Долго и счастливо

Подходя к той самой лавочке, Эмма увидела, что Киллиан уже на месте, будто никуда и не уходил. Он сменил футболку черной рубашкой, которая, несомненно, ему очень шла. - Ты очень красивая, - Джонс встретил ее комплиментом, на что Свон смущенно опустила глаза, пряча улыбку. Галантно подставив ей руку, Киллиан направился к кафе, которое присмотрел еще днем. На Нью-Йорк медленно опускались сумерки, создавая загадочную и немного романтичную атмосферу. Машин на дорогах почти не осталось, тишину нарушали лишь прохожие, мирно прогуливающиеся по аллеям. Неспешно дойдя до кафе, Джон отрыл дверь, пропуская Эмму вперед. Когда он вошел следом, то понял, что не ошибся с выбором заведения. Приглушенный свет создавал уютную атмосферу, казалось, это не лампы, а свечи освещают комнату. Деревянная мебель придавала ощущение старины, так что Джонса не покидало чувство, будто с улицы Нью-Йорка он вошел прямиком в таверну, коих было много в Зачарованном лесу. Сквозь свои мысли и воспоминания Киллиан услышал слова Эммы: - Здесь очень красиво, - его спутница улыбнулась. - Да, очень. Давай найдем столик. Оглядев комнату, Джонс увидел подходящее место – двухместный столик у окна, откуда был виден парк и закатное небо, которое начинали усеивать звезды. Сев за стол и сделав заказ, Эмма и Киллиан начали беседу, поначалу скромную, на общие темы. Но Джонсу это было не важно. Главное – он снова видит эти зеленые глаза, эту родную улыбку. Выпитое вино стерло границы недоверия, и, осмелев, они перешли на более личные темы. Заметив, что Киллиан почти не использует левую руку, Эмма поинтересовалась: - А что с рукой? Он вопросительно глянул на свою левую руку и молча снял протез. Красноречивый взгляд Эммы заставил его пояснить: - Ее откусил... крокодил. Крюк был еще достаточно трезв, чтобы не рассказать Эмме всю правду. Но, судя по взгляду, Свон ему не особо верила, и Джонсу пришлось включить фантазию. - На самом деле, это был крокодил из зоопарка. Я был слишком неосторожен, протянул угощенье для него через клетку... Ну, вот он и отблагодарил меня, - он завершил свой короткий рассказ шуткой. Алкоголь явно не способствовал придумыванию адекватных историй. Но, похоже, Эмму ответ удовлетворил, потому что последовал следующий вопрос. - А вообще, расскажи о себе, - попросила девушка. - Родителей я лишился в раннем детстве, и меня воспитывал брат. Поэтому, когда он подался в мореплавание, я, разумеется, последовал за ним, - Крюк мысленно порадовался, что придумал свою историю заранее. – Мы долго плавали... А потом мой брат... он утонул, - вспомнив настоящую причину гибели брата, он едва сдержал себя. – После этого я еще некоторое время пробыл в море, но недавно я понял, что оно не доставляет мне больше былого удовольствия, не приносит счастья... Поэтому я приехал сюда... А теперь твоя очередь, - после небольшой паузы объявил Джонс. Ему хотелось услышать новые воспоминания Эммы, услужливо подделанные Реджиной. - Ну, что тут рассказывать... Мое прошлое было темным... Меня как-то посадили в тюрьму за кражу. Хотя это была подстава. И именно там родился Генри. Выйдя из заключения, я была одна, с сыном на руках и машиной – единственным, что осталось от его отца. Больше вестей от него никогда не было. Так что я села за руль, положила Генри рядом и поехала куда глаза глядят. На ночь я останавливалась в мотелях, а переночевав в Нью-Йорке, решила, что хватит поездок. И осталась. Нашла работу, через полгода купила квартиру, зажила, - больше не найдя, что сказать, Эмма замолчала, задумавшись о чем-то. Киллиан молча наполнил бокалы, и они, чокнувшись, выпили за Нью-Йорк и новую жизнь. Когда принесли чек, Эмма решила, что должна заплатить за себя сама. - Ты только приехал, тебе нужны деньги! - Нет, все в порядке, - увещевал ее Джонс. – Я тебя пригласил, мне и платить. - Но я могу... Крюк посмотрел на нее взглядом, не терпящим никаких возражений, и положил свои деньги в книжку с чеком. - А теперь я тебя провожу, - безапелляционным тоном сообщил Киллиан. – Уже поздно и тебя нельзя отпускать одну. Тем более в таком сногсшибательном виде. *** Несмотря на заявления Крюка, пошли они не домой, а еще пару часов прогуливались по парку. Там они продолжили болтать на разные темы, попутно любуясь звездным небом. Киллиан показывал Эмме разные созвездия, удивляя ее своими познаниями. Свон наслаждалась обществом красивого мужчины, чего ей давно уже не хватало. А Джонс радовался возможности просто быть рядом, держать ее под руку, удивлять, вызывать улыбку... Он не хотел, чтобы этот вечер заканчивался, но совесть напоминала о Генри, который был дома один. Смирившись с тем, что все хорошее когда-нибудь кончается, Киллиан повел Эмму домой. Беспокоясь, что Свон может не дойти, Крюк довел ее до самой двери в квартиру, вопреки ее возражениям. - Что ж, спасибо за прекрасный вечер, - улыбнулась на прощание Эмма, обнимая Джонса за шею. Киллиан нежно улыбнулся, заправил ей за ухо выпавший локон и коротко поцеловал. Улыбнувшись на прощание, Джонс отправил Эмму спать. Улыбаясь от того, что его план стремительно воплощается в жизнь, Джонс отправился в свой номер в гостинице. Войдя в комнату, он, не раздеваясь, повалился на кровать. День выдался долгий и полный впечатлений. Эмма тихо, чтобы не разбудить Генри разделась и проскочила в свою спальню. Она была рада, что согласилась на ужин. Так хорошо ей не было уже давно. Киллиан – то, чего ей не хватало последние несколько лет. Конечно, у нее появлялись ухажеры, приглашали ее в дорогие рестораны, но все это было не тем, чего ей хотелось. Она желала семейного тепла и уюта, хотела, чтобы с мужчиной можно было быть собой, а не претворяться. Эмма давно уже думала, что ее мечтам не суждено сбыться, пока не встретила этого загадочного Киллиана Джонса.