то… и умыться…       Как ни крути, а лохмотья, в которые превратилось платье, постоянно напоминали об ужасах проклятого замка. Юстиэль вскочил с дивана, окинув дом ошалевшим взглядом. Он явно не знал, за что хвататься.       — Успокойся, — тихо выдохнула Алетейя, которой поневоле передавалась нервозность супруга. И пусть сейчас дело было совсем не в силе целителя душ, просто за долгие годы они так привыкли, притерлись друг к другу и «настроились на одну волну», что частенько заканчивали друг за другом фразы и чувствовали одно и то же, — Давай я сначала умоюсь, может, приму душ, а потом уже переоденусь… В ванной же лежат чистые вещи.       Девушка попыталась самостоятельно подняться, но ничего не вышло. Ноги не держали её. Тея виновато глянула на Юстиэля.       — Поможешь мне?       Тот сделал глубокий вдох и кивнул.       — Конечно, — спустя пару мгновений целитель уже был рядом. Только предварительно ему пришлось скинуть перчатки и покрытую паутиной и грязью кольчужную куртку. Металлические кольца тихо звякнули, и части доспехов остались лежать в стороне. — Забирайся на руки, — мягко улыбнулся Юстиэль и наклонился к девушке, протягивая ей обе руки. — Хватайся за шею крепче.       Алетейя ухватилась за целителя, обвив руками его шею. Краткое мгновение, и вот она уже у него на руках.       — Неси меня, мой верный конь, — улыбнувшись, произнесла девушка. Ситуация почему-то вызывала смутное чувство дежа вю, как будто такое уже происходило. Но этому не стоило удивляться, Тея весьма любила покататься на руках супруга.       — Как я соскучился по тебе, — выдохнул Юстиэль и коснулся губ бардессы лёгким поцелуем. — Согласен быть конём хоть всю вечность. Только не пропадай больше.       Пришлось переступить через кольчугу, которую по-прежнему разбрасывал по полу. Уж тем более, в отсутствие супруги целитель не сильно заботился о порядке и аккуратности. Теперь всё изменится. «Наверное…» — съехидничал внутренний голос. Юстиэль улыбнулся и понёс Тею в ванную. Там был мягкий коврик, на который он решил поставить девушку, чтобы включить воду и настроить нужную температуру.       — Юс… — очутившись в ванной, Тея замялась, разглядывая собственное отражение в огромном зеркале. — Понимаешь, я… ничего не помню. Что со мной произошло? Ты говоришь, чтобы я не пропадала… как долго меня не было? И где я была? Почему я выгляжу… так?       Вопросы посыпались ворохом. Бардесса пыталась притормозить поток собственных слов, но не смогла. Слишком много всего было непонятным.       Капли тёплой воды забарабанили по ванне. Юстиэль украдкой вздохнул и повернулся к Тее. Он не был до конца уверен, что стоит именно сейчас рассказывать ей обо всём. Однако зная упрямство и любопытство девушки…       — Ты пропала во время обучения в Элтенене, — всё же начал целитель, — наставница сказала, что оставила тебя отдыхать неподалёку от лагеря. А потом… спустя несколько дней Сольвейг увидела тебя в проклятых руинах, и ты была не совсем… ээ… даэвом. Как будто чары старого замка настолько сильно повлияли на тебя, что стёрли из памяти всю прошлую жизнь. В общем, нам пришлось совершить несколько вылазок, чтобы вернуть тебя. Теперь всё позади.       Юстиэль ободряюще улыбнулся.       — Вот оно что… — задумчиво протянула девушка. Последним, что помнила Алетейя был Элтенен и то, как они с наставницей остановились отдохнуть под деревом. А дальше была словно черная пустота и следующие воспоминания начинались с того, что она пришла в себя на руках у Юстиэля.       Бардесса принялась стягивать с себя старое рваное тряпье, но стоило ему упасть на пол ванной, как девушка остановилась, изумленно разглядывая себя в отражении зеркала. На боку был огромный свежий шрам, вокруг которого остались следы запекшейся крови.       — Это ещё откуда… — выдохнула Тея.       — Дело рук похитителя? — предположил Юстиэль и крепко обнял Тею, прижав к себе. Как маленького ребёнка, он поставил её в ванную, чтобы девушке самой не пришлось перешагивать высокий бортик. О том, что он намокнет или испачкается, целитель нисколько не беспокоился.       — Сейчас искупаем тебя, я уберу шрам, — пообещал целитель. Он и представить себе не мог, как всё было на самом деле. Рыжеволосый убийца был последним, о ком элиец мог подумать. О собственной неудачной встрече с ним Юстиэль пока решил умолчать.       — Зачем кому-то было прятать меня у балаура на рогах в старых руинах? — поразилась Тея, безропотно позволяя супругу делать с собой, что ему вздумается. Кажется, она сейчас была занята скорее раздумьями на тему произошедшего, чем своим физическим состоянием. Хотя оно напомнило о себе болью — после того, как кровь смыла вода, выяснилось, что рана зажила не полностью и шрам — это лишь часть. — Зззараза… Ничего не понимаю, хоть убей…       — Давай подумаем про это позже. Тебе нужно отдохнуть, — нахмурился Юстиэль. Его как раз-таки волновало здоровье супруги. Он закатал рукава и протянул руку к её шраму. — Сильно болит?       