Искусство выживать в мужском коллективе

Хмурая и заспанная, Лин выбралась на кухню. Яркий солнечный свет проникал сквозь занавески в клеточку, вызывая только раздражение. Накануне Скуало провёл с ней очередную тренировку в хардовом режиме, побив, как щенка. Потянувшись с хрустом костей, девушка налила себе воды в кружку и отпила. - Он тебя очень любит, хоть и не говорит об этом, - женский голос за её спиной заставил Лин вздрогнуть и выплюнуть воду бурным гейзером. Девушка повернулась и увидела проститутку, которая накануне объявилась в особняке и летящей походкой скрылась в комнате Скуало. Выглядела она весьма помято: косметика размазалась, на шее огромный след от укуса, крашеные в красный волосы растрёпаны. - Что? – Лин скривилась. - Скуало, - проститутка набрала себе воды и приложилась к кружке. – Он тебя обожает, хоть и не говорит тебе об этом. - Послушай, как там тебя, - девушка отпила снова, - если не хочешь, чтобы я заставила тебя биться головой о стену до тех пор, пока мозги из ушей не польются, не разговаривай со мной так, будто что-то знаешь. - ВРОООЙ! Какого хрена ты тут забыла, баба?! – уже во второй раз Лин от неожиданности выплюнула воду и злобно зыркнула на Скуало. Тот выглядел ещё злее, чем обычно. И непонятно, что его заставляло злиться. Растрепанный и злой, он стоял в дверях в одних трусах, хмурясь и меряя взглядом обоих. Лин, набрав себе ещё водички, усмехнулась, протянув: - Ну-ну, горячий человек, не ори, я уже ухожу. - Не ты, дерьма кусок! – Скуало чуть не выбил из её рук кружку. – Вернись к плите и приготовь мне пожрать. Скуало всегда бесился, когда на кухне или в столовой находился кто-то посторонний. Особенно, если это были проститутки, пришедшие к тому или иному его коллеге. Лин, злясь, вытащила из тумбочки коробку с кукурузными хлопьями и, насыпав их полную миску, залила их холодным молоком, а затем поставила тарелку перед севшим за стойку Скуало. Поднявшись к себе в комнату, девушка открыла шторы и выглянула в окно. Cнаружи было очень здорово: свежий воздух, зелень деревьев вокруг, солнечный свет. День выдался замечательный. К тому же Лин всё-таки устроила себе свидание. Недавно она познакомилась с неким Джимом, гуляя по торговому центру, и тот пригласил её в кафе на кружечку кофе с пирожным, поэтому ближе к обеду она, принарядившись, накрасившись и уложив волосы, вышла из комнаты, благоухая духами и радуясь. Перед ней стояла задача каким-то образом проскочить мимо Скуало, Леви и Занзаса, самых зловредных её дядюшек. Скуало и Занзас ни за что не пустили бы её на свидание, а Леви, встреть она его такая наряженная, тут же побежал бы к боссу, докладывать, что Лин куда-то собралась. - А что это ты такая красивая, а, Лин? – тяня гласные, из гостиной выглянул Фран, отловив её за руку. – Гулять собралась? Но Луссурия же ещё отсыпается, а Бел-семпая нет, значит… свидание?! - Тсс, не ори! – девушка стукнула его по шапке сумочкой. – Ты что, хочешь, чтобы все услышали? Сбежав от Франа, Лин прямо у ворот столкнулась со Скуало. Тот смерил её внимательным взглядом и нахмурился ещё больше, прорычав: - Куда это ты как шлюха вырядилась? - Гулять, - девушка попятилась, предчувствуя получение пиздюлей. – И вырядилась я не как шлюха, а вполне прилично. Я даже не в платье! - Я знаю, куда ты собралась, - мужчина ухватил её за волосы, наматывая их на кулак. – И мы это обсуждали, дерьма кусок. Обсуждали? - Обсуждали, - Лин завырывалась, уже понимая, что получит от наставника неслабо. - Дерьма кусок, – Скуало больно дёрнул её за волосы, потащив в дом. – Я говорил, что отрежу твои драгоценные патлы, если ослушаешься? Говорил. Когда Скуало взял на кухне нож и потащил её на внутренний дворик, Лин тут же занервничала, вырываясь с двойной силой. Девушка думала, что он так шутит, ведь не может же наставник, при всей своей зловредности, так с ней поступить, зная, что волосы для неё очень дороги. Это не плюшевые мишки в измельчителе для мусора и не выброшенные в реку книжки. Это нечто гораздо более дорогое. - Скуало, не надо! – закричала она, когда