На часах был ровно октябрь...

Ещё одно уродливое утро одного уродливого мира и таких же уродливых людей. Мир нереально грязен, противен, он пропитан во лжи и глупости, прямо, как спортсмен пропитан потом после марафона. И самое отвратное — понимать, что ты часть всего этого дерьма, понимать, что ты также уродлив. Я часто думаю, насколько же этот мир отупел всего за несколько лет.… Этот мир всё больше с каждым днём тонет в глупости и алчности его обитателей. Вы не согласны со мной? Ну что ж, давайте хотя бы взглянем со стороны на них. Сейчас быть душевно больным вошло в моду. Таким образом, они пытаются обратить на себя внимание, потому что ничего больше делать не умеют. И мне действительно искренне жаль людей, которые реально страдают от душевных травм. Им приходится слушать про то, что они просто ищут внимания, когда им правда нужна помощь. Расстраивает то, что люди кидают слова, не понимая даже смысла этих самых слов. Они забыли, что такое боль… Боль - это, когда ребенок, которому осталось жить считанные часы, подходит к тебе и спрашивает: «Ты отведешь меня завтра в зоопарк? Я хочу посмотреть на жирафа!„… Боль - это, когда поссорился с любимым человеком и, осознав свою ошибку, бежишь, что бы извинится, а тебе сообщают: “ Прости, дорогуша, но его больше нет…» Боль - это, когда на глазах у матери убивают её дитя. Боль - это, когда ты умираешь, осознавая, сколько не успел сделать в жизни… Боль - это, когда у тебя на глазах медленно, но все же умирает любимый человек, и ты понимаешь, что ничего не можешь сделать… Боль - это, когда ты смотришь на могилу своих родителей перед каким-то важным событием (неважно свадьба, выпускной, рождение ребенка, твой день рождения) и понимаешь, что они уже не посмотрят на своих внуков, не увидят твоей седины, не отругают тебя за беспорядок и не похвалят тебя за пустяк… Боль - это, когда по глупости властей страны умирают невинные люди… Вот, что такое горе и боль, а то, что вчера ты поссорился с родителями, а сегодня на тебя не так посмотрел Некто — это не конец света и это не больно, а неприятно. Не надо распускать сопли по пустякам, не надо запираться в ванной и кромсать себя бритвой или кухонным ножом. Не надо начинать пить и курить, тем самым расстраивая маму. Лучше сядьте и напишите в дневник о том, что вас так расстроило, а затем перечитайте несколько раз и вы поймете, что это просто ерунда. Скажите себе: „Я сильный (ая), я справлюсь! Все будет прекрасно!“ Я совершенно обычный семнадцатилетний подросток. С совершенно обычными подростковыми проблемами, с совершенно обычным юношеским максимализмом. Кстати меня зовут Джерард. Джерард Уэй, если быть точнее. Вам наверно очень интересно, куда же я собрался в такую рань? В школу? -Нет — На работу? -Нет -В гости? — Вы почти угадали… Иду вниз по улице, заворачивая за старый гараж. Иду по детской площадке через небольшой кусочек мёртвого парка и, наконец, прихожу на остановку. Я всегда любил пешие прогулки, но сейчас я был ограничен во времени, поэтому пришлось прибегнуть к чудесам общественного транспорта. Дождавшись наконец- таки автобус, я запрыгнул в него и начал молиться всем известным богам, чтобы это чудо техники ехало быстрее. Гул мотора и мерный храп дедульки, сидевшего на соседнем сидении, меня уже порядком доконал, поэтому я заткнул уши наушниками и уставился в окно. Вообще, я очень люблю осень…, но не такую как сейчас, не сырую и прозяблую, а сухую, местами пыльную и солнечно-золотую, с привкусом грибов и запахом дешёвых сигарет, шального тёплого ветра…, когда в один из дождливых вечерков можно залезть под одеяло и греться с помощью двух вещей: горячего чая и тепла, исходящего от твоего любимо…батареи. Мысли с новой силой обрушились на меня, но меня спас голос водителя, напоминающий о том, что следующая остановка моя… и всё же грела меня этими вечерами далеко не кружка и батарея… Выйдя из автобуса, я направился вниз по улице. До сих пор задумчивый и немного грустный, я брёл по улице, рассматривая лица людей, и не находил там одной очень милой и важной для меня физиономии. Это просто вгоняло меня в депрессию… Дойдя наконец до нужного места, я, ни секунды не думая, пошёл по уже хорошо знакомой тропинке. Подойдя к нему, у меня навернулись слёзы… -Здравствуй… Вы сейчас недоумеваете, кого же я встретил? Хм, пожалуй на этот вопрос я смогу ответить… Я не буду