Бей моё сердце

- Питер, мать твою, Хэйес! На самом деле, я не хотела так громко кричать. Но в порыве эмоций мне было простительно. Парень повернулся в мою сторону с безразличным и даже усталым видом, переставая колотить грушу. На его лбу красовалась смачная шишка, а на щеке – глубокая царапина. То было раннее утро. До подъёма полчаса, но мне не спалось, поэтому я пошла в тренировочный зал. Никак не ждала, что увижу тут его. Так было даже лучше: у меня руки чесались надрать ему задницу. Четыре заставил меня переночевать в своей комнате на пару с Трис, так как боялся, что Питер, Дрю или Ал попытаются отыграться на мне из-за произошедшего. Он пришёл как раз вовремя, чтобы как следует отделать этих троих, пока они пытались скинуть её в пропасть. Они подстерегли её, хотели представить это как самоубийство. Я думала, что больше всего меня разочарует Ал. Отчасти оно так и было. Как он мог? Трис его подруга. Каждый день он сидел с ней за одним столом, она доверяла ему и считала своим другом. И если бы Тобиас несколько раз не повторил, что он был среди них, а Трис обречённым кивком не подтвердила его слова, я бы в жизни не поверила, что он способен на такое. Но по непонятной причине больше всего я злилась именно на Питера. Казалось бы, тут нечему удивляться: он никогда не скрывал своей нелюбви к Отречению. Но в последнее время мне начало казаться, что он меняется. По чуть-чуть, но идёт вперёд, перестаёт жить стереотипами. Зачем он трижды спас мне жизнь, если так сильно ненавидит таких, как я, раз готов на убийство? Чувство, съедающее меня изнутри, было похоже на смесь разочарования, презрения и ярости. Я ещё ни на кого так сильно не злилась. От отца я никогда не ждала ничего хорошего, даже не могла вспомнить то время, когда любила его. Но Хэйес показался мне человеком, который может измениться. Как же я ошибалась. - Чего тебе? Он даже не назвал меня «убогой» по привычке. Видимо, у него действительно ночь была не из лучших. Я стремительным шагом направилась к нему, до сих пор не понимая, что именно буду говорить или делать. Но оказавшись около Питера, я сильно толкнула его в грудь руками, так что он даже ударился спиной о висящую позади грушу. - Какого чёрта ты делаешь? – прошипела я, прожигая его взглядом. Хэйес же старался сохранять спокойствие, но это было лишь видимостью. Существовало негласное правило: наглеть всегда полагалось только ему. - Я знаю, это вы с Дрю втравили Ала в это, - продолжала я. В этот момент ничто не могло остановить меня от словесного поноса. – Он никогда так не поступил бы, если бы вы его не надоумили. - Говоришь увлекательно. Очень жаль, что мне плевать, - холодно отрезал Питер и хотел было повернуться обратно к груше, но я схватила его за майку и не позволила этого сделать. Надрывы на тренировках не проходили даром: я уже не та хрупкая Отречённая, которой пришла сюда. - Как ты мог? Неужели ты настолько трус, что решил избавиться от той, что вообще никакой угрозы для тебя не представляет? - А ты-то чего злишься? – ядовито усмехнулся Питер, даже не пытаясь вырваться. – Разве я когда-то казался пушистым? Разве я обманул твои ожидания? Я чуть не задохнулась от накатившего гнева, у меня не хватало слов, чтобы рассказать ему, как я его презираю. Но он говорил чистую правду: чего ещё мне было ждать от него? Что мы вдруг возьмёмся за руки и будем лучшими друзьями? Может, я злилась только потому, что на долю секунды мне показалось, что он не плохой человек. Что мы даже сможем нормально общаться. - Ты даже не представляешь, как меня от тебя тошнит, - я неосознанно выплюнула ему в лицо ту же фразу, которую совсем недавно говорил мне он сам. Хотелось кричать на него дальше, повторять одно и то же тысячу раз, чтобы до него дошло, но в этом не было смысла. Я еле удержалась от того, чтобы не врезать ему, но Тобиас очень просил меня не лезть в это. Я и так полезла на рожон, просто заводя этот разговор. Я оттолкнула его, награждая самым презрительным взглядом, на какой только была способна, и сделала пару шагов в сторону выхода. Но вдруг меня грубо схватили за локоть и потащили на ринг. - Хочешь выпустить пар? – Кажется, я смогла его здорово взбесить, вот только чем? Всё, что я говорила только что, я говорила и прежде. Или же это подразумевалось само собой. Питер вывел меня на ринг и встал прямо напротив. Он всё ещё старался казаться расслабленным, и контроль над собой у него был куда лучше, чем у меня. - Ну давай, бей. Я же знаю, ты этого хочешь. По его лицу сложно было определить, серьёзно он или же это очередная «искромётная» шутка. Я попыталась уйти, но Хэйес преградил мне дорогу. - Что, убогая, когда приходится отвечать за свою грубость, ты сразу в кусты? Возможно, во мне появляются задатки Бесстрашной. Во всяком случае, когда Питер только что обвинил меня в трусости, я вышла из себя и набросилась на него, сама до конца не понимая, что делаю. Мне хотелось колотить его до тех пор, пока из него не выйдет вся его дурь. Он защищался, но бил не так сильно, как мог бы. Я это чувствовала. Его удары были болезненными, но я видела его в бою и понимала, что он в три приёма мог уложить меня, но почему-то не делал этого. В один момент я почти обессилела, и он с лёгкостью повалил меня, нависая сверху и прижимая