Bring back the joy to my life

Эн. Уже неделю обустраиваем новое жилище, «скромное» бунгало из стекла и дерева на берегу океана, с подъездом от центральной магистрали города. Когда мы только задумались, где будем жить, выбрали побережье, возвратиться в свою квартиру не представлялось возможным по двум причинам. Во-первых, предприимчивый мистер Дин сдал её в аренду, сразу после ремонта, на три года, а во-вторых, я безумен, но не столько. Вспоминая, безбедную, но пресную жизнь Энжела, (учитывая, что я не кот, хоть и с кошачьими глазами, девяти жизней у меня нет точно, до сих пор не знаю, как объяснить, то, что со мной случилось), решил, что деньги нужны для того, чтобы их тратить, если их просто копить, зачем зарабатывать? Лакки прыгал от восторга, ему нравилось всё: сам дом с бассейном, пристройки, домик для гостей, а главное, собственный пляж с причалом. Вся эта красота, занимала площадь, чуть больше гектара. В таком доме, на такой террасе, готовить в два раза вкуснее, а зарабатывать деньги, сидя за компом и любуясь заходом солнца над океаном, приятнее, даже – романтичнее. Мы обустраивали жилище так, чтобы ни у кого не возникло подозрения, что мы - не супруги. Общая не только спальня, но практически все зоны, исключение - маленький столик на террасе с моим ноутом и принтером. Это было моё рабочее место. Лакки сказал, что затягивать с открытием салона не будем, всю работу по обустройству, дизайну и набору персонала он взял на себя. Мистер Дин рассчитал бывших работников, заплатив им хорошую компенсацию. Лакки ожил, он просыпался не свет ни заря, стягивал с меня одеяло и гнал работать. Я, в основном, следил за последними штрихами в работе дизайнеров, загорал и купался. Однажды вечером, любуюсь закатом, взял простые альбомные листы и карандашом сделал несколько набросков. Утром услышал писк восторга, это был дизайнер Макс, который увидел наброски, сказал, это именно то, что нужно! Среди буйства красок, карандашные рисунки на стене, как раз тот штрих, которого не хватало. Листочки были закованы в рамки со стеклом и развешаны в гостиной. Пусть, мне не жалко. Но это не первый мой эмоциональный всплеск, до отъезда я записал песню, слова и музыка сами ложились на бумажный листок, составляя композицию переживаний и чувств, глубоко спрятанных во мне. Вчера Лакки пришёл под утро, уставший, но гордый, завтра открытие салона, мы договорились, что при первой возможности устроим день отдыха, дом обустроен, остались мелочи, которые мы исправим по ходу жизни, пригласим Лекса Пирса, пора обзаводится друзьями, короче – show must go on! Но человек предполагает, а жизнь располагает. Завёл себе правило бегать по утрам за молоком в ближайший магазин, Лакки просто обожает заварной кофе на молоке. За две недели новой привычки, по дороге ни разу никого не встречал, к магазину подбегал к открытию. Сегодня почти на час проспал, Лакки ещё дрых, пусть спит, он уставший, вчера заметил круги под глазами, резко он начал бурную деятельность, после года отлёжки сразу такой старт. Но кофе никто не отменял. Бегу обратно к дому, поворачивая на подъездную дорогу, навстречу бежал альфа, мы поравнялись, наши глаза встретились, я быстро отвернулся и продолжил бег, этого ещё не хватало, что тут Ник делает, только эта мысль мелькнула в голове, как я услышал звуки падения и отборный мат. Развернулся - картина маслом, на бордюре лежал Николас Картер, собственной персоной, со сбитым коленом, из раны начинала сочиться кровь. Этот момент прояснил мне мозги, и я подбежал к альфе. - Мужик, ты что? Ты как? - Ещё, блядь, спроси, «зачем»? - Точно, зачем? – Улыбаясь, спросил я, понимаю, что чаплинский юмор, «упал на кожуре банана», сейчас неуместен, но нечего на омег пялиться, вот тебе, зараза такая…любимая….