Bring back the joy to my life

Эн. Меня умыли, накормили, одели. Эта ледяная статуя не ответила ни на один мой вопрос. Быстро поняв, что толка от такого общения не будет, я перестал разговаривать, ничего не прошу, ничего не хочу. Благо меня оставили в покое, к счастью, не видел маньяка, около суток. Не могу разобраться в том бреде, который он несёт. Вот как понимать, когда он говорит, что приходится мне отцом? Так и заявил мне, но добавил, что я рожу от него великого из великих! Бред! Как мне объяснил Конар, только от Колина у меня могут быть дети, но с моим здоровьем, и этот вариант под вопросом. Но я ничего не говорю похитителям, где-то читал, что спорить с сумасшедшими бесполезно, мало того, это может вызвать у них агрессию. Ник, что с ним? Мысль о том, что его нет в живых, делает моё существование ещё невыносимее, если такое возможно, у меня всё меньше надежды на спасение. А перед глазами одна и та же картинка, Колин спит, такой чувственный и открытый во сне, мне тогда очень хотелось поцеловать его, прижаться к нему крепко-накрепко, до ломоты в костях, слиться с ним в единое целое, не отпускать от себя всю жизнь, всегда находиться рядом. До сих пор не могу простить себя за глупость, когда в необъяснимом порыве, обратился к нему от лица Энжела. Ну, кто, в здравом уме и твёрдой памяти, поверит в такое? Смит стал для него врагом и оказался истинной парой. Парадокс! Я боялся, да, тупо боялся, что на мои признания он ответит отказом, а ещё хуже, просто посмеётся над моими чувствами. Он солидный мужчина, снял шлюху на ночь, а потом вдруг: «я вас люблю». Где логика?! Я не знал, что мы пара, неприятно думать об этом, страшно, если чувства растопчут в самом зародыше, как потом с таким жить? Вот только сейчас понимаю, каким идиотом был, упустил свою пару, подставил его бизнес, сидел, сложа руки, когда он собирался взять другого в мужья. Ну, что, мистер Эрреро, длинная она, жизнь? Откуда берутся слёзы? Мне казалось, что я уже выплакал всё до последней слезинки, но когда вспоминаю Николаса с пятном крови на груди, слёзы текут не в зависимости от моего желания. Ник, живи! Я хочу, чтобы ты жил, ты не должен страдать из-за моей гордыни. Считал себя умным парнем, смешно, когда оказалась, что ум без опыта - это глупость. И пострадали самые дорогие мне люди. В комнату вошёл «статуя», заметил слёзы на моих щеках, смутился, наконец, я услышал его голос: - Вы плачете? Вас что-то беспокоит или вы чего-то хотите? - Хочу быть за тысячу километров от этого места, от вас и того сумасшедшего господина. Хочу знать, чего вы ко мне приебались? – Я начинаю срываться, но не могу иначе. – Вам нужны деньги? Так назовите мне любую сумму, я за несколько дней её утрою! - Вы не должны так говорить о своём отце, - бесстрастно сказал он, - вам было ясно сказано, от вас нужен младенец, не изводите себя понапрасну, примите свою участь достойно. - Какой, на хуй, младенец?! У меня есть истинная пара, и это, не тот псих, который называет себя моим отцом! - Вы ошибаетесь, вы второй истинный вашего отца, ещё до вашего рождения, Великий предсказал это событие, а он никогда не ошибался. Вы возродите культ великого бога! Ну вот, теперь, Антонио, тебе точно пиздец! Мало того, что они безумны, так они ещё и сектанты! - И какому богу вы молитесь? – Не удержался я от вопроса, - Это, вам, расскажет ваш родитель, - он поправил постель, посмотрел на мои руки, - вам ничего не нужно? Мне придётся отлучиться на несколько часов, если что-то нужно, говорите сейчас. Я отвернулся, мне ничего не хотелось ни есть, ни пить, ничего. Он помолчал минуту, а потом заговорил: - Вам не избежать своей участи, не страдайте напрасно, берегите силы. Он покинул мою комнату, я почувствовал себя таким уставшим, как будто вагон угля разгрузил. А ещё обидно, что сознательно не знаю, как себя защитить. Знать бы, как умереть быстро в