Охотница на вампиров

Эйке было откровенно страшно входить в особняк. Она неспешно ступала по камням босыми ногами и очень хотела бы сейчас держать за руку Шу, но он уже лежал в своей комнате, ведь не желал появляться дома вместе с охотницей, тем более в такое время. Девушке приходится идти в гордом одиночестве сквозь пробирающий холод. Дверь со скрипом открылась, и порыв ветра буквально толкнул Эйку в дом. — Я ждал тебя, — и Рейджи уже был тут как тут, чудовище почувствовало приближение жертвы и село в засаду. — А я и не удивлена, — раздраженно выдохнув, шатенка увереннее прошла вперед и села на диван, готовая к разговору. — Я предпочитаю говорить в своей комнате, — второй сын сначала подошёл к подозреваемой, а после развернулся и направился к лестнице, ведущей наверх. Не пойти за ним — значит признать за собой вину и смириться со смертным наказанием. Эйка направилась наверх, устремив взгляд в широкую спину вампира. Девушка искренне надеялась на помощь Шу, если что-то пойдёт не так, но здравый смысл не переставая твердил о том, что кукловод не будет помогать своей игрушке. Найдёт новую. — Проходи, — Рейджи открыл дверь и пропустил свою гостью вперед. Шатенка попала в его обитель и тут же многое поняла о вампире, а потому интуиция подсказывала, тихо шептала на ухо об осторожности. Мало ли, какие скелеты сидят в стеклянных шкафах этой синей комнаты, идеально убранной и почти стерильной. Слишком идеально для того, кто никогда не страдал и страдать не будет от аллергии на пыль. Эйка села в синее кресло спиной к одному из шкафов и внимательно посмотрела на хозяина комнаты. Как только карие очи столкнулись с малиновыми, сердце застучало с бешеной скоростью, а голова буквально разрывалась от криков разума: «Беги!», но бежать-то уже нельзя. И некуда. Впереди стоит Рейджи, позади — шкаф и стена. — Ты боишься. Хочешь что-то мне рассказать? — У тебя просто нет вкуса, да и я ощущаю себя как в больнице. Кажется, ты убираешься тут по несколько раз в день. Это тебя успокаивает, когда братья раздражают? Они же не столь идеальны как ты, — Эйка решила атаковать первой. Быть может, у неё получится перевести разговор, заставить вампира хоть ненадолго позабыть об истинной причине ее здесь появления. — Неплохо, но не так хорошо, как хотелось бы. Шу научил тебя этому? — второй сын невозмутимо сел напротив своей жертвы и пристально посмотрел в её глаза. — Нет, всё сама. Вот такая я умница, так что надо бы меня отпустить и не трогать больше. Если ты голоден, то можешь поужинать, а точнее, — Эйка посмотрела в окно на встающее солнце и снова перевела взгляд на вампира, — уже позавтракать. Не слишком ли ты рано встал для ночного охотника? — Сейчас вопросы задаю я, — шатенка была болтлива, что начало нервировать Рейджи. Парень понял, что его гостья хочет как можно дальше увести его от истинной причины разговора, а потому поспешил успокоить охотницу, ведь у неё неплохо получалось. — Ты не спала всю ночь, выглядишь очень уставшей. Убийство Канато так тебя вымотало? — Этой ночью и вечером я была с Шу, — сложив руки на груди, Эйка удобнее устроилась в жёстком кресле и победоносно глядела на своего противника. Отчасти, её слова были правдой, да и сам блондин подтвердит их, если Рейджи спросит. А по лицу вампира не было похоже, что тот спросит. В один миг девушка, сидящая перед ним, упала так низко, как никто и никогда не падал. Неужели она настолько глупа, что тратит себя на этого ленивого, недостойного и отвратительного подонка? — Иди, поспи и поговорим завтра. Я более не настроен на разговор, — охотница вскочила и побежала на выход, но, открыв дверь, замерла. Там стоял Райто, держащий в руках кинжал Субару. Пару мгновений девушка просто застыла, даже не дыша, а после, обернувшись и заметив, что Рейджи ничего не увидел, так как сидел спиной к двери, Эйка поспешно её закрыла. Снова пара секунд раздумий, и шатенка уже тащит шляпника за руку в свою комнату, а тот и не сильно сопротивляется, ведь сейчас просто не способен на это. — Сучка, неужели Шу не удовлетворил тебя? Если так, то я помогу тебе, — пятый сын пытался задеть или уколоть девушку, но только сделал хуже себе. Ему и так неприятно было услышать эту историю с Эйкой и Шу. — Идём молча, я просто хочу помочь тебе, — охотница привела друга к себе, посадила на кровать и поспешно забрала кинжал, о котором Райто забыл, как только почувствовал теплую руку Момодзоно. Зелёные очи следили за каждым движением возлюбленной, пока та открывала тайник и прятала у себя оружие. Не хватало ещё, чтобы Райто начали подозревать, а ещё хуже — обвинять, в преступлении, совершённом ею. Вампир не знал, что и сказать сейчас. Он видел дыру в стене, которой, Райто был готов поклясться, до этого там не было, видел клинки, в которые так невозмутимо Эйка прятала оружие Субару, видел, как тайник закрывается и снова исчезает в стене. А после увидел, как уставшая и вымотанная всеми этими эмоциями шатенка просто рухнула на кровать, бормоча: «Завтра, дорогой, всё завтра». Райто не мог поверить своим глазам, потому что верил памяти. Он точно помнил, как издевался над своей девочкой, как её глаза пылали ненавистью и гневом, а после помнил каждую их случайную встречу, которые можно было пересчитать по пальцам одной руки, встречи, от которых аура ненависти распространялась далеко за пределы замка. Так что она сейчас сделала? Вампир положил Эйку под одеяло, провел рукой по уставшему и сонному лицу, а после решил поискать скелеты в шкафу, а точнее в стенах и полу девушки. Результатов это не дало, и бессмертный лёг рядом, накрывая тяжёлой рукой сильное тело своей хрупкой девочки.