Сердце сжалось до размера атома, и медленно поглощалось чёрной дырой сознания: «он тебя ненавидит». - Давайте помогу, - я предложил альфе руку, помог встать, Ник зашипел от боли. – Где вы живёте, я помогу дойти. - В восьми километрах на юго-запад, поможешь? - Конечно, вы тут постойте, через пару минут подъеду, хорошо? Он кивнул в знак согласия, немного удивлённый таким моим порывом помочь, но это нормально, а если бы я упал, он пробежал бы мимо? Буквально через пять минут я подъехал, вышел из авто, открыл дверь, помогая удобнее устроиться на переднем сидении, обработал рану перекисью и смачно залил йодом, пристегнул Ника, занял водительское место. - «Hummer» - сказал Ник, каким-то недовольным тоном. - Да, кэп, он самый, прости, что не на «Bentley», муж не любит когда трогают его красотулечку. Ник хмыкнул, он смотрел на меня заинтересованным взглядом, его близость странно будоражила меня, я решил не накалять обстановку. - Как вы себя чувствуете? Нога не сломана? Может быть в травматологию? Ник скривился от боли, подёргал конечностью и вынес вердикт: - До свадьбы заживёт. - Ну и славно. Выехав на трассу, спросил адрес, повернул в нужном направлении, подвёз к самому входу. Помог выйти из машины, ещё раз поинтересовался насчёт травмпункта, получил аналогичный первому ответ, распрощался, как вдруг: - Тони! – Передо мной материализовался Лекс Пирс, - ты? Откуда? Привет Ник, - он пожал руку альфе, подошёл ко мне, протянул руку, а когда я жал её, он порывисто обнял меня, и спросил: - Давно в городе? - Прости, засранца, уже почти месяц, но, - я поднял руки, не давая ему высказаться, - не звонил, потому, что минуты не было свободной, помогаю мужу в работе, и дом оформлял. - А вы откуда? – Лекс посмотрел на разбитую ногу Ника. - А вот, альфу практически на пороге дома нашёл, - Лекс ухмыльнулся, у Ника вытянулось лицо, видно не ожидал такой наглости от меня. - Где это ты так? – Лекс решил прояснить ситуацию у Николаса. - Упал, - просто сказал тот, так и не сводя с меня глаз. – А мистер… - Антонио, - просто представился я, опережая Лекса, пусть не по этикету, но хочу пока без фамилий. - А мистер Антонио любезно подвёз к дому. – Закончил Ник свою мысль. Консьерж вышел из парадной, увидел в каком состоянии нога жильца, кинулся на помощь, и увёл альфу, который всю дорогу на нас оглядывался. - Какие планы на день? – Поинтересовался я у альфы. - До обеда пару дел надо сделать, а после свободен. - Пообедаем вместе? Приезжай ко мне, - я достал из бардачка блокнот. Записал адрес, объяснил, как лучше подъехать с трассы. - Давай, часа в три дня? – предложил он. - Давай, приходи, я тебя с мужем познакомлю. На этом распрощались, да странно день начался, за месяц ни одной знакомой рожи не увидел. А сегодня сразу двоих, вернее две. *** Лакки прихорашивался у зеркала, я накрывал на стол, когда по домофону пришёл сигнал от ворот. - Кто? – спросил Лакки. - Лекс Пирс. Лаки открыл замок, впуская гостя на территорию нашего королевства, так друг называет наш дом. Я вышел встретить альфу. Выйдя из авто, Лекс матом описал то, что видел, спросил, где я откопал клад, и кого из родственников укокошил, чтобы так жить. Получил ответ, что мол, кто на кого учился, слово за слово вошли в дом. - Знакомься, это мой муж Лауренсо. Ларри, это Лекс Пирс. После знакомства, отправил Лекса мыть руки, сели за стол. Лекс рассказывал городские новости, не упустил новость с открытием нового салона, все знакомы омеги уже с ума сходят, реклама только чего стоит. Лакки краснел от удовольствия, пусть играется, у него не много радости было в жизни. Лакки стал посматривать на часы. - Тебе пора? – Спросил я, еще до прихода Пирса, мы договорились, как будем себя вести, дружить с Лексом не просто, а дружба с омегой, для него непостижима, но ко мне проникся. Решил убрать из своего поведения всё то, что раздражает альфу в поведении омег. Поэтому заранее договорились сыграть роль любящих, супругов, не пара двух омег, а супружеская пара, со своими выбриками и закидонами. Лакки встал из-за стола, подошёл ко мне, поцеловал в щеку. - Всё было вкусно, впрочем, как всегда. – И упорхнул в спальню. - Это ты готовил? – Удивился Лекс, - очень вкусно, у тебя талант. - Кофе будешь? - Нет, пока не хочу, хочу на пляж посмотреть. - Лекс, давай посмотрим с балкона, мне Ларри провести надо, он работает каждый день без выходных, мы практически не видимся. Мы вышли на террасу, скромно мной