О дивный новый мир

Вдох. Выдох. И еще один. Нужно дышать. Прошлой ночью весь город замело так, что двери некоторых домов с трудом открывались. Когда я уходила поздним вечером из дома Беллами, мои ноги уже утопали по колено в снегу. Октавия, как и обещала, вернула Аврору домой спустя каких-то полчаса, показавшихся мне мгновением. Я долго сидела за столом вместе с Блейками, слушала истории маленькой Авроры, наблюдала, как ее отец смотрит на нее, как Октавия заплетает ее пшеничные волосы в тугие косы, и, пусть ненадолго, но я почувствовала себя частью их маленького мира, я почувствовала себя немного Блейком. В такое утро, как сегодня, сложно не витать в облаках. Я думала, случись со мной еще хоть что-то, отдаленно напоминающее определение счастья, я просто распадусь на атомы и стану частью вселенной, ведь все то, чего я так долго жаждала, мне удалось получить каких-то семь часов назад. Сегодня все меня радовало, и, казалось, ничего не могло испортить этот день. Снег приятно похрустывал под ногами, а уже с раннего утра все жители города достали свои лопаты и принялись расчищать улицы и дома от снежных завалов. Солнце светило ярко, и мне приходилось щуриться, пока я неспеша брела в сторону дома, стоящего в отдалении на холме. В той самой забегаловке, в которой я оказалась в свой первый день в Джаха, я купила свежеиспеченный, пышный и такой же, как тогда, теплый сверток, пахнущий яблоками, и совершенно беспричинно счастливая направилась дальше. Мороз кусал руки и нос, снег блестел и переливался, ярким полотном покрывая все вокруг, по улицам бегали дети, наполняя воздух громким радостным смехом - вокруг происходило что-то волшебное, и мне сложно было не улыбаться каждому прохожему на своем пути. В этот раз я хорошенько оделась: теплые ботинки и рукавицы, обитые мехом, и такой же, хоть и тяжелый, но совершенно необходимый в этом городе меховой плащ. Мне казалось, что я поторопилась - возможно, в доме Беллами Блейка еще все спят, но, свернув на последнем повороте, я поняла, что очень сильно ошибалась: у него во дворе было даже слишком людно. Медленно приближаясь к воротам и поднимаясь все выше по извилистой тропинке, я наблюдала за совершенно невероятным зрелищем. С крыши дома сходили маленькие белоснежные лавины, оседая под окнами - Джаспер и Линкольн очищали ее от снега, пока Октавия носилась по двору, пытаясь не попасть под шквальный огонь мальчишек. Я замерла ненадолго, стараясь запомнить эту картину как следует: слева от большого дуба стояла широкая колода, окруженная чурбаками разного диаметра, а в центре Беллами раз за разом поднимал над головой кованый колун с длинной березовой ручкой и с громким звоном ронял обратно, разделяя куски дерева на аккуратные поленья, разлетавшиеся в стороны вместе со щепками. Он стоял, одетый в один только серый свитер с торчавшим из-под ворота кусочком зеленого воротника рубашки, темные плотные брюки были заправлены в широкие массивные сапоги, и, не переставая улыбаться, наблюдал за детьми, чей смех звенел в воздухе. На плечах у Джона Мерфи восседал улыбчивый кудрявый мальчуган, а еще один - точная копия своего брата - старался свалить его с ног. Рейвен, только вышедшая из дома в длинной белоснежной накидке из волчьего меха, протянула Авроре крупную оранжевую морковь, а потом приподняла малышку над землей, помогая смастерить из нее нос для снеговика. Почему-то в этот момент, стоя здесь и наблюдая за всеми со стороны, я почувствовала щемящее чувство беспокойства - словно все это я вижу в первый и последний раз. - Кларк! - Джаспер был первым, кто заметил мое присутствие. Все разом обернулись - улыбка украшала лицо каждого, даже Линкольн улыбался мне в этот день. Аврора первая сорвалась с места, быстро промчалась мимо всех присутствующих и буквально врезалась в мои ноги, обнимая