такой ситуации, я бы воспользовался любой возможностью. Не хочу жить, но и умирать, тоже не хочу. *** Ник. Где здесь выход? Тёмная, странная комната, что-то знакомое и в тоже время, чужое, неприятное. Красная стена, чёрный потолок - чёрная стена, красный пол. От такого сочетания у меня кружится голова, мне плохо, обстановка давит, не даёт сделать полный вдох. Присел на кровать, чёрная постель - красные подушки, прилёг, головокружение проходит, медленно, но мне становится лучше. Дверь открылась, на пороге показался Смит! Он одет в стиле этого помещения, я присел на кровати, хотел подняться, но силы меня покинули, я откинулся на подушки. - Лежи, не вставай, нам и так было не просто вытянуть тебя, - сказал он. Энтони Смит, с пирсингом по всему лицу, с жутким макияжем, стоял около меня, смотрел на меня так, будто видел в первый раз. - Хорош самец, - резюмировал он, а у меня не было слов для возражения, - да, понимаю Энжела, от такого можно потерять голову. - Ты зачем пришёл? – Не хочу ничего слышать об Энжеле, не от него! - Не психуй, истинный, - усмехнулся омега, - блядь, это же надо, моя пара жил в нашем городе, а я ни разу с ним не столкнулся. - Ты – не Антонио! - Да, я - не он, а он - не Энжел, - согласился со мной парень, - хорошо, что ты это понимаешь, будет легче объяснять. Ты смотри и не перебивай меня, на самом деле у нас не так много времени, как хотелось бы. Нет гарантии, что ты запомнишь всё, что я расскажу, но когда придёт твоё время, обещаю, ты это не забудешь. Странный он, говорит загадками, у меня начинает болеть голова, слабость невероятная, будто по мне вся футбольная команда потопталась. - С приходом в этот мир Антонио, я вспомнил о себе всё. Это хорошо, что к тому времени я был мёртв. Иначе… Он сел рядом, взял меня за руку, прикрыл глаза, я последовал его примеру, вернее, мои глаза закрылись без моего участия. В голове звучал его голос, а перед глазами, как слайды, кадрами и небольшими отрывками, моему внутреннему взору открывалась жизнь, и смерть Энтони Смита. Маленький мальчик, лет семи не больше, играет на полу игрушками, рядом красивый омега расчёсывает тёмно-русые волосы, собирая их в густой хвост. Он поцеловал сына, что-то сказал стройному брюнету, альфе, поцеловал и его, взял сумку, вышел из дома. А дальше, дальше смотреть было жутко, но я не мог избежать этой участи. Это чудовище в облике альфы, вначале играл с ребёнком, но в какой-то момент, мальчик оказался у него на коленях, он принюхался к ребёнку. Поцеловал его в шею, малыш засмеялся, ему было щекотно, омежка повернулся, взял в ладошки лицо мужчины и поцеловал того в щёку, прижался к его груди. Это его отец! Мальчик омега мог доверять только одному альфе – отцу. А отец… Никогда, даже в самом горячечном бреду, не мог себе представить, что взрослый альфа может такое сделать со своим сыном. Мужчина ласкал голого мальчика, как взрослого омегу, а потом, я бы зажмурился, но не мог. Эта скотина, насиловал ребёнка, по-взрослому, трахал так, как трахают, разве что, шлюх в подворотнях. Мальчик плакал, вырывался, у него была настоящая истерика. Он не понимал, почему самый дорогой человек, делает с ним эти ужасные вещи, слова Энтони вливаются в мозг, он говорит от лица этого мальчика! Это он! Мой Антонио! Следующая картинка была ужасной, много людей в помещении, альфа в наручниках, с омегой истерика, а мальчик молчит, смотрит в одну точку - и молчит. Потом, больничная палата, омега средних лет, он гладит ребёнка по голове, из прекрасных, бирюзовых глаз текут слёзы, горькие слёзы отчаянья. Он беспомощен, а такой омега не привык просить помощи, это видно по облику последнего. Затем другой кадр, ребёнка гипнотизируют, что-то внушают, избавляют от чего-то. Следующий кадр, папа-омега рядом с весёлым мальчиком и сильным, я даже сказал бы, могучим альфой. Он подкидывает малыша в воздух, ловя буквально