Серебристый свет лекарских чар отразился бликами в воде и окутал кожу Теи, покрыв шрам прохладным эфиром. Магия переменилась, контрастируя с тёплым душем. Теперь она не грела, но всё равно была эффективной.       — Уже нет, — улыбнулась Алетейя, а потом внезапно нахмурилось, — А что произошло с тобой? Твоя магия и аура изменились, я это чувствую…       Девушка принялась пристально вглядываться в лицо Юстиэля, словно надеясь увидеть написанный на нём ответ. Ситуация становилась всё более странной, вызывая у бардессы множество вопросов, ответы на которые она хотела знать «вот прямо сейчас».       — Н-ну… — многозначительно промычал целитель и хмуро уставился на блекнущий шрам на боку Теи. Пока он обдумывал, с чего лучше начать рассказ, пауза затянулась. — Моя встреча с Рыжим… она прошла не совсем… хм… удачно.       Мужчина прервался на вздох. «Ну зачем… зачем ты про Рыжего-то? Надо было сразу к делу», — мысленный укор отразился на лице поджатыми губами.       — Я провалялся без сознания какое-то время, — продолжил он, — и мне явилась сама Юстиэль. Я просил у неё за тебя… а потом ещё и за Маору, чтобы ей было позволено вернуться из потоков эфира. Но там всё не так просто, так что… в общем, я больше не целитель душ. Пришлось отдать свою силу, чтобы она смогла родиться заново, теперь уже в асмодианском теле. Я решил, что это будет достойный поступок, чтобы искупить вину перед Корундом.       Последнюю фразу целитель выпалил на одном дыхании. Признаться в потере вверенного ему дара оказалось не так-то просто.       — А как же ты? — потерянно спросила Алетейя, — Ведь эта сила… она же…поддерживала твою жизнь.       Девушка с тревогой глянула на Юстиэля, надеясь, что он не был настолько безрассудным, чтобы пожертвовать своей жизнью ради блага других. Да, это было бы благородно, но до безумия глупо, с учетом того, что у целителя есть семья.       — Став Высшим даэвом, я обрёл новую вечность, — Юстиэль дословно процитировал покровительницу и беззаботно улыбнулся супруге. — Так что… смогу и дальше носить тебя на руках и свозить Сольвейг к обещанному морю. Только вот шрамы исцеляю уже не так быстро и безупречно.       Пока целитель говорил, вода потихоньку делала своё дело, смывая с тела Алетейи последствия пребывания в старом замке.       — Юс… какой же ты у меня балбес, — Тея обняла супруга, прерывая очередное заклятие и едва не расплакалась. Позади остались волнения о собственной судьбе и странное стечение обстоятельств, невыясненный источник шрама и даже слабость. Всё это перекрыла радость от того, что с Юстиэлем будет все в порядке. — Плевать, пусть хоть на всем теле у меня шрамы будут, главное, чтоб с тобой всё хорошо было.       Целитель удивлённо моргнул, когда остаток чар вспыхнул тусклым серебром и растворился в потоках воды. Вместе с Теей промокал и он сам, но нисколько не был против подобного исхода. Он прижал девушку и к себе и снова перенёс её через бортик.       — Я хотел, как лучше, — словно оправдываясь, пробормотал Юстиэль и потянулся рукой в сторону, за полотенцем. Секундами позже на плечи Алетейи легла мягкая пушистая ткань.       — Я знаю, — выдохнула девушка, несмело улыбаясь, — Ты же у меня герой Элиоса.       Алетейя тихо хихикнула и уже самостоятельно стала вытирать с кожи капельки воды. Отчаянно клонило в сон, причем неизвестно было то последствие слабости или же примененных Юстиэлем лекарских чар.       — Достань мне, пожалуйста, что-нибудь одеться… — попросила супруга бардесса, стараясь подсушить полотенцем волосы, чтобы с них не текла вода. — Спать охота, ужас просто. Ты же пойдешь со мной, да?       Целитель гордо вздёрнул подбородок, хотя и смутился тоже. Он ещё помнил, насколько сильно хотел и каким трудом добывал звание за победу над генералами асмодиан.       — Да, конечно, — очнувшись, закивал Юстиэль. Трудно сказать, ответом на какую из просьб была фраза, но в итоге он склонился к корзине с чистыми вещами. Она приютилась под раковиной и уже не первый раз выручала семейство. Оттуда целитель выудил помятую, но выстиранную до снежной белизны ночную сорочку и протянул её девушке.       — Я уложу тебя и буду рядом, — пообещал Юстиэль.       — По-моему я все же похожа на привидение, — облачившись в сорочку, резюмировала Тея. Бледная кожа и круги под глазами способствовали созданию этого впечатления. — Ты уверен, что добыл из руин живую меня, а не призрака? А то я уже сама начинаю потихоньку в этом сомневаться.       Удивительно было, как Алетейя умудрялась шутить на эту тему.       — Вполне себе живая, — невозмутимо отозвался Юстиэль и протянул руку, чтобы ласково погладить супругу по щеке. После купания та была тёплой, а вот внутри целителя от подобных шуточек всё похолодело, но он не подал виду.       — Ничего, откормим тебя, выспишься и снова станешь прежней, — обняв девушку за плечо, мужчина не спеша повёл её из ванной.       — Кстати…сколько, говоришь, я там провела? — опомнилась Тея, — Это выходит я всё это время не ела? Теперь не удивительно, почему в животе бурчит…       Девушка зевнула и невинно глянула на супруга.       — А можно мне в постель с собой какую-нибудь булочку? А то я и сама не усну и тебя будить буду этим бурчанием… Обещаю не крошить на кровать! Ну, по крайней мере постараюсь…       Юстиэль расхохотался, искренне и беззаботно. Пожалуй, впервые со времени той неудачной встречи с Корундом.       — Да хоть целого муто… — опрометчиво брякнул целитель, но тотчас опомнился: — Хотя начать стоит с чего попроще, учитывая долгую голодовку. Ложись, сейчас всё принесу.       Пока говорили, даэвы миновали гостиную и пришли в спальню. Юстиэль помог Тее улечься в постель, а сам быстрым шагом ушёл на кухню. Подогреть жестяной ковшик с остатками овощного супа ударом молний было довольно рискованной затеей. Но зато сработало быстро. Целитель налил в плошку немного бульона, отломил от краюхи хлеба кусок помягче и поспешил обратно в спальню, водрузив всё на поднос.       — Чувствую себя принцессой, — хмыкнула девушка, стоило Юстиэлю вновь появиться на пороге комнаты, — Правда, немножко больной, ну это не важно…       Пока его не было, Алетейя умудрилась взбить подушку повыше и теперь сидела, а не лежала.       — Подавайте мне мой королевский обед! — состроив надменную мордашку, «велела» она.       — Как прикажете, госпожа принцесса, — Юстиэль легко вжился в роль верного слуги и с подносом в руках отвесил девушке лёгкий поклон. После чего подошёл ближе и поставил его на тумбочку рядом. В руки Алетейи перекочевала пиала бульона с ложкой в ней и кусочек хлеба. Сам целитель присел на край кровати рядом.       — Хм… — Тея осторожно зачерпнула бульон ложкой, но к чему придраться не нашла, он был и вкусным, и тёплым.       Некоторое время в комнате повисла тишина. Девушка вспоминала о том, как вкусно готовит дочь и размышляла на тему, как хочется мороженого. Но гнать супруга за ним Алетейя не собиралась, всё-таки чтобы он был рядом, хотелось больше.       — Сольвейг у нас просто умница, — вслух озвучил её мысли Юстиэль, — у нее настоящий талант в кулинарии.       Звук собственной речи показался целителю каким-то странным, почти что лишним. В настоящий момент ему хотелось только сидеть рядом и чувствовать присутствие любимой даэвы. Фраза «всё позади» давно уже не приносила такого облегчения, как сейчас.       Закончив, девушка отставила обратно на поднос пустую тарелку и потянулась обнять Юстиэля.       — Спасибо, любимый, — тихо шепнула Тея, счастливо улыбаясь. Спустя годы она находила вот в таких моментах удивительную радость. Ей нравилось просто быть рядом, обнимать его или держать за руку, молчать или болтать ни о чем. Так хорошо было никуда не спешить и ни за что не тревожиться. Ну или почти не за что, ведь в жизни даэва всегда множество неприятностей. Потому и приходилось цепляться за маленькие бытовые позитивные моменты.       — А теперь ложись и отдыхай. Ни о чём не беспокойся, — отстранившись, произнёс Юстиэль и поцеловал Тею в лоб. — отнесу посуду на кухню и вернусь.       Он встал со своего места, взял поднос и покинул комнату. На то, чтобы помыть плошку и отряхнуть крошки, ушло совсем мало времени. Так что вскоре целитель бесшумно возник на пороге спальни и аккуратно заглянул внутрь, чтобы понять, не успела ли Тея уснуть.       Алетейя безмятежно спала, свернувшись калачиком. Стоило целителю покинуть комнату, девушка сползла с подушек и прикрыла глаза, мгновенно проваливаясь в темноту. Теперь она тихо и размеренно дышала, но по дрожащим ресницам было заметно, что бардесса может проснуться от любого неосторожного звука или движения, таким неглубоким был её сон.       Юстиэль замер. Пару минут он смотрел на спавшую супругу. В итоге целитель всё же решил зайти в спальню. В конце концов, он ведь обещал вернуться и быть рядом. Так что теперь, дабы не потревожить покой Алетейи, Юстиэль уселся прямо на ковёр с той стороны от кровати, где лежала девушка. Он упёрся спиной в комод и тихо вздохнул, прикрыв глаза. Вся усталость от затянувшейся нервотрёпки и изматывающих походов навалилась в один миг. Веки стали тяжёлыми, но целитель и не хотел открывать глаза. «Я просто посижу рядом с тобой… пока не проснёшься», — подумал он. Уголки губ непроизвольно поползли вверх.