Bring back the joy to my life

Проснулся, умылся, почистил зубы, позавтракал. Не понимаю, выспался или нет, почему-то паста без вкуса, а что я ел? Папа молчит, отец не сводит глаз с супруга, папа болеет последний год - сердце. Через два года тридцатилетие их совместной жизни, они всегда вместе, только с годами понимаешь, как это прекрасно, когда есть тот, кто тебя любит, заботиться о тебе, и позволяет заботиться о себе. Глядя на моих родителей, я всегда хотел крепкую семью, но как-то не сложилось. Раньше, я не мог себе представить, как, вот так просто отказаться от свободы, взять на себя ответственность за чужую жизнь, думать не только о своих желаниях и потребностях. Но всё изменилось, когда я встретил Энжела, младшего брата Вильяма, с которым учился и дружил в младшей школе, потом друг перескочил на несколько классов вперёд, разница в интересах и другая компания развела наши дороги, но приятельские, даже дружеские отношения мы поддерживали всегда. С первой встречи я понял – Энжел моя судьба, он тот, кого я никогда не обижу, и сделаю этого мальчика счастливым. Я боялся напугать его своим напором, но он был настолько открытым и отзывчивым, что наше сближение прошло гладко, и красиво. Конечно, мне как альфе, обед безбрачия давался с трудом, особенно, когда Энжел позволял невинные шалости, но я верил, что мне есть что беречь. Мы не были истинными, я слабо его ощущал вне течки, но тогда, когда его папа на пороге их квартиры, мне сказал, что Энжел не сможет со мной видеться несколько дней, а в помещении стоял устойчивый запах течного, невинного омеги, у меня чуть крышу не снесло. Даже без метки, мы были бы счастливой парой. - Колин, - голос папы слабый, уставший, глаза заплаканные, он подошёл ко мне, обнял сзади, прижался, - как ты, мальчик мой? - Не знаю, как в прострации, вокруг сплошной вакуум, ни чувств, ни внятных мыслей – ничего. - Мне так жаль… - Папа, я прошу тебя, побереги себя ради нас, со мной всё будет нормально, - я вздохнул, сам не поверив в свои слова, - со временем, всё будет нормально, поверь. - Нам пора собираться, уже время. - Я скоро буду готов. – Я встал, обнял папу, поцеловал его в лоб, - присмотри за отцом, что-то у него вид не очень. - Кто бы говорил, - отец подошёл к нам, - Колин, нам через час выезжать, спустишься, когда будешь готов, и нам надо собраться. Он предложил папе руку, и они удались в сторону своих комнат. Обожаю эту квартиру, тут моё детство прошло и бурная юность, пока папа не взбунтовался, я привёл домой течного омегу и мы на неделю заперлись в моей комнате. Тогда, мне купили практически схожую жилплощадь, где я живу с двадцати лет, но в эти дни мне хочется побыть с родителями. Галстук удалось завязать с третьего раза, волосы не хотели укладываться, надо подстричься, если честно, мне глубоко по хуй, как я сейчас выгляжу. Я не хочу туда идти! Присел на кровать, обхватил голову руками, чтобы она не взорвалась, как? За что? Почему? Нет! Сейчас не время, не хочу папу расстраивать, вытер набежавшие слезы, ещё раз осмотрел себя, брызнул туалетной водой в воздух, вошёл в ароматное облачко, ещё одно напоминание об Ангеле, его подарок. Блядь, крышу сносит. Я хочу, чтобы это всё быстро закончилось, хочу - завтра! *** Похороны жуткая вещь, правда, нам хотят внушить, что естественная, а похороны молодого, здорового, красивого и умного омеги – трагедия. Не знаю, как держатся его родные, на папу смотреть страшно, а дед молодец, хоть на нём лица нет, а зятя поддерживает, и незаметно для всех, держит ситуацию под