названой балконом. - Даже не догадывался, что такая красота рядом совсем. - Да, два грузовика мусора с пляжа вывезли, это кошмар, чего только море не приносит. Кстати, домик для гостей будет с недели готов, милости прошу, можешь жить, нам не так скучно будет. - Ловлю на слове, а ты готовишь каждый день? Я рассмеялся, поесть Лекс любил всегда. - Иногда трижды вдень. В это время в на террасу выплыл Лакки, в коротких шортиках и малюсеньком топике. Я обошёл «мужа», подошел к входной двери и присел на тумбочку рядом с выходом. - Далеко собрался? – нейтральным тоном спросил я. - Ну, Тони! – Лакки надул губки. Я молчал, глядя в глаза «мужу», тот блеснув ещё раз своими прелестями, гордо скрылся за дверьми спальни. Я так и остался сидеть на своём месте, а Лекс с любопытством наблюдал эту «семейную» сценку. Лекс вышел в футболке под горло, в классических джинсах, на ноги, правда, босоножки надел, и так, бедный, в такую жару, при полном параде. Гордо прошествовал мимо. - Нечего не забыл? – Спросил омегу, тот улыбаясь, Лекс его лица видеть не мог, подмигнул мне, демонстративно поцеловал в щеку, и упорхнул на работу. - Осторожно за рулём! – вдогонку крикнул я. Лекс откровенно ржал: - Ничего нового, всё, как у всех, - вынес свой вердикт альфа, - так ты, как я понимаю, вечером свободен? - Думаю, что до полночи Ларри не вернётся, он проект заканчивает, сдавать завтра, а работы много ещё. - А он, у тебя, хорошенький. - А я у него? – Смеясь, спросил Лекса. – Ну что, покурим? Лекс рассмеялся, и повторил то, в чём, к счастью уверился, что у нас всё как у обычной пары. Незаметно прошли четыре часа наших посиделок, оговорили все на свете, провожая Лекса, завел его в гостиную, он осмотрелся, увидел наброски на стене, подошёл долго рассматривал их, потом глухим голосом спросил: - Откуда они у тебя. - Дня три назад нарисовал, закат вдохновил, а дизайнер увидел и задействовал, сказал, что это то, что надо. Лекс внимательно на меня посмотрел, потом еще раз на наброски, и мы вышли во двор. - Тони, я сегодня с друзьями договорился в клубе «Глобус» встретиться, может, составишь компанию? - Когда? - Заеду домой, переоденусь, оставлю машину и через час буду на месте. - Договорились. Распрощавшись, я отправился собираться в клуб, вечер обещает быть интересным. *** Ник. Пришёл с работы, денёк выдался не из лёгких, да что говорить, тяжёлый был день, а всё с утра началось. Каждый день пробегаю свою дистанцию, купаюсь на пляже и бегу обратно, у меня реально нет времени днем по залам ходить, а форму поддерживать надо. На обратном пути встретил парня, как потом оказалось омегу, надо было мне в его глаза взглянуть, я обомлел, забыл, что делал, куда бежал, уже не мог отвести взгляда от него, от его ладной фигуры, не заметил, как сошёл с дорожки, зацепился, упал и разбил ногу. Да что мне так везёт на кошачеглазых, такую красоту я видел второй раз в жизни. Парень кинулся на помощь, подвёз к дому, а потом чудеса в решете, он знаком с Лексом Пирсом, мало того, они, судя по всему, близкие друзья. Лекс кого попало, в ближний круг не допускает, а чтобы у него был друг омега, ещё и замужний – нонсенс. Решил проверить, позвонил Пирсу, разговор получился интересный. Тони столичный друг Лекса, что-то у него с мужем было, он его долго лечил, а теперь, не то климат ему тут подходит, не то работу хорошую нашли. Вот только те, кто в том районе живёт, обычно в работе не нуждаются. Но не это самое интересное, что я узнал меня, почему-то расстроило. Муж у Антонио был омегой, сейчас не удивишь однополым браком, но такому парню альфа нужен! Его аромат был заблокирован, это злило ещё больше. Но понять, почему я злюсь, было выше моих сил. Видимо усталость сказывается. Надо в клуб наведаться, напиться, а если повезёт, найти омежку на ночь, а то зелёные с золотом глаза покоя не дают, я не стал переодеваться, вышел из квартиры и шагнул в вечерний город. *** Эн. Собрался быстро, докурил остатки роскоши, что будет в клубе неизвестно, но нарушать правила клуба, мне совсем не хочется. Вызвал такси, за руль уже не сяду, машина приехала быстро, ещё