у самой земли. Мальчик хохочет, они веселятся. Мальчик счастлив. Но вот перед зеркалом стоит подросток, лет одиннадцати, может старше, а может и младше. Он выдавливает прыщик на подбородке, потом вздыхает, осматривая свою угловатую фигуру, это вызывает невольную улыбку. Теперь явно вижу – это мой Антонио, мой Смит. Он готовится к какому-то карнавалу, скорее всего, это Хэллоуин, жирно рисует себе чёрные, а затем красные стрелки на глазах, вставляет клипсы, имитирующие пирсинг, в нос, губы, уши. Приклеивает на щёки мушки, заплетает косу, надевает парик с чёрно - красными прядями, облачается в костюм Дракулы. Чёрно-красный плащ, чёрный смокинг, красные штиблеты. Последний штрих, пластиковые клыки. Он усмехается в зеркало кровавой улыбкой, но в отражении он замечает другого Дракулу. Бледное лицо с кровавыми подтёками, в точно таком костюме, как у него. Энтони удивлён, он не узнает этого человека, но улыбается ему. И темнота. Добровольно то, что было дальше, я бы не согласился смотреть ни за какие сокровища мира. В самом жутком фильме ужасов, который я смотрел когда-то, не было столько крови и боли. Мальчик очнулся, его родные были связаны, папа в слезах, отчим без сознания. Омега что-то говорит большому Дракуле, но тот наотмашь бьёт его по лицу, стонет связанный альфа, открывает глаза, дёргается, но путы держат крепко. Дракула подходит к мальчику, тот плачет, не понимая, что происходит в его доме, поворачивает его голову в сторону родных, говорит о предательстве, измене, крахе и возрождении. Ребёнок не знает этого человека, он его боится. А потом, изувер, подошёл к омеге сзади и перерезал тому горло, та же участь ждала и альфу. Но на этом ритуал не был окончен. Кровью родителей, он вымазал волосы омежке, его ладонью оставил отпечаток на окне. Мальчик был в ступоре, он не плакал, не вырывался. Тогда, эта мразь, раздел его, в комнате, где находилось два трупа, в море крови, насиловал ребёнка. После акта у омежки началась течка. Этот поддонок так ликовал, он молился, бился лбом об пол, кричал: «Свершилось». Он одел ребёнка в карнавальный костюм, облил весь дом бензином и поджёг. А омежка, так и не сказал больше ни слова. Он, молча, шёл за своим мучителем, только однажды оглянулся на пылающий дом. Потом океан, остров, молящиеся монахи, мальчик на алтаре, его руки и ноги связаны, монах кистью рисует знаки кровью на коже омежки. Взрыв, дверь отлетает в сторону, в помещение врываются люди в военной форме, среди них знакомый омега с бирюзовыми глазами, он подбегает к монаху, несколько движений и тот лежит мёртвый, омега снимает ребёнка, развязывает его, смывает чужую кровь с его тела. Но мальчик молчит, он почти не реагирует на происходящее. И опять альфа – отец в наручниках, с перекошенным от злобы лицом, кидает обвинение в сторону омеги, на руках у которого, уютно устроился мальчик. Опять больница, опять врачи и снова гипноз. После мальчик приходит в себя, он ничего не помнит, но у него необъяснимая тяга к знаниям, он читает всё подряд, а главным его увлечением становится физика. Годы проходят. Школа, университет, картинки мелькают с огромной скоростью. Опять океан, остров, он вместе с омегой, который всегда рядом, когда приходит беда. Целый год усиленных тренировок, особые практики, медитация, уроки этикета. Теперь этот юноша больше напоминает подростка альфу, чем взрослеющего омежку. Опять университет, выпуск, аспирантура. И снова темнота. Очнулся мальчик в тёмном помещении, рядом с ним был всё тот же альфа, который пытается навязать свою волю сыну. Омега не сопротивляется, усыпляя бдительность папаши, ему плохо, у него началась течка. Альфа в костюме Дракулы, как много лет назад, видно на улице праздник, но комната, очень похожа на комнату, в которую я попал, своим убранством напоминает аттракцион, возможно цирк или Луна-парк. Отец поверил в покорность сына и