Велением Неба

- Чем я могу Вам помочь? Я честно задумался. Если не считать банальной жажды и прочих физиологических потребностей, которые после дороги прямо-таки молили о своем удовлетворении, оставалась еще потребность в знаниях. С удовольствием бы набросился на дворецкого с расспросами, вот только мир познается через себя, не так ли, мудрый дядечка Сократ? - Ромуль, прямо сейчас я с дороги, поэтому хочу помыться, переодеться и пообедать. Иначе просто не смогу нормально соображать. А потом… Вы знаете, кто из слуг в замке ненавидит лорда больше всех? Обоснованно, конечно, за дело? - Знаю, - дворецкий посмотрел на меня очень настороженно. Скрытный какой. - Не напрягайтесь так, ничего я этому человеку не сделаю, - даже улыбнуться захотелось. – Просто поговорим. Приведите его сюда часа через два. А сейчас – проводите до комнаты, будьте добры. Мужчина кивнул, поднялся и открыл передо мной двери, выпуская в коридор. Пока мы шли, я пытался запомнить дорогу, чтобы потом без чужой помощи добраться до кабинета, но затея провалилась. С первого раза разобраться в этих катакомбах оказалось для меня непосильной задачей. Так что перед комнатой пришлось попросить себе провожатого, который доведет меня обратно. - И, Ромуль, держите наш разговор в тайне, пожалуйста, - дождавшись его согласного кивка, я вошел в предоставленные мне покои. О, а комнаты-то явно обустраивал другой человек. Очень светлая гостиная, просторная спальня, небольшой личный кабинет и ванная были оформлены изысканно и в одной цветовой гамме. Три цвета – зеленый, золотой и белый, смотрелись очень гармонично, перетекая от светлых своих оттенков в гостиной и кабинете к более насыщенным, темным в спальне и ванной. В общем, я по достоинству оценил работу неизвестного дизайнера и остался всем доволен. Жить здесь будет комфортно. Первое, что бросилось в глаза в ванной, это огромное зеркало. Зачем кому-то понадобился сей предмет размером с половину стены я не знаю, но меня радовал уже сам факт его наличия. По дороге к замку у меня не было ни одной возможности рассмотреть себя, в ручейках особо не видно ничего. Сведения же о том, что я щуплый и чуть ли не на голову ниже среднестатистического воина из прибывшего со мной отряда, а волосы у меня длиной до середины лопаток, запыленные настолько, что невозможно определить цвет, общую картину не показывали. Поэтому первое встреченное мной зеркало было обласкано одобрительным возгласом. Однако, преодолевая любопытство, я в него даже не заглянул. Сначала нужно отмыться. А все самое вкусное и интересное оставляют на потом. Как ни странно, больше ничем ванная комната меня не поразила. Не то чтобы я когда-то видел подобную роскошь, просто все остальное было ожидаемым. Даже работающий с помощью магии душ не вызвал у меня особого удивления. Решив, что в ванной я могу уснуть, встал под него и тут же получил воду на свою голову. Не знаю, есть ли какая-то магия в самих струях, но ощущение отступающей усталости было потрясающим. Схватив первую попавшуюся баночку, вызывающую мысли о шампуне, вымыл голову. Она сразу стала вполовину легче. Потом какой-то непонятной желеобразной субстанцией синего цвета воспользовался в качестве мыла. Запах был… приторный. Сразу вспомнился устроенный где-то в замке управляющий, с которым что-то нужно было решать. Оставлять его здесь не хотелось, но и в дорогу его гнать сегодня же не получится – воины заслужили отдых. Что делать? Вымывшись и прихватив полотенце со стеллажа около стены, вышел из ванной комнаты, снова подавляя желание посмотреть на себя в зеркало. Теперь, конечно, было можно, но мое упрямство хотело дождаться высохших волос. На столике в гостиной обнаружился поднос с чем-то, источающим соблазнительный аромат горячей еды. Интересно, откуда он тут взялся? Дворецкий уже подсуетился? После походных условий обед показался царским, а поданный вместе с ним сок, который я не смог определить