***

Утро Эйки началось раньше, чем утро Райто, а потому она поспешила покинуть кровать, в которой несколько дней назад над девушкой жестоко издевался безжалостный вампир. Выбравшись из-под одеяла, охотница уже была готова встать, но во сне шляпник поймал её руку и, потянув на себя, тихо прошептал: «Побудь со мной». Его шёпот пронёсся электрическим импульсом по всему телу, а холод руки ощущался каждой клеточкой. Эйке хотелось ещё, хотелось большего, но она не могла проиграть какому-то вампиру. Момодзоно вырвала руку и ушла в ванную, хлопнув дверью, и окончательно разбудив Райто. Парень поморщился, провел руками по лицу, словно хотел стереть с него все чувства, отражающиеся на поверхности, и сел на кровати. На мгновение ему показалось, что мертвое сердце начало болеть, а лёгкие отказали в работе. Райто задыхался и умирал, но ему не было страшно, ведь кинжал вампир взял только чтобы покончить с этими приступами боли и с собой. Парень слишком любит себя, чтобы осмелиться, а потому и нёс оружие обратно владельцу, но наткнулся на Эйку, а её слова о вечере и ночи с Шу добавили сил не делать ошибку, которую невозможно будет исправить. И так много ошибался, надо принять последствия с гордостью. — Эйка, — парень встал и подошёл к двери, положив на неё ладони, вампир начал говорить больше сам с собой, чем с кем-то, — мне бы стоило извиниться, но разве это что-то изменит? Уже прошло много времени, да и подобное не прощается, просто, — воздух на мгновение появился, но тут же снова исчез, и попытки найти его и вдохнуть хоть немного не были успешными, однако Райто продолжал, — если бы я мог это исправить, я бы отдал всё, слышишь? Всё. Дверь открылась, буквально отпихнув бессмертного в сторону, и из ванной вышла обновленная охотница, которая сделала вид, что ничего не слышала. — Зачем он был нужен тебе? — оба поняли, о чём идёт речь, но бессмертный не хотел больше говорить. Ни слова не вымолвив, он снова надел свою маску и направился к кровати. — А тебе какая разница? Или с Шу скучно, и маленькая сучка решила развлечь себя разговорами со мной и игрой в детективов? — Райто ухмыльнулся, сел на постель и пристально посмотрел на девушку. — Лучше давай поиграем здесь, — хлопнув по пустующему рядом с собой месту, парень лёг. — Я хочу помочь тебе, кобелёк, — охотница села рядом и снова беспардонно взяла вурдалака за руку. — Или мне лучше отнести эту улику к Рейджи, чтобы тебя обвинили в том, чего ты не делал? — Откуда тебе знать наверняка, делал ли я это? — хитрые зелёные глаза посмотрела в противоположную от шатенки сторону. — Это сильный удар для тебя. Ты любил Канато, ведь так? — Райто не хотел признавать правоту девушки и не поворачивался к ней лицом. Эйка вскочила, села перед ним на корточки, сведя колени вместе, и повернула его лицо за подбородок на свое. После снова накрыла руками ладони пятого сына и продолжила. — И меня ты, вроде как, любишь. Будь со мной честен, с тебя хватит лжи. Эйка была чертовски права, и Райто не мог больше отрицать это. Признаваться, зачем ему нужен был кинжал Субару парень даже не думал, но надежда вернуть охотницу выросла. Подавшись вперед, вампир поцеловал Момодзоно, но та оттолкнула его и после неловкого падения на пол встала, вытерла губы и ушла, буркнув: «Пора на завтрак».