Защитник скалы

Несмотря на то, что в космосе время шло по-другому, и было абсолютно неважно день или ночь за бортом, на корабле жизнь отмерялась в стандартных сутках, составляющих двадцатичетырехчасовой пространственный цикл. Именно поэтому, когда на табло высветилось ровно 0730 по корабельному времени, а каюту наполнил отвратительный писк, Джим, не открывая глаз, перевернулся на спину и голосовой командой отключил сигнал. Утреннее пробуждение было одинаково тяжело: светило ли за окном солнце и пели птицы или же в кромешной темноте проплывали далекие звезды. В принципе, в запасе у Кирка было еще минут десять сладкого сна, но он предпочитал потратить их на то, чтобы просто поваляться в постели, потянуться и хотя бы попытаться прогнать сон. Одна лишь мысль о предстоящем дне вызывала желание отключить комм и плотней закутаться в одеяло. Джим, пожалуй, ненавидел себя за то, что в последнее время ему требовались огромные усилия воли, чтобы каждое чертово утро, улыбаясь, заявляться на мостик. О, нет, он любил свою работу, еще бы, капитан корабля! Но… никто не предупреждал, что именно ему грозит стать тем самым легендарным капитаном, почившим не в схватках с клингонами или космическом бою, а в сражении… со скукой. Готовясь к очередному дню, Кирк внимательно прислушался, стараясь уловить малейший шорох, доносившийся из ванной. Это стало уже своеобразным ритуалом. Прежде чем отправиться в душ, он сначала убеждался в том, что старпом уже закончил свои утренние процедуры и освободил почему-то смежную ванную комнату. За все время миссии они лишь пару раз вместе толкались у раковины с зубными щетками, ведь обычно Спок вставал гораздо раньше, а в те редкие дни, когда первым уборную оккупировал Джим, старший помощник появлялся на мостике на пару минут позже, чем обычно. Кирк предпочитал думать, что в таких случаях чопорный вулканец позорно просыпал и должно быть выглядел чертовки мило, старясь уложить растрепавшуюся за время сна челку. Так или иначе, сталкиваться в ванной всякий раз было жутко неловко, и Джим предпочитал опоздать на смену и быть отчитанным за это Споком вместо того, чтобы заливаться краской при виде его же, выходящего из душа. В соседней каюте было тихо, так что, потянувшись, Кирк наконец-то поднялся и прямиком отправился к репликатору, одной из немногих привилегий капитанской каюты. Пока старенький агрегат воспроизводил для Джима такой необходимый с утра кофе, сам капитан уже успел постоять под акустическим душем, умыться, почистить зубы - в общем, привести себя в порядок. По уставу офицер всегда должен был быть чисто выбрит, аккуратно причесан и одет с иголочки, ведь на капитана равняется весь экипаж. Глянув на часы, Кирк быстро опрокинул в себя огромную кружку дрянного кофе. Пусть тот был синтетическим, но зато бодрил отменно. Конечно, можно как все плотно завтракать в общем кафетерии, но тратить на это драгоценное время не хотелось… он и так едва ли не опаздывал. На мостике Джим появился ровно в 0800, за что тут же словил на себе укоризненный взгляд старпома. По мнению Спока капитан должен был приходить хотя бы на пару минут раньше. Замечание по этому поводу он делать не мог, но зато всякий раз невербально напоминал Кирку о его безалаберности. – Капитан на мостике! – стоит признать, такое приветствие всегда поднимало настроение. – Доброе утро, – он улыбнулся, проходя и усаживаясь в кресло. Здесь Джим чувствовал себя на своем месте. И не прошло пяти минут, как к нему подлетела старшина, подсовывая несколько паддов с документами на подпись. – Капитан, вот все, что поступило от Командования во время гамма-смены. Здесь, – она ткнула пальчиком в один из документов, – нужна просто подпись, а остальные требуют вашего личного внимания. К тому же скопились отчеты, с которыми следует ознакомиться… Кирк старался не вслушиваться в эту болтовню, пытаясь не закатывать глаза. Господи, неужели девочка считает, что он сам не разберется, что ему читать и где подписывать? Каждый день одно и тоже. Закончив свой отчет, девушка кивнула и поинтересовалась не требуется ли капитану чего-нибудь еще. Джим сначала хотел отослать ее за нормальным кофе, но потом, передумав, решил не отвлекаться и приступить к непосредственным обязанностям прямо сейчас. Уже через пару часов наверняка поступит вызов от Звездного Флота вместе с грудой документов. И когда они начнут бороться с этой бюрократией?! Как всегда замечательные доклады научников, формальные рекомендации Флота по поводу корректировки курса, запросы от Скотти на новые детали... Кирк считал своим долгом ознакомиться с предоставленными документами, прежде чем поставить подпись, но… пока сонливость брала верх. Желая взбодриться, он отодвинул падд, поднялся и, обойдя мостик, остановился у панели навигации. – Мистер Чехов, как у нас дела? – Эм… все как обычно, капитан, – парень немного растерялся. – Двигаемся по проложенному курсу со скоростью варп-4. Предположительное время прибытия… – Могло бы быть гораздо раньше, – закончил за него Хикару. – Мистер Сулу! – Кирк с улыбкой одернул штурмана. – Мы не можем двигаться быстрей, курс рассчитан по распоряжению Звездного Флота, – он вздохнул. – И это не обсуждается. Мне и Скотти хватает с его просьбами испытать наконец варп-9. Джим старался не выдать своим видом, что он и сам с удовольствием скомандовал бы увеличить скорость, но ценный груз на борту такой перегрузки, как утверждалось, вынести не мог, именно поэтому абсолютно идиотское задание затягивалось на несколько дней. Но жаловаться было не в правилах Кирка, во всяком случае, за три года, проведенных в миссии, от Федерации поступали и более странные приказы. Энтерпрайз брал на себя различные поручения, и перевозка живого груза была еще не самым страшным из них. И если в первый год своего капитанства Джим вступал в споры с начальством, отстаивая позицию того, что его корабль выполняет в первую очередь исследовательскую миссию, то уже вскоре он убедился, что это бесполезно. По приказу командования флагман Звездного Флота мог быть и буксиром, и челноком, и всем этим вместе взятым, и мнение одного, пусть даже и самого выдающегося капитана, не могло изменить ровным счетом ничего. – Капитан, инженерный отсек вызывает! – звонкий голос Ухуры вернул Джима в реальность, в которой нужно было думать о насущных делах, а не сожалеть о растерянной наглости. – Соединяйте, – Кирк кивнул, снова усаживаясь в кресло. – Кап’тан, доброе утро! – Джим едва заметно поморщился от громкого голоса. Скотти как обычно пытался перекричать шум инженерного отсека. – Доброе, Скотти. Только не говори, что у тебя снова что-то случилось, – главный инженер никогда не связывался с мостиком без веского повода, и Кирк уже успел надумать себе целый ворох проблем, обычно идущих следом за Скотти – Сделай… то есть сделайте что-нибудь. У меня тут люди, они с ума сходят, работать не могут! Такой визг, что просто невозможно. Какого черта мы вообще приняли этих тварей на борт?! – Скотти, да погоди ты, не тараторь, – Джим устало вздохнул. Он прекрасно понимал, на что жалуется его офицер, но, увы, поделать с этим ничего не мог. – Что значит люди у тебя работать не могут? На работу инженерного отсека не должны влиять никакие внешние обстоятельства, и уж тем более эти… твари, – неловко закончил Кирк, буквально физически чувствуя на себе неодобрительный взгляд старпома. «Капитан, позволять себе подобные высказывания в отношении груза Федерации недопустимо», – звучал голос Спока в голове. Боже, сколько раз он это слышал… – Вам легко говорить, у вас-то на мостике все спокойно, а мы здесь уши затыкаем, лишь бы не слышать… Какого черта, экхм… извиняюсь, – инженер осекся и исправился. – Почему их нельзя перевести на другую палубу, подальше от нас? Вон к научникам, рядом с лабораториями… – Мистер Скотт! – Кирк строго одернул Скотти и с улыбкой покосился на Спока. Тот, будучи еще и главой научной службы, всячески оберегал своих подчиненных и ни за что бы не одобрил инициативу инженера. – Я сейчас спущусь, и мы вместе попробуем что-нибудь придумать. Конец связи, - дав отбой, Кирк снова поднялся на ноги. – Мистер Спок, мостик на вас. И хотя Джим, как и обещал, посетил инженерный отсек, он заранее знал, что от его присутствия там ровным счетом ничего не изменится. Максимум, что он может сделать, так это покачать головой, пообещать подыскать для животных другой отсек и приказать Скотти немедленно возвращаться к работе. Его и самого не устраивала сложившаяся ситуация, но что он мог сделать? Только подчиняться приказам, пусть даже они шли вразрез с основным планом их исследовательской миссии. Звездолеты класса «Конституция» не предназначены для перевозки животных! Их цель искать и исследовать новые миры, а не подчиняться любой прихоти Звездного Флота. Ну ладно, допустим, это не было ерундой, от их груза зависели жизни целой колонии. Сейчас на борту Энтерпрайза находилось несколько тысяч специально выведенных шейроп. Эти мелкие твари, по-другому их было назвать трудно, были похожи на маленьких горгулий или летучих мышей, только с темно-рыжей, будто грязной шерсткой и слишком длинными когтистыми лапками. Именно эти существа по расчетам Исследовательского отдела Звездного Флота должны были спасти Хабеас VI. Планета была на грани вымирания, какие-то паразиты заразили все посевы, и возникла серьезная угроза потери урожая и голода. Но миссия все-таки благородная - спасение федератов, колонистов… вот только почему это не могли поручить другому кораблю? У Джима, конечно, были свои мысли по поводу этого. Хабеас VI находился не так далеко от границ Клингонской Империи, и боевой флагман с важным грузом на борту был там как раз кстати. Именно поэтому им пришлось расчистить одну из палуб, разместив там целый выводок ненавистных мышек-шейроп вместе с запасом корма, и взять курс на Хабеас VI. Вот только экипаж предупредили заранее: несмотря на срочность миссии скорость не должна превышать варп-4, иначе зверушки просто не вынесут перегрузок. Честно говоря, команда относилась к данному заданию скептически, мало того, что плелись они с черепашьей скоростью, так еще и командование не удосужилось предоставить им специалистов, сославшись на то, что на Энтерпрайзе и без того достаточно ученых, способных следить и ухаживать за мышками. Удар на себя отважно приняли сотрудники научного отдела. На палубе D то и дело можно было наткнуться на снующих людей и гуманоидов в синих форменках и огромных наушниках. За прошедшие сутки с момента погрузки Джим лишь во второй раз спустился в отсек, отведенный для содержания животных. Он заранее сочувствовал подчиненным, проводившим всю смену в обществе этих маленьких тварей. Гвалт, и правда, стоял такой, что уже через пару минут у Кирка разболелась голова, и он с трудом сдерживался, чтобы не сбежать обратно на мостик. – К'питан! Наконец-то, – недовольный Скотти встретил Джима прямо в коридоре. – Видите, мы к ним даже не зашли, а уши уже заткнуть хочется. Ну куда это годится? – Скотти, все я понимаю, вот, спустился, как ты хотел, понимаю, что в таких условиях работать трудно, - Джим пожал плечами. – Но палуба D идеально им походит, да и, тем более, мы ее уже оборудовали. Потерпи пару дней. – Пару дней! - инженер всплеснул руками. – У нас тут разр’ботки…. – Скотти, я