по вкусу, моментально утолил мучавшую меня жажду. Теперь бы не заснуть, расслабившись. Сейчас, когда я чувствую себя в безопасности и комфорте, когда у меня есть немного свободного времени, именно немного, чтобы не утонуть в тщательно подавляемых эмоциях, можно, наконец, покопаться в себе. Иногда мне кажется, что лучше бы я был несдержанным и истеричным. Привычка держать свои порывы под контролем имеет один существенный недостаток – я очень медленно восстанавливаюсь от шока. Медленно и слишком постепенно, так что весь процесс затягивается на очень долгое время. Сколько еще я буду приходить в себя? Неделю? Месяц? Год? Что теперь делать? Жить, как ненавидимый всеми лорд? Спрятаться где-нибудь в глуши, подальше от людей? Или пойти сразу сброситься с донжона? Последнее, конечно, не вариант. Попробовать выжить в чужом мире страшно, в голове сразу возникают ужасы, которые, я уверен, ничего общего с этим миром не имеют, но вызывают невольно приступ паники. Вот только шанс изменить свою жизнь стоит того, чтобы преодолеть себя. Я попытаюсь. К тому же, интересно выяснить, как я вообще здесь оказался? Случайность? Судьба? Еще одна задача, наравне с выживанием. Главное – не начать упиваться своей уникальностью. Мания величия никого до добра не доводила. Встряхнул головой, загоняя свои вылезшие наружу переживания обратно. На сегодня самокопания хватит, а то скачусь до депрессии. И волосы как раз подсохли. Только вот цвет… Мое отражение в зеркале вызвало тяжелый протяжный вздох. Ну, что могу сказать? Я похож на… мышь?.. Я-то думал, что волосы просто грязные, а они, оказывается, натурально цвета темного пепла и пыли. И глаза такие же, совершенно невыразительного оттенка, серого. На тоненькие косточки тельца без лишней жиринки и с полным отсутствием мышц – кажется, подобный суповой набор величают изящным, - натянута очень бледная, почти просвечивающая кожа, которая из-за общей композиции с волосами и проступающими венками тоже кажется сероватой. Ну мышь же, точно! Еще раз окидываю себя взглядом, снова тяжело вздыхаю и отправляюсь на поиски одежды. Возможно, прикрывшись тканью, не буду выглядеть таким заморышем. Дверь в гардеробную обнаруживается здесь же, в ванной комнате, а вторая дверь выводит в спальню. Удобно и продуманно. И зачем ему столько вещей нужно было? И, главное, все цветное, даже в глазах рябит. Это здесь мода такая или же Криан так из-за внешности невзрачной комплексовал? Стараясь найти что-нибудь попроще, вытягиваю из цветного моря простые синие брюки и одну из белых блуз. Так и хочется с нее рюши пообрывать, но как-то удерживаю себя в руках. Сегодня так похожу, а потом что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю, потому что ни попугая, ни женщину мне изображать не хочется. Зато ботинки у лорда мягкие и удобные. Я как раз закончил одеваться, когда услышал стук. Похоже, за мной пришли. На пороге обнаружилась миленькая горничная в длинной униформе, которая мелко тряслась от ужаса, глядя на меня испуганными глазами. - Милорд, я Вас провожу, - похоже, Ромуль ей действительно ничего не объяснил, вот и стоит, не зная, чего ожидать. Где это видано, чтобы хозяин не знал, как до своего кабинета добраться?! Теперь, когда я привел себя в порядок и жизнь стала казаться немного лучше, я позволил себе по дороге полюбоваться украшением коридоров. Что примечательно, на стенах, между витыми «подсвечниками», заключающими в себе какие-то светящиеся шары, гобеленами, занавесями и прочим дорогим барахлом, не обнаружилось ни одной картины. Тут были даже небольшие чучела птиц и головы животных побольше, поэтому отсутствие живописи меня крайне удивило. На полу в причудливом порядке были расставлены высокие вазы, ковров не наблюдалось совсем – выложенный большими плитами каменный пол и без них смотрелся внушительно. Каким-то непостижимым образом дверь кабинета от всех остальных я смог отличить сам. Буквально