Восстание.

Я сидела в своей комнате, никому не открывав, и ни с кем не разговаривав. Я всё ещё была в шоке от того, что я сделала. Я не могу себя контролировать, а значит могу быть опасной для других. Я прижалась к коленям и старалась забыть всё это, но чувство вины всё равно взяло вверх, поэтому, я набралась смелости и решила сходить к Финнику. Вчера его отвели в медпункт. — Финник! — Катон трёс его по плечу, но было бесполезно. — Господи, что я наделала. Финник! — из его головы тонкой струйкой бежала кровь. Катон взял его под руки и отвёл в медицинский пункт. Врачи сражу же прибежали к нему и что-то делали. Я боялась, что он умрёт, поэтому у меня тряслись руки. Катон сел рядом и взял меня за руку. — Успокойся! Всё будет хорошо. — Я опасна, Катон! Я не умею себя контролировать. — Это не так! Просто тебе ещё не привычно видеть нас после арены, но ты тоже её примешь. — Не думаю, что она простит мне это! Да, кто может простить того, кто хочет тебя убить? — Ты, Китнисс! Ты же простила меня, а ведь я очень хотел твоей смерти, — он приобнял меня и успокоил, — А теперь иди, тебе нужен отдых. — Нет, я не могу его здесь бросить. — Не волнуйся я буду здесь и если что тебе сообщу. Иди! — я с трудом согласилась и вернулась к себе. Я неуверенно шла к его палате, думая, что мне говорить. Когда я дошла из его палаты вышла Прим в белом халате и такой же, хорошо собранной косичкой. — Прим! — я тут же рванула к ней и обняла, — Боже мой! Я так скучала! — я гладила её по голове, а она всё так же улыбалась. — Китнисс! Я так рада, что ты в порядке! Я так… так испугалась, когда ты кричала на меня, — она шмыгнула носом, прямо, как в детстве и ещё сильней вцепилась в меня. — Прости меня! Прости, малыш! Я всем причиняю боль! — Это не так! — я опустила глаза и посмотрела на дверь в палату, — Ты не виновата. Просто случайность. — Эта случайность могла стоить ему жизни. Койн была права, что отстранила меня. — Удар был не сильным. Я наложила ему повязку и теперь всё хорошо. Ты не должна сдаваться из-за этого. Если ты будешь бороться с этим, ты быстрей сможешь контролировать себя. — Спасибо, утёнок! — я нежно поцеловала её в щёчку и хотела войти к Финнику, но Прим сказала мне интересную новость. — Китнисс, ты слышала, что беженцы из Дистрикта 4, 5 и 7 вот-вот прибудут сюда. — Что? Беженцы? Это точно? — Так говорят здесь, во всяком случае. Многие палаты освобождают для раненых, — если это правда, то Финник будет рад это услышать. — Это очень хорошо! Я сейчас поговорю с Финником и приду к тебе. Хорошо? Она кивнула и попрощалась со мной. Я зашла к Финнику. Он лежал на койке и смотрел на стену. — Финник, прости… — тихим голосом сказала я, он повернулся и широко улыбнулся. — Всё хорошо, Китнисс, забудь, — он был рад меня видеть, несмотря на то, что я чуть его не убила. Я села рядом с ним. — Как я могу это забыть? Ведь если бы удар был сильней, то ты бы погиб. Я бы этого себе не простила. Я бы жить с этим не смогла! — он взял мою руку. — Я ведь жив, так? — я кинула и улыбнулась, — Значит всё хорошо. — Финник, беженцы из твоего дистрикта, скоро будут здесь, — я надеялась, что эта новость эго обрадует, и я была права. Он поднял глаза. — Что ты сказала? — Планолёты скоро привезут беженцев сюда, это те, кто смог раньше покинуть города прежде чем их разбомбили. — Может… Может Энни там! — его глаза загорелись надеждой, что его возлюбленная возможно жива. — Я не знаю, но всё может быть. — Спасибо, Китнисс, — он начал вставать с койки. — Стой! Ты куда? — остановила я его, — Тебе нужно лежать и отдыхать. — Я не могу, если Энни удалось спастись я должен её найти. — Финник, я тебе обещаю, что как только они прибудут я сразу же скажу тебе, а теперь ложись, — он послушался меня и лёг обратно, а я собралась уходить. — Пожалуйста, Китнисс, не забудь, — я кивнула напоследок и вышла из палаты. После этого я вернулась к Прим, как и обещала, я выделила время для своей сестры. Мы разговаривали обо всём что случилось. Я уже и забыла, как разговаривать с сестрой. Дома мы всегда общались, так как это был способ провести время. Я успокаивала её, когда ей снились кошмары, а теперь она успокаивает меня. Как же она быстро выросла. Через три часа ей сообщили, что планолёты уже здесь, и она должна прийти в медпункт. Я сразу же побежала к Финнику и мы вместе рванули в ангар. Было очень много людей. Сильно раненых уносили на носилках, а кому-то оказывали помощь прямо на месте. Было ужасно наблюдать за этим. У кого-то не было руки, кого-то вытащили из завалов, а у кого-то ужасные ожоги от взрывов. Я увидела Прим, которая смачивает тряпочку водой и накладывает на глаз одной старушки. Финник летел, как молния и я уже потеряла его с виду, но потом увидела его возле планолёта из Дистрикта-4. — Финник! Ну что? — я подошла к нему. Он был огорчён. — Я её не вижу. Значит она всё-таки мертва! — на его глазах я увидела слёзы, но он тут же их вытер. Мне было больно смотреть на него. Я ещё раз осмотрела ангар и случайно заметила рыжеволосую девушку. Я вдруг вспомнила Энни. Её было очень трудно не