Мужчина приходит во время дождя

Я не могу ничего объяснить, скажу только, что любовь бывает разная - многоликая, и некоторые ее лики жестоки. ©Чарлз Тодд. Дар мертвеца

Оливер не мог дождаться окончания отпуска. Ему окончательно надоел Перси, и он с трудом выдерживал очередные приступы нежности Уизли. А рыжий глава Отдела магического транспорта так и норовил утащить Вуда в постель, но гриффиндорец был непоколебим. Оливер всякий раз умело уходил от постельных тем. — Что с тобой случилось? — спросил Перси в последний день отпуска. — Что? — Оливер оторвался от чая. — Ты сам не свой. С тех пор, как встретил Его. — Не говори глупости. Мне глубоко всё равно на Маркуса. — С каких пор ты зовешь его по имени? — нахмурился Уизли — С тех пор, как мы неплохо общались на первых курсах. — Вы ненавидели друг друга. — Ты и правда думаешь, что знаешь обо мне всё? — усмехнулся Оливер. — Мне так казалось. — Мы все ошибаемся, — Вуд пожал плечами и залпом допил остатки чая. Перси тяжело вздохнул. Он и правда не всё знал об Оливере. А тот и не спешил раскрывать всех тайн. Вуд казался всем открытой книгой, но когда во время вечеринок проскальзывал вопрос: «А что вы знаете об Оливере Вуде?», все молчали. Скрытнее Оливера был только Маркус. О нем никто ничего не знал. Никто, кроме Вуда. Впрочем, Маркус был в курсе о всех секретах улыбчивого гриффера. Они прекрасно дополняли друг друга. До определенного момента. А дальше все узнанные тайны служили лишь во вред. Они, оставаясь одни, старались как можно больнее кольнуть друг друга. * Перси никогда не был дураком. Он прекрасно чувствовал, что с Оливером происходит что-то неладное. И тогда Уизли решил обратиться к единственному человеку, который знал его лучше Перси. Чарли любил всех своих братьев. А Перси в особенности. Ведь он с детства был робок и тих. Только Оливер помог ему раскрыться, научиться твердо говорить «Нет». Вуд научил Перси верить в себя, приручил его. И каждый раз Чарли боялся, что Оливер исчезнет из жизни его брата. А это было вполне ожидаемо, потому что Уизли знал, Вуд сильнее всех на свете любил Маркуса Флинта, который просто обожал возвращать своё. А Оливера наглый слизеринец считал только своим. Чарли считал, что Флинт просто отпустил Вуда погулять, а потом заберет назад. Этого он и боялся. — Чарли, ты ведь знаешь Оливера лучше всех, — выдохнул Перси, монотонно потирая виски. — Предположим. Но что из этого? — Чарли внимательно изучал брата. — У меня небольшие проблемы. Мне нужна твоя помощь. — Моя помощь? — Чарли вздрогнул. Он чуял неладное. — Что-то с Оливером? — Он совсем изменился. После нашей случайной встречи с Флинтом, все совершенно пошло под откос, — Перси уставился в пол. — За весь отпуск мы занимались сексом один раз. — До встречи с Флинтом? — Да. С чем могут быть связаны такие перемены? — Ох, прости, Персик, — Чарли медленно мрачнел. — Я так надеялся, что этот разговор не состоится. — Что ты знаешь? — тихо, но отчетливо спросил Перси. — Нам стоит заварить чай. — Сейчас не до чая! — Поверь, лучше заварить чай. Намечается длинный разговор, — Чарли шумно выдохнул и покачал головой * Оливер не находил себе места. Он мерил шагами дом, читал сам себе стихи, пил кофе. Нервы гриффиндорца были на пределе. Оливер безумно скучал по Маркусу, но самое ужасное было в том, что Вуд не знал, где найти слизеринца. Гриффиндорец поймал себя на мысли, что он вообще ничего не знал о настоящей жизни Флинта. Маркус нашел его сам. Он просто позвонил в дверь в тот момент, когда Оливер начал терять самообладание. А Вуд чуть не налетел на него, когда открывал дверь. — Здравствуй, — уверенно произнес Маркус. — Ты пришел, — прошептал Оливер. — Я же обещал. Вуд не выдержал. Он просто больше не мог держать все в себе. Именно после встречи со слизеринцем в Париже, Оливер понял, что ненавидит свою жизнь. Это и жизнью назвать было можно с большой натяжкой. Жалкая пародия. Не более. Маркус прижимал к себе гриффиндорца со всей своей любовью и нежностью, что накопилась за столько лет одиночества и поиска себя. Вуд прижимался к нему и дрожал, как лист на ветру. — Думаю, нам стоит пройти во внутрь. Не