Велением Неба

Около полудня, когда солнце приближалось к зениту, мы ехали все по той же дороге, которая еще с утра отошла в сторону от леса, так что сейчас нас окружали только поля. Когда я был уже готов расплакаться от досады, что обозначенное управляющим время пришло, а замок еще даже не показался на горизонте, вдруг почувствовал, как мое тело начинает вязнуть прямо в воздухе. Было такое ощущение, будто проезжаю через очень густой невидимый кисель, пробирающийся под одежду и даже глубже – холодный, настороженный, ищущий. Что-то он во мне все-таки нашел, потому что удерживал меня всего каких-то несколько мгновений. А когда я поднял взгляд, то тут же уперся им в каменную громадину замка – мы выехали прямо к воротам. Правда, по сравнению с самим сооружением, ворота смотрелись не солидно, были слишком маленькими и невзрачными. Как снисходительно пояснил Ульрик, это всего лишь «черный ход», а главные ворота и прилегающий к замку город находятся с другой стороны. Впустили нас без вопросов, стоило только привратнику увидеть мою недовольную физиономию. Он как-то сразу побледнел, чем-то щелкнул с той стороны, и ворота тут же гостеприимно распахнулись. Воины из сопровождающего отряда тут же рассыпались по небольшому дворику. Управляющий, передав наших лошадей кому-то из них, потянул меня ко входу в здание. Тут же из открывшихся дверей выскользнули две фигуры в черных костюмах. Дворецкие, понял я. Один постарше и повыше, с сединой на шоколадных висках, другой же совсем еще юный, с длинными, до лопаток, пшеничными волосами. Только вот глаза у них были одинаково льдистые, тускло-голубого цвета, замораживающие отсутствием эмоций. Ни тому, ни другому это совершенно не шло. Встали чуть в стороне от меня, не перекрывая дорогу, поклонились и тут же выпрямились, гордо подняв голову. - С возвращением, милорд, - заговорил старший, даже не поворачивая голову в мою сторону. – Ваши распоряжения? - Проводите управляющего в гостевые покои. Проследите, чтобы он и воины, которые меня сопровождали, были обеспечены всем необходимым. Этим займетесь Вы, - прежде, чем Ульрик успел открыть рот и ляпнуть что-нибудь лишнее, сказал я и тыкнул пальцем в молодого дворецкого. Затем перевел взгляд на второго. – А Вы проводите меня до моего кабинета, нам нужно обсудить несколько вопросов. Управляющий, вы пока можете размещаться, - я кивнул обомлевшему мужчине и прошел мимо него, давая понять, что мои распоряжения можно начинать исполнять сейчас же. Если дворецкие и удивились чему-то, то никоим образом себя не выдали. Следуя за дворецким, я восхищался и разочаровывался одновременно. Такие необычные для меня, жившего в малюсенькой квартирке на задворках города, роскошно украшенные огромные коридоры просто поражали воображение непривыкшего гостя, однако они подавляли своей каменной пустотой и отсутствием естественного освещения. Темные и холодные коридоры. Неуютные. Наконец, мы остановились у одной из множества дверей. Совершенно не представляю, как их можно отличать друг от друга. Створки распахнулись вовнутрь от легкого толчка дворецкого, и я зашел в помещение. Что могу сказать?.. Оно соответствовало увиденной мной ранее обстановке: роскоши и места много, а уюта - ноль. Придется менять, жаль. Похоже, у нас с бывшим лором Крианом разные вкусы. Я прошелся вдоль полок с книгами, обошел огромный стол, заваленный документами, и уселся в глубокое, но, как оказалось, неудобное кресло. - Закройте, пожалуйста, двери, - обратился я к застывшему дворецкому. – Спасибо, - мне показалось, или его правая бровь чуть дернулась вверх? – Итак, с чего бы начать… - задумчиво пробормотал я, делая вид, что не собрался еще с мыслями. Если я не растоплю эту ледышку, у меня ничего не получится. – Напомните, как Вас зовут? - Ромуль, милорд, - слегка поклонился мужчина. И снова никаких эмоций. Это у него такая выдержка или проблемы с памятью у хозяина все-таки были? - Скажите, Ромуль, как Вы относитесь к сказкам? – начал я совсем издалека. Сразу до него не дойдет, я уверен. - Мне нравятся сказки, милорд, - задумавшись лишь на мгновение, выдал дворецкий. Еще бы, от него же ждали именно этого ответа. - Тогда я расскажу Вам одну, - я откинулся в кресле, стараясь сесть поудобнее. – Жил-был на свете молодец двадцати восьми лет и звали его Дмитрий Селедкин. Был он обычным грузчиком, проживал в маленькой квартирке и почти ни на что не жаловался. И вот однажды открыл Дмитрий глаза после сна и увидел перед собой не потолок своей комнаты, а небо синее. Оказалось, что чудесным образом Дмитрий очутился в лесу, густом и не облагороженном. Пока молодец оглядывался и соображал, как он туда попал, заметил что-то странное в своем теле. Стал Дмитрий себя ощупывать судорожно и испугался – из мужика