развязал парнишку. Это была его фатальная ошибка, мальчик набросился на своего обидчика, тому стоило больших трудов отбить атаку омеги. По силе и мастерству эти двое, не уступали друг другу, в какой-то момент, я залюбовался танцем боя, настолько это красиво выглядело. Теперь я верю Харту, одним движением он мог меня остановить, но не сделал этого. Но вот омега оступился, альфа ударил его в грудь. Пропуская удар, парень отлетел к стене, ударился об неё головой, из раны хлынула кровь, он потерял сознание. Темнота. Очнулся омежка в больнице, рядом был мистер Дин, только моложе, чем я его знал. Но мальчик ничего не помнил и никого не узнавал. Время летит, Энтони Смит, во всей своей чёрно-красной красоте, видно это единственное, что запомнил омега, шёл тёмными переулками нашего города, никого не опасаясь. Он повстречался со знакомыми, такими же неформалами, поцеловал омегу, обнял того за плечи, что-то прошептал на ушко. Потом картинки мелькали ещё с большей скоростью. Омеги, альфы, они менялись, каждый раз был новый партнёр. Течка приходит внезапно, два, а то и три партнёра в одной постели. Он был ненасытен, развратен, изобретателен. Нет, это не мой Антонио, это Энтони Смит, то, что стало с маленьким мальчиком после всех несчастий, которые с ним произошли. Я открыл глаза, Энтони улыбался: - Я рад, что ты это понял, - сказал он мне, кровать задрожала, - он всё-таки, нас нашёл. Омега тяжело вдохнул, но продолжил: - Тебе, было бы трудно признать в Смите свою пару, шлюха не твой идеал. Видно, провидению было угодно, чтобы род Камикото не угас, а род Картеров имел своё продолжение. Выживи, ты ему нужен. Прими его таким, какой он есть, не ищи в нём мои черты, и от Энжела почти ничего не осталось, не тешь себя пустыми надеждами. Я умер, Энжел погиб, а Антонио жив! Кровать начала медленно вращаться, Смит смотрел на меня. - Забудь это, но помни свято! Темнота, пустота, я лечу и ударяюсь об землю. Больно. *** Автор. Тишину больничной палаты нарушал писк приборов, альфа с мокрой спиной, сидел у постели раненого пациента. Конар, только что запустил сердце Картера, Луи стоял неподвижно, не веря, что им удалось сделать чудо. - Я думал это конец, - сказал устало хирург, - Луи, мне надо выпить, много. - Может не стоит? – Спросил медбрат. - Может и не стоит, но надо, - безапелляционно заявил альфа, - пошли, вместе напьёмся. - Я не пью, - виновато ответил Луи, - совсем. - А тебе и не предлагают, соком догонишься, - усмехнулся Конар, - смена через три часа заканчивается, будь готов. А я пойду, отдам распоряжения, мне этот альфа нужен живым. Доктор покинул палату, Луи устало прислонился к стене, он ещё больше стал уважать будущего мужа, то, что сделал сейчас Конар, было практически чудом. У Картера остановилось сердце, сначала прыгали все показатели, а потом сплошной зуммер приборов, разряд дефибриллятора, массаж сердца, казалось, это тянулось вечность, но когда писк приборов показал, что сердце запустилось, давление нормализовалось, он не поверил, что им удалось вернуть альфу к жизни. - Мистер Картер, - говорил омега, - вы, так больше не шутите, вас ждёт ваша пара. Антонио хороший парень, кому, как не вам заботится о нём. Омега ещё что-то говорил, не замечая слёз, непроизвольно стекающих по щекам, он был счастлив, что причастен к таким чудесам. *** Харт. Insula Dolor встретил нас плохой погодой, шёл проливной дождь, но каким-то чудом мы добрались на остров. Там узнали Мэйсона и провели нас в административный корпус. Каково было удивление, когда на месте главного врача был незнакомый Камикото молодой врач. Разговор не задался с самого начала. Доктор не понимал, какие претензии к нему могли быть, он на своём посту меньше месяца, побег Невила был до его прихода на должность. Мэйсон разошёлся не на шутку: - Молодой человек, - строго заметил омега, - вы, наверное, не понимаете, с кем