раз осмотрел себя в зеркало, шикарный мальчик, сам себя не похвалишь… - Приехали, клуб «Глобус», - сказал водитель. Клуб находился в пляжной зоне, на летней площадке толкалась молодёжь, у кого хватало средств на дорогое заведение. В клубе было многолюдно, пятница конец рабочей недели, клерки отрываются. Я осмотрелся по сторонам и понял, что в такой толпе Лекса будет трудно опознать. Вдруг, чья-то рука обняла меня за талию. - Вот это встреча! Не думал, что могу встретить вас здесь, мистер Антонио - Глубокий, чистый и не совсем трезвый голос, он окутал, парализовал, обездвижил. - Привет! – Почему-то проблеял я. - Хм, - он провёл рукой вдоль позвоночника, потом медленно вернул на место. – А вы сегодня чудесно выглядите, если бы не видел вас раньше, в жизни бы не узнал. Блядь, попандос, я усмехнулся, а трава действительно хорошая, меня именно в этот момент «на хи-хи» пробило. Вовремя! - Трудно узнать омегу без спортивного костюма?- Ух, как приятно он поглаживает спину, касания лёгкие, едва ощутимые и это придаёт им особую интимность. - Давай выпьем. - Я впервые сам посмотрел в глаза Нику. Он не отвёл взгляда, всматриваясь в меня внимательно, улыбнулся и сказал: - Я понимаю, мы на «ты»? – он внимательно за мной наблюдает, наверное, просёк, что накуренный, ну прости, я бы рад спиртным догнаться, но не судьба. - Может, присоединишься? Я коньяк пью, приличный надо отметить. - Валяй! - Я начал постепенно расслабляться. Колин провёл меня к своему месту у барной стойки, что-то сказал бармену, сел и усадил меня к себе на колени, а вот как ему это удалось, я так и не понял. Блин, как я соскучился, даже не думал, что так сильно. Смотрю в любимое лицо, какая улыбка, какой приятный смех, и ямочки на щеках блядские, я зависаю. - Эй, проснись, мы выпить хотели, - Колин развернул меня лицом к стойке, я тупо уставился на то, что мне принесли, коньяк был действительно хорошим, пошёл, как вода, впрочем, всегда так. Но после того как выпил, меня почему-то повело - Что это, это точно коньяк? – помимо воли спросил я. - Ты в порядке? - спросил Ник, - я понимаю, что накуренный, но не узнать вкус коньяка, это что такое мы курим? - Азию, - автоматически ответил я. Он рассмеялся в полный голос. Потом прижал меня к себе и чмокнул в шею. Да, да именно чмокнул, ну не как этот тактильный контакт нельзя было бы назвать поцелуем, а я уже хочу большего! Что это со мной? Я с самого утра себя неважно чувствовал, всё списывал на усталость последних дней. А теперь понимаю, близость с альфой делало меня больным, я его хочу, сам не знаю, правда, чего именно мне хочется. - Тебе не тяжело? – Спрашиваю, потому что сидеть, вот так просто, у него на руках было невыносимо. - Ты не тяжёлый, хотя с виду крепкий, - он потрогал мои бицепсы, я невольно напрягся. Вот зачем он так ухмыляется, у меня встаёт, хочется потереться об него, внезапно охватило безумное желание броситься к нему в объятия, ели сдержался. А кроет-то как, видно ещё и спиртное действует. У меня завибрировал телефон, я быстро взял трубку, соскользнул с колен Ника, отошёл на пару шагов. - Да. - Тони, это Лекс, ты уже на месте, судя по музыке в трубе. - Где тебя найти? - Я чуть позже буду, за одним другом заехал, немного задержимся. Стараясь говорить внятно, но не громко говорю: - Лекс, тут такое дело, если меня в клубе не будет, давай завтра встретимся на открытии салона «Золотая Магнолия», это в одиннадцать утра будет, хорошо? - Что-то случилось? - Пока нет, но думаю, в перспективе случится. - Не понятно, но хорошо, созвонимся позже. Я осмотрелся вокруг, Ник заинтересованно наблюдал за моими действиями. - Уже не обещаю. Эту реплику Ник услышал, я отключил телефон, он так близко, что отказаться от попытки попробовать «любовь на вкус», будет глупо, по крайней мере, начинать когда-то надо, так почему не с тем, кого люблю? Потом вряд ли решусь, могу от Лакки получить по шее, но это будет завтра, а сегодня: - Слушай Колин, у меня сегодня денёк непростой был, - я действительно почувствовал усталость, - может, пойдём куда-нибудь? - Как скажешь дорогой, - и опять эта улыбочка - ухмылочка. И ямочки. Как же хорошо на свежем воздухе, дышать сразу стало легче и мозги немного прояснились. Ещё в баре, после того как расплатился с барменом, Николас взял меня за руку, переплетая наши пальцы, так мы шли по улице. Мне в этот момент показалась, что ничего более правильного в мире нет, только мы, шагающие по тротуару держась за руки. *** Ник. Я здорово напился, но хоть попустило. Да и Антонио добавил настроение, укуренное создание, а он хорошенький, он не выглядел таким взрослым и серьёзным, как утром. А его глаза сводят меня с ума, никогда не думал, что встречу еще кого-нибудь с таким цветом глаз. А вот запах уловить, так и не удалось, какие-то нотки мелькают, но понять, это его собственный аромат, или парфюм не могу. Мы, молча, шли по улице, держась за руки. Приятно. Спокойно. Правильно. Но терпения моего хватило только что бы зайти в квартиру, я резко прижал омегу к стене, бесцеремонно раздвигая коленом его бедра, плотно прижимаясь к нему, и задеваю своей нижней губой его верхнюю. Что я делаю? Без поцелуев, блядь, без поцелуев! Не твоё - не трогай! Так же, как резко я его обнял, так резко и отпустил. Буквально мгновение мы смотрели в глаза друг другу. Желание - вот, что я успел разглядеть в его удивительных глазах, неприкрытое желание. Глаза омеги зажглись изумрудным огнём, с золотыми всполохами. - А знаешь, что у тебя глаза меняют цвет, когда ты возбуждён? Они становятся золотыми – Он только усмехнулся. Я снял пиджак и сел в кресло. Вынул запонки, подвернул рукава рубашки, затем снял часы, браслет,достал из кармана брюк презервативы, положил всё на тумбочку. Антонио, как бедный родственник, топчется на месте, будто не знает, куда себя деть, смешной он. Я улыбнулся, он завис, глядя на меня своими глазищами. Хочу его рассмотреть, изучить, попробовать. - Иди ко мне, - говорю негромко, и он делает всего шаг, нависая надо мной, упершись руками об поручни кресла. Обвожу пальцами контур его лица, поглаживаю подушечкой большого пальца его губы, он не дышит. - Ты очень красивый мальчик, - шепчу ему прямо в губы и отстраняюсь, - сними футболку. Он подчинился. Мне понравилось, что я увидел. *** Эн. - Иди ко мне, - голос Ника хриплый, нетрезвый, но требовательный. Один лишь шаг и его лицо очень близко, его губы рядом с моими. Хочу! Нас разделяют миллиметры и вдруг, он проводит пальцами по моему лицу, я затаил дыхание, затем почувствовал прикосновение пальцев к подбородку. Медленно скользя вниз вверх, подушечкой большого пальца легко нажимает на мои губы, заставляя их чуть открыться, что бы прикоснуться пальцем к зубам. Это пытка длится всего в один удар сердца, но кажется мучительно долгой. - Ты очень красивый мальчик, - обжигает меня дыханием и совершенно другим тоном: - сними футболку. Я раздеваюсь, он просто пожирает меня глазами, мне откровенно страшно. Я уже не помню как это, остаться наедине ,так близко с возбуждённым взрослым альфой. Я на самом деле боюсь, всего боюсь. Боюсь, реакции своего тела, боюсь, что могу вызвать течку, боюсь, что он меня узнает, а тогда предсказать, что будет, я не берусь. Мне понадобилась вся моя воля, чтобы заставить себя стоять на ногах, а не упасть перед ним на колени, под его пристальным, полным желания взглядом. Он стал медленно гладить меня по животу снизу вверх, приближаясь к груди, обводя по очереди соски, рисуя пальцами узоры по всему торсу. Рывком прижал меня к себе, лёгкие поцелуи в область солнечного сплетения сменили такие же лёгкие укусы. Он опускался, оставляя за собой влажную дорожку, я задрожал, когда его язык проник в мой пуп, а потом продолжил свой путь вниз к поясу джинсов. Когда его неугомонный язык повторил путь назад, по рёбрам обратно к соску, ноги меня уже держали слабо. Губами он сжал горошинку соска и несильно потянул, от этого прикосновения истома охватило моё истосковавшееся без ласки тело. - Джинсы снимай, - а сам бросает подушку с кресла к своим ногам. Не трудно догадаться, на что он рассчитывает. Еле стянул с себя джинсы, руки дрожат, меня самого не хило потряхивает. Нерешительно потоптался рядом с