контролем. Боги, ведомые и неизвестные, уберегите в жизни от горя хоронить своих детей и внуков! Сердце должно быть из стали. Жутко видеть его в гробу, он будто спит, такой спокойный, умиротворённый, а ведь я даже не знаю, был ли он согласен стать моим мужем. Он обещал хорошо подумать и дать ответ в течение нескольких дней, а на следующее утро позвонил и назначил встречу. И это было последний раз, когда я слышал его голос, смогу ли я забыть его? Найти кого-то, кто его заменит? Нет, его мне никто не заменит, но инстинкт продолжения рода у альф развит настолько сильно, что давать зарок, что никогда не женюсь, не буду. Но, боюсь, это нескоро теперь произойдёт. Кто-то, что-то говорил, потом приехал Вилли, кто бы мог подумать, что он приедет с Барри, я что-то пропустил, или это совпадение, но омега уверено держится рядом, словно они пара. Странно, не думал, что Вилли сможет простить его, ещё один неприятный сюрприз. Священник долго читал молитвы, что-то проповедовал, но и это проходило мимо меня. Потом его похоронили, бросая горсть земли на крышку гроба, я бросал часть себя, своей души, своего сердца. Развернулся и ушёл первым, не смогу видеть, как будут закапывать гроб, это выше моих сил, я не железный. Решил подождать родителей возле машины, покурю, может нервы успокоятся. Сигареты в бардачке, жаль, курить хочется, и напиться, вумат, вусмерть, чтобы мозги отключились. - Мистер Картер, уделите мне две минуты вашего времени, у меня есть для вас сообщение, - услышал я рядом с собой. Я дёрнулся, около меня материализовалось нечто красно - чёрно – блестящее, ужасно пахнущее резкими, раздражающими все рецепторы, духами. Блядь, так напугать, сердце ухнуло и вернулось на место: - Вы уверены, что сообщение для меня? Я взглянул в его глаза, папочка дорогой, у меня мороз по коже прогулялся вдоль позвоночника, глаза зеркало души? Это были невероятные глаза, золотисто-зеленого цвета, яркие, выразительные, обрамлённые густыми, чёрными ресницами, без грамма косметики, да и не надо, но чёрные губы, большое количество золота на лице, никак не гармонировали с этим взглядом. - Вы Николас Картер, жених Энжела Пирса, простите, бывший жених, я вас знаю, у меня сообщение от Энжела. Я не поверил тому, что слышу, мой мозг никак не мог связать Энжела с этим, а кто он? Из-за парфюма не понятно, молодой альфа, или омега, шагнул ему навстречу, а он, испугавшись, сделал шаг назад. Вся гамма чувств быстро отразилась на его лице, он оглянулся по сторонам, и быстро, но внятно сказал: - Когда вы сегодня будете в доме Пирсов, поднимитесь в кабинет Энжела, откройте старинный книжный шкаф, вы знаете, о чём я, по правую руку, на второй полке в самом конце, нащупайте выпуклость, нажмите на неё и отойдите от шкафа на два шага назад. Откроется тайник, там для вас сообщение. Если думаете, что это обман, возьмите с собой Грэга Пирса. Это не шутка и не розыгрыш, прощайте! И скрылся так быстро, что, наверное, беги я за ним следом, вряд ли смог его догнать. - Кто это был? – спросил Вильям, он с Барри и родителями, как раз подошёл к авто. - Не знаю, но хочу узнать, очень хочу, а тебе он незнаком? Может, знакомый Энжела? - Нет, у Энжела не было друзей неформалов, он слушал классику, в основном, да и жил в мире цифр, не его формат. *** В доме Пирсов было непривычно тихо, переговоры велись шёпотом, но от ощущения пустоты трудно было избавиться, когда встали из-за стола, я подошёл к Грегори Пирсу, застав его в одиночестве, что сегодня было трудно сделать, каждый лично хотел выразить