тот протащил её по внутреннему двору, царапая колени о брусчатку. – Не надо! - Если по-другому ты не учишься, будет так, как я считаю нужным, - мужчина перехватил её волосы поудобнее. – Не хочешь, чтобы отрезал ухо – не шевелись. - НЕ НАДО! – Лин попыталась вырваться снова, но была только грубо поставлена на колени. – Не надо, я прошу тебя! Я тебя умоляю! - Скуалочка, не трогай её! – Луссурия выглянул с балкона и, увидев происходящее, побежал их разнимать. Но было уже поздно. Нож скользнул по волосам и отрезал их, а Лин, упала на брусчатку, оцарапав ладони. Скуало, бросив отрезанные волосы рядом, пошёл обратно в дом, крикнув, что подопечная – дерьма кусок, и что в следующий раз он отрежет ей мизинцы на ногах. Поднявшись, девушка закрыла лицо руками, горько разрыдавшись. Волосы она считала своей гордостью и радостью, а теперь, когда их не было, Лин чувствовала себя уродливой. Оттолкнув подбежавшего Луссурию, девушка поднялась, утерев рукавом рубашки глаза, и побежала к себе в комнату. - Линочка, - в незапертую дверь постучали. – Линочка, можно зайти? - Убирайся! – крикнула Лин. – Не хочу никого видеть! - Лин, я сделаю тебе красивую стрижечку, - Луссурия снова постучал. – Открой. - Я не хочу! Отстань! - Скуало не подумал, он на эмоциях, - мужчина заглянул к ней в комнату, всё же приоткрыв дверь. - Он ужасно поступил, - прохрипела Лин, закутываясь в плед, как в кокон. - Не специально, Лин, - Луссурия сел на край кровати. - Но так выходит, - девушка замерла, посмотрев на открытую дверь. Скуало стоял, прислонившись к дверному косяку. На его губах была недобрая усмешка, и он точно не раскаивался. Мужчина протянул: - Эй, дерьма кусок. Лин поднялась с кровати, схватив тренировочный меч с тумбочки, и бросилась к нему, замахиваясь в прыжке. Скуало отскочил, уклонившись. Наконец-то она на него разозлилась, схватилась за меч и наконец-то замахнулась на полном серьёзе. Для того чтобы разозлить её и заставить научиться хоть чему-то, ему надо было просто отрезать ей волосы. Лин, сшибив вазу, замахнулась снова, но не попала. - Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ! – закричала она, швырнув в него тренировочным мечом. – НЕНАВИЖУ! - Мусор, какого хрена? – из своего кабинета, страдая похмельем, выглянул Занзас и замер, даже передумав швырять в неё стаканом, полным виски. – Ого, ты на пацана похожа. Мусор, ты что, ревёшь? - Я его ненавижу! – Лин сползла по стенке, закрыв лицо руками. – Он знал, что это самое дорогое, что у меня есть, и всё равно так поступил! Он всегда так поступает! Всегда! - Не вой, мусор, - босс грубо потрепал её по голове. – На вот тебе стакан, ты знаешь, что делать. Лин схватила стакан и одним махом осушила, стукнув льдом о зубы. Занзас слегка опешил, пробормотав, что он не это имел ввиду, но так тоже можно, и скрылся у себя в кабинете, решив продолжить спиваться. В коридоре стало тихо. Лин поставила стакан рядом с собой и ощупала свои волосы, заплакав. Они вообще не доставали до плеч. - Линочка, - Луссурия присел рядом. – Пойдём, я подстригу тебя, чтобы было красиво. Пойдём. Взяв за руку, мужчина увёл её в свою комнату, а затем, усадив перед зеркалом, долго отстригал лишнее и приводил причёску в порядок. От длинных и красивых чёрных волос осталось почти ничего. Стрижка получилась очень женственная, но Лин всё равно была безутешна. Теперь Скуало и Занзас будут дразнить её мальчишкой, и уж точно никуда из особняка, кроме как на миссии не пустят. Телефон у неё в кармане зазвонил и высветился номер Джима. Лин подняла трубку и, буркнув, что не хочет его видеть, отключила телефон. - Ну, вот, ты теперь снова красавица, - Луссурия веником собрал волосы с пола и выбросил в урну в ванной. – А Скуалочка извинится, вот увидишь. - Спасибо, - девушка поднялась и протёрла глаза. – Я к себе, надо переварить всё случившееся. - Ты только не плачь, ладно? – мужчина погладил её по голове. - Скуалочка обожает тебя, просто своеобразно это показывает. Вернувшись в свою комнату, Лин упала на кровать, обняв плюшевую панду, и почти моментально уснула.