Клятва

Мягкие волны опаснейшего из морей ласкают песок, ставший розовым в свете заходящего за горизонт солнца. Оно в последний раз за сегодня озарило остров, ознаменовав начало трудного времени. Санджи пробыл на острове окам Момоиро всего неделю. Но и она показалась вечностью: постоянная беготня от трансвеститов, отчего возможность нормально выспаться или поесть просто испаряется в мгновение ока! Да что там поесть и поспать — это можно пережить, а вот после еды или питья, обычно, человек хочет в туалет. Но в этом аду даже это сделать было проблематично. И, конечно же, все это весьма плачевно сказывалось как на внутреннем состоянии, так и на внешнем виде Санджи. Единственное, что не давало опустить руки и сдаться — мечта. И накама, ждущие его. Нет, конечно, были и иные причины, ради которых нужно было закончить эту «миссию». — Блин! Надеюсь, Нами-сан и Робин-чан повезло больше. Ха! Да даже тупому маримо я не пожелал бы такого! Черная нога ловко завернул в кусты, оторвавшись на короткое время от преследователей. «Маримо» — слово, произнесенное спонтанно, в попытке хоть как-то взбодриться — теперь оно зацепилось в мыслях, словно в паутине. Воспоминания роем пчелок носились туда-сюда, подкидывая моменты жизни на корабле. В основном: ссоры, драки, спотыкания об ноги, опять драки, подача еды со злобным видом. Причина есть или нет, последствия в виде жутких ссадин или без них. Все это складывалось в одну картинку повседневности. Дыхание нормализовалось быстрее, чем предполагалось. Остывающая земля лишь немного причиняла дискомфорт, но за неделю блондин уже смог привыкнуть к этому. Рука Санджи по привычке потянулась во внутренний карман пиджака за сигаретами; но кроме почти заканчивающейся зажигалки, да одной спички без коробка — ничего не было. Расстраиваться долго не пришлось: тихие крики издали постепенно становились громче, по мощеной плиткой дорожке зацокали каблуки, а запах пота и духов послужили сигналом к тому, что если еще на секунду замешкаться — произойдет нечто ужасное. Блондин вскочил с места и через кусты ринулся куда глаза глядят, но точно подальше от толпы окам, норовившей то ли переломать юноше все кости, то ли просто поиздеваться, втянув в свои дурацкие «игрища» с переодеванием. Это стало уже привычкой — так убегать. «Неделя! Только неделя этого ада прошла! И я уже к этому привык?! — кок упрямо пробирался через заросли, стараясь спрятаться от мужчин, бегущих за ним по пятам. — А Луффи сказал, что встретимся только через два года! Ну и припомню я ему… Или не ему? Точно! Ему и Куме! Да вообще, всем достанется! Кроме моих прелестных Нами-сан и Робин-чан!» Солнце склонилось так низко, что еще минута — и мир погрузится в сумерки. Увидеть в них что-либо становилось очень трудно. Каждая ночь становилась игрой на выживание. Единственное, что радовало — «девушек» становилось меньше, многие уходили спать. Поэтому и оторваться от них было легче. А еще можно было пробраться куда-нибудь и приготовить себе еды. На неделю. Лесополоса неожиданно кончилась, выпуская блондина вновь на пляж. Солнце уже село — только небо постепенно меняло свой окрас от ярко-рыжего у моря до темно-синего вверху. — Санджи-кун, мы нашли тебя! — хохот со стороны, хохот сзади — не меняло ситуации — откуда! Главное то, что они действительно его нашли! Кок рванул вперед что было сил. Ноги увязали в сухом песке, поэтому очень скоро ему пришлось подойти ближе к воде. Теперь ногам стало легче — песок был жестче благодаря воде. Но даже это не давало разогнаться на полную — окама догоняли всей толпой, тянули к Санджи свои руки. Казалось, остановить их не может даже морской король или что похуже! — Да пошло всё! — нервы сдавали. Опять. Но стоило крепиться и… Следить за языком, ведь слово, а особенно обещание, не воробей — вылетит — не поймаешь, — Если я выживу на этом острове, то, клянусь, пересплю с хреновым маримо!! — Ох, Санджи-кун, какое прекрасное обещание! — низкий, но от этого только более противный, голос, а потом смех — окамы дружной толпой догоняли кока. *** Сколько времени прошло с тех пор, как они очутились на архипелаге Сабаоди? Нет, не сейчас. В тот, первый раз. Каждый из экипажа Санни может дать точный ответ. Не задумываясь. Два года. Два года после смерти Белоуса и Эйса. Два года, пролетевшие для некоторых быстро, а для некоторых — мучительно долго. «Тогда еще команду раскидало» — мысленно усмехнулся Санджи. Всего несколько секунд назад группа островов появилась в поле зрения, а уже столько воспоминаний вновь возникли в голове у блондина. Розовый корабль окам пришвартовался в отдалении. Стоило ногам ступить на твердую землю — мысли унеслись одна за другой, в основном — в сторону прекрасного пола, так удачно попавшего в поле зрения. Хотя, одна мысль все-таки осталась здравой: он свободен! — Санджи-кун, — такой знакомый голос заставил сердечки в глазах при виде девушек погаснуть, да несколько мурашек пробежаться по спине вдоль позвоночника, — ты не забыл свое обещание? Блондин обернулся, а правая бровь полезла чуть вверх, а потом двинулась к носу, означая, что кок пытается что-то вспомнить. Но, пожав плечами как бы самому себе, он вопросительно посмотрел на тех, кто подбросил его до острова. Окамы улыбались, некоторые вытирали слезы, предвещавшие расставание. — Чё надо? — вдыхая сигаретный дым, нагло поинтересовался Санджи. Он совершенно спокойно смотрел на людей, с которыми пробыл на одном острове два года. В каком-то роде он им благодарен: тренировки в Аду пошли на пользу, но, в основном, вся эта благодарность погибала под остальными чувствами недовольства. Да и дрожь все-таки осталась, как привычка, скорее. — Ты что же, забыл все-таки? — надув губки, поинтересовался один из окам, в данный момент являющийся штурманом маленького корабля. — Выжил, так теперь нужно выполнить обещание, связанное с маримо. Единственный открытый глаз расширился. Воспоминания о первой неделе нахлынули одновременно. Его отчаяние, которое вырвалось в крике-обещании, теперь заставляло краснеть кока сильнее, чем при виде грудей девушек, отдыхающих на архипелаге. — Да ни за что!! Никогда я этого не сделаю! — рука махнула, рассекая воздух в протесте. А голос сорвался на крик, означая крайнюю степень недовольства. — Ай-ай, Санджи-кун, так нельзя. Клятва или обещание — не стоит ими так просто раскидываться. Упрек был принят с удивлением, но не более. Выслушивать что-то еще, сказанное этими людьми — просто не хотелось. Санджи взъерошил челку, что-то промямлил и, вновь махнув рукой, развернулся в сторону, где еще недавно была толпа девушек. — Да, кстати, — мужчина слегка обернулся, — спасибо, что подбросили. Иве привет. Легкий взмах правой рукой, поправка рюкзака на плечах и вот — кок из команды Мугивары направляется широкими шагами в сторону рощи, где его ждут. Попутно он «стреляет сердечками из глаз» в прохожих девушек, пытаясь высмотреть хоть кого-то, кто напоминал бы Нами-сан или Робин-чан. Но увы: вплоть до бара ему никто из девушек не попался, отчего настроение немного ухудшилось. Еще хуже стало оно тогда, когда блондин узнал, каким пришел по счету. Быть седьмым ему никак не «улыбалось», а портило картину еще и то, что Зоро — топографический кретин от рождения, каким-то макаром оказался первым. Правда, долго думать об этом не пришлось: профессиональная этика не позволяла долго сидеть без дела коку, у которого на корабле нет никакого провианта! А зная Луффи, который, даже если и придет сытый, сразу же потребует еды и вечеринки по поводу их воссоединения, нужно было запастись едой минимум на год для обычной команды. Да и желание увидеть в толпе Нами или Робин никуда не пропало. Пузыри поднимались от земли, создавая чудные преломления. Некоторые были сделаны для поездок, что для обычного человека было странным, в других же милые леди носили покупки. Даже Санджи, который, по идее, не должен был уже на это реагировать, смотрел на каждый пузырь завороженно. Они были только в одном месте — на этой земле, которая разъединила команду на два года. Которая сделала эту команду сильнее за два года. Которая станет новым стартом в их необычном приключении, наполненном радостью и грустью, потерей и приобретением, боями, ссорами, едой и смехом. Рыбы на рынке не было. Точнее, была, но, увы, не та, что была нужна для приготовления блюда, рецепт которого Санджи «отвоевал» на острове окам. Для того, чтобы приобрести нужную, необходимо идти к берегу, и, как сказала женщина на рынке, искать уже там магазинчик одного рыбака. К счастью, он нашелся быстро. Правда, только магазинчик. Или это Санджи так показалось, ведь его прогулка была наполнена яркими впечатлениями, полученными от созерцания девушек, милее которых он не встречал в последние годы. «Да я вообще женщин не встречал за последние годы! Даже Ива в женской „версии“ был ужасен!» Рыбака на месте не было, что не помешало коку краем глаза осмотреть товар, представленный на витрине. Он был лучшим из того, что блондин вообще видел за сегодня, поэтому пришлось бы в любом случае ждать продавца. Но делать это долго не пришлось — мужчина, стоящий на берегу и смотрящий куда-то в море, сам выдал себя. — Что-то случилось? — подойдя ближе, учтиво спросил Санджи. Мужчина был на грани срыва, отчего его рассказ постоянно сбивался, но не менял своей сути. Под конец Санджи чуть не засмеялся: настолько нелепым ему все это показалось. Пара уточнений и вот — картина складывалась прекрасней некуда — тупой топографический кретин найден, оставалось только немного подождать, да успокоить рыбака, ведь тот не знает, на что способен незнакомец, решивший так невовремя порыбачить. Кок вдохнул сигаретный дым, а затем выпустил его, слегка открывая рот, при этом смотря в небо. Чистое, голубое. Не нежно-розовое, как в последние годы, а голубое. Ни облачка, только пузыри, которые по очереди лопались, достигая определенной высоты. Да и шум моря тоже успокаивал нервы. Волны бились о «святую землю», слегка хлюпали, а потом слышались капли. Это было сродни тишине. Но тишине не долговечной: люди начали копошиться на соседнем возвышении, указывая куда-то в воду, как несколько минут назад это делал рыбак. К тихим, однотипным, звукам прибавилось что-то еще. Словно много-много пузырьков лопались один за другим, составляя таким образом ужасную мелодию шума. — Хах, — вновь вдыхая дым, усмехнулся Санджи. «Вернулся. Что-то быстро для маримо.» Но даже с такими мыслями, даже с тем представлением о силе, которой должен был обладать его «друг», блондин сильно был удивлен, когда из воды показался галеон, разрубленный надвое. Легкий страх мурашками пробежался по позвоночнику — такую силу он видел лишь однажды, когда Луффи только мечтал о том, чтобы взять его в команду. «Михоук?!» — именно это имя всплывает, когда вспоминаешь о том, как огромный корабль, вставший возле плавучего ресторана, разрубило на части. Сейчас было то же самое. Взгляд заметил фигуру, сидящую на одной из сломанных мачт. В руке — черная катана, в ушах — три серьги, а аура смерти ощущалась даже на таком отдалении. Но что-то еще не давало нормально дышать. Капли, стекающие по телу мечника, его сила, взгляд, дикость… В горле стоял ком, особенно после того, как окама напомнил об обещании. — Я же говорил, — невольно сглатывая, усмехался Санджи, неотрывно смотря на Зоро, — не о чем было беспокоиться, этого маримо не так уж легко убить, сам пробовал.