соболезнование: - Мистер Пирс, сэр, я хочу поговорить с вами наедине, мы можем пройти в кабинет Энжела? - Пойдём, мальчик мой, мне уже надо присесть, я не так молод и здоров, как выгляжу. Мы вошли в кабинет, мистер Пирс присел на диван, откинулся на спинку, и прикрыл глаза: - Господи, за что? – Тихо прошептал он, потом принял нормальную позу и спросил, - о чём ты хотел поговорить? - Вы только не подумайте, что я сошёл с ума, мне надо тут кое-что сделать. Я подошёл к шкафу, и, следуя инструкции странного парня, полез рукой вглубь книг, нащупал выпуклость, нажал на неё, отошёл на два шага назад, и стал ждать. Мистер Грегори с удивление смотрел на меня, что-то в шкафу щёлкнуло, заскрипело, верхняя полка медленно поползла вперёд. - Да, не ожидал,- я услышал голос Пирса, - Энжел тебя на самом деле любил и верил тебе, если открыл свой маленький секрет. Он поднялся с дивана и шагнул к шкафу. - Этот шкаф когда-то был моим, мой отец купил его в антикварном магазине, у меня было много книг, - Грегори порылся за отъехавшей полкой, достал большой, жёлтый, канцелярский конверт, что-то сделал, опять всё защёлкало и задвигалось, становясь на место, - а это тебе. Он протянул конверт мне, я взял его в руки, не веря, что это не сон и не бред. - О тайнике знали только я и Энжел, вот теперь знаешь и ты. - Не только, - мимо воли вырвалось у меня. - В каком смысле? - Это не Энжел сказал мне о тайнике. - А кто? - Не знаю, - я подробно рассказал о сегодняшней, странной встрече. - Я теряюсь в догадках, Энжел был подростком, когда я ему подарил этот раритет и показал тайник, он с детской наивность поклялся хранить эту тайну, и никому, кроме своего альфы не рассказывать о нем. – Он замолчал, потом взглянул на конверт, - может, посмотрим, что там? Ты ведь не зря позвал меня. - Мне это посоветовал сделать тот странный парень. Я разорвал конверт, внутри был самый простой альбом для рисования, у меня был такой в младших классах. На альбоме, ровным, готическим шрифтом написано: «моё признание в любви». Отрыл первую страницу и начал читать вслух: «Сегодня четвёртое ноября, мне кажется, что один очень красивый альфа пытается за мной ухаживать, я счастлив, думаю, это судьба. С этого дня, в этом альбоме я буду выражать свои чувства и настроение, всё, что связанно с Ним. Энжел Пирс» - Это личное, - сказал мистер Пирс, - мне, конечно, хочется его почитать, но это только для тебя. Но я не могу понять, кто тот парень, не мог Энжел о таком рассказать первому встречному, понимаешь? Энжел был немного зажатым, трудно заводил новые знакомства, ему было комфортно только среди своих. Но представить в рядах «своих», такого парня, да ещё неясного пола, просто рядом с внуком, я не могу. При всём моём искреннем желании помочь тебе, тут я бессилен. Он пожал мне руку и вышел, было видно старик озадачен. *** Это была длинная ночь. Много вискаря и марихуаны, потому что на трезвую смотреть и читать то, что записывал мой ангел, было невозможно. У меня бы сердце стало, смотри я это на трезвую голову. Мне хотелось вырвать сердце, только бы оно не болело, разбить голову, чтобы не думать, чтобы забыть, ни знать, ни помнить. Все страницы были пронумерованы и датированы, когда я перевернул четырнадцатую страницу, я выронил альбом, рыдания, которые комом застряли где-то в душе, вырвались наружу. На картинке,парило два ангела, на фоне ночного неба, я - с чёрными крыльями, он - с белыми, абсолютно обнажённые. На небе горела утренняя звезда, мне даже дату смотреть не надо было, чтобы вспомнить ту ночь, когда