на мгновение позже нас из-за поворота коридора вывернул Ромуль, за которым, будто на плаху, тащился высокий детина. - Я привел его, милорд, - дворецкий учтиво поклонился. – Вас оставить наедине? - Да, вы можете быть свободны, - я согласно кивнул. Не нужны нам свидетели. Я уместился в неудобном кресле за столом, а детина остался стоять у самой двери, будто готовясь выскочить за нее при первых же признаках опасности. Вообще, интересный такой детина. На меня в прошлом похож. Только я блондином был, а он ярко-рыжий. Стоит и подозрительно так косится на меня. Сразу успокоить, что ли? Беру в руки уже знакомый ножичек и чиркаю по пальцу: - Клянусь, что не причиню вреда ни тебе, ни связанным с тобой людям, что бы ты сегодня мне ни сказал, - сложно выбирать правильные формулировки для клятв. Понаобещаешь чего-нибудь не того, а потом разгребай. Как только ранка затянулась, порезал палец еще раз. – Клянусь, что в нашей сегодняшней беседе буду говорить только правду. Рыжий буквально застыл с выражением полного недоумения на лице. - Как тебя зовут? – его брови очень забавно ползут вверх от этого вопроса. – И кем ты работаешь в замке? - Конюх Тосил, милорд. - Присаживайся, - настойчиво указываю ему на кресло. Конюх, немного помявшись, осторожно в него садится. – Слышал я от Ромуля, что во всем замке ты больше всех меня терпеть не можешь, - бедняжка, посинел аж весь. – Это правда? – молчит, упорно отводя глаза. – Скажи мне. Ты же видел, я дал клятву, так что никаких последствий у твоих слов не будет. Детина не смог выдавить из себя слова, поэтому просто кивнул. - Почему? – логичный вопрос, на который ответ мне давать, похоже, никто не собирается. Уже минут пять жду. Ладно, не хочешь по-хорошему… - Так почему? Разве я сделал что-то плохое? Кого-то убил? Кому-то насолил? Тебя обижал? Или обижал кого-то другого? Что-то не припомню. Так разве можно меня ненавидеть?! – сижу, рассуждаю, наблюдая за тем, как лицо детины меняется от гнева. - Не припомнит он… - очень тихо начал конюх. – Никого не обидел? Никого не убил? Так ты, безжалостная тварь, совсем вины своей не чувствуешь?! - А должен? – показательно удивляюсь я. – За что? - За разоренные дома! За разрушенные деревни! За разлученные семьи! За детей, которые остались без родителей! За убитых твоими руками! За убитых по твоему приказу! За невинных, замученных пытками! Ты превратил людей в рабов, держа их любимых в заложниках! Хоть представляешь, сколько боли и страданий пришлось нам перенести из-за тебя?! И ни за что из этого ты не чувствуешь даже капли вины?! Кровожадная мразь, недостойная зваться человеком! – он яростно выплевывал каждую фразу мне в лицо, а я ловил их будто пощечины, не уворачиваясь. Хотел знать – получи. - Почему… меня никто не остановил? – больше и сказать нечего. «Не человек» - совершенно верное определение. Я бы давно убил за такое. Кто-то, видимо, был со мной солидарен, поэтому Криан обнаружился в лесу. Искренне благодарю этого таинственного героя. - А кто может тебя остановить? – мое спокойствие частично передалось Тосилу, и он заговорил тише. – Мы сами этого сделать не можем, а королю и остальной аристократии нет никакого дела до того, что творится у нас в провинции. А графа, единственного, кто мог тебе помешать, ты держишь прикованным к постели! И вообще, какого черта я должен все это рассказывать?! – не выдержал под конец. - Потому что я этого не помню, - проговорил я, аккуратно подбирая слова. - Что? - Я не помню об этом мире ничего, ровно до того момента, как очнулся в эльфийском лесу, - я же не соврал, так? – Это было примерно пять дней назад. На несколько минут в кабинете повисло молчание. Тосил мучился каким-то своим внутренним диалогом, содержание которого я мог хорошо себе представить. Зная о моей клятве говорить правду, даже интересно, к какому выводу он придет. - И что, ты думаешь, мы теперь тоже все забудем? – наконец выдал