подушкой и опустился на колени. Колин продолжал раздеваться, не отводя от меня взгляда. Я, как под гипнозом, смотрел в его голубые, пьяные глаза, мне хотелось, чтобы он хотя бы намёком дал понять, что надо делать дальше. Ник неторопливо, даже лениво, развязывал галстук, помощи от него не будет, я же должен знать сам, что делать. Почему мне так страшно? Неуверенно начинаю трогать его через брюки, поглаживаю, сдавливаю, сжимаю. Моя ладонь почувствовала напряжение члена, стремящегося преодолеть сопротивление ткани. Неумелыми руками я нервно, с трудом смог, наконец, расстегнуть ремень, затем расстегнул ширинку и чуть отодвинулся, чтобы он мог приподнять бедра и стянуть брюки. Папа, роди меня обратно, восставшая плоть почти касалась моего лица, вид этого монстра вызывал во мне восхищение, что очень удивило. И вот что дальше делать? Николас расхохотался: - Надеюсь, - сквозь смех сказал он,- что всё будет, как обычно. - Это я, вслух говорю? – смех стал ещё громче. Он набросил галстук мне на шею и притянул меня к себе, наше дыхание смешалось. - Да гори оно всё пропадом, - выдохнул он. Его губы легко коснулись моих губ, не целуя, а словно пробуя на вкус, постепенно углубляясь в глубину моего рта, после чего альфа решительно разорвал объятия и толкнул меня обратно. Альфа запустил пальцы в мои волосы, прижимая меня лицом к вставшему члену. Я взял его в рот, обхватил головку губами, заскользил ртом вниз вдоль его ствола, взял его так глубоко, как только мог, прежде чем вернуться обратно. Это не так страшно, как казалось, я продолжил уже смелее, обведя пару раз головку языком, лизнул уздечку. Ник выгнулся мне навстречу, реакция альфы мне понравилась, он не остался равнодушным. Одной рукой он помогал моей голове делать движения вверх и вниз, а другой добрался до моего соска, теребя штангу, только сейчас я ощутил прелести пирсинга. Я уже заглатывал член целиком, подстраиваясь под такт движения бедер альфы, дрочил, ласкал яйца. Колин снова подтянул меня к себе и опять этот сладкий, мучительно дразнящий поцелуй, нежные поглаживания языком сменялись осторожными укусами, его губы были то мягкими и нежными, то твердыми и ненасытными, они заставили почувствовать переполняющую, горячую, рвущуюся наружу страсть. Альфа бесцеремонно залез мне в трусы и твердой хваткой сомкнул пальцы на моем члене, заставив застонать ему в рот. - Встань, повернись, - выдавил из себя Ник осипшим голосом. Я подчинился. - Твоего папу за ногу! Мальчик ты маньяк! – Рявкнул альфа, - это надо же, сделать такое! На негнущихся ногах я повернулся. - Ну и что? – я попробовал огрызнуться, - можно подумать, у тебя тату нет?! Действительно, есть или нет, я не знал, так ляпнул не подумавши. Николас рывком, через голову, не расстегивая пуговиц, стащил с себя рубашку, и выставил вперед левое плечо, на котором вели неравную борьбу ангел с демоном. У меня челюсть отпала, это рисунок Энжела, но тут они, не то дерутся, не то у них прелюдия. Талантливо! Браво мастеру! А с левой стороны на боку, заглавными буквами готического шрифта надпись на латыни: «memento vivere» - помнить, чтобы жить! - Я – альфа! Мне положено, - с фирменной усмешкой сказал он, - А ты - маньячила! А потом добавил тихо и грустно: - Ты просто чудо, тебя надо держать на коротком поводке. – Надеюсь, это в нём алкоголь говорит. Такая грусть в голосе, почему? И взгляд, как сквозь меня, нет, я тут рядом и сегодня ты мой! Я бросился к нему в объятия, уже сам, целуя его и лаская, но этого мне было мало. Я лизнул впадинку на ключице, медленно перемещаясь к плечам, потом по его крепким рукам, его, покрытой небольшой порослью, груди. Мне хотелось вылезать каждый миллиметр его тела, я продолжал спускаться, целуя, облизывая, покусывая. Какое сильное у него тело, губы, такие мягкие, нежные, как хочется прикасаться к ним снова и снова. Он целуется очень умело, наверное, у него большой в этом опыт. Интересно, когда он поцеловал меня, испытал ли он те же ощущения, что испытал я, хотя бы наполовину? Ник перехватил инициативу, усадил меня к себе на колени, я чувствую, как прижимается жёсткой