разговариваете? - Меня не интересуют ваши регалии, - нагло заметил молодой альфа, - не вы меня сюда назначили… - Так вот - перебил Камикото врача, - в моей власти оставить это заведение без гроша, и уверяю вас, недолго быть вам в этом кресле. Альфа побледнел от злости, он не понимал, или не хотел понять, что мы не просто так прибыли в это богами забытое место. - Я ещё раз представлюсь, а вы пошевелите тем серым веществом в своей черепной коробке, если оно у вас есть, и подумаете, что и как мне отвечать! Омега говорил эмоционально, но не кричал. - Моё имя, Мэёоси Камикото, или Мэйсон Камикото, как вам будет угодно, ну, что ещё не понятно, кто перед вами? Тогда объясню, Insula Dolor входит в состав княжества Аурэа Магноль, вам и это ничего не говорит? Я уже сомневаюсь в умственных способностях этого молодого человека. Последняя фраза была адресована мне. - Перед вами наместник князя, - я решил прийти на помощь этому тугодуму. - Ну, и что? – Спросил доктор, он видно действительно тупой. - А то, - полковник ели сдерживался, вот теперь я узнал Мэйсона, - всё, что здесь находится, и вы, в том числе, принадлежит моему княжеству, а значит мне. В истории болезни Невила Камикото, красным выделено, в случае непредвиденных ситуаций сообщать об этом лично мне. Почему мне не сообщили о смерти бывшего директора? Где доктор Танака? Куда подевался Миура? Где все врачи, которые работали здесь ещё полгода назад? В кабинет постучались, вошёл стройный омега, увидев Мэйсона, расплылся в улыбке: - Ну, наконец-то! – Он потряс руку Мэйсону, кивнул мне в знак приветствия, - вам, сообщили о происшествии? - Миура, слава богам, ты мне объяснишь, что здесь творится? Где Танака? Омега смутился: - Мистер Камикото, я думал, вам сообщили, - он тяжело вдохнул, но продолжил, - Невил убил доктора Танака, после чего сбежал, а главврач, когда узнал о его побеге, скончался от сердечного приступа. Мейсон тяжело опустился на ближайший стул. - Так какого чёрта, мне никто ничего не сказал? - У меня нет контакта с вами, но я думал, что доктор Харада сделал это, согласно инструкции. - Так, - протянул уставший наместник, - кто назначил господина Хараду на эту должность? - Я думал вы, - омега развёл руками. - Ответьте мне на мой вопрос, - пристально глядя в глаза альфе, приказал Мэйсон. - Я не уполномочен отвечать на такие вопросы. - Всё! С меня хватит, - вот сейчас это был регент, - Миура, вызовите начальника охраны. Омега испарился, а Мэйсон продолжил: - Я увольняю вас, с припиской о профнепригодности, вы понимаете, что эта лечебница и земля на которой она находится, принадлежат лично мне? Если нет, то сейчас поймёте. В кабинет вошёл уже знакомый доктор и альфа, могучего телосложения. - Господин Камикото, - расплылся тот в улыбке, - мне уже доложили о вашем прибытии, хотя, я думал, вы появитесь у нас гораздо раньше. - Как я понял, - голос полковника стал обманчиво вкрадчивым, ой, не к добру это, - исполняющий обязанности главврача, не выполнил ни одного предписания, занимая эту должность? Я бы хотел взглянуть на документы, по которым этот господин устроился к нам на работу, а пока, заприте его, он арестован. - Вы не смеете… - Почему? – удивился начальник охраны, - господин Камикото имеет власть на этом острове, больше, чем кто-либо, и если он отдаёт такое распоряжение, значит, в этом есть смысл. - Я хочу позвонить, - сказал альфа и взял свой сотовый, - возможно разговор с министром Вакку, вам вправит мозги. - О, а это уже интересно, - отбирая сотовый у доктора, Мэйсон сделал громкую связь. - Алло, мальчик мой, что за поздний звонок, - ласково зазвучал голос Вакку. - Добрый вечер, министр, - голос Мэйсона мог заморозить океан, - надеюсь, вы узнали, кто с вами говорит. - Ваша светлость, - голос министра сорвался, но потом стал елейно сладким - да, я вас слушаю. - Нет, это я слушаю, с каких пор вы распоряжаетесь