их обеими руками. - КЛАРК! Я присела на корточки, и она снова обняла меня, обхватывая своими маленькими ручками мою шею. - Привет, милая, - она была определенно самым дружелюбным ребенком, что я встречала. - Смотри, что у меня есть, - я протянула ей сверток с еще теплым пирогом, и глаза малышки тут же загорелись. Она улыбнулась еще шире, после чего выхватила его из моих рук и так же быстро убежала обратно. - Подкупаешь мою дочь? - я поднялась на ноги, когда Беллами уже подошел, растирая замерзшие руки. Он положил ладонь мне на спину, прямо между лопаток, и придвинулся ближе, мягко коснувшись губами моего лба. - А это сработает? - мое тело льнуло к нему, даже не пытаясь сопротивляться. - Тебе это ни к чему, - еще немного улыбки для меня, еще немного, и я рассыплюсь на куски у его ног. - Эй, голубки, хватит разговоры разговаривать! - крикнул Джаспер нам с крыши, сложив ладони на манер рупора и продолжая щуриться от яркого солнца. - Тут все заняты делом! - он не слишком удачно переставил ногу, поскользнулся и полетел с крыши прямиком в сугроб. Весь двор наполнился детским смехом, и даже Беллами тихо посмеивался, наблюдая за неуклюжими попытками друга выбраться из снежного плена. Я не сразу заметила перемену погоды, но ясное небо заполнилось тяжелыми мягкими облаками - тусклый солнечный шар еле проглядывал сквозь них - и сверху снова посыпался мокрый колючий снег. Я запрокинула голову и подставила лицо снежинкам, прикрыв глаза, Беллами сделал то же самое. - О, вот черт! - недюжинными усилиями Джаспер все-таки выбрался из-под снега. - Я так и знал! Я же говорил, что рано убирать его! - он пытался отряхнуть одежду и волосы, пока они не намокли. - Все, я выпить хочу! - весьма недовольный, он скрылся в доме. Спустя полчаса мы уже сидели в том самом баре и медленно потягивали пиво. Октавия и Линкольн остались присматривать за детьми, поэтому сегодня за столом нас было пятеро. Места тут едва ли было много - пришлось тесниться. Я сидела на жестком деревянном стуле рядом с Беллами, по-хозяйски откинувшимся назад и положившим левую руку на спинку моего. Внезапный снегопад загнал полгорода в эту тесную комнатушку, но хозяйка каким-то чудесным образом успевала всех накормить и напоить. По традиции, в первый снежный день у всех был выходной, и этот мои друзья решили провести в душном, пропахшем солодом и смолой, баре. Здесь каждый третий курил трубку, дымил камин у стены, с кухни тянуло всем многообразием запахов, но мне здесь нравилось - нравилось наблюдать за таким странным Джоном Мерфи, который бегал к стойке всякий раз, как Рейвен допивала свой чай, и без конца накидывал ей свой плащ на плечи, стоило только кому-то приоткрыть окно. Он был совсем не похож на того парня, что я помнила: густая борода покрывала его подбородок, узкие губы не кривились усмешкой, а лицо приобрело такое добродушное выражение, что иной раз не верилось собственным глазам. У Рейвен и Джона уже трое детей - трое мальчишек - и, всякий раз, как Мерфи аккуратно клал ладонь поверх живота своей жены, он шептал просьбу - как молитву, совсем тихо, чтобы она не узнала, как сильно он ждет маленькую девочку, похожую на Рэй. Но она все равно знала, улыбалась уголками губ и делала вид, что ничего не замечает, отводя взгляд в сторону. Я не знаю, как они стали такими, но мне хочется верить, что когда-то они смогли друг друга спасти - тогда же, когда Костия спасла Беллами. В этом месте так шумно, что я могу безнаказанно рассматривать своих собеседников, не боясь быть пойманной. Мой взгляд останавливается на Джаспере - он так же, как и я, наблюдает за Джоном и Рэй, смотрит так пристально, что не замечает моего взгляда, направленного на него. Сегодня он другой - не шумит и не шутит без причины, а просто смотрит с какой-то тоской, улыбаясь только губами. Он точно скучает о ком-то, наверное он скучает о ком-то. Я бы могла долго сидеть так, но Беллами и Джон затеяли спор, и вот мы уже играем в кости, собрав вокруг немало зрителей. Один час, другой - за смехом и выпивкой я не замечаю, как время близится к вечеру и как вдруг игра заканчивается, а на меня смотрят три пары глаз. - Ну-у-у-у, - Рэй тянет каждую букву, поудобнее устраиваясь в своем мягком кресле. - Что? - наверное, стоило быть повнимательнее. - О, я оскорблен, неужели меня опять никто не слушает? - Джон театрально закатывает глаза, манерно выставив ладонь. - Простите, ребята, я немного задумалась. - У-у-у-у, Кларк сегодня витает в облаках, с чего бы это? - Джаспер посмеивается, косясь в сторону Беллами, пока тот не бросает на него гневный взгляд, после чего Джаспер поднимает ладони на уровень лица в знак капитуляции. - Так ты нам поведаешь, где была все эти годы? Какая земля приютила нашу принцессу? - Мерфи отпивает из кружки и в очередной раз накидывает плащ на плечи своей жены. - Ну, это была не совсем земля. Тут высокий седобородый мужчина проносит мимо полную тарелку вяленого мяса, что не остается без внимания Рейвен. - Я плавала на корабле. Джон немного напрягается, но ничего не говорит. - Название? - резкий голос Беллами заставляет повернуться к нему. - Что? - чувство беспокойства возвращается слишком быстро. - Как назывался тот корабль? - он наклоняется ближе, оказываясь нос к носу со мной. - "Ледяной дракон", - я не успеваю договорить, как Беллами вскакивает с места, опрокинув стул, и исчезает в дверном проеме, громко хлопнув дверью. Шесть лет назад Высокий темноволосый мужчина открывает скрипящие двери местной таверны и, не снимая капюшона, идет прямо к стойке, привлекая внимание собравшейся публики. Сейчас одиннадцать утра, а это место уже полно неудачливых игроков и заядлых пьяниц, но ему это не страшно - он считает себя одним из них. Лысый тучный бармен в засаленной рубашке подает ему выпивку и удаляется в неизвестном направлении. Мужчина залпом опрокидывает стакан и обводит взглядом зал: он приходит сюда каждый раз, как оказывается в городе, и это единственное место, которое никогда не меняется. Старые деревянные бочки вместо столов, песок и солома на полу и, конечно же, публика, наполняющая помещение неповторимым букетом чудесных ароматов. Каждое отребье в этом баре знакомо ему - каждое, кроме, пожалуй, одного. Он бросает косой взгляд через плечо - на юношу в самом углу. Его он раньше никогда не видел: темные кудрявые волосы, смуглая кожа - он смахивает на местного, но одежда не похожа на ту, что носят здесь. Такую одежду он однажды уже видел. Дверь резко открывается, с грохотом ударяясь о стену, и в помещение входят восемь стражников, но разгонять сброд не спешат. Самый высокий из них делает шаг вперед и останавливается прямо за спиной человека в капюшоне. - Капитан, Mors atra, командующая хочет видеть вас! - громкий голос разносится по полупустому помещению, пугая задремавших пьяниц. - Боже, какой же ты громкий, - брюнет не оборачивается, продолжая потягивать новую порцию выпивки. - Передай командующей, что я не в настроении вести беседы. - У нас приказ доставить вас любой ценой, - воин замирает и покорно ждет ответа, но незнакомец не спешит. - Ну, можешь попробовать, дорогуша, я тебе разрешаю, - он все так же сидит спиной ко входу, попивая виски и чему-то довольно ухмыляясь. Вся рвань, что до этого спала по углам, опасливо щемится к выходу, но незнакомый мальчишка не спешит, и капитан, приятно удивленный, решает, что пора. Первым падает на пол тот самый крикливый, получая прямой удар стаканом по носу и пытается руками остановить кровь, заливающую грязный пол. Остальные, стараясь скрутить незнакомца, бросаются на него скопом, но тот успевает перемахнуть через стойку и хватается за бутылку из темного стекла, разбивая ту точно об голову одного из солдат. Длинный острый клинок, до этого покоившийся на поясе, уже пущен в дело, и шестеро оставшихся не спешат нарваться на него. Капитан зол: никто не смеет портить его утренний портовый променад и ему совсем не хочется сегодня никого убивать, но эти свиньи не оставляют ему выбора. От недавней возни в воздух поднимаются клубы пыли, и в глубоких просветах сквозь щели в заколоченных окнах можно отчетливо видеть, как пылинки кружатся, танцуя. Терпкий запах прокисшего вина заполняет ноздри, и он немного морщится, кривя губы. - Эй, парни, это не вежливо - шестеро на одного, - тут мальчишка, спавший в углу, с трудом поднимается, собираясь подойти ближе. - Приятель, да ты пьян, - незнакомец наблюдает, как тот, пошатываясь, приближается к воинам со спины. - Будь уверен, я польщен. Но постой в сторонке и не мешай взрослым, пока не схлопотал. - О, да неужели? - его едкий хриплый голос звучит почти громко в образовавшейся тишине. Не удосужившись получить ответ, он достает из-за пояса небесное оружие, направив его на охрану. Толпа тихо ахает, но уходить не спешит, а мальчишка тем временем обходит их слева, останавливаясь у трухлявой лестницы, ведущей на второй этаж. - Давай живее, я долго ждать не стану, - он все так же пьян, и наверняка не имеет понятия, кто такой Mors atra, поэтому капитан довольно хмыкает и, перемахнув через стойку, оказывается у него за спиной. - Что ж, передавайте командующей мои поздравления по поводу будущей свадьбы. Всегда приятно поболтать, парни, - когда он отвешивает шутливый поклон, со стороны входа слышатся какие-то крики и помещение наполняют еще с полдюжины стражников. - Так, теперь точно пора валить, - и, схватив мальчишку, незнакомец устремляется вверх по лестнице, не обращая внимания на его возмущенное барахтанье. Ступени скрипят и шатаются, готовясь обрушиться вниз, громкий топот за спиной подгоняет не хуже пастушьего хлыста, поэтому парнишка, быстро сориентировавшись, крепко встает на ноги и бежит чуть ли не быстрее самого капитана. Перемахнув через ящики с сушеными фруктами, они оказываются перед широкой оконной рамой, ведущей во внутренний двор. Незнакомец прыгает первым, легко приземляясь на ноги, за ним тут же следует юноша. Они перебираются через забор, скрываясь среди толпы зевак на портовой площади. Минуя многочисленные лавочки торговцев, беглецы оказываются на каменной корабельной пристани. Время близится к полудню, и воздух наполнен звоном якорных цепей и криками матросов. Жаркое, пыльное, желтое солнце отражается от поверхности зеленоватой воды, испаряя ее и добавляя и без того спертому воздуху острый привкус соли. Капитан немного щурится и утирает пот со лба, смотрит по сторонам, замечая только что прибывшее турецкое торговое судно. Моряки недавно начали отгрузку, поэтому прямо на бревенчатый причал выгружают тяжелые дубовые бочки, полные вина на продажу. - Эй, давай туда, - он хлопает парнишку по плечу и указывает в сторону прибывшего судна. Они едва успевают скрыться за только что прибывшим товаром, как их преследователи пробегают мимо, не обращая внимания на торговый корабль. Беглецы сидят, тяжело дыша, прислонившись к шершавой деревянной поверхности - юноша, уже заметно протрезвевший, и темноволосый незнакомец, получивший свое приключение, которое он так хотел. Проходит совсем немного времени, и воздух сотрясают раскаты заливистого смеха, а сами нарушители спокойствия наконец поднимаются с колен. - Беллами, - едва отсмеявшись, паренек протягивает капитану свою ладонь, все еще не имея понятия, кто стоит перед ним. - Твое имя большая редкость, - капитану оно кажется очень знакомым, и он решает, что так тому и быть. - Ясон, - пусть мальчик знает его именно под этим именем. На небе нет ни облачка, и солнