"Белоснежка."

Влад. Ради определения кандидата я сделал, по истине, героическую вещь: отказался от ужина, пожертвовав его Ваське, за что и был награжден подозрительными взглядами со стороны своих спутников. Хорошо-хорошо, подозрительность читалась только на лицах волосатика и Трух Вол-тара, остальные лишь удивленно переглянулись. Впрочем, не смотря на столь разные эмоции, читаемые на лицах мужчин, доедать рагу, приготовленное Пави, почему-то никто не решился. Обидно, однако. Злые они, недоверчивые! Правда, на какое-то мгновение в глазах «старшего братца» мелькнуло выражение жгучего интереса, вкупе с ожиданием… Но, скорее всего мне просто показалось: в неверном свете костра и не то еще «увидишь». Спустя час, когда охранный круг был начертан, а на земле были расстелены тонкие одеяла (с ностальгией припомнил мясистые листья хайвалы, служившие нам периной на эльфийской территории), все принялись укладываться спать. Как всегда, устроился под боком у целителя (если Аль прав, меня все равно сдернут с места, а так хоть часть ночи проведу в безопасности). Правда, улечься, скрывая окрашенные ладони, было весьма проблематично: попробуй-ка снять сапоги, да расправить одеяло, без помощи рук! В общем, поизображав из себя гусеницу-мутанта, я таки завернулся в тонкую ткань покрывала и затих. Повертелся. Замер. Вновь повертелся, в тщетной надежде, нащупать хоть один миллиметр ровной поверхности. Увы, чем больше я елозил по земле, тем более неудобным мне казалось место лежака: какие-то бугорки, колючие травинки и прочая гадость то и дело норовили оказаться под моей бедной спиной. Нет, конечно, я не «принцесса на горошине», но терпеть над собой подобное издевательство?!! Увольте! Ах, вот бы сюда что-нибудь мягкое, теплое! – сонно подумал я, почесывая одну ногу о другую. Зуд на секунду утих, а после… Зачесалась пятка. Недовольно засопел сквозь дрему. Улыбнулся, чувствуя, как беспокоящая меня щекотка, исчезла. Правда, взамен пришел другой раздражающий фактор: голоса спутников, пробивающиеся словно сквозь толстый слой ваты. Однако, измученный дневным переходом организм, быстро нашел выход: повернулся на бок, уткнувшись во что-то мягкое, пока окончательно не зарылся носом в густой мех. Алиэль. Не надо быть ни всевидящим, ни пророком, чтобы догадаться об очередной проказе, задуманной малышом! – подумал эльф, когда приметил лукавый блеск во взгляде Вальда. Что ж, мешать «братику», не стоит, – Алиэль отступил в сторону разжигаемого костра, закрывая собой фигурку паренька на несколько мгновений. - Может у паренька и получится определить, кто же является будущим супругом, посланным ему самой судьбой. В самом деле, не называть же кандидатом того, кто УЖЕ перешел в другую фазу отношений? Память светлого услужливо предоставила улики последующего этапа благословения: следы от поцелуев, идущие вдоль позвоночника Вальда, которые он, Аль, увидел во время купания. Отметины страсти, дающие понять, что тело малыша, а также его чувства и сердце, уже принадлежат другому и никто более не смеет на них покушаться. Метки принадлежности. *Завидуешь, Алиэль? Целитель споткнулся. Быстро обернулся, но поблизости никого не обнаружил. И лишь спустя мгновение до светлого мага дошло, что голос прозвучал не рядом с ним, а внутри, в собственной голове. Кто ты? *Ай-я-яй, своих не узнаешь! – с заметной ехидцей промолвил знакомый голос. - Ночной кошмар, не более: твое второе «я», лишенное, ледяного панциря логики и расчета. Впрочем, предупреждаю сразу: я не являюсь ни порчей, ни проклятием, так что даже не пробуй от меня избавиться (только время потратишь). Откуда я тогда взялся? Считай, что мое пробуждение является подарком от братишки, этакой компенсацией за временно утраченную магию. Взгляд Алиэля уткнулся в спину Вальда, все еще возящегося с тиру. Как? Когда это произошло? И почему я не заметил? – мысли целителя заметались подобно птицам, угодившим в ловчие сети. *Все