Пыль бесконечных дорог

«Друг мой, друг мой, Я очень и очень болен. Сам не знаю, откуда взялась эта боль» С. Есенин

      Я помню, как парили облака, рассыпаясь хлопьями белой ваты, окутывая ярко-голубое небо, помню, как свистел разгулявшийся ветер, играя с волнами, взбивая их в молочную пену, словно сливки для ванильного крема. Я ждала на краю вселенной чего-то невозможного, непонятного чуда, а машина была припаркована неподалеку, будто я вот-вот уеду.       Ехать больше некуда.       Бесконечные мегаполисы, тихие города, придорожные кафе, свет фар, шумные аэропорты и быстрые самолеты − все осталось где-то там, вдалеке, скрытое от меня и обнаженное для незнакомцев, которые изредка встречались на пути. Мы пили дешевый виски по ночам и отсыпались в ветхих комнатах мотелей. Это все, что у нас было.       Прошлого нет. Ни Нью-Йорка, ни Лос-Анджелеса, ни Лас-Вегаса. Ужа давно нет и психопатки Кэтрин Адамс, которая умерла два года назад.       Будущее сияло где-то на горизонте, но и оно было невероятно далеко.       Я стола на берегу дикого пляжа, а заметно отросшие волосы неприятно трепал ветер. Два года назад, когда Кэтрин Адамс еще была жива, я коротко стригла волосы и красила губы темно-красной помадой, а сейчас, когда появилась Амелия Освин Освальд, на это просто нет времени.       Два года подряд в бегах, вся Америка передо мной: любое место на карте, тихая деревня или домик в лесу — не имеет значения. И только одна цель — бежать как можно быстрее, спасаясь от того кошмара, который поселился в моей жизни, когда братья Винчестеры появились в кабинете на Уолл-стрит.       Из-за них все полетело к чертям, они случайно втянули меня в ту чертовщину, что творилась в их жизни. Просто так, по своей прихоти, уничтожили все, что когда-либо имело значения для Кей Адамс. Она смеется сейчас в аду своим безумным смехом, проклиная Амелию, отсчитывая время до скорой встречи.       Лучше бы я так и осталась слепа, жила бы в Нью-Йорке, все еще работая на Уолл-стрит, гребя деньги и ни в чем себе не отказывая, лучше прожить такую пустую жизнь, чем-то, что есть теперь.       Передо мной лежала только бесконечная дорога, миллионы миль по автостраде, странники, потерявшие все, вечный путь. Это все, что когда-либо было у меня.       Только вперед, проезжая за сутки тысячу миль.       Только вперед, придумывая в дороге новую версию меня, которая погибнет где-то там, в глубине души.       Только вперед, воображая, что я всего лишь на недельку уехала в Калифорнию к родителям на каникулы.