All I Want for Christmas

«Нил», - первое, что сказала Эмма, когда Регина взяла трубку, двигаясь в гостиную. «Что?», - спросила Регина. «Нил, - повторила Эмма. - Был отцом Генри». Регина не знала, что сказать, но, к счастью, Эмма сразу же продолжила: «Мне было семнадцать, и он был моим первым парнем... и, конечно, моей первой любовью. До сих пор он был… Он был моей единственной любовью. Я была такой молодой и наивной, и он заставил меня поверить, что мы будем вместе навсегда. Он обещал, что никогда не оставит меня, и я ему поверила. Когда я впервые поняла, что у меня задержка, я не знала что делать. У меня никогда не было родителей, как я могла быть хорошей матерью? Руби была первой, кому я сообщила, и она сказала мне, что она поддержит меня и любое мое решение. Она даже сказала мне, что останется со мной, чтобы рассказать Нилу, но я решила сделать это одна. Я знала, что это было неожиданно, но я была полностью уверена, что он на самом деле любит меня, и что мы могли бы вырастить этого ребенка вместе. Я сказала Нилу однажды за ужином. У нас было туго с деньгами, но я все-таки постаралась сделать нам что-то приличное. Сначала он, казалось, поддерживает меня, по крайней мере, я так думала. Но он начал отстраняться, пока в один прекрасный день я пришла домой, после смены в кафе, а все его сумки были упакованы. Он уехал, и я больше не видела его. А Руби просто была со мной всё это время. Нил причина того, что я никогда не доверяла никому. Я не лгала, когда я сказала, что не встречалась ни с кем из-за Генри, но это также не была полная правда ... это из-за Нила, тоже. Но ты изменила это, а я всё испортила. И мне очень жаль». Регина слышала, что Эмма плачет на другом конце телефона, но она все еще не знала что сказать. Как она могла знать об этом? «Я понимаю, если ты не захочешь видеть меня больше, - прошептала Эмма. - Но я просто хотела, чтобы ты знала». Повисло напряженное молчание, прежде чем Эмма сказала: «Хорошо, я предполагаю, что это означает…» «Нет, подожди! - воскликнула Регина. - Просто подожди. Мне нужно время, чтобы подумать». Регина вздохнула, Мэри Маргарет была права, когда говорила, что ей нужно услышать точку зрения Эммы, но она всё равно не знала что делать. «Я позвоню тебе позже, хорошо?» - сказала Регина. «Хорошо. Ещё я хотела бы поблагодарить тебя, за то, что была со мной в больнице. И что присмотрела за Генри», - ответила Эмма. «Это не проблема», - коротко ответила Регина. «Я полагаю… Мы поговорим позже?» - сказала Эмма. Регина отрицательно покачала головой, радуясь, что Эмма не могла ее видеть. «До свидания», - тихо сказала она, заканчивая разговор. Она закончила разговор, бросила телефон и легла на кровать, раздумывая, что же делать дальше.