не всесилен, и ты это прекрасно знаешь, – Кирк перебил инженера. Ему только дай волю, обернуться не успеешь, как в руках появится очередная смета на дорогостоящее оборудование для его, так называемых, «разр’боток». – Поверь, ребята-научники и так делают все возможное, чтобы работа на корабле шла в штатном режиме. Они и без этого с ног сбиваются. – Так пусть усыпят их на время пути! – не унимался Скотти. – Делов-то. – Поверь, если бы это было возможно, они бы уже давно это сделали, – Кирк устало вздохнул. – Я вообще не уверен, что эти твари спят. – Судя по тому, что с ума у меня сходят все три смены, то нет, – главный инженер подрастерял свой пыл. Присмотревшись, Джим заметил, что выглядел тот измотанным. – Сами понимаете, к’питан, в таких условиях я не могу обещать точного следования графику выполнения р’бот. – Мистер Скотт, а вот этого я чтобы впредь не слышал, – Кирк подумал, что пришло время включить строгого капитана, а то так весь экипаж распустится. – Инженерный отсек должен работать в штатном режиме. А теперь, пожалуйста, вернитесь на свое рабочее место. Развернувшись, он зашагал обратно к турболифту. Не дело капитану бегать туда-сюда, чтобы сказать, что ты ничего не можешь сделать. Хотя, конечно, выслушивать жалобы и пожелания команды его прямая обязанность, и Джим искренне верил в то, что первым делом должен заботиться о своих людях… но в тоже время он не должен оспаривать приказы. Единственным способом справиться с возникшими трудностями было просто пережить их. На мостик Кирк вернулся как раз вовремя. Стоило ему только опуститься в кресло, как со станции связи послышался до боли знакомый писк. – Капитан, вызов из штаба Звездного флота! – только подтвердила его догадку Ухура. Сообщение от командования с самого утра не предвещало ничего хорошего. – Выводи на экран, – Джим одернул форменку и выпрямился в кресле, пытаясь сообразить, что на этот раз приготовило для них начальство. Голоэкран моргнул, но затем размытое изначально изображение наконец стало четче, и Кирк с досадой уставился на командора Дж.Эванса. Они почти не были знакомы, и сейчас Джим с гораздо большим удовольствием поболтал бы, например, с Пайком или, на крайний случай, Маркусом. – Капитан Кирк, доброго дня, – мужчина улыбнулся. – Коммодор Эванс, – Джим приветственно кивнул в ответ и едва заметно нахмурился. – И что на этот раз выдумал Флот? – О, наслышан о вашей догадливости, – коммодор рассмеялся. – Сегодня утром поступило новое распоряжение Звездного Флота, в связи с изменившимися обстоятельствами Энтерпрайзу надлежит срочно изменить курс и… – Что?! – Кирк опешил. – То есть я хотел сказать - на каких основаниях? – Для самого молодого капитана Звездного Флота прямой приказ командования уже не является достаточным основанием? – строго отозвался мужчина. – Вам поручено прибыть на Звездную базу 39 для того, чтобы забрать от туда сотрудника дипломатической миссии, посла Ямато. – Вы серьезно? – Джим прекрасно знал, что такое обращение к вышестоящим офицерам ему не сойдет с рук, но он не мог молчать, когда его кораблем распоряжались как хотели. Они и так выполняли работу маленьких штатных кораблей, а не на флагмана Федерации! – А похоже, что я шучу? Капитан Кирк, советую вам серьезней относиться к приказам, - голос Эванса стал жестче. – Довожу до вашего сведенья. Это посол Федерации в Клингонской империи, только что заключивший сложное соглашение по поводу нейтральной территории. Вам прекрасно известно, что граница государства находиться в квадранте, удаленном от основных транспортных путей. Энтерпрайз единственный корабль, находящийся вблизи Базы 39, где сейчас пребывает посол. – Относительно близко, – буркнул Джим. – Согласен, относительно, – коммодор кивнул. – Но вы должны понимать, если вы не заберете его с базы, в ближайшее время он вообще не сможет ее покинуть. – Да понял я, – Кирк одернул себя, несмотря на испорченное настроение нельзя было нарушать субординацию. - Извините, командор, Энтерпрайз готов приступить к выполнению задания, вот только у нас на борту живой груз, мышки-шейроп, которых мы должны доставить на Хабеас VI. Запас корма для животных рассчитан строго в соответствии… – Капитан Кирк, вы сейчас пытаетесь убедить меня в том, что Флот загрузил вам продовольственный минимум и, зная репутацию Энтерпрайз, не выделил корм про запас, на случай… кхм, внештатных ситуаций? Не смешите, – обычно добродушный Эванс начал выходить из себя. – Вами получено задание, и вы немедленно приступите к его выполнению. И да, посол Ямато будет находиться на борту вашего корабля до тех пор, пока не поступят следующие распоряжения Звездного Флота. Конец связи. Экран погас, а Джим еще несколько секунд тупо пялился в пустоту, соображая, что только что всему мостику стало известно о его отношении к предстоящему заданию. Капитан не может так вести себя при экипаже, но… черт! – Лейтенант Ухура, свяжитесь с медотсеком и инженерным, через десять минут я хочу видеть старших офицеров в конфренц-зале, - Джим поспешно поднялся с кресла. – Мистер Спок, пройдемте. Сулу за старшего. По сути, собрание устраивать было незачем. Что им обсуждать, если начальством решение принято, а главы служб только и могут, что довести информацию до своих подчиненных? Да и сам Кирк попросту хотел заручиться поддержкой в лице друзей, на корабле найдется много недовольных продлением гуманитарной миссии еще на пару дней. Но, увы, он не мог рассчитывать даже на это. Первым свое недовольство высказал, естественно, Скотти, стоило только Джиму в общих чертах обозначить поручение Флота. – К’питан, пр'шу пр'щения, но вы издеваетесь? – в главном инженере как никогда были заметны его этнические корни. – Что мне с утра было сказано? Чуть-чуть подождать? Еще немного и инженерный отсек встанет… – Скотти, спокойней, – Кирк жестом перебил мужчину. – Мы сделаем всего лишь небольшой крюк, это займет сутки, двое максимум. – Нет, Джим, он прав, – встрял до этого молчавший Боунс. – Ко мне за больничными листами уже пол инженерного пришло. Не знаю, что за живность они там вывели, но их писк вызывает кошмарные головные боли, как ультразвук, честное слово, – он искоса глянул на державшегося особняком Спока. – И это я еще про научников молчу, ребята с ног сбиваются. Эй, Спок, ты бы с них хоть часть обязанностей снял, а? – Я никого не принуждаю работать сверх смены. Это их личная инициатива, – сцепив руки за спиной, Спок пересек конференц-зал и остановился подле Джима. – И это всё? Ну давай, вбей последний гвоздь, пусть все выскажут свои претензии, – Джим закатил глаза, заметив, что старпом открыл рот собираясь что-то добавить но тут же передумал. – Спок? – Капитан, я всего лишь хотел выразить свое согласие со старшим офицерским составом. Миссия Энтерпрайз состоит в том, чтобы… – Вот только лекций мне читать не надо! Я сам прекрасно знаю, в чем заключается миссия моего корабля, - не сдержавшись, рявкнул Кирк. – Это приказ, и в ваши обязанности входит только оповещение подчиненных о смене курса. На этом совещание окончено, – последнюю фразу Джим бросил уже через плечо. И так понятно, что никакого конструктивного обсуждения не вышло бы. Выходя из конференц-зала он едва ли не жалел о том, что все двери уже давно автоматизированы и хлопнуть ими даже при желании не получится. Черт, Кирк рассчитывал хотя бы на понимание со стороны друзей! Хотя сам хорош, ведет себя как мальчишка, а не капитан звездолета! Да с такой работой он поседеет к тридцати. Нужно что ли у МакКоя попросить выписать каких-нибудь успокоительных, хотя… Боунс тоже молодец! Его-то кто за язык тянул, мог бы промолчать, и без его поддакивания проблем хватало. – Капитан! Капитан, подождите, – Спок нагнал его уже около турболифта. Джим кинул на него недовольный взгляд. Он хотел успокоиться и хотя бы ненадолго остаться одному, но в кабинку они все равно зашли вместе. – Я хотел принести… извинения. – Что-что?! – удивленно переспросил Джим. На его памяти вулканец опускался до извинений… эмм, раза три? Остроухие засранцы всегда считали себя правыми во всем, и добиться от них признания вины было попросту невозможно. – Не заставляйте меня повторять, согласно медицинским стандартам ваш слух позволяет… – Ладно, хорошо, – Джим усмехнулся. – За что ты хотел извиниться? – За неподобающее поведение на совещании старших офицеров. То, что я… не разделяю уверенность в правильности действий командования, не дает мне основания дискредитировать и критиковать вас в присутствии личного состава. Прошу прощения. – Экм… Да ладно тебе, – Кирк расплылся в глупой улыбке. – Забей, всё в порядке, просто… Кто как не ты знает все правила и точно следует приказам? Ты всё наизусть выучил. Я не могу идти против командования. Приходится держать лицо, я же уже давно не опальный кадет. – Действительно, – кивнув, Спок первый шагнул на мостик. Удивительно, как из-за одной мелочи может измениться настроение, хотя, конечно, для Джима это не было мелочью. Наоборот, пару лет назад он отдал бы многое, чтобы завоевать уважение Спока, чтобы быть с ним на равных, быть его другом. Эти мысли принесли в его душу удовлетворение и покой. Кирк взял себя в руки, решив не размениваться на никому не нужный негатив, а просто спокойно отработать смену. К счастью, ничего экстренного больше не произошло. Флот даже не прислал никаких мелких указаний по поводу того, что еще нужно загрузить на Звездной базе. Чисто теоретически следовало запросить увольнительную, команде давно пора отдохнуть, но медлить с таким грузом на борту было нельзя, да и База 39 являлась одной из самых удаленных, никаких магазинчиков или развлекательных центров, только научные установки и куча клингонов, что заранее не сулило ничего хорошего. Где-то за час до окончания смены Джим вспомнил, что с утра так ничего и не брал в рот, а пара кружек крепкого кофе только усилила голод. Едва сдав пост бета-смене, Кирк поспешил в офицерскую столовую. Обычно народ подтягивался на ужин чуть позже, и Джим думал, что придется сидеть в гордом одиночестве. В этом, пожалуй, был единственный минус столовой для старших по званию. Заметив Спока, сидевшего за угловым столиком, Кирк махнул другу и, натянув свою лучшую улыбку, направился к нему. – Я присоединюсь? – Конечно, – вулканец на секунду поднял глаза на Джима и вернулся к своему салату. – Выглядит не очень, – Кирк скривился, кивнув на тарелку друга. – Вкусно? – не хотелось провести ужин в гробовом молчании, а старпома разговорить было практически невозможно, провокация и та срабатывала не всегда. – Полезно, – отозвался в своей манере Спок. – Вот я такое есть не могу, не люблю. Мне по душе что-нибудь более… сытное. – А доктор МакКой знает? – вулканец кивнул на поднос Кирка, нагруженный куриными крылышками в остром соусе, гарниром и куском пирога, вершившим композицию. – Эй, я вообще-то большой мальчик и сам могу решать, что на обеде заказывать. Мне одобрение старого параноика ни к чему. – Насколько мне известно, доктору МакКою еще нет даже сорока, не думаю, что термин «старый» возможно употреблять по отношению к нему, – Спок удивленно приподнял бровь. – Хах, то есть против параноика ты ничего не имеешь? – Джим рассмеялся, но почти тут же стушевался под строгим взглядом темных глаз. – Я этого не говорил. Пусть я с некоторым… сомнением отношусь к методам доктора, но вынужден признать, что он специалист и зна… – Да что он там знает? Он просто завидует и не упускает возможности подшутить надо мной. Не воспринимай все, что говорит Боунс, всерьез. – Не думаю, что рекомендация диеты была шуткой. Я бы тоже посоветовал тебе перейти на вегетарианский рацион, – Джим всегда отмечал про себя, когда Спок считал приемлемым перейти на «ты». Они слишком долго шли к преодолению этого маленького рубежа. – Вы сговорились что ли? Вот уж не думал… Я в отличной форме, между прочим. Отжимания, приседания, спарринги чуть ли не каждый день! – Я не хотел обидеть, просто это действительно гораздо полезней. – Не отрицаю, но… я же мужчина, мне без мяса никак, – Джим пожал плечами, наконец-то принявшись за крылышки. – Сомнительный аргумент, – Спок едва заметно качнул головой. – Другого у меня нет, – Кирк вытер губы салфеткой и улыбнулся. – Давай это будет нашим страшным секретом? Если что, для Боунса я выполняю все пункты его дурацкой диеты, окей? И… если ты сейчас скажешь, что вулканцы не лгут, я пойду и закажу еще и запеканку с жареным сыром. Спок ничего не ответил, тем самым давая понять, что на этом разговор окончен. Ну что ж, Джим и так сегодня добился немалого. Как бы он не был хорош во флирте, с вулканцем выходили только вот такие глупые разговорчики. И то, что в ответ Спок пытался отвечать на подколки и, кхм… шутить было уже достижением. - Мне следует вернуться к работе, - после пары минут молчания сказал Спок, поднимаясь и вместе со своим подносом направляясь к выходу. Кирк с сожалением проследил за ним взглядом, видимо с остатками обеда придется расправляться в одиночку. Тем более его тоже ждала работа. С окончанием альфа-смены он не слагал с себя обязанностей капитана. Пусть со всеми флотскими документами Джим старался разобраться еще на мостике, но с внутренними запросами приходилось сидеть в личное время. Несмотря на то, что некоторые обязанности Кирк скидывал на старшину, всевозможные рапорты, заявления о переводах или докладные все равно проходили через его руки. Этим он и занимался в каюте в компании очередной чашки кофе до самого вечера. Когда Джим в следующий раз глянул на часы, оказалось, что он слишком увлекся работой, и пора бы было действительно отдохнуть. Хотя вряд ли ему удастся сегодня поиграть в шахматы со Споком. Обычно, если тот уходил в лаборатории, то пропадал там до глубокой ночи. Но и без старпома в кают-компании наверняка найдется, чем занять капитана. Тем более что в отличие от замкнутого Спока, предпочитающего исследования живому общению, Джиму нравилось проводить время с экипажем. Конечно, всегда нужно было сохранить границу, разделяющую подчиненных и начальство, держать лицо и не позволять себе полностью расслабиться, но и городить преграды он не собирался. Достаточно того, что его уважали, ну а то, что в присутствии капитана команда не тушевалась и не вытягивалась по стойке смирно, Кирк считал своим маленьким достижением. В кают-компании как обычно каждый занимался своим: некоторые играли в какие-то игры, читали или, как большинство, болтали, обменивались новостями и последними сплетнями, их на корабле, естественно, было немало. Люди отдыхали, наслаждаясь концом дня, только гамма-смена, у которой все еще было впереди, пила кофе, запасаясь энергией перед бессонной ночью. Кирк был рад видеть своих людей довольными и чувствовал себя многодетной мамочкой, у которой все дети одеты, накормлены и счастливы. Вот только сам он не знал к кому присоединиться. К счастью, вскоре Джим заметил Чехова, устроившегося за шахматным столом вместе с каким-то энсином. Кажется, Уиллисом или Уилсоном. Кирк честно пытался запомнить всех по именам, но в его подчинении было без малого четыреста тридцать человек. Если на корабле и был достойный противник помимо Спока, это, конечно, юный русский гений. – Мистер Чехов? – Джим присел рядом. – Вы уже размялись? Готовы сыграть после с капитаном? – Конечно… с-сэр! – парень широко улыбнулся. Кирка раньше всегда немного сбивала с толку такая радость при возможности поиграть с ним. В этот раз после почти что часовой битвы Джим поставил шах и мат. И да, пусть Павлу и было далеко до мастерства Спока, эта партия оказалась отнюдь не простой, из парня обещал вырасти более чем достойный соперник. – Победа за вами, – Чехов слабо улыбнулся, но совсем не было похоже, что он огорчен. – Обещаю, у тебя еще будет возможность отыграться, - Джим улыбнулся в ответ. – Целый час меня мучил. Кирк иногда еле сдерживал себя, чтобы по-отечески не потрепать парня по голове. Между ними была не такая большая разница, но уж слишком трепетно Паша относился к личности капитана. Для еще одной партии у Кирка сейчас просто не хватило бы сил, поэтому, недолго думая, он распрощался с Павлом и, направившись в сторону медотсека, быстро набрал на комме «Иду к тебе». Личная каюта главы медслужбы была одним из немногих мест на корабле, где Джим мог быть собой, разговаривать на равных и не стесняться в выражениях. Сегодня ему было, что сказать старому другу, с утра решившему добить капитана своими претензиями и неожиданной солидарностью со Скотти и Споком. Двери разъехались, стоило только Кирку подать сигнал. Боунс, встретивший его на пороге, выглядел усталым и хмурым… в общем-то как всегда. В отличие от остальных смены главного врача не нормировались, то есть МакКой задерживался в лазарете, пока его не спроваживали заботливые медсестры, пекущиеся о своем начальнике. - Привет, - буркнул Джим, по-хозяйски проходя вглубь каюты и плюхаясь на кровать. – А что, сегодня у тебя для меня ничего нет? – он глянул на стол, где ожидал увидеть бутылку и пару бокалов. – Трудный день? – хмыкнул МакКой, все-таки доставая из шкафчика виски. – А то ты не знаешь, – Кирк скривился. – И что ты имеешь в виду? – Боунс устроился напротив друга, готовясь в очередной раз играть роль жилетки для блестящего капитана Звездного Флота. – Да все тоже! Чертово начальство, мыши около инженерного, посол какой-то… да еще и ты в придачу! – Эй, полегче, я-то тут при чем? – Леонард прыснул в стакан, удивившись. – Тебе может седативные прописать, чтобы успокоился? – Не поверишь, сам об этом думал! – Джим пригубил виски. – Какого черта было в конференц-зале? Поддержать не мог… – Ты серьезно? Господи, Кирк, что за ребячество? Блять, с какой стати я тебя должен поддерживать или защищать? – Эээ, дай угадаю, потому что ты мой друг? Ну, если не забыл, конечно. – О, как вовремя мы вспоминаем о дружбе, может, еще предложишь кулачками при встрече стукаться, или что там обычно делают? – Боунс улыбнулся уголками губ. – Джимми, я никогда не поддакивал тебе и сейчас не собираюсь. И вообще, когда ты успокоишься? В кои-то веки у нас нормальное задание, без стычек, перестрелок, без кучи раненных в лазарете, а ты все ищешь приключений на свою задницу. Видите ли, гуманитарная миссия не достойна Энтерпрайз! – Я такого не говорил, – Кирк надулся. Обычно он привык полностью полагаться на МакКоя, который сейчас над ним откровенно насмехался. – Хватит разыгрывать смертельную обиду у тебя и без меня защитник нашелся, – Боунс осушил стакан и усмехнулся. – Это ты о чем? – Джим с любопытством глянул на друга. – Джимми, да все заметили, как Спок за тобой из конференц-зала побежал. Видел бы ты лицо Скотти, вот подожди, еще слухи пойдут… Ты про отношения-то на службе не забывай. – Да это не то… – смутился Кирк. – Какие отношения, сам знаешь… Просто решил, что субординацию нарушил, решил извиниться. В отличие от тебя. – Заткнись, – Боунс отмахнулся от друга. – В турболифте значит извинялся, ну-ну… и ты до сих пор живой, нет, то есть ты еще и смену отсидеть умудрился? Вот молодец, вот прямо растешь в моих глазах. – Очень смешно. А вообще… – Кирк разом допил стакан, подбирая слова. – Я серьезно об этом сегодня много думал, и ты прав, я бы раньше, наверное, места себе найти не мог, ходил бы всех доставал, к тебе бы в лазарет примчался, а сейчас… Ну извинился и извинился. Я рад, конечно, но не более. – Ничего себе, да за это нужно выпить отдельно, – Боунс разлил по стаканам остатки виски. – Неужели эпоха безответной любви Джима Т. Кирка прошла? – Хватит, я не хочу говорить о Споке, хм, а вот о любви… совсем не прочь, м? – Джим, поставив стакан на пол, боднул друга в плечо. – В смысле? - МакКой нахмурился, но от Кирка не отстранился. – Ну Боооунс, давай, а? – Джим еще раз совсем по-кошачьи толкнулся в плечо Леонарда. – Ну правда, я хочу. – А я устал, – МакКой уперся другу в плечо, будто пытаясь отодвинуть. – Отвали, ты пьяный. – Я в таких ситуациях всегда пьяный, а ты всегда усталый, – упрямо ответил Кирк, придвинувшись ближе и сжав бедро Боунса. – Завтра на смену, – у Лена всегда находился целый ворох идиотских аргументов. – Брось, нам всегда на смену. И вообще как это мешает? – Да никак! Тебе вообще ничего не мешает, правда? – МакКой невесело усмехнулся. – Минуту назад ты в очередной раз ныл о Споке, а сейчас лезешь ко мне в штаны. Это нормально? – Вполне, – Кирк рассмеялся и ткнулся губами в шею друга. – Уже неделя прошла, Боунс, тебе тоже нужно расслабиться, - он двинул рукой выше. – Я же чувствую. – И что теперь? Знаешь, мне уже надое…. – Да хватит уже, – Джиму уже надоело слушать глупые отговорки МакКоя. Так было каждый раз, и заткнуть Леонарда можно было только одним, но зато действенным способом. Поцелуем. Подавшись вперед, Кирк прикусил его нижнюю губу и скользнул языком внутрь, пытаясь углубить поцелуй. МакКой что-то буркнул себе под нос, отрываясь от Джима, и без труда опрокинул того на спину, подминая под себя и усаживаясь сверху. – Эй! А как же прелюдия… или вот так сразу? Может, мне вообще не раздеваться, так нагнешь? – Джим скривился. Его бесила привычка МакКоя, тот не разменивался на нежности, а сразу переходил к делу. Складывалось ощущение, что он до сих пор боится проявлять лишние эмоции или вообще стыдиться того, что между ними происходит. – А разве не этого ты хочешь? – парировал Леонард, задирая руки Кирка над головой. – Не делай вид, что ты не хочешь, – Кирк ухмыльнулся, скосив взгляд на пах МакКоя. Он был рад, что сегодня у Лена не было настроения спорить и долго припираться с ним. Будто в подтверждение МакКой толкнулся стояком в бедро и, запустив руки под форменку, с силой огладил грудь. Такие настойчивые ласки выбивали из легких воздух, заставляя дышать рвано и плавиться под руками доктора, проходящимися от ключиц до живота. – Какого черта ты творишь? – хрипло выдохнул Джим, сжав задницу МакКоя, затянутую в черные форменные штаны. – Не жалуйся. Тебе это нравится. – Нам нравится, – Кирк улыбнутся, но тут же нахмурился. – Да сними с меня форму, мешается же. – Заткнись, – рыкнул Боунс, но все-таки потянул Кирка, заставляя приподняться, давая возможность стянуть одежду. Это заняло меньше минуты, спасибо Академии с ее подготовкой. Надевать и снимать форму они умели в любом положении и за рекордное время. Оставшись в одних боксерах, Джим вытянулся под МакКоем, наслаждаясь его весом, вжимающим в матрас. – Давай уже, – Кирк недовольно поерзал, призывая Боунса к действию. Тот, словно очнувшись, склонился над другом, прочертив языком тот же путь что и руками: от ключиц к груди, старательно обводя и слегка