ты замечал, милашка! – ощущение подмигивания. – Разве ты не стал чувствовать растерянность, злость, уколы ревности, которые обычно держались под строгим контролем? Разве не стал ощущать больше эмоций, радуясь и негодуя, превращаясь в более, гм, человечное существо? Ну, во-о-о-от! - довольно протянул внутренний голос. – А стоило тебе признать ваше с Вальдом родство, как я окончательно проснулся! И как мне от тебя избавиться? – задумчиво поинтересовался Аль у самого себя, точнее, своего второго «я». От одной только мысли, что данная хамоватая и беспринципная сущность, останется надолго, привела в целителя в ужас. *А я откуда знаю? Мне тоже, знаешь ли, не охота провести остаток жизни с таким сухарем, как ты! Подтекст последней фразы озадачил было перворожденного, но вспомнив, КТО презе… презента… стал дарителем сего кошмара, Алиэль успокоился и устало махнул на все рукой. *Хотя… Уши у Алиэля слегка дрогнули, показывая крайнюю степень заинтересованности. * Когда ты восстановишь свои способности… Возможно, что я все же исчезну (к нашему с тобой взаимному облегчению)! Кстати, может, прекратишь финтить ушами и мы пойдем, поедим? Что такое «финтить» Алиэль не знал, но все же покорно последовал к костру, надеясь на то, что голос, занятый поглощением пищи, хоть временно, но утихнет. *** Алиэль нехотя ковырял ложкой рагу, не замечая странных переглядов спутников. А когда же целить все же поднес ее ко рту, то… *Так по какому из друзей ты так сохнешь, а? Спорим, угадаю с первой попытки? Спорим? Спорим? Ложка плюхнулась в миску, разбрызгав ее содержимое. Глядя на побледневшего целителя, остальные так же отодвинули свои тарелки в стороны. В тишине раздался вопросительный бас гнома: - Пави, а Пави, разве Вальд давеча не вертелся у сумы с запасами? Не помнишь? Ясненько. Лечь спать что ли? Все равно кушать не… - в пузе Вол-Тара громко заурчало. – Хочется. Потуга Вальда улечься, не используя рук, отвлекла целителя от грустных мыслей, правда, ненадолго: внутренний голос, не упустил возможности добавить пару комментариев к увиденному. *Ха?!! – удивление, которым была окрашена мысль второго «я», совпало с пиком магического возмущения. Аль быстро обернулся туда, где находились их с Вальдом лежаки. И почему я не удивлен? - подумал перворожденный, глядя, как младший братик сладко спит, навалившись всем телом на тиру… Тиру, рост которого увеличился в несколько раз, превысив размеры взрослой лошади. - Так! И что теперь делать с этой тварью? А? Она же нас проглотит, не пережевывая! Может, убить, пока не поздно? Васька пошевелился и тихо зевнул, демонстрируя, как свой фиолетовый язычок, так и длинные острые клыки. Всем вдруг подумалось, что слюна тиру и так является ядовитой (обездвиживает жертву на несколько дней), а при таком-то размере и вовсе… Разговор о незаметном устранении домашнего любимца Вальда затих сам собой. Мужчины быстро, стараясь не оборачиваться к тиру спиной, направились к лежакам. *** Свет полной луны прошелся по лицам спящих спутников, стирая малейшие тени усталости, пока не замер на гигантской фигуре тиру. Васька недовольно повел усами и, приоткрыв один глаз, покосился на мужскую фигуру, стоящую рядом с передней лапой. Спустя секунду тканевый кокон, прислоненный к боку тиру, заворочался. Из-под одеяла показалась рука. Пальцы коснулись меха Васьки, оставляя красный след. Домашний питомец, мигнул и, повинуясь приказу хозяина, встал. Лениво потянулся и, задрав хвост, неспешно потрусил в сторону леса. Стоило тиру удалиться на пару шагов, как Супруг опустился на одеяло, заключая дрожащее тело Вальда в свои жаркие объятия. Ладони скользнули вверх по плечам, фиксируя подбородок элитари. Рот прижался к губам Вальда, язык по-хозяйски проскользнул внутрь, начиная свои неспешные и сладкие ласки. Тихий стон наслаждения вырвался из горла паренька, руки Вальда прошлись по длинным спутанным прядям партнера, окрашивая пряди в иной цвет…