***

Эмма сидела на больничной койке, она хмурилась и прокручивала в голове разговор с Региной. Она знала, что Руби была права, когда сказала ей позвонить Регине и всё объяснить, но телефонный звонок не дал ей больших надежд. Она была рада, что Регина ответила, но Эмма надеялась, что она не попросит больше времени. Она также не была уверена, что Регина заметила ее упоминание любви ... «Чёрт!» - Эмма застонала, запуская только левую руку в волосы, а затем посмотрела на правую сторону ее тела и ещё больше расстроилась. Как ей провести целых шесть недель в этом гипсе? Кроме того ей нужна физическая терапия, и ей страшно было подумать, сколько это будет стоить… В палату вошли Руби с Генри, отвлекая Эмму от нерадостных мыслей. «Мама!» - воскликнул мальчик. «Генри!» - воскликнула в ответ Эмма, улыбаясь сыну. Он был всем, что действительно имело значение в настоящее время. Руби посадила его на кровать Эммы, прежде чем поцеловать подругу в щеку и сесть в кресло. «Тебе больно мамочка?» - спросил Генри, его нижняя губа немного подрагивала. «Да», - ответил Эмма серьезным тоном. - Но ты знаешь, что бы мне помогло?» Генри помотал головой. «Как насчет поцелуя от моего самого любимого человечка?» - сказала Эмма. Мальчик вскарабкался на колени, чтобы небрежно поцеловать мать в щеку, и шлёпнулся ей на грудь, обнимая за шею. Руби заметила как Эмма вздрогнула от боли в ребрах, но потом обхватила левой рукой сына и вдохнула его запах, закрывая глаза на секунду. «Всё лучше?» – пошутила Руби, но её голос звучал не радостно. Эмма мрачно ухмыльнулась и помотала головой, зная, что Генри не видит её лицо. «Конечно, разве может быть иначе, после поцелуя моего мальчика?», - ответила она, щекоча Генри. Генри засмеялся, заставляя Эмму улыбаться глядя на него. Руби понаблюдала за ними прежде чем ответить: «Я собираюсь найти доктора, чтобы спросить о твоей физиотерапии». Эмма знала, что Руби была полна решимости помочь ей заплатить за терапию, и она не могла не позволить ей это сейчас, но в конечном итоге, ей придется наскребать деньги на реабилитацию самостоятельно. Когда Руби вышла, Эмма подвинула сына в более удобное положение и поглаживая его по спине спросила: «Что тебе принес Санта?». Руби возила его домой рано утром, чтобы он получил свои подарки, она обещала Эмме, что сфотографирует его лицо, когда он будет их открывать. Эмма решила, что это будет лучше, чем заставлять малыша ждать. Глаза Генри заблестели, и он стал рассказывать ей про своё рождественское утро.

***

Через несколько часов Регина приехала в больницу на машине с Мэри Маргарет. Дэвид взял на себя поиски нового автомобиля, который она могла бы купить как можно быстрее, но сейчас ей придется иметь дело с общественным транспортом и надеяться на свою сводную сестру, когда это возможно. «Ты уверена в этом?» - спросила Мэри Маргарет, положив руку на плечо Регины. Регина сделала глубокий вдох и посмотрела на вход в больницу. «Да, - ответила она твердо. - Это то, что мне нужно сделать». "Хорошо, - сказала Мэри Маргарет. - Ну, позвони мне, если нужно будет, чтобы я вернулась, ладно?" Регина кивнула в ответ, хотя явно была отвлечена и пропустила слова Мэри. Она открыла дверь и вышла из машины, пробормотав: «Спасибо», прежде чем закрыла дверь. Как только она вошла в фойе, она увидела как Руби с довольно мрачным выражением лица беседует с врачом. Регина быстро подошла к ним, надеясь, что с Эммой ничего не случилось в последние несколько часов. Подойдя ближе, она поняла, что они разговаривают о деньгах. «Страховка покроет некоторые расходы, но физиотерапию она будет оплачивать сама», - говорил врач. Физиотерапия ... Регина даже не подумала об этом. Хотя должна была, правая нога Эммы существенно повреждена и это будет необходимо. Она не знала Эмму долго, но понимала, что такие траты сильно ударят по её бюджету. Регина подождала пока врач отойдет и подошла ближе к Руби. «Я пришла к Эмме, - сказала она. – Она не спит?» «Я не уверенна, что это к лучшему», - ответила Руби, едва скрывая презрение к Регине. Регина вздохнула: «Слушай, я знаю, что ты просила меня не делать ей больно, и я не собираюсь это делать. Но она тоже причинила мне боль. И теперь нам нужно поговорить. Так она не спит или нет?» Руби посмотрела на Регину, оценивая на сколько она серьёзно настроена и кивнула: «Она не спит, я оставила её с Генри, так что будь аккуратнее». Регина кивнула в ответ и пошла в палату к Эмме. Она медленно приоткрыла двери и заглянула в палату. То, что она увидела, заставило её сердце немного оттаять. Эмма все еще лежала на кровати с Генри на груди, и они оба крепко спали. Маленькая рука Генри была прижата к рубашке Эммы, а её лицо было прижато к его голове. Казалось, что Эмма даже во сне защищает своего маленького сына. Регина почувствовала укол стыда, за то, что она накричала на Эмму и даже не дала ей объясниться. Было ясно, что Эмма говорила правду ... «Ну, теперь я здесь», - подумала Регина, двигаясь к стулу рядом с кроватью. Она собиралась остаться здесь, пока они не проснуться.