прикусывая соски и спускаясь ниже. – Сними футболку, – руки Джима продолжали блуждать по пояснице друга, то задирая край футболки, то поднимаясь к талии и снова спускаясь к бедрам. – В моей постели ты не капитан, – фыркнул МакКой, стягивая старую футболку с эмблемой Федерации. Джим заворожено наблюдал за ним, не смея отвести взгляд. Ему не раз и не два приходило в голову насколько эротично может выглядеть стриптиз в исполнении доктора. Но МакКой убил бы его за одни мысли об этом! Распалившись от картинок, возникших в голове, Джим обхватил шею МакКоя, снова притягивая к себе и увлекая в поцелуй. О, пьяный, заведенный Боунс целовался всегда жадно, вылизывая изнутри и толкаясь языком, ему нужно было лишь разогнаться. Такого МакКоя не хотелось перебороть или отнять у него инициативу. Кирк только и мог, что подчиняться каждому его движению. Только в такие минуты он мог забыть о своем капитанстве и расслабиться. – Боууунс, – со стоном выдохнул Джим в губы друга. Нужно было отдышаться, глотнуть воздуха, но целоваться с МакКоем ему нравилось ничуть не меньше чем дышать. Нравилось, как царапается жесткая щетина, как больно стукаются зубы и как легкие разрывает от недостатка кислорода. – Я чувствую, как тебе не терпится, давай уже, – Кирк улыбнулся, прекрасно зная, что затянутая прелюдия Боунсу совсем не в кайф. Джиму тоже хотелось секса, и поцелуи не могли заменить тех ощущений, которые он испытал, когда МакКой уверенно раздвинул его ноги и стянул боксеры, кинув их на пол. Боунс неловко поднялся, снял наконец штаны вместе с трусами, аккуратно повесив их на спинку стула, и принялся шарить в тумбочке в поисках смазки. Не торопя его, Кирк беззастенчиво разглядывал обнаженное тело: широкие веснушчатые плечи и подтянутую задницу, уже вовсю представляя, как МакКой будет втрахивать его в матрас, рыча и ловя губами стоны. Джим был уже готов опуститься до дрочки, просто пялясь на Леонарда но тот наконец соизволил вернуться в кровать, усевшись в изножье. Выдавив немного смазки, он аккуратно протолкнул один палец, заставив Кирка тихонько застонать. Что ж, это лучше, чем совсем ничего. – Не церемонься, я и так готов! – просящее заскулил Джим, прекрасно зная, что Боунс все равно будет осторожничать. Как бы тот не был заведен, как бы ни просил Кирк, подготовка всегда проходила тщательно и медленно. К первому пальцу Леонард добавлял второй, раздвигая их и обводя по кругу, растягивая мышцы. Врач всегда оставался врачом, пусть Джим и мог обойтись без этого. Ему хотелось раздразнить, разозлить МакКоя так, чтобы завтра невозможно было спокойно сидеть в капитанском кресле. Но Леонард сам знал, когда нужно действовать. Ощутив на мгновение пустоту внутри, Джим расслабился, насколько это было возможно, и застонал, когда Боунс толкнулся, сразу входя на всю длину. – Да! Ох, двигайся… – Тише, придурок, – шикнул на него МакКой. – Успокойся, стены звукопроницаемые. – Это меня и раздражает. – Хочешь, чтобы все слышали, кто трахает капитана? – Кирк довольно зажмурился, отдаваясь ощущениям. – Хочу, чтобы ты меньше трепался, – Боунс улыбнулся, постепенно наращивая темп, толчки стали сильней и глубже. Джим уже не мог сдерживаться, каждый раз едва не задевая головой спинку кровати и впиваясь в плечи Леонарда. Ему сносило крышу от ощущения заполненности, от эмоций, читающихся во взгляде Боунса, стискивающего зубы и сдерживающего собственные стоны. – Можно сильней… пожалуйста. Черт, я хочу сильней! – Кирк метался между просьбами и приказами, пока Лен сильнее вколачивался в него, выбивая воздух из легких и заставляя его самого насаживаться на член. Губы беспорядочно бродили по лицу, шее, плечам Леонарда, оставляя поцелуи-укусы на таком знакомом теле. Голова шла кругом, и, казалось, в ней не осталось ни единой мысли кроме пьяного "дааа, блять!", перемешенного со вздохами и стонами. Сейчас Джиму казалось, что время остановилось, а весь мир сжался до одной каюты, до Боунса, прижимающего его к постели и заставляющего выгибаться и поскуливать, выдавая звуки, совсем не достойные капитана. Все ощущения понемногу стали стягиваться к низу живота, и с каждым новым движением член Боунса задевал простату, доводя до исступления. В первое мгновение Кирк и не понял, почему вокруг все замерло, почему мышцы свело, а пальцы МакКоя сомкнулись на его члене. Джима выгнуло, и он кончил с протяжным стоном, заливая собственный живот. Казалось, что из тела исчезли все кости, напряжение разом схлынуло, и Кирк расслабился, отдаваясь безмолвному спокойствию, всё еще чувствуя, как МакКой уже на пределе вколачивается в него, аккуратно придерживая за пояс. Джим протестующе замычал, когда в последнее мгновение Боунс вышел из него, доводя себя до разрядки и кончая в ладонь под восхищенным взглядом Джима. – Хорошо, что на Энтерпрайзе белье меняют не по графику, – Кирк улыбнулся, вытирая краем простыни живот и МакКоя. – Почему? – Леонард слез с Джима, устраиваясь на узкой корабельной кровати. – Потому что это твоя каюта, и именно бы тебе пришлось спать на перепачканных простынях, или подожди… может быть тебя это наоборот заводит? – Кирк рассмеялся, до сих пор чувствуя эйфорию от алкоголя и хорошего секса. – Да пошел ты, – зевнув, отмахнулся Боунс. – Ну уж нет, еще пару часов тебе придется провести со мной. Разбудишь? – перевернувшись на бок, по привычке спросил Джим. МакКой никогда не просыпался раньше, хотя и кивал в подтверждение. Голова тянулась к подушке, думать о завтрашней смене, о чертовых мышах, о новой миссии… ни о чем не хотелось, так что, поставив будильник и привалившись к Боунсу, Кирк заснул. А просыпаться пришлось уже через пару часов. Джим как обычно распахнул глаза минут за десять до звонка будильника, отметив про себя то, что несмотря на усталость он сохранял контроль над собой. Кирк кое-как выбрался из-под навалившегося на него МакКоя и принялся собирать с пола свою разбросанную одежду. Где бы и с кем бы он не проводил ночь, на смену капитан должен заступать, покинув свою каюту. Этого правила Джеймс придерживался неизменно. Леонард, видимо сквозь сон почувствовав, что Кирк ушел, и на узкой кровати места стало больше, перевернулся на спину, раскинул руки и засопел. В такие моменты Джим всегда завидовал другу. Ему не надо никуда торопиться, бежать, можно спокойно проспать в теплой постели до самого утра. Уже у двери Кирк замер, глупо уставившись на спящего МакКоя. Он не представлял, почему Боунс, пускающий слюни на подушку, неожиданно вызвал целый водоворот чувств, главным из которых было умиление… или даже какая-то странная нежность. Джиму не хотелось копаться в причинах, вызвавших это наваждение. Они дружили уже давно, и вместо всей этой романтической чепухи Кирк должен был посмеяться и, может быть, постебаться завтра за обедом. Он слишком часто просыпался с Боунсом в одной кровати, чтобы воспринимать то, что между ними происходило как-то иначе, чем секс по дружбе. Конечно, вся эта чертовщина началась еще в Академии. Закрытое учреждение, военизированная обстановка, и комнаты на двоих… Джим с улыбкой вспоминал те времена, когда ему практически тайно удавалось пронести с собой алкоголь, чтобы отпраздновать очередной сданный зачет. Заканчивалось все до смешного предсказуемо: неловкий, быстрый секс по пьяни, о котором на утро и вспоминать не хотелось. Сначала они это просто не обсуждали, а потом было слишком поздно, такое положение вещей вполне устраивало и Джима, и Лена. Тем более, сейчас у них просто не было выхода. Как бы красиво не звучали истории об отважных капитанах звездолетов в далеких галактиках и многолетних миссиях, на самом деле их участь была незавидна. Несмотря на всю романтику космических странствий устроить личную жизнь на корабле было невозможно. Капитан всегда балансировал на грани. Пусть Устав напрямую и не запрещал отношения на корабле, но любая старшина, брошенная Джимом после незначительной интрижки, могла с легкостью отправить его под трибунал. Кирку были известны многие заявления о том, что какая-нибудь глупая старлетка не продвигается по карьерной лестнице, лишь потому что однажды отказала офицеру. А Джим уже приблизился к такому возрасту, когда о своей карьере и репутации стоило заботиться… Именно поэтому ему и приходилось искать иные варианты. В пятилетней миссии они не так часто заходили на Звездные базы или попадали в увольнительные на развитых планетах, где можно было бы быстро найти себе партнера на одну ночь. Решение, как обычно, пришло само собой. После очередных выходных они с МакКоем снова оказались в одной постели, прямо в лучших традициях Академии. Естественно, они не стали заключать никаких соглашений, договоров или составлять графики… Оба были достаточно взрослыми мальчиками, чтобы понимать, что физическая разрядка при их работе не менее важна, чем моральный отдых. Который Джим, кстати, мог получить тоже разве что в компании своего врача, которому он безоговорочно доверял и с которым делился переживаниями. Хотя, конечно, Кирк рассматривал еще один вариант, который до недавнего времени привлекал и завораживал его. Он сходил с ума по своему старпому. На протяжении всего знакомства отношения Кирка со Споком больше походили на странный танец фехтовальщиков. Каждый раз Джиму приходилось наперед продумывать свои действия и слова, поначалу, чтобы не разрушить хрупкий мир, установившийся между ними, а потом… просто, чтобы не утратить право называть вулканца своим другом. В их взаимоотношениях все было гораздо сложнее и тоньше, но от этого еще более притягательно. Джим мучился глупым безответным чувством к безэмоциональной ледяной глыбе. Это нельзя было назвать ни любовью, ни влюбленностью, и Кирк понимал, что пора бы уже поставить точку. Прошло три года, и Спок только начал оттаивать, а Джим… Джим к этому времени просто устал. Видимо, ему так и не суждено было постичь чужой и совершенно непонятный разум вулканца. Если в начале пятилетней миссии он из кожи вон лез, что затащить Спока во время увольнительной в бар или просто провести время вместе, пусть это и подразумевало очередные опыты в лаборатории, то сейчас оптимальным вариантом было посидеть, выпить с Боунсом... потрахаться, в конце концов, в новой обстановке! Черт, даже в мыслях все это звучало несколько цинично. Но пока Боунс терпел его вместе со всеми проблемами и вечным нытьем о несостоявшемся бойфренде, все было в порядке. Джим тряхнул головой, отгоняя неуместные мысли. Самокопанием он мог заняться и на мостике, а сейчас нужно было идити спать, а не пялиться на спящего друга, застыв в дверном проеме. Поспешно покинув каюту главы медслужбы, Кирк направился к себе, инстинктивно стараясь ступать как можно тише, хотя, конечно, на огромном Энтерпрайзе услышать его никто не мог. А вот увидеть… С этим у Джима всегда возникали проблемы, ведь на корабле слухи распространялись быстро. По виду Кирка было предельно ясно как он провел ночь, но вот экипажу совершенно не следовало знать из какой именно каюты ночью сбегает капитан. О его отношениях с корабельным врачом из всей команды знал лишь один человек – Кристина. И, черт возьми, надо же было старшей медсестре именно сейчас покинуть медотсек! Они пересеклись взглядами, и Джим вымученно улыбнулся Чепел, получив в ответ такую же натянутую улыбку. Она, кажется, до