грудью к моей спине, сильные руки гладят, дразня мои соски, он покрывает лёгкими, практически невесомыми поцелуями всю спину. Потом его руки спускаются вниз, поглаживая живот, чтобы в следующее мгновение, опять вернуться наверх. Я не выдержал, хриплый, жалобный стон сорвался с моих губ, когда его пальцы вернулись к моим соскам, лаская их круговыми движениями. Он резко поднял меня со своих колен, я опять стою спиной к нему, ну вот, далась ему эта татушка. Но Николас молчит. Я чувствую, как он медленными, томными движениями гладит мою поясницу, с лёгким нажимом рисуя круги на моей болезненно чувствительной коже. Потянул за резинку трусов и медленно опустил их ниже колен, тыльной стороной ладони, еле касаясь, гладит по внутренней стороне бедра, это неописуемо приятно. Я освободился от уже ненужной детали одежды, он согнул мою правую ногу в колене, вначале я даже растерялся, но поставил её на подлокотник кресла. Я раскрыт перед ним, он смотрит прямо туда, и вдруг, горячие губы с силой, впились в кожу ягодиц, язык беззастенчиво вырисовывал круги, а ладони сжали мой уже хорошо вставший член, это было так ярко, что я вскрикнул. - Тебе больно? – хриплый голос альфы добавил остроты в ощущения. Я помотал головой, совершенно не в силах ответить ему. Он провёл пальцами между ягодиц, при этом второй рукой всё так же лаская мой член, я прогнулся вперёд, под натиском его ласк, открываясь ещё больше. Едва нащупав пальцами моё сжатое колечко, альфа с силой нажал на него. Я затаил дыхание и замер когда, преодолевая сопротивление сфинктера, подушечка большого пальца погрузилась внутрь. Я выдохнул, моё дыхание не могло прийти в норму, я, то задыхался, то не дышал вовсе. Колина я не видел, но ощущал его прерывистое тяжёлое дыхание, чувствовал как он, кончиками пальцев, скользя назад-вперёд, все глубже входил в меня. Потом вдруг вместо пальцев я почувствовал язык альфы. Я умру сейчас, упаду так точно. Прерывисто дыша, я обхватил его голову, пытаясь притянуть к себе ближе. - Уммм, какой ты вкусный, - мурлычет эта голубоглазая сволочь, и резко усаживает меня обратно к себе на колени. И опять опьяняющий поцелуй. - Ты готов, - не то спросил, не то утверждал он, - садись на меня сам, как тебе удобней. - Помоги мне, - прошу альфу, прости Ник, но тебе придётся потрудиться, ибо в этом деле я полный профан, надеюсь, инстинкты подскажут. Он поддался слегка назад, предварительно нащупав нужную, сладостную точку пальцами, приставил головку и толкнулся в моё тело. Я сдавленно зашипел, от обжигающей боли, но заставил себя расслабиться, чтобы постепенно вобрать его в себя целиком. Колин на секунду остановился, а потом повторил все заново ещё и ещё. Я ждал, когда станет приятно, когда будет хорошо, пока не очень. Он медленно и всё же легко погружается внутрь, я держался над ним, упираясь руками в подлокотники кресла так, что касался его только там, где он входил в меня. Боль куда-то ушла, и что означает это странное чувство, медленно разливающееся по всему телу, начиная с раскалённого паха. Движение альфы становились мощнее и быстрее. Я уже явно чувствовал, что не могу сопротивляться своим желаниям, и словно в ответ на мои мысли, Ник изменил траекторию толчков, по моему телу прокатилась волна удовольствия, с криком я кончил. Я почти потерял сознание, но я прекрасно понимал, что я делаю, что начинается новая жизнь. Я не испытывал в жизни ничего подобного, что могло сравниться с этим. Страхи стали постепенно таять. *** Ник. Меня обуревают совсем новые чувства, что в этом мальчике такое, что заставляет меня нарушать все мои принципы «съёма на ночь». Мне его хочется целовать, ласкать, гладить и вылизывать. Такое чувство у меня впервые. Николас, ты перепил, наслаждайся и не бери дурного в голову. А как он откровенно откликается на ласки, может, виновата выпивка или то, что он под наркотой, не знаю, но всё по-другому, не так как со всеми, мне это нравится. Нравится его ласкать, ощущать его вкус, вдыхать чистый запах. Запах, да, я что-то стал ощущать, но скорее инстинктами, чем обонянием. Довести его до оргазма оказалось совсем не трудно, но это только начало, сладкий мой. Подхватив его на руки, понёс на кровать, перевернул на живот и накрыл дрожащее тело омеги своим, прижимаясь к покрытой испариной спине, упираясь лбом в его затылок. Не могу надышаться, вдыхаю его запах, пьянею ещё больше. Лёгкими поцелуям спускаюсь по позвоночнику выцеловывая каждую завитушку татушки. Удобно устраиваюсь между его ног, приподнимая и подтягивая к себе ближе, и впиваюсь языком в натёртое колечко мышц. Тони выгнулся и застонал. Я упивался вкусом, весь напрягшийся от желания быть внутри, тут же приставил головку к входу и медленно толкнулся, загоняя в него, сантиметр за сантиметром, истосковавшуюся по сексу плоть. Ярко чувствую, как член обхватывают тугие мышцы, войдя до самого основания я, на мгновение остановился, упиваясь этим ощущением, а затем, сжимая руками его бедра, двигался, притягивая его ягодицы к себе навстречу, наращивал темп, проникая в него резко и сильно. Вдруг осознаю, что могу кончить прямо сейчас. Удовольствие было таким сильным, а желание бурлило во мне так долго, что волна знакомой щекочущей наполненности стала подниматься по стволу. Нет! Рано! Вышел резко, омега всхлипнул, видимо так проявляя свое недовольство. - Шшш! Я тут, - перевернул парня на спину. Омежка смотрит на меня осоловевшими глазами и бессознательно выгибается мне навстречу, но когда моя рука направилась опять к основанию его ног, он замер. Я не пытался проникнуть в него пальцами, просто поглаживал и нежно массировал промежность. Другой рукой обхватил его член, омега взглянул на меня я, улыбнувшись ему, полностью вобрал его плоть в рот. Он стонал сквозь зубы, двигаясь навстречу мне бёдрами, выгибаясь дугой. Двигая рукой по его члену, я подстроился под ритм его движения, расслабил горло, вбирая член как можно глубже. - Да… да… Колин… да…так….ещё….оу… - я уже целовал его живот, играя языком серёжкой, омежка представлял собой шикарное зрелище, губы припухли, щеки горят, глаза полыхают зелёным огнём. Я совсем потерял голову, особенно когда услышал из его уст своё имя, целовал как в последний раз, сминая губы, врываясь в горячий и влажный рот. Он весь извивался в моих руках, его ощутимо потряхивало. Подхватив его под колени, придвинулся ближе и поднял его бёдра так, чтобы было удобно, всадил свой член как можно глубже и продолжил поглаживать вздувшуюся головку. Невольно залюбовался омегой, глаза его открытые, но поддёрнуты пеленой, будто ничего не видя, смотрели прямо вперёд. Я двигался плавно и аккуратно, мне хотелось не только продлить, но и максимально доставить удовольствие своему партнёру. Давно не испытал такого чувства. Хватило меня совсем ненадолго, я опять почувствовал приближение оргазма и сделал два резких толчка, вышел из него, и откинулся на подушки. - Садись сверху, - перекатил его на себя, крепко держа за талию руками. – Помогай себе сам, мне не долго…. Антонио медленно ввёл в себя член, и стал двигаться с нарастающим темпом, при этом, не забывая ласкать себя, движения его ладони стали резкими хаотичными, и вот первые капли упали мне на живот. Несколько секунд ничего не происходило, а потом новая струя семени с силой вырвалась наружу, я подтянул его к себе на грудь, и, наслаждаясь, приник губами к его головке. - А как же ты? – с придыханием спросил омега. - Ты мне поможешь? - Я начал мастурбировать. Тони лёг рядом, подтянулся к моему лицу и поцеловал меня сам. Я выгибался, двигался навстречу к его губам и громко стонал. Переместившись ниже, он прикусил мой сосок, шумно втянув его в рот, выпустил, зализав укус, переключившись на второй, проделал то же самое. Поцелуями спускался вниз, обводя языком каждый кубик пресса, неторопливо опустился на дорожку из тёмных волосков. Его губы накрыли мой член, я закричал, полное наслаждение захлестнуло меня с головой и унесло далеко за пределы всего, что я мог себе вообразить. Постепенно звуки и мысли начали пробиваться через медленно отступающее удовольствие, оставившее после себя приятную усталость и некоторое сожаление, потому что знал — это чудо с изумрудно-золотыми глазами не для меня.