в моей лечебнице? Кто дал вам право назначать на высокую должность некомпетентного врача? - Как? – Удивился министр, - мой племянник окончил медицинский институт, он психиатр по образованию, кто, как не он компетентен? - Из лечебницы сбежал опасный больной, маньяк, если вам так понятнее, на его счету, уже после побега, несколько трупов, и это начало, жизнь князя под угрозой, а вы говорите, что ваш племянник тот, кто может занимать эту должность? - Я думал, это внутреннее дело лечебницы, не хотел вас тревожить. - Вы ошиблись, - Мэйсон не дал договорить министру, - ваш племянник арестован и предстанет перед судом, это не халатность, это вредительство. Я надеюсь, вам всё ясно? Не дождавшись ответа, полковник прервал связь. Потом, с этого телефона набрал номер по памяти, после нескольких гудков, ему ответили. Полковник что-то сказал на незнакомом языке, доктор побледнел, а начальник охраны невольно вытянулся по стойке смирно, после окончания разговора, Мэйсон с силой грохнул телефон об стену. - Теперь вы мне обстоятельно расскажите, как Невилу удалось сбежать с острова, как погиб Танака, и почему, папу вашего, я об этом до сих пор ничего не знал. По рассказу начальника охраны случилось это не в его дежурство. Всё шло своим чередом, у Невила менялась охрана и обслуживающий персонал по графику. Доктор Танака, единственный врач, кто вёл Невила постоянно, хотя видел его редко, но записи с больным смотрел регулярно, он был скорее куратором, нежели лечащим врачом. Казалось, он что-то заподозрил, говорил с охранниками, узнавал, было ли что-то необычное, но ни охрана, не другие работники ничего подозрительного не заметили. Доктор не успокаивался, смотрел графики, записи, был на взводе, что-то его напрягало. Главврач был обеспокоен, проверял все службы, но ничего не находил. И вот, в день икс, когда дежурил сам Танака, случилось необъяснимое, Невил вышел из своего корпуса, добрался до кабинета доктора и убил его, потом просто исчез с острова. Его пропажу обнаружили утром, уже после того, как уборщик нашёл тело Танака. Главврач очень расстроился, ему стало резко плохо, спасти его не удалось. Начальник сообщил о происшествии в столицу, через неделю прибыл доктор, по протекции Вакка, со всеми документами и правом допуска. Начальник думал, что Мэйсон в курсе происходящего на острове, и откровенно был удивлён, когда узнал, что это не так. - Да, - полковник потёр переносицу, он был уставшим, скорее морально, чем физически, - вот так вот, десятилетний труд коту под хвост, спасибо доктор Харада. Он с неприязнью посмотрел на альфу, и вкрадчиво добавил: - Вас будут судить, это я вам клятвенно обещаю, и спите спокойно, если сможете, после того, как я вам скажу, что минимум три трупа на вашей совести. Уведите его, от моих глаз подальше и присмотрите, чтобы он не сбежал. Возможно он в сговоре с беглым преступником. Начальник охраны вывел остолбеневшего врача из кабинета, а я спросил: - Ты действительно думаешь, что он причастен к побегу? - Скорее всего, нет, - ответил Камикото, - но быть настолько безответственным, преступление не менее страшное, чем убийство, если брать по большому счёту, он соучастник всех убийств, что совершил Невил после побега, и ещё совершит. Сейчас пора спать, а завтра, осмотрим палату Невила, и записи, Танака должен был сообщить мне, что обнаружил что-то подозрительное, а почему-то не сообщил. - Может он предчувствовал беду? Или не находил ничего конкретного. - Вот завтра, это нам и предстоит выяснить, - полковник замолчал, но потом спросил, - как там Рикиши? Скажи мне, что с ним всё в порядке. Я не мог выполнить просьбу старого друга, лишь ответил: - Я надеюсь, что с ним всё хорошо, и верю, мы сможем ему помочь, иначе, зачем всё это?! Мэйсон похлопал меня по руке, мы покинули админ корпус, направляясь в домик для персонала, где нам приготовили комнаты.