сих пор не могла забыть ту неловкую ситуацию, когда невольно рассекретила их. А Кирк помнил лишь как проснулся в каюте МакКоя от настойчивого сигнала в дверь. Каюта корабельного врача находилась по соседству с лазаретом, на случай экстренных ситуаций. МакКой всегда был начеку, вот и в тот раз он тут же вскочил, и Джим мог слышать только взволнованный голос медсестры, докладывающий о поступивших энсинах с острым отравлением. Джим считал себя хорошим капитаном и, услышав о болезни на корабле, мигом подлетел к двери… Чепел была серьезной сдержанной женщиной, но и она не смогла в первую пару секунд совладать с удивлением при виде нагого капитана. Кристина продолжала докладывать, странно косясь то на МакКоя, готового провалиться под землю, то на взволнованного Кирка. Только когда дверь за старшей медсестрой с шипением закрылась, Джим осознал, что она теперь невольно посвящена в их маленькую тайну. С тех пор Чепел, замещающая ночью МакКоя, не раз видела его в коридоре около каюты начальника. Сначала Кирк даже хотел попросить Боунса изменить ее расписание, но потом подумал, что его личные проблемы не должны сказываться на экипаже. Да и он был уверен, что дальше Чепел секрет не пойдет, а неловкие улыбки раз в месяц не такая уж большая цена. За всеми этими мыслями Джим и не заметил как добрался до своей каюты. Ему хватило пары минут, чтобы раздеться, упасть в кровать и провалиться в сон. *** Каждое утро после попойки с Боунсом Кирк ненавидел себя и обещал больше ни капли в рот не брать. С каждым годом похмелье било все сильней, он не мог проснуться вовремя, и навалившаяся усталость отдавалась ломотой во всем теле. Нет, Джим, конечно, услышал сигнал будильника, даже открыл глаза, но… куда делись двадцать минут, которые у него были в запасе, он просто не представлял. Да Кирк даже позавтракать не успел, только наспех умылся, выпил найденную в тумбочке таблетку и, натянув форменку, поспешил на мостик. Оказалось, что он умудрился опоздать на пару минут, и, кажется, никто из офицеров этого даже не заметил. Джим привычно хотел списать это на удачу, но… находясь на мостике Энтерпрайза, нужно было всегда помнить, что старпомом здесь служит вулканец. Естественно, Спок не стал комментировать проступок капитана, промолчал, но зато смерил его таким взглядом, что Кирк невольно почувствовал себя мальчишкой, сорвавшим важный урок. Поежившись, он ясно представил, что его ожидает «разбор полетов», как только они со старшим помощником останутся наедине. Не считая этого мелкого инцидента, смена прошла лучше, чем Джим ожидал. Все шло в штатном режиме, от Флота не поступило никаких новых приказов, Скотти вел себя тихо, и даже с мышками на нижней палубе экипаж уже смирился. В любой другой день Кирк бы изнывал от скуки и не мог найти себе занятия, но сегодня с раскалывающийся головой он был только рад спокойно сидеть в капитанском кресле, медитативно вглядываясь в обзорный экран. После окончания смены Джим самонадеянно подумал, что неплохо было бы предложить Споку провести пару дружеских партий в шахматы. Он не часто решался приглашать вулканца в частном порядке, обычно они просто встречались в кают-компании за общим столиком, но когда удавалось заманить Спока в свою каюту, Кирк считал себя едва ли не самым счастливым человеком на этом корабле. – Мистер Спок, как вы смотрите на то, чтобы дать мне наконец отыграться? – Джим послал коммандеру свою самую очаровательную улыбку, прекрасно зная, что на него она не подействует. – Сегодня у меня нет для этого времени, извини, Джеймс. У меня запланировано несколько исследований в лаборатории. – Ааа, жаль… но ладно, – Кирк разочарованно вздохнул. – Тогда в следующий раз, хорошо? – Я не могу вам этого обещать, – старпом кивнул, делая шаг вправо и пропуская спешащих в столовую офицеров. – На ближайшее время мое расписание строго распланировано. И да, капитан, касательно этого, у меня к вам вопрос. – М? Давай выкладывай, что у тебя там за проблемы? – Джим предвидел ответ в духе «у вулканцев нет проблем» или что-то вроде этого, но Споку удалось его удивить. – Никак нет. Я лишь хотел удостовериться в том, что мое прошение о предоставлении научному отделу необходимых ресурсов и дополнительного помещения на нижней палубе для подтверждения результатов одного из наших исследований дошло до вас. Все подробные условия и аспекты которого подробно зафиксированы в прошении вместе с прикрепленной сметой расходов. Кирк едва сдержался, чтобы не закатить глаза. Все это было выдано таким тоном, что проще было сразу сказать «капитан, вместо того, чтобы играть в шахматы, вам следует заняться своими прямыми обязанностями». Джим был неприятно удивлен таким заявлением Спока. Казалось, уж теперь они стали друзьями, и, если что-то шло не так, могли поговорить напрямую, а не… слать бесконечные рапорты и запросы. Но сейчас Спок ясно дал понять, что отношения между ними все еще были донельзя формальными, и Кирк попросту тешил себя глупыми надеждами. – Мистер Спок, вы хотели этим сказать, что я не выполняю должным образом свои обязанности? – Я хотел сказать лишь то, что сказал, – старпом кивнул, поддерживая образ идеального вулканца. – А вы не думали о том, что ваше прошение до сих пор не подписано, не потому что я забыл или не успел этого сделать, а потому что просто нет возможности предоставить вам ни средств, ни палубы? Черт, Спок, может, я просто не хотел тебе сразу говорить, что пока есть более приоритетные проекты, – Джим улыбнулся про себя, наблюдая за реакцией старпома. Что ж, и он умел сучиться. За время их совместной службы Спок привык к тому, что любая его просьба тут же подписывается начальником. Он часто становился свидетелем того, как Джим ставит на место офицеров или «включает» капитана перед младшим составом, но на себе вулканец еще никогда подобного не испытывал. – Разумеется, но я лишь… – Мистер Спок, я дам согласие на ваш запрос, как только у меня появится такая возможность, а сейчас… Вы, кажется, спешили в лабораторию? Не смею вас более задерживать, – отрезал Кирк и, ускорив шаг, скрылся в турболифте. Не сказать, что до этой стычки у Джима было прекрасное настроение, но после день и вовсе пошел наперекосяк. Буквально вчера Кирк позволили себе поверить в то, что они со старпомом наконец сделали очередной шаг в своих взаимоотношениях, а уже сегодня Спок снова вернул его на землю. Все попытки Джима наладить общение неизменно разбивались о холодность вулканца… хотя, может быть, это было и к лучшему, иначе, допустив друг друга слишком близко, они могли бы с легкостью разрушить свои жизни. С такими мыслями Кирк проходил до самого вечера и, уже валяясь в своей каюте без сна, понял, что это ни к чему не годится, что его придуманные отношения не стоят бессонных ночей. Сейчас стоило не прогонять одни и те же мысли по кругу, а просто выговориться и наконец успокоиться. Довериться на корабле… да и, наверное, во всей вселенной он мог лишь одному человеку. Поднявшись с кровати, Джим быстро натянул форму и, выйдя из каюты, прямиком направился к Боунсу. Тот открыл не сразу, только через минуту его голова показалась в дверях. Хмурясь и сонно щурясь, МакКой удивленно уставился на друга. Кирку на секунду стало даже стыдно за то, что он разбудил Леонарда в тот редкий день, когда тому удалось лечь пораньше. – Извини, – вместо приветствия улыбнулся Джим, едва сдержавшись, чтобы не пригладить взъерошенные волосы Лена. – Какого черта ты опять на моем пороге? Я устал и не собираюсь с тобой каждую ночь… – Эй, спокойно, я… просто так заглянул, – Кирк пожал плечами. – Может впустишь? – Ну и что у тебя на этот раз случилось? – МакКой отступил, пропуская друга в каюту. – Да бл… Уснуть я не могу! Такой ответ тебя устраивает? Боунс ничего на это не сказал. Скинув просторные домашние штаны, он снова улегся в кровать, видимо, не собираясь отказываться от драгоценного сна во имя позднего гостя. Кирк тоже скинул форму и полез к МакКою, заставляя того, ворча, подвинуться на самый край. Перекинув руку через друга Джим чувствовал себя вполне комфортно, хотя, конечно, Звездный Флот явно не предусматривал, что на узких казенных кроватях можно засыпать вдвоем. – Эй, только не спи! – Кирк ткнул Боунса в бок. – Ты сейчас должен повернуться ко мне и участливо спросить, что случилось. – Разве? А почему бы мне просто не подождать пару минут, пока из тебя не хлынет целый поток вечных откровений вперемешку с нытьем? И вообще, Джимми, зачем спрашивать, если… оно и так понятно. – Ага, в точку. Ты не представляешь, какой хреновый день выдался. С самого утра голова раскалывалась после вчерашнего, на смену проспал и словил стандартный взгляд Спока из серии… – «Я презираю ваше понятие о пунктуальности всей своей вулканской душой»? – Боунс скривился. – Бери выше, как минимум «я не верю, что в нашей галактике есть более ничтожные представители человечества, чем мой капитан», – Кирк улыбнулся, ему всегда нравилось, как МакКой не упускал возможности простебать старпома. – Представляешь, я, видимо, и правда, мудак, потому что потом… я ему еще и в шахматы предложил сыграть, а он, блять, опустил меня. Ну… по-вулкански разумеется. Упрекнул меня в том, что я, видите ли, с обязанностями не справляюсь. – «Упрекнул»? Что-то не очень-то верится, – Боунс поворочался, вытянув руку, на которой Кирк с удовольствие устроил голову. – Ну окей, пусть не упрекнул, но… ты бы его слышал. За такие претензии к капитану, знаешь ли…. – Что? Ты еще скажи, на гауптвахту посылают. И вообще, не с остроухим тебе капитана включать, – ухмыльнулся МакКой, которому было позволено разговаривать с капитаном как угодно, не боясь ровным счетом никаких последствий. – Тем более, я тебе говорил, вулканцы они как дети, что на уме, то и выдают, и, господи, поверь, ничего за его интонациями не скрывалось. У него вообще нет никаких особых интонаций. – Но ведь он наполовину человек… и вообще прекрати говорить про детей. Мне не по себе, когда я думаю, что влю… – Кирк запнулся. – Что он только подросток. Я же почти поверил в то, что он считает меня своим другом, а там еще немного и… Черт, я ведь понятия не имею, что между нами, – Джим вздрогнул, когда Боунс запустил пальцы в его отросшие волосы, перебирая пряди. – Уясни уже, между вами ничего нет, – МакКой тяжело вздохнул – Ничего. Только то, что ты сам придумал и во что поверил. Кирк ничего не ответил, ему не хотелось снова думать об этом в таком ключе. Пессимизм Боунса оказался заразен, но отрицать то, что после этого разговора стало легче, было невозможно. Последовав совету своего врача, Джим решил больше не накручивать себя, не страдать по безэмоциональному куску льда и так и заснул на плече МакКоя. *** На следующий день с самого утра на мостике кипела жизнь, выход на орбиту Звездной Базы 39 был рассчитан на 1100 часов по корабельному времени. На Флоте всё подчинено протоколу, и для транспортации было положено запросить соответствующее разрешение и дождаться подтверждения, а затем самому спуститься на Базу. Джим считал это ненужными формальностями, гораздо проще было сразу, без лишней мороки транспортировать посла на борт Энтерпрайз и, не тратя время, сойти с орбиты. Вид слабо светящихся маячков Звездной Базы уже на подлете к ней вызывал тоску. Кирку казалось глупым и, как