называть имени. Лучше я вам про него расскажу… У него были глаза цвета кофе, голос, как у ангела, и черные крашеные волосы. Я всегда называл его — Тёмный принц. Он любил есть печенье с черничным вареньем и молоком, причём молоко пил только из пачки, он любил пост-хардкор и носил странные тёмные шмотки. У него была привычка закусывать левую часть губы, потому что правая была проколота. Он постоянно улыбался днём, но в ночи часто плакал мне в плечо. Он любил, когда я его успокаивал и называл принцессой, он часто любил придумывать людям смешные прозвища: так я был для него фея хомячков, даже не спрашивайте почему…Он любил гулять по парку и гладить чужих собак без спросу, он любил горланить песни направо и налево, считал за комплименты от посторонних людей самые грязные ругательства в его адрес. Он любил жизнь, жёлтый цвет, Билли Джо Армстронга и бакуганов. Он любил пускать мыльные пузыри, ловить снежинки ртом и качаться на качелях, терпеть не мог Техну из Клуба Винкс, зато просто боготворил Музу и Флору. Ненавидел мясо и постоянно ел шоколад. Обожал зеленые ирокезы, хотя сам бы себе такой никогда не сделал. У него на предплечье была родинка в виде котенка, хотя он всегда говорил, что она похожа на Патрика или жирного Сквидворда… Он боялся умереть, так и не купив черепашку по имени Матильда, мечтал пожать руку Брайану Молко и сказать, нет, заорать в лицо фронтмену Korn, что он их главный фанат. Любил катать меня на спине и целовать в кончик носа, терпеть не мог, когда я говорил о себе в среднем роде или третьем лице. Мечтал сосчитать все облака и воскресить Курта Кобейна. Его любимый день — четверг, цветы- ромашки… А ещё он любил меня… Но знаете, даже у самых жизнерадостных и замечательных людей бывают ЧЁРНЫЕ дни. Именно такие дни наступили и у этого человека… (и это отнюдь не месячные, господа) Депрессия, запои, наркотики, порезаные руки и в итоге суицид…это я виноват в его смерти. Нет, я не доводил его до суицида, я сделал хуже… я ничего не сделал, я решил, что это пройдёт. Я каждый день видел то, как его глаза тускнеют, тело худеет, а синяки под глазами становятся ярче… Я ничего ни сделал … В своей предсмертной записке он писал, что готов был мне всё рассказать и открыться, раскрыть причину того, что его так грызёт изнутри. Он не сделал это лишь потому, что я, когда началась его депрессия, перестал с ним контактировать, так как решил, что моя навязчивость будет не к месту и ему просто нужно время… Вот что я вам хочу сказать, дорогие мои, его нет уже 6 месяцев. Каждый четверг я хожу к нему на могилу и приношу ромашки… Летом я часто прихожу к нему в его любимой кожаной куртке и кладу её на памятник, чтобы он снова почувствовал себя хорошо, ведь его родственники отказались хоронить его в косухе и похоронили в этом дурацком костюме. Я часто читаю ему книги и слушаю с ним музыку… Я не пришёл на похороны потому, что хотел запомнить его таким же живым…таким же солнечным…мой солнечный мальчик, моё личное солнце…оно ушло за горизонт… Одинокая слеза скатилась по моей переносице прямо на памятник. — Прости меня, прости мой солнечный мальчик…я не хотел…прости меня я, не могу не плакать, прости, просто давай поговорим. -Знаешь, очень часто я думаю, что ты похож на бабочку…Ты также прекрасен, но и также, как она, недолговечен. Ты также был рождён, чтобы летать. Ты похож на звезду…Ты осветил мою жизнь настолько ярко, что я побоялся ослепнуть и отвернулся, закрыв глаза и упустив тот момент, когда ты исчез, оставив меня ослеплённого твоей красотой. Смог бы я стать для тебя единственным спасением, потому что ты являлся моим единственным шансом на выживание. -Я всё ещё верю, что ты где-то рядом. Держишь меня за руку, поднимаешь меня, когда я иду, вытираешь мне не высохшие слёзы и целуешь меня в макушку, как ты делал это раньше перед сном. -Мне больно… С каждым днём ты рвёшь моё сердце всё глубже, когда-нибудь ты пробуришь его насквозь. -Я очень похудел…Ты, наверно, сильно бы меня отчитал по этому поводу, сказал что-то наподобе: „Ну зачем? Тебе так шли эти щечки… и вообще, я приму тебя всяким… не стоило худеть ради этого“ -Но успокойся, малыш. Я похудел не специально, честно… -Я скучаю… »- Я тоже“- раздаётся голос где-то внутри моего сознания. -Я приду в четверг… пока, любимый. »- Я буду ждать“ Стирая с щёк последние непрошенные слёзы, осознаю, как я по нему скучаю…