под два метра, с широкими плечами и накачанными мышцами, превратился он в хлюпика тоненького и хрупенького, дунешь – улетит. Несколько минут молодец в себя от шока приходил, а потом решил двигаться за солнцем, чтобы хотя бы постараться выйти к людям, а то с голоду помирать не хотелось, да и в лапы к хищникам попасться тоже, - пока рассказывал, неотрывно наблюдал за Ромулем, примечая, как на лице того проступает заинтересованность. – И вышел, на беду свою. Люди, как увидели Дмитрия, побледнели сначала все, а потом схватили его и в клетку посадили, крича что-то про «лорда», «кару» и «тварь окаянную», - ой-ой, сколько удивления в глазах! И что это – паника? А у тебя-то с чего? – И сидел молодец в клетке несколько часов, в доме колдуньи местного разлива, слушая, как разозлено шипит на него староста деревни. Когда же тот вышел, старушка соизволила выслушать историю Дмитрия, рассказала, что хозяина тела – лорда Криана, ненавидят все подряд, и помогла ему избежать несправедливой расправы. Вызвала она управляющего, ответственного за эти земли, и передала тому бессознательного лорда на руки. Естественно, бессознательным он только притворялся. По дороге в замок Дмитрий в теле лорда «очнулся» и очень талантливо сыграл роль полностью потерявшего память, - губы непроизвольно растянулись в довольной ухмылке, как только вспомнил те чудные минуты представления. А дворецкий стоял и смотрел на меня со странным выражением на лице. – Пока добирались до замка, молодец очень хотел прибить управляющего, ибо не затыкался тот ни на миг, постоянно восхваляя свою персону и стараясь втереться к лорду в доверие. Наконец, Дмитрий прошел сквозь какой-то непонятный невидимый кисель и возникли перед ним ворота замка, которые оказались банальным черным входом. Молодца и его провожатых без вопросов впустили, а внутри он повстречал две ледяных статуи – одну постарше и повыше, а вторую еще совсем юную, с длинными пшеничными волосами. А вот глаза у этих статуй были одинаково голубыми и холодными. Посмотрел-посмотрел на них молодец и решил, что очень хочет попросить их о помощи. Вот только для этого статуи нужно было растопить, а способа Дмитрий не знал. Так что решил рассказать статуям свою историю, мало ли, вдруг поможет, - закончу-ка я на этом, а то Ромуль уже не знает, куда глаза девать. Да, я бы тоже в шоке был, дядя. Полюбовавшись пару минут на растерянную статую, спрашиваю: - Понравилась ли Вам сказка, Ромуль? - Понравилась, милорд, - осторожно отвечает мужчина, пристально смотря мне в глаза. Что-то холодно мне как-то от этого взгляда. – Только сказка всегда остается сказкой, - это что, вызов? - Но некоторые сказки основаны на реальных событиях, - задумчиво протянул я. – Как Вы думаете, удалось ли Дмитрию растопить ледяные статуи своим рассказом? А если его усилия были напрасны, то что ему нужно было сделать дальше? – открытая провокация, я знаю, но сейчас не до изящества. Нужно действовать быстро, пока он еще под впечатлением. - Ну, если он рассказал все честно, то уверен, что не оставил статуй равнодушными, - Ромуль прищурился. – Но ледяные статуи очень подозрительны. На их месте, я бы попросил Дмитрия на крови своей поклясться, что правду рассказывал. Иначе просто не смог бы быть в нем уверенным. Вот оно! Клятвы на крови популярны, оказывается, в любых мирах. Взглядом окидываю стол и среди документов замечаю ножичек для писем. Что ж, сгодится. Беру его в руки и резко, пока не потерял уверенность, провожу им по пальцу. Больно! Царапина хоть и неглубокая, но капли крови проступают отчетливо. - Клянусь, что мой рассказ был правдой, - не придумав ничего лучше, решил обойтись такими словами. Кровь на моей руке тут же среагировала, вспыхнула и рассыпалась по помещению золотистыми искорками. А порез тут же затянулся. Удобно, однако. - Так Вы правду говорили?! – Ромуль тут же ожил, снимая с себя маску полной невозмутимости. Даже симпатичнее стал, ну правда! - Так все и было, хоть я и скомкано рассказал, - покивал головой я. – Ромуль, Вы второй человек в этом мире, который знает о моей тайне. Пожалуйста, помогите мне! – рукой указал на место в кресле напротив, он уже устал стоять, наверное. - А скажите, Дмитрий, с чего Вы решили, что мне можно доверять? – окинув меня тяжелы взглядом, дворецкий сел. - Пока добирался до замка, успел уловить, что Криан был той еще сволочью. А Ваше поведение выдало неприязнь к нему, - заметив вопросительно вскинутую бровь, попытался пояснить. – Ну, знаете, Ваша ледяная подчеркнуто вежливая маска… Вы на меня даже ни разу не взглянули. Не знаю, что там положено по этикету, но любимого хозяина так не встречают явно. Дворецкий еще раз на меня внимательно посмотрел, что-то для себя решил и спросил: - Чем я могу Вам помочь?