мы впервые остались вдвоём до утра, а звезда – Венера. Мы тогда наблюдали редкое явление, Венера так близко к Земле бывает редко, что-то там, раз в двести лет. Тогда впервые были смелые ласки, умопомрачительные поцелуи, всё, кроме секса. Чёрный ангел держит за руку Белого, который тянется к нему, но было понятно, что он не летит на встречу, а улетает. Всё, как в ту ночь, позволено было много, но не "всё". А внизу надпись: «Первая любовь - любовь последняя. Нежная и пошлая…» Листая страницы, понимал, что прощаюсь со своим ангелом навсегда, больше никогда не ощутить шелковистость волос, гладкость кожи, не уловить любимого запаха, не заглянуть в синие омуты глаз, ничего…никогда… А на последней странице, ровным, быстрым почерком было написано: «Да! Да! Да! Я стану твоим мужем, я тебя люблю». Всё. К утру, придя в себя, вложил альбом обратно в жёлтый конверт, и запер его в сейфе. Не знаю, смогу ли ещё раз его просмотреть, но не в ближайшее время, это точно. Мне бы мозгами не поехать, буду надеяться, что время лечит. *** На работе было тихо, все ходили на цыпочках и разговаривали шёпотом. Спасибо, что не мучают соболезнованиями. Из головы не выходила вчерашняя встреча, озадачила уверенность Грэга Пирса, что кроме их двоих, никто не мог знать, где находится тайник. Это должен быть очень близкий человек. Кто он? Лёгкая щетина, сбивала с толка, он не похож на подростка, то, что он старше Энжела, даже спорить не буду. Альфа? Омега? Друг? Набрал номер начальника службы безопасности, попросил зайти. Толковый мужик, воевал, работал телохранителем, был ранен, ушёл в отставку и попал ко мне на службу, очень ценный кадр. Секретарь сообщил о приходе мистера Харта. После приветствия и скупых слов соболезнования, я предложил ему присесть: - Мистер Харт, могу ли я обратиться к вам с личной просьбой? - Мистер Картер, всё, что в моих силах. - Скажите, трудно в нашем городе найти человека, без фото, но с примечательной внешностью? - В городе, где количество проживающих перевалило за миллион? Легко. - Мне бы вашу уверенность. - Если опишите парня, расскажите, без лишних тайн что вас связывает, и что вы о нём знаете, ещё легче. - Я его видел всего один раз, вчера на похоронах. Я подробно рассказал о встрече с незнакомцем, о тайнике, об альбоме, о том, что сказал мистер Пирс. Эдгард Харт слушал внимательно, не перебивал, а лишь после моего рассказа, задал несколько вопросов. - Попробую обратиться к охране кладбища, там есть камеры наблюдения, возможно, он попал в объектив, но с такой внешностью, где-то обязательно засветится. - Мистер Харт, я прошу найти его, для разговора, желательно узнать его адрес. - Я вас понял, только наблюдение, без контакта, осторожно, чтобы он ничего не заподозрил. Мы поняли друг друга. - Эта работа будет оплачена, как частное дело, - видя попытку оспорить мои слова, я пресёк спор. - Мистер Харт, я вам доверяю, и верю, что вы будете действовать в рамках закона, поэтому я обратился к вам, а не к частным детективам. - Ваше право. Он уже выходил, когда я его окликнул: - Мистер Харт, мне бы хотелось в первую очередь узнать его пол. Он кивнул, что понял и вышел из кабинета. Почему мне не даёт покоя эта встреча, чего я боюсь? Что у Энжела был кто-то ближе меня? Он был девственником, это не обсуждается, но связь бывает разной, неужели я его ревную? Что такого в том парне, я не могу его выкинуть из головы, что скрывает этот взгляд, в котором было столько боли и ещё что-то, слегка уловимое. Надежда? Вера? Любовь? Не знаю, но хочу и должен узнать.