узнать из-за рыжих волос. Я взяла Финника за руку и указала на девушку. Он сразу же бросился к ней, крича её имя. — Энни! Энни! — его голос было слышно во всём ангаре. Она обернулась на это имя и уже не было ни каких сомнений, что это она. Энни бросилась на Финника и он закружил её на руках. Они оба были так счастливы. — Финник, неужели это ты! — я подбежала к ним. — Любимая, я думал, что потерял тебя, — он целовал её, не стесняясь большого количества людей. Затем он представил меня, — Энни, а где Мэгз? — Мэгз- это бывший ментор Финника. Она была для него очень дорога, так как можно сказать, что вырастила его. Иногда для трибутов, именно, ментор становился дорогим человеком, но она осталась в доме во время бомбежки. Я видела, как они были счастливы, в одном только поцелуе можно было наблюдать бесконечную любовь. Мне вдруг стало очень грустно и тоскливо, ведь моё сердце разрывается на куски. Я не понимаю, с кем хорошо, а с кем плохо. Я так запуталась, что голова вот-вот лопнет, когда всех беженцев расселили в бункере стало очень многолюдно. Финник шокировал меня новостью о том, что сделал Энни предложение выйти за него замуж. Это было, действительно, здорово. Уже к вечеру об этом знали все, даже Койн. Она пригласила меня к себе и предложила одну идею. — Мисс Эвердин, вы знаете о предстоящей свадьбе? — Да, мэм. — Я хочу снять небольшой ролик с вашим участием. Вы должны будете показать всем, даже Капитолию, что даже во время войны, нет пределов любви. Скажете пару слов, поздравите молодожёнов и думаю, хватит, — я не понимала для чего это, но если это поможет, то я готова. Финник и Энни не стали откладывать свадьбу и уже сегодня их любовь закрепиться небесами. Им выделили большой зал, в котором стояла красивая свадебная арка. Были приглашены практически все. Также Койн сказала мне, что уже через два дня повстанцы начнут атаку на Капитолий. Это означало, что весь этот кошмар скоро кончиться. В своей комнате Эффи делала мне макияж и причёску. сойки, одевать я не стала, зато нашла в  шкафу мамино старое платье, которое мне напомнило о её свадьбе с папой. — Вот так, последний штрих, — Эффи сделала мне красивые румяна и восхищалась моей красотой. — Спасибо! — пробурчала я. После новости Койн, я уже не могла думать о свадьбе. — Китнисс, постарайся казаться счастливой за них и не забывай улыбаться. — Эффи, поверь — это тот самый случай, когда мне не нужно притворяться, что я счастлива. Зал был красиво украшен. На столе стоял большой торт. В этот день все смогли расслабиться и повеселиться. Я сидела в первом ряду, рядом с Хеймитчем и Эффи, также там сидели Плутарх и Койн. Финник и Энни стояли у алтаря и нежно смотрели друг другу в глаза. Священник просил повторять за ним. — Я Финник Одэйр! Перед гостями и богом, беру тебя Энни Креста, в законные жёны. Я клянусь всегда любить тебя, быть тебе опорой и защитой. — Теперь невеста, — указал священник. — Я Энни Креста! Перед гостями и богом, беру тебя Финник Одэйр в законные мужья. Я клянусь любить тебя, быть всегда верной только тебе. Пусть твоё сердце бьётся в унисон с моим. — Дети мои, объявляю вас мужем и женой, можете поцеловать невесту, — Финник страстно впился в губы Энни и теперь их любовь ничто не разлучит, когда все формальности были соблюдены все пустились в пляс. В центре Финник и Энни кружились под весёлую музыку. Я наблюдала за этим, когда ко мне подошла одна девушка. — Так вот ты какая! Сойка-пересмешница! — я повернулась к ней, — Джоанна Мэйсон. Дистрикт- 7. Победитель 71-х голодных игр. — Очень приятно, а я… — Каково это быть таким значимым символом? —она даже не дала мне договорить. — Я не знаю. Я нечего не делаю для этого восстания, — она хмыкнула. — Знаешь, твои ролики может и вдохновляют народ, но не тебя. Ты как потерянная овца. Что с тобой? — Я хочу убить Сноу, но Койн не даёт мне этого. — Эта та женщина, которая думает, что она лидер восстания? — я кивнула, — Хм, ужасная тётка. Я видела, что в один планолёт выделили для медикаментов, если незаметно туда пробраться, то ты попадёшь на передовую, — её слова вселили в меня уверенность в том, что я смогу убить Сноу и отомстить ему за всё. Тут подбежала Прим и потянула меня танцевать. Я не танцевала уже бог знает сколько. Она закружила меня и, когда музыка закончилась я обняла её, так как возможно, это последний день, когда мы видимся. Койн подала мне сигнал, что пора. Я поднялась на сцену и камеры были направлены на меня. — Минуточку внимания! — сказала я и все подняли глаза, — Я очень рада видеть вас на таком замечательном событии. Мы все стали свидетелями бракосочетания двух любящих сердец, которое доказывает всем, что даже в такое тяжёлое время, как война, не может противостоять любви и счастью. Финник и Энни, — я обратилась лично к ним, — Пусть ваша любовь ведёт нас в эти тёмные дни, пусть ваша любовь будет маяком света и надежды на лучшую жизнь. Ваши сердца будут биться вместе с нами и вместе с Панемом долгие годы. Поздравляю вас! — все аплодировали и радостно кричали, и я увидела, как Финник произнёс губами ''Спасибо»!