он. - Нет. Незнание не освобождает от ответственности, - и, к сожалению, нести эту ответственность придется мне. – Просто, когда меня в следующий раз придут убивать, - а я уверен, что придут, - я хотя бы буду знать причину. Спасибо, что рассказал. Единственное, что я хочу у тебя попросить… Ты можешь рассказать остальным о подробностях нашей встречи? Сомневаюсь, что мне поверят, Ромулю сплетничать должность не позволяет, а ты все-таки участвовал лично и именно тебе я давал клятву. - Хорошо, - конюх хмуро кивнул. - Тогда ты можешь быть свободен, - разрешил я. Он встал и, не поклонившись, направился на выход. Когда он уже взялся за ручку, я все же не выдержал и спросил: - Тосил, - он обернулся, - а за что меня ненавидишь лично ты? - Когда мне было пятнадцать, Вы казнили моих родителей, оставив меня сиротой. За то, что отец не успел вовремя подать Вам коня для прогулки, - тихо проговорил мужчина, вспомнив, наконец, о статусном различии, и вышел. Тут же, не давая мне скатиться в непроглядную пучину депрессии и начать биться головой об стол, в кабинет вошел Ромуль. - Как прошел разговор, милорд? – осторожно спросил он, заметив мое состояние. - Если кратко, то я заверил его в том, что потерял память, и попросил рассказать об этом остальным, - смысла пересказывать все, что тут творилось, все равно нет. Более чем уверен, дворецкий стоял за дверью и многое слышал сам. – Может, прекратите звать меня «милордом» и на «Вы»? Хотя бы наедине. В конце концов, я не он. - Только если ты сделаешь то же самое. В конце концов, я значительно младше, - мое лицо вытянулось от удивления, и Ромуль объяснил: - Я простой человек. А лорд Криан рожден полудемоном. У нас разная продолжительность жизни. - И сколько, боюсь спросить, мне сейчас лет? – неожиданно. Я слышал о чем-то таком от колдуньи в деревне, но не придал значения. - Двести сорок пять. Осталось еще пять лет до совершеннолетия, - любезно поделился дворецкий, без приглашения присаживаясь в кресло. Быстро осваивается. - Значит, кто-то из моих родителей демон? - Не совсем. Просто и леди Илора, и лорд Меаго носят в себе демоническую кровь, хоть и сильно разбавленную, а вот у лорда Криана она проявилась очень ярко. - Лорд Меаго… - такое ощущение, будто я о чем-то забыл. – Точно! – уже вслух воскликнул я. – Где сейчас граф? Тосил сказал, что я держу его прикованным к постели. Как это? Ромуль на мгновение задумался, но все-таки решил ответить: - Граф уже много лет проводит под парализующими чарами, - он поморщился. – Слугам запрещено даже заходить в то крыло, где находится комната, в которой его держат. Единственный, кто может туда войти, это приезжающий раз в месяц лекарь. Он готовит зелье, по приказу лорда Криана, которое не дает спасть эффекту заклятия. - И никто даже не попытался вытащить графа оттуда? – это меня искренне удивляло. - Не все так просто, как тебе кажется, - Ромуль устало откинулся вглубь кресла. – Путь к комнате перекрывает запрещающий барьер. Среди нас нет мага, который смог бы его убрать. Просить лекаря что-то сделать тоже бесполезно – он слишком боится. Его предшественника и его семью лорд приказал повесить прямо там, в коридоре, когда тот согласился разбудить графа. Насмотревшись на такое, мы даже пытаться договориться с новым лекарем не стали. А кому-то со стороны сказать – нам не поверят. Кто лорд, и кто мы. - Когда лекарь приедет в следующий раз? – кошмар, наслушаешься таких ужасов, а потом спать не сможешь. - Через неделю. - Хорошо, тогда и разбудим папочку, - я как раз успею морально подготовиться. - Только… - Ромуль слегка замялся. – Ты бы сначала ему всю ситуацию объяснил, прежде чем снимать заклятие. Он хоть и не двигается, но все слышит. А то вдруг он, освободившись, убьет тебя и спрашивать ничего не станет. - Спасибо за предупреждение, - ах, как приятна забота! Вот завтра же и схожу. – А сейчас я, пожалуй, посплю. Слишком много новых впечатлений.