хочу тебя компромитировать, — улыбнулся Маркус. — Хорошо, - кивнул Оливер. Домовиха, хозяйствующая на кухне, выглянула из своего убежища и внимательно осмотрела гостя. Оливер улыбнулся ей и показал указательным пальцем на губы. Домовиха кивнула. Она все понимала. Вуд схватил Маркуса за руку и потащил его на второй этаж, желая скрыть ото всех. Он и не подумал, что ноги сами приведут его в спальню, где они потеряют над собой контроль в самом худшем смысле этого слова. — Здесь вы спите, да? - Маркус указал на большую кровать в центре комнаты и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Нам надо отсюда уйти. — Марк, что с тобой? — Оливер чувствовал, что слизеринец ненавидит все, что его окружает. — Хочешь, мы вместе все это разрушим? -Разрушим? - Мне никогда не нравился этот дизайн, -улыбнулся Вуд и, схватив с прикроватной тумбочки светильник, с силой кинул его в стену. — Ты сошел с ума?! — Маркус брезгливо отшатнулся. Даже осколки были ему омерзительны. — Да. Кажется, я не один такой, — Оливер протянул слизеринцу статуэтку совы. — Идиот, — Флинт кинул статуэтку об пол и засмеялся. Они крушили спальню с садистским удовольствием, забыв обо всем. Ни один домовик не посмел потревожить их. Они чувствовали силу и власть во Флинте. Он выглядел как самый каноничный хозяин. Закончив со спальней, Оливер отправил Маркуса на улицу, а сам приказал домовым убраться. Вуд не хотел оставаться дома. Он впервые за долгое время чувствовал себя свободным. — А теперь куда? — Вуд выбежал из дома, звонко смеясь. — Я взял два билета на концерт какой-то маггловской группы, — Маркус вытащил из кармана два билета. Он тряс ими перед лицом гриффиндорца, пока Оливер не выхватил их. — Чего мы ждем? — Твоей решимости. Оливер улыбнулся и, схватив Маркуса за руку, потащил слизеринца как можно дальше от дома. * — Откуда ты это знаешь? — Перси обреченно уставился в стену. — Так получилось. Это имеет значение? Теперь ты знаешь правду. Не вини Оливера, он ни в чем не виноват. Он никогда тебя не обманывал. Но и честен с тобой не был, — Чарли пытался хоть как-то подбодрить брата. — Он всю жизнь любил Маркуса, а я об этом узнал только сейчас. Это не он виноват, а я. Нельзя мне было быть настолько самовлюбленным кретином, зацикленном на собственном счастье. Думаешь, я смогу все исправить? — Зачем тебе все это? Да и с чего ты взял, что Маркус одумался? — Я привык думать на несколько ходов вперед. Поэтому пора что-то исправлять. — Я желаю тебе удачи, — улыбнулся Чарли. — Спасибо, — выдохнул Перси. * Оливер никогда не был на маггловких концертах, и теперь он понял, что зря избегал людные места. Ото всюду веяло радостью, желанием жить. И среди этой бешеной энергетики Вуд танцевал. Танцевал с человеком, которого любил, как ему казалось, всю жизнь. А Маркус старался при любой возможности обнять гриффиндорца, коснуться его губами. Флинт неожиданно понял, насколько несчастным он был. — Ты хорошо двигаешься, — крикнул Маркус, желая перекричать музыку. — Спасибо, — ответил Оливер. — Я просто счастлив. После часа танцев Вуд устал. Он хотел полноценных объятий с человеком, которого желал столько лет. Оливер схватил Маркуса за руку и потащил как можно дальше от кричащей толпы. Удачно скрывшись за деревьями, они больше не медлили. Вуд обнимал слизеринца так, будто они виделись в последний раз. И когда их ласки стали заходить за грань, Маркус произнес: — Здесь недалеко есть гостиница. Я там забронировал номер. Предлагаю продолжить там, если ты не против. — Не хочу медлить больше, — Оливер был счастлив. И это было нечто другое, что он испытывал раньше. Ведь тогда он только убеждал окружающих и себя в том, что он рад всему, что имеет. Но когда появился Маркус, во лжи отпала всякая необходимость. А главное, Вуд совершенно забыл про Перси. Перси зашел в дом и настрожено прислушался. Было подозрительно тихо. Уизли позвал Оливера, но тот ему не ответил. Из кухни выглянула домовуха. Она рассказала Перси, что Вуд ушел из дома больше двух часов назад. Уизли обреченно выдохнул. Он уверял себя в том, что Олли нужен был отдых. Перси находился на грани. Он почти отчаялся.