локти к полу, чтобы я больше не могла его бить. Я пыталась скинуть его тушу с себя, но была небольшая проблема: тело бывшей Отречённой не слишком помогает в подобных ситуациях. - Успокоилась? – почти непринуждённо спросил Питер, приводя дыхание в норму. Я всё-таки заставила его попотеть. - Да пошёл ты, - в последний раз рванулась и застыла. Нужно беречь силы. - Мне плевать на твою Трис с высокой башни, - продолжил Хэйес, вмиг меняя тон на озлобленный. – От того, жива она или мертва, мне ни холодно, ни жарко. - Тогда какого чёрта?.. - Дрю натравил этого бесхребетного нытика сделать это. Я до последнего не верил, что он решится. Знаешь, убогая, даже такому ужасному человеку, как я, это показалось гнусным предательством. Но согласись, мой имидж обязывал меня поучаствовать в этом. Имидж? Что он вообще несёт? - Ты чуть не убил человека просто потому, что она из Отречения и тебе положено нас ненавидеть? Ну так давай, убей и меня тоже. Тебе ведь раз плюнуть. От того, жива я или мертва, тебе ни холодно, ни жарко, правда? Одной убогой на твою голову меньше. Питер удивлённо заморгал, на миг ослабевая хватку, и я этим воспользовалась. Из последних сил я как следует лягнула его ногой и с трудом, но скинула с себя. Мы поднялись одновременно, но он уже не пытался подойти ко мне. Питер уже было открыл рот, чтобы что-то сказать. - Отойди от моей сестры. Стальной голос Тобиаса заставил вздрогнуть даже меня, хотя бояться стоило как раз Питеру. Но он если и ощущал страх перед своим инструктором, то не показывал его. Хэйес кинул на меня странный взгляд, но всё же подчинился и, пройдя мимо Четыре, скрылся из тренировочного зала. - Он тебя бил? – серьёзно спросил брат, подходя к рингу и попутно осматривая меня. Видок у меня был действительно потрёпанный. - Скорее наоборот. - Чарли… - Я знаю. Но я не могла ничего с собой поделать. - Ты и вправду очень похожа на меня, - вздохнул Тобиас и легко взъерошил мои волосы. – Иногда даже слишком. Весь оставшийся день прошёл в напряжении. Конечно, остальным неофитам никто ничего не рассказал, но эта гнетущая атмосфера плавала вокруг тех, кто знал о произошедшем или непосредственно участвовал в этом. Трис вернулась к началу тренировок и старалась вести себя как ни в чём не бывало, но у неё не получалось. Я несколько раз видела, как она вздрагивала от резких движений находящихся рядом с ней людей. Тобиас украдкой кидал на неё взгляды, стараясь держать её в поле зрения, и во время тренировки ходил возле неё чаще обычного. Только поэтому я была спокойна за неё: под его присмотром она в безопасности. И я была уверена, что больше он подобного не допустит. - Я не понимаю, - выдохнула я, методично проделывая взглядом дырку в стене. Кристина, Уилл и Трис повернули головы в мою сторону. Мы сидели в общей спальне неофитов после ужина и тихо переговаривались. - Чего? - спросил Уилл. - Зачем это Алу? Разговоров о Питере я избегала. После утренней драки с ним (если это можно было так назвать) я уже не знала, что о нём думать. Как же я скучала по тем дням, когда могла сказать, что определённо ненавижу его. А сейчас в игру вступили какие-то противоречия и несостыковки. - Ты ведь прошла на следующий уровень, - продолжила я, переводя взгляд со стены на Трис. - Даже если бы ты... - не решилась сказать "погибла", поэтому просто сделала паузу, - он бы ничего от этого не выиграл. Он бы не занял твоё место. Прайор обняла себя за плечи и ничего не ответила. Сегодня она была неважным собеседником, но никто её не винил. - Тебя не было, когда мы оказались возле флага на испытании, - вздохнул Уилл. - Он стоял совсем рядом к нему, но Трис успела быстрее. Ему не хватило нескольких секунд. Возможно, он думал, что раз был вторым после неё претендентом на флаг, то всё-таки занял бы её место. - До сих пор не могу поверить, - нахмурилась Кристина. - Он ведь очень добрый, в сущности. Снаружи послышался шум, кто-то даже вскрикнул. Мы переглянулись и подскочили с места. Все собрались возле ямы. Несколько человек верёвками вытаскивали что-то из пропасти. Но как только они довели дело до конца, я поняла, что это далеко не вещь. Это был Ал. Я неосознанно отступила на шаг и застыла на месте. Нет, наверное, меня обманывает зрение. Но похожая реакция Трис подсказала, что глаза мне не врут. Что происходило в твоей голове, Ал? Как ты докатился до такого? Всё внутри сжалось от холода и какого-то чувства вины. Возможно, если бы мы больше общались, я могла бы ему помочь. Бывшая фракция вбила мне в голову, что каждый заслуживает помощи, каждому нужна рука, которая поднимет с земли, отряхнет и ободряюще хлопнет по спине, заставляя идти дальше. Но Алу этой руки никто не протянул. Прайор медленно отошла, а затем стремительно скрылась в одном из проходов. Её нельзя было оставлять одну в таком состоянии, и я знала того, кто мог бы найти для неё подходящие слова. Я попыталась найти Тобиаса, но он сам вышел из толпы мне навстречу. - Она там, - я кивком указала туда, куда ушла бывшая Отречённая. Брат кивнул, ободряюще сжал моё плечо и скрылся вслед за ней. Наверное, этот день не мог стать ещё хуже, поэтому оставшееся дерьмо перекинулось на следующий. Именно так я подумала, когда утром увидела на доске поединков своего противника. «Чарли – Питер».