бы сказал Спок, нелогичным содержать Базу на границе с Клингонской Империей в таком устаревшем и даже плачевном состоянии. Пункты по такому типу уже давно не строились. Шесть больших тарелочных секций, соединенных между собой запутанными переходами, представляли массивную конструкцию, а сенсер-антенны и блоки солнечных батарей еще больше утяжеляли ее. База походила на игольницу с кучей воткнутых в нее булавок-спутников, и Джим сомневался, что в срочной ситуации своими реакторами она смогла бы обеспечить подержу такому кораблю как Энтерпрайз. – Капитан, командующий Звездной Базы запрашивает голо-связь, – несколько удивленно отрапортовала Ухура, оглядываясь на Кирка в ожидании дальнейших распоряжений. Обычно разрешение на транспортацию удовлетворялось автоматически и уж тем более без участия руководства станции. – Соединяйте, – Джим пожал плечами, надеясь, что больше никаких затруднений не появится, и в ближайший час они расправятся с этим заданием. Но, черт возьми, когда под его командованием все шло по плану? Экран как обычно мигнул, и на нем появилось размытое, с помехами изображение, а, когда через пару секунд картинка стабилизировалась, на Кирка внимательно смотрел… кхм, вернее смотрела командующая Базы 39. Джим с трудом мог определить ее возраст: бледная, словно фарфоровая кожа в сочетании со светлыми зачесанными волосами делали свое дело, женщина казалось только что покинувшей криокамеру. Если большинство генетических заболеваний не были бы искоренены еще во времена Евгенических войн, а медицина двадцать третьего века не достигла таких высот, Кирк решил бы, что больше всего она похожа на… альбиноса? – Капитан Кирк? – голос у женщины оказался именно таким, каким его и представлял Джим, уверенным и властным. – Командующий Звездной Базой за номером 39, коммодор Хель. – Добрый день, коммодор, – Джим улыбнулся и кивнул в знак приветствия. – В чем дело? Я и мои люди могут траспор… – Позвольте, капитан, – женщина тактично перебила Кирка. – Вынуждена просить вас прибыть на базу на шаттле и в сопровождении главы медицинский службы. Просмотрев файлы, я убедилась, что он обладает достаточной квалификацией. – Ну разумеется! – Джим всплеснул руками. – То есть я хотел спросить, какую роль играет квалификация нашего корабельного врача и для чего вообще его присутствие? Да и почему нельзя использовать транспортатор, он у вас неисправен? – Кирк едва сдержал мученический стон. Вполне вероятно, что на этой богом забытой Базе транспортатор неисправен месяцами… кроме клингонов их же вообще никто не посещает. – Нет, проблемы вызваны отнюдь не технической стороной вопроса. Подробности я хотела бы сообщить при личной встрече, а пока могу лишь сказать, что на то есть свои причины, - и, не дожидаясь возражений, добавила. – Даю разрешение на посадку. Добро пожаловать на Звездную Базу 39, капитан. Связь прервалась, оставляя мостик в напряженной тишине, которую решился нарушить лишь Боунс. – Джим, только не говори, что это всерьез. На кой я им понадобился? Я врач, а не… – Доктор МакКой, – Кирк оборвал друга, – мне прекрасно известна ваша, кхм… нелюбовь к полетам на шаттлах, но от меня сейчас ничего не зависит. Если они запросили именно такой вид транспортации, то на это, наверняка, есть свои причины, – он поднялся с кресла. – МакКой, за мной. Спок, на время моего отсутствия, обязанности капитана на вас. Вулканец, естественно, не сказал ни слова против, но за столько лет общения Кирк научился различать мельчайшие изменения в выражении его лица. Вот и сейчас вулканец, видимо, хотел возразить, но воспитание и устав не дали ему этого сделать. Почти всегда они спускались на новые планеты или базы вместе, поскольку в работе составляли отличный слаженный тандем несмотря на… некоторые трудности в личном общении. – Вы же понимаете, я не могу оставлять корабль без старших офицеров, кто-то должен взять управление на себя, – Джим примирительно улыбнулся старпому. – Разумеется, – Спок кивнул, одобряя решение капитана. – Лейтенант Ухура, доложите службе безопасности, что для сопровождения я беру энсина Роджерса, Флинта и Коуп. Им надлежит быть в ангаре для шаттлов через десять минут. *** Проплывая на шестиместном «Копернике» мимо всех строений Базы, Кирк видел свой корабль со стороны и вспоминал, как впервые почти на таком же шаттле подлетал к «Энтерпрайз». Прошло столько времени, а Джима до сих пор восхищали и завораживали величие и красота флагмана Звездного Флота. Насладиться полетом и открывшимся видом в полной мере все же не удалось, уже через несколько минут они прошли через шлюзы Космической Базы и приземлились в огромном ангаре. Выбравшись, Кирк с любопытством оглянулся по сторонам. Док был почти пуст, не считая нескольких стареньких шаттлов, но внимание капитана привлекли совсем не они. Клингонская Хищная птица, легкий боевой корабль на двенадцать человек, расположился на самом краю ангара. Конечно, база находилась на границе с Империей, и, наверняка, клингоны были здесь нередкими гостями, но их присутствие все равно напрягало. – Еще раз добрый день, капитан, – Джим оглянулся на голос. По лестнице к ним спускалась целая делегация встречающих, конечно, во главе с комендантом Хель. Кирк честно пытался вспомнить, что слышал о ней раньше, и даже быстренько поискал информацию на комме, но никаких постыдных моментов биографии у главы базы он так и не нашел. Что было довольно странно, обычно служба на отдаленных форпостах была своеобразной ссылкой неугодных или провинившихся офицеров. – Добрый… – Кирк выпрямился, стараясь казаться образцовым капитаном. Мало того, что женщина оказалась выше его едва ли не на голову, так еще и носила мужской вариант формы, что, конечно, было удобней, но… черт, всем своим видом она ставила себя над остальными. И это очень, очень не нравилось Кирку. – У нас на корабле важный груз, и мы не можем задерживаться надолго. Я бы предпочел оформить соответствующие документы, а мой начальник медслужбы, – он кивнул на Боунса, - пока, эм… выполнит то, для чего вы его и вызвали. Кстати, мне бы хотелось знать о необходимости его прибытия. – Не так быстро, капитан. Конечно, мы сообщим, для чего нам потребовался доктор… – МакКой. Леонард МакКой, корабельный врач Энтерпрайз, – улыбнувшись, подсказал Боунс. – Разумеется, – сдержанно кивнула Хель, а Джима передернуло. Уж слишком по-споковси это прозвучало. У него даже зародилось подозрение, что предки коменданта Базы были явно не земного происхождения. – Сообщим, но для начала я попрошу вас пройти в мой офис. – А разве регистрацию прибытия шаттла нельзя оформить здесь? Я уже сказал, что мы не можем задерживаться, так что я хотел бы пройти все формальности как можно быстрей и вернуться на борт корабля, чтобы… – Капитан, поверьте, я занимаю ваше время не ради собственного удовольствия, – она строго глянула на Джима. – Пройдемте за мной. Кирк даже удивился, как быстро этой женщине удалось поставить его на место и показать то, что спорить с ней бесполезно. Здесь она явно чувствовала себя королевой и не привыкла к неповиновению. Оставив энсинов в ангаре, Кирк вместе с МакКоем последовали к выходу, надеясь, что в скором времени все прояснится. Потому что пока что дела обстояли довольно странно. Джимова интуиция буквально вопила о том, что что-то здесь нечисто, но с виду ничего странного на станции не происходило. Все как обычно: работники базы сновали туда-сюда, обремененные своими делами, и отвлекались, вытягиваясь по струнке только перед командором, научники везде оставались научниками: крутились под ногами, измеряя что-то трикодерами… В общем, жизнь кипела, и почти никто не обращал внимания на прибывших. За несколько минут блуждания по огромной базе Кирк успел проклясть несчастное сооружение. Только пройдя с десяток запутанных коридоров и поднявшись на турболифте, они оказались в командном блоке, где обычно располагался главный конференц-зал, офис коммодора и приемная при нем. Практически все стены маленького помещения занимали похвальные грамоты и гранты, в нишах стояли кубки и, как и на любом корабле, декоративные модели крейсеров и первых Баз. Все достижения одной из самых удаленных Звездных Баз были выставленных напоказ и их было не мало. Джим мог поручиться, что всё это они заслужили благодаря своему коменданту. Кирк таких людей уважал, но вместе с тем относился к ним с подозрением и даже недоверием. – Коммодор, – не поднимая голову, поприветствовала начальство девушка-секретарша. Хель не обратила на нее внимания, проходя сразу же в свой кабинет и приглашая за собой немного растерянных Джима и МакКоя . В кабинете в отличие от приемной не было никаких отличительных знаков, грамот или хотя бы голограмм-картин. Напротив, там стоял лишь большой высокий стол, пара кресел и огромный встроенный шкаф у панорамного окна. Исключительно рабочая обстановка говорила о многом. – Располагайтесь, – Хель кивнула на стоящие кресла, но сама предпочла вести беседу стоя, что совсем не понравилось Кирку. – Коммодор, поверьте, у нас нет лишнего времени, так что давайте сразу перейдем к делу и поскорее покончим с формальностями. – Не торопитесь, – на ее лице промелькнуло подобие улыбки, что в очередной раз напомнило Джиму о старпоме. – У нас возникли некоторые проблемы. – Ну так выкладывайте… Сколько можно! – Кирк закатил глаза. – Сколько нужно, капитан. Дело касается посла, и поэтому попрошу вас быть внимательней и набраться терпения. По прибытию на базу он почувствовал себя плохо и был определен в наш лазарет, но, к сожалению, его состояние за прошедшее время только ухудшилось. Врач станции, запретил траспортацию посла Ямато, но насчет перевозки его на шаттле он не уверен, по крайней мере, пока состоянии не стабилизируется, – она сверилась с какими-то бумагами. – Нужно было сразу сказать, что он болен, мы бы вызвали медицинский шаттл, а так… – Кирк развел руками. – Для начала мы бы хотели убедиться в том, что переправлять его на Энтерпрайз будет целесообразно и эффективно. Это не спасительный корабль, а крейсер, так что для начала мы бы хотели получить освидетельствование вашего корабельного врача. Доктор МакКой, осмотрите его и скажите, сможет Энтерпра…. – На Энтерпрайзе один из лучших лазаретов Звездного Флота… – буркнул себе под нос Боунс, вставая. – Где у вас тут медотсек? – Секретарь объяснит вам, – коммодор кивнула в сторону приемной, и Кирк едва ли не физически почувствовал раздражение друга. – А мы с вами разберемся с формальностями, к которым вам так не терпелось перейти, – она протянула капитану стопку паддов. – Разумеется, – Джим мысленно отругал себя за то, что не удержался, чтобы не передразнить женщину. Пробегая глазами по заголовкам, он принялся подписывать бесконечную череду никому не нужных документов. – Эм, а когда состояние посла должно стабилизироваться? – По-вашему я похожа на врача? Позже спросите у доктора МакКоя. По предварительным прогнозам – около суток. – Суток? – Кирк изумленно уставился на Хель. – Серьезно? У нас на корабле груз, я не буду… – Я прекрасно осведомлена о грузе на Энтерпрайзе, и вы уже трижды ссылались на это, но, тем не менее, вам придется подождать, хотите вы этого или нет. – Отлично, – рыкнул Джим, подписав последний документ и откинувшись в кресле. – И где мне ждать целые сутки? Прямо здесь? – Не утрируйте. Я этими вопросами не занимаюсь. Вы подписали все нужные документы, и пока что на этом наше общение закончено. Делайте эти сутки что хотите, если вам нужна каюта, то обратитесь к секретарю. И... Кирк, не лезьте, куда не надо, о вашем корабле ходит определенная слава. – Конечно, – сквозь зубы выдавил Джим и, кивнув коммодору, вышел из кабинета. Девушка в приемной по прежнему сидела, уткнувшись в терминал, судя по всему, вся документация базы была на ней, но… сейчас Кирку на это было, мягко говоря, плевать. – Извините, коммодор Хель сказа… – он поперхнулся. – Джесса?! Ничего себе, это правда ты? – Капитан Кирк, здравствуйте, – она улыбнулась, внимательно разглядывая лицо Джима, который от удивления так и застыл с глупой улыбкой на губах. Черт, порой он шутил, что однажды провидение накажет его и столкнет со всеми теми девушками, которых он оставил. Но просторы вселенной были слишком велики, и Кирк никогда не задавался вопросом, что скажет при встрече. Именно поэтому он сейчас стоял, краснея и пытаясь подобрать нужные слова. Господи, что можно сказать девушке, с которой встретился на границе с клингонской империей и которая знала тебя еще дурным мальчишкой с Айовы? Джесса была живым напоминанием о том, что однажды он променял жизнь на ферме на нашивки Звездного Флота. – И где твое хваленное красноречие, Джимми? – она усмехнулась, откидывая копну рыжих волос с плеч. Кирк с удивлением отметил, что по прошествии стольких лет она почти не изменилась: та же улыбка в обрамлении яркой помады, темные глубокие глаза, распушенные, наверняка не по уставу, волосы… Хм, разве что форма на ней смотрела непривычно и даже неправильно. – Я видела твои выступления во Флоте, да и раньше, – она тряхнула головой, – ты умел уболтать. – Я просто, эээ… растерялся, – честно ответил Кирк и улыбнулся. – Рад тебя видеть, ты прекрасна, но… мундир? Серьезно? Какими судьбами здесь? – Какими судьбами? – передразнила она. – Ну, если коротко, то Джим Кирк, звезда всего Риверсайда, клятвенно обещает сводить меня на межпланетные скачки и, о господи, неужели! – она всплеснула руками, – познакомить с матерью! А потом не отвечает на комм и, как оказывается, сбегает в проклятый Флот. Кирк в Звездный Флот! Да никто даже представить такого не мог! И что же делаю я? Как влюбленная дура, мчусь за ним в Сан-Франциско, во Флот, пытаюсь поступить в Академию, ну и, разумеется, меня не берут. Это же только Джимми, звездный мальчик, проходит без конкурса, так? И вот итог: я работаю на Звездный Флот, только не офицером на корабле и даже не энсином, а секретаршей на богом забытой, разваливающейся Базе. Нууу как-то так, Джимми. – Вау, это было впечатляюще! Я и не знал, что у тебя столько всего произошло. – Ну да, тебе как раз об этом и говорить. Это же о твоих похождениях гремит вся Федерация, – фыркнула Джесса. – Мой бывший бойфренд самый молодой капитан звездолета. Я, наверное, должна, ммм, руки тебе целовать… – Необязательно, – Джим рассмеялся. Удивительно, но сейчас с ней было так же легко, как и когда-то на заднем сидении старенькой машины под солнцем Айовы. – Я тебя не забывал. – Да брось, небось и не вспомнил ни разу. – Неправда, – Кирк покачал головой. – Просто… так вышло. – Правда? Ох, Джимми… ты, кстати, знаешь, а я все-таки познакомилась с миссис Кирк, – она усмехнулась, наблюдая за реакцией. – О неет, я отказываюсь в это верить, хотя… ты всегда была, кхм, настойчивой, – он повел бровями. – Знаешь, всё в прошлом, и я сейчас не завожу никаких отношений, но я бы с радостью с тобой поужинал, поговорил бы обо всём. Вот только у меня корабль и миссия, завтра уже покидаю вашу базу, даже сегодня, если повезет, – Джим пожал плечами, отметив про себя, что почти не соврал о том, что касалось отношений. – Опять сбегаешь, Джеймс Кирк? – она кокетливо накрутила локон на палец. – Джесса, ну зачем ты так? Это разбивает мне сердце. – Ладно, к черту тебя. Я больше на такое не ведусь. Что тебе нужно-то было? – Ага, твоя ледяная, как спутник Дельта Веги, начальница… – Тшш, поаккуратней, здесь так шутить не принято! – Окей, ну так вот… Она сказала, что ты определишь мне комнату на сутки. – Почасовая оплата, как всегда? – девушка ухмыльнулась, вводя данные в терминал. – Ладно, не только ты умеешь шутить. Твоя комната 41-a, на палубе G. Код 45-73-322. – То есть ты знаешь код от моей каюты? Здорово. – Не обольщайся, Джимми, – она повернулась к терминалу. – Лучше надейся на свой чуткий сон, знаешь ли, брошенные девушки бывают мстительны… – Я правда рад, что мы встретились. – Угу, – без энтузиазма подтвердила Джесса. – Иди уже, куда шёл, и, пожалуйста, снова пропади на несколько лет. – Да я же не специально, – вздохнул Джим, снова оправдываясь за былое. – Еще увидимся. Добравшись до каюты, которую ему выделила База, Кирк засомневался, не ошиблась ли Джесса, выписывая ему комнату. Наверное, стоило бы пойти к начальству, возмутиться условиями, предоставленными капитану и гостю Звездной Базы, но Джиму честно было не до этого. Да и вообще, задерживаться здесь он не собирался, а перекантоваться сутки можно было и в комнатушке три на четыре. Из мебели здесь был только диван да стол с двумя шатающимися стульями. Может быть, Джесса, вспомнив прошлое, просто решила «пошутить»? Ну да ладно, уже завтра он будет в своей прекрасной капитанской каюте на Энтерпрайзе, за много световых лет отсюда. На корабле у него было много работы, и Кирк просто не мог спокойно сидеть на месте, зная, что теряет такое драгоценное время. Нужно было, как минимум, сообщить Споку обо всей ситуации, ввести в курс дела и предупредить, что на искусственной орбите им придется задержаться. Откинувшись на скрипучем диване, Джим устроился поудобней, достал комм и вызвал старпома. – Мистер Спок? – Слушаю, – после короткого щелчка послышался ровный голос вулканца. – Мы ожидаем вашего прибытия. Возникла внештатная ситуация? – С чего ты взял? – Кирк хмыкнул. – Транспортировка посла должна занять на 1,32 меньше затраченного на данный момент времени, – Спок выдержал паузу. – К тому же, иначе у вас бы не возникла потребность связываться с кораблем. – Да, ты наверное прав… То есть да, разумеется ты прав. Оказалось, что посол тяжело болен, и доставить его возможно только на шаттле, и только когда его состояние стабилизируется. Боунс как раз сейчас этим занимается. – Сколько по предварительным прогнозам может продлиться вынужденное ожидание? – Спок как всегда был точен и профессионален. – Сутки. По крайней мере, так заявила комендант Базы. Но я на самом деле надеюсь, что МакКой сделает все возможное, и мы выберемся отсюда уже через пару часов. – Это было бы более приемлемо, – вежливо согласился Спок. – Понятное дело… – Кирк вздохнул. – Но вы пока все равно там не расслабляйтесь. Пересчитайте достаточно ли загруженного корма для мышек. Посмотрите нельзя ли проложить более краткий курс на Хабеас VI, и еще… – Капитан, не беспокойтесь, – Спок осторожно прервал его. – У нас все под контролем. – Конечно… с тобой я спокоен, – Джим улыбнулся. – И… до связи. Какие бы сложности у него не возникали в отношениях со старшим помощником, Кирк был рад тому, что единственный во Флоте вулканец служит именно под его началом. На Спока можно было полностью положиться, и в работе они понимали друг друга с полуслова. Кирк мог без каких-либо опасений доверять ему командование Энтерпрайз и не бояться за свою детку. Боунсу он, конечно, тоже доверял, но это было нечто другое… Лечащему врачу было проще вверять свое физическое и эмоциональное состояние, чем управление крейсером. В очередной раз Джим в этом удостоверился уже через пару минут, когда друг, отмахиваясь от провожающего его старшины, зашел в каюту. – Черт побери, это еще что за апартаменты? Не могли ничего получше найти? – буркнул он, плюхаясь рядом с Кирком на диван. – Это же база класса «Юпитер», чего ты хочешь, они самые старые, – он потянулся, радуясь, что хотя бы диванчик в их каюте есть. – Как там дела обстоят? – Если коротко, то… хреново, – МакКой вздохнул. – И я сейчас серьезно. Пока сложно судить о его состоянии, требуется время. И не нужно говорить, что у нас его нет, и без тебя знаю. Но, Джим, я в первую очередь врач, а там сложный случай, мне даже толком не дали осмотр сделать, не говоря уже о том, чтобы провести весь комплекс анализов. Не понимаю вообще, для чего они меня вызывали, если единственное, что я смог сделать, это дать общие советы и все… Даже когда в лабораторию пошел посмотреть первые результаты, мне какой-то пришибленный лаборант не смог внятно ничего объяснить. Что они там темнят… черт! Думаю, у нас нет никаких вариантов кроме как дождаться утра и уже потом решать, что делать с послом Ямато. – Понятно, что делать: грузить на шаттл и переправлять на Энтерпрайз, – Джим поймал строгий взгляд Боунса и устало застонал. – Все-таки до завтра? Серьезно? – Абсолютно, – МакКой поднялся с дивана. – Давай что ли перекусим, раз уж застряли здесь. Посмотри на себя, ты устал, наверное, с утра ничего не ел, – он протянул руку Кирку, помогая встать. – Пошли. Пообедав, они с Боунсом пару часов посвятили изучению Базы, но ничего интересного так и не нашли. Даже клингонов, чей корабль Джим заметил еще в ангаре, не было видно. Это было довольно странно, потому что по своему опыту Кирк знал, что имперские гости не привыкли вести себя тихо и незаметно. Он бы спросил у Хель, зачем они вообще прибыли на Базу, но скорей всего комедиант просто одернула бы его: «капитан, я просила не лезьте в наши дела». Да и у самого Кирка было достаточно забот, забивающих голову. Он планировал как можно скорее вернуться на Энтерпрайз. Вынужденная задержка, рушившая им весь график, раздражала, заставляя нервничать и огрызаться на любые реплики МакКоя. Тот недолго терпел раздрай капитана и к вечеру попытался слинять от него. Но не тут-то было. Кирк не собирался просиживать этот вечер в их маленькой, больше похожей на чулан каюте и увязался за Леном в лазарет. Так сказать, чтобы собственными глазами убедиться в тяжести состояния посла Ямато. – Ну хоть сам на него посмотрю, может вы мне тут просто голову морочите. – Да, конечно. Нашелся тут врач, – сквозь зубы процедил Боунс, направляясь к турболифту. Джим поспешил за ним, старясь не отставать ни на шаг, но вместе с тем и не срываться бег. Не должен капитан носиться по всей Базе за своим подчиненным… пусть даже и за МакКоем. Медотсек Звездной базы приятно удивил Кирка: он ожидал увидеть старое запущенное помещение, но оказалось, что лазарет почти не отличался от себе подобного на каком-нибудь корабле. Он так же состоял из нескольких помещений: офиса главного врача, палаты, комнаты интенсивной терапии и изолятора. В основном отсеке всё буквально блестело, палаты выглядели стерильно, ровные ряды кроватей были аккуратно заправлены, а немногочисленны больные уже готовились ко сну. Что ж, по крайней мере, никто из них не выглядели смертельно больным. – Что- то ты сюда зачастил, – из офиса к ним вышел высокий, худой мужчина в медицинском халате. Слабо улыбнувшись Лену, он скользнул взглядом по Джиму и кивнул. – Добрый вечер… капитан. Судя по нашивкам на медицинской форме, мужчина был главным врачом Звездной Базы и воплощал собой тот идеал медицинского служащего, который так скрупулезно взращивался в альковах Звездного Флота. У Джима с самооценкой всё было более чем в порядке, но даже он почувствовал себя неловко рядом с молодым врачом. Черт, да его голо-снимки нужно было размещать на каких-нибудь агитационных плакатах Флота. Просто образцовый офицер: статный, с идеально прямой спиной, зачесанными назад светлыми волосами и широкими, скульптурными скулами. – Извини за поздний визит, – улыбнувшись, МакКой протянул ладонь для рукопожатия. – Познакомься, это капитан Энтерпрайза Джеймс Т. Кирк, сомневаюсь, что ты вообще что-то помнишь о нем. А это, – он кивнул на мужчину, – Ивар Халвард, глава медслужбы тридцать девятой Звездной Базы. – Приятно познакомиться, – Джим протянул мужчине руку, но тот лишь кивнул в ответ. Кирка это могло бы задеть, но за время службы с вулканцем он уяснил, что не все готовы терпеть чужие прикосновения. – Я вижу, Леонард времени даром не терял и уже со всеми познакомился, – капитан добродушно улыбнулся, пытаясь вспомнить, где раньше мог видеть эти холодные серо-стальные глаза. – Как самочувствие мистера Ямато? – не размениваясь на формальности, спросил МакКой. – К сожалению, всё так же, – Ивар пожал плечами. – Леонард прекрасный специалист, но все то, что он дал пациенту, ожидаемого эффекта не дало… Точнее не дало абсолютно никакого результата. Ямато по-прежнему в критическом состоянии. – На самом деле критическом? Когда мы сможем его транспортировать? – Кирк нетерпеливо перевел взгляд с МакКоя на Халварда. – Доктор МакКой вам не разъяснил? – все так же ровно спросил Ивар. – Мы не знаем, что с ним. То есть, капитан, мой медперсонал, я и ваш корабельный врач общими усилиями не можем поставить диагноз, не говоря уже о прогнозировании. – Ну а ваши исследования или там анализы, они ничего не показали? – Кирк прекрасно понимал, что лезет в область, в которой совершенно не разбирается, но его безумно раздражали такие ответы. От своего экипажа он всегда требовал четких рапортов. – Джим, проведенные исследования тоже не дали никаких результатов, а анализы еще не готовы, – вступился за Ивара МакКой. – Я склоняюсь к тому, что посол подхватил либо мутировавший, либо совершенно новый вирус. Информации слишком мало. Он работал с клингонами, и, надеюсь, заразу подхватил не от них, а то эти… – Боунс! Поаккуратней с выражениями, – Кирк мельком глянул на пациентов палаты, надеясь, что среди них нет представителей империи. – А если Ямато переправить на Энтерпрайз? У нас же едва ли не лучшее оборудование? Почему бы не провести более полное исследование уже там. – Это было… разумно, – нехотя признал МакКой. – Но посол сейчас в критическом состоянии. – Да, но… мы бы могли сейчас же… – Нет, – в первый раз в голосе Халварда появилась жесткость. – Капитан Кирк, это лазарет и здесь не нужно говорить о вашей миссии, заданиях начальства и ответственности перед Звездным Флотом. Как лечащий врач я не могу позволить беспокоить и тем более транспортировать моего пациента, по крайней мере, сейчас, – он выдержал паузу. – Давайте дождемся утра, я попытаюсь сделать все возможное, но, конечно обещать ничего не могу. – До утра? – Джим вопросительно уставился на МакКоя, ища поддержки. Но тот только кивнул, подтверждая слова Ивара. – Окей, ладно, вам видней, но утром, чтобы там не произошло, я забираю его на Энтерпрайз. Посол под моей юрисдикцией, так что… – Капитан, я не собираюсь спорить с вами, – оборвал его Халвард и, кивнув Леонарду, снова скрылся в свое офисе, оставив Кирка глупо стоять посреди лазарета с открытым ртом. Почему-то этот врач вызвал смешанные чувства. Нет, не то чтобы он показался неприятным типом, даже наоборот… но Джим видел, как легко Ивар общается, переглядывается с МакКоем, и это вызывало нечто сродни ревности. Подсознательно Кирк чувствовал, что что-то здесь не так, и надеялся выяснить у Боунса причину своего беспокойства. – Может кое-что объяснишь мне? – начал Кирк, стоило им вернуться в каюту. – Вы с ним знакомы что ли? Ну с Иваром – Ты сейчас серьезно? – МакКой удивленно глянул на друга. – Ну как гениальный капитан напряги извилины. – Не понимаю тебя. – Господи, Кирк, он с нами в Академии учился. Я с ним три года на лекции ходил. Думал, вас не придется знакомить. – Ммм… не угадал, – глубокомысленно протянул Джим. – Вообще его не помню, а я, между прочим, всех в Академии знал. – Всех, у кого длинные ноги и не слишком строгие принципы? – хмыкнул МакКой. – Я тебе еще тогда про этого парня рассказывал. – Эээ, тот, с которым ты на парах сидел? Он еще вроде получил грант за проект по ксенобиологии… Не знал, что вы дружили или типа того. – Или типа того, – передразнил Кирка друг. – Неужели ты всерьез думал, что пока ты бегал по своим «единственным и неповторимым» и смывался на несколько дней, я затворником сидел, обедал в гордом одиночестве, пялясь на твое фото на падде? – Приблизительно так, – пожал плечами Джим. – Мне он представлялся круче. Я еще удивлялся, чего за ним весь ваш лазарет таскался, на таких, конечно, девчонки ведутся. Но у меня образ из Академии с тем, что я сейчас увидел, никак не вяжется. – Ивар изменился, – согласился Боунс. – Даже не знаю, что у него должно было произойти. Он ведь блестящий специалист… – …оказавшийся на приграничной Базе, куда и корабли-то не каждый месяц заглядывают, – закончил за него Джим. – Интересно, что с ним приключилось? – Не знаю. И это не наше дело, – МакКой одернул друга. – Меня сейчас куда больше волнует, что мы завтра будем делать. Очень сомневаюсь, что за ночь посол придет в себя. И вообще, ты как хочешь, а я спать. Кирк собирался еще сходить к Джессе и попросить выделить им на ночь каюту поприличней, но МакКой уже отрубился на старом диване, а будить его у Джима рука не поднялась. Так и пришлось ворочаться всю ночь, слушая храп Леонарда и жужжание бойлерного отсека за стеной. Проснулся он, естественно, с больной головой и затёкшей спиной и успокаивал себя лишь тем, что завтра будет отдыхать в обожаемой капитанской каюте. Несмотря на раннее время Кирк, едва встав, тут же потянулся за коммуникатором. Энсинам было приказано доставить посла в ангар независимо от его состояния. Обещанные сутки, которые Энтерпрайз обещал ждать на орбите, истекли. Разбудив Боунса, Джим клятвенно убедил того, что позавтракать можно и на корабле, а пока им нужно спешить к шаттлу. Правда, уже спустя пару минут выяснилось, что все далеко не так просто. Комм затрещал, а на том конце послышался взволнованный голос энсина Роджерса. – Капитан, вам нужно подняться в медотсек. Работники лазарета отказываются выдать нам посла Ямато. Извините, мы не можем ничего сделать. – Сейчас буду, – отчеканил Кирк и, уже отключившись, не выдержал: – Какого черта?! Что еще за правила на этой Базе? Пошли, – он кивнул Леонарду, который, к удивлению, промолчал, лишь нахмурился и, не сказав ни слова, пошел следом. В другой ситуации такая скупая реакция друга насторожила бы Кирка, но сейчас ему было совсем не до этого, внимания требовали более насущные вещи. Зайдя в лазарет, Джим заметил, что за ночь количество больных заметно увеличилось, и посла среди них видно не было. Встретив взволнованных энсинов, он прямиком отправился в офис главного врача, но… не тут-то было. Дорогу в кабинет ему преградил какой-то парнишка в белом халате, яростно размахивающий паддом. – Капитан… капитан, вам никак нельзя в офис! Доктора Халварда нет на месте, а я… я не могу, – парень запнулся и продолжил уже более связно. – Никаких распоряжений по поводу посла Ямато не поступало. Я не могу позволить вам забрать его. – Мне не требуется ваше разрешение, – твердо отрезал Джим, пытаясь обойти работника медслужбы, но тот все еще упорствовал, не давая прохода. – Понимаете, его состояние не стабилизировалось, и если вы выве… – Доктор МакКой, – Кирк перешел на официальный тон, – проверьте состояние посла, заполните карту, отключите… я не знаю, то, что нужно, и грузите его на носилки. – Джим, подожди, я не могу, – МакКой был пугающе спокоен. – Я как врач не могу допустить этого. Он в критическом состоянии, и нужно как минимум дождаться Ивара и обсудить это с ним. Он как-никак его лечащий вра… – У нас нет столько времени, – оборвал его Кирк. – Мы не можем ждать твоего Ивара. – Капитан, вы ведете себя неподобающе своему званию, – Боунс смерил его усталым взглядом. – Доктор МакКой, на Энтерпрайз вам будет предоставлена возможность написать рапорт, – жестко парировал Кирк. – А пока делайте, что сказано: выполняйте мои приказы! – Есть, капитан, – процедил Леонард. Конечно, Джим понимал, что Боунс в первую очередь врач, и в чем-то он прав, в такой ситуации действовать нужно взвешено и рассудительно. Но Звездный Флот ни за что бы не принял рапорт, в котором причина задержки гуманитарного груза на Хабеас VI заключалась бы в невозможности перевозки внезапно заболевшего посла. Наверняка за ночь врачи и так сделали все возможное, чтобы Ямато выдержал несколько минут в шаттле. Впервые, Кирк пожалел, что рядом с ним не было Спока, уж вулканец-то мог отбросить чувства и рассудить верно, расставив приоритеты. МакКой молча отключил измерительные датчики и сенсоры, а энсины погрузили посла на антигравитационные носилки. Возмущенный лаборант просто не мог противостоять капитану. Пообещав предпринять какие-то мифические меры против такого произвола, он поспешно ретировался из лазарета. Джим с Боунсом вышагивали впереди, а краснорубашечики как конвоиры сопровождали носилки с послом, который, как сказал Леонард, «в целях безопасности был погружен в искусственную кому». Кирк буквально физически ощущал напряжение и обиду друга. МакКой не переносил, когда с его мнением не считались. Только когда они добрались до ангара и, погрузив посла, заняли свои места, Джим с облегчением выдохнул. Еще вчера он и не представить не мог, что такое простое задание может настолько потрепать ему нервы. Кирк ожидал, что все будет труднее, и им не дадут так легко вывезти Ямато, ведь вся База видела, как они переправляли посла без сознания в ангар, но никто этому не воспрепятствовал. Поэтому Джим успокоился, понимая, что самое сложное позади, но… и здесь все было не так просто. – Капитан, нам не дают разрешения на вылет, - пилот шаттла обернулся. – Приказ – шлюзы не открывать. – Это еще что значит?! – Кирк подорвался с места, вылез из шаттла и уже было направился к аппаратной, как его внимание привлекло движение на лестнице. Точно так же как и сутки назад к ним приближалась коммодор Хель в сопровождении нескольких вооруженных офицеров. – Какого черта? – вот уж это точно было недостойным для капитана поведением, но на этой Базе все и так шло наперекосяк. Джиму хотелось убраться отсюда побыстрей, и плевать, какое впечатление он после себя оставит. – Почему нам не дают разрешения на вылет, посол нахо… Договорить ему помешал протяжный гул, в который разом погрузилась вся База. Звук сирены сопровождался красными огоньками, вспыхнувшими по периметру ангара. Кирк непонимающе уставился на командора Хель, которая, как показалось, была ничуть не удивлена аварийной тревогой. – Капитан, довожу до вашего сведенья, что никто не имеет права посещать и покидать базу, пока на ней действует красный режим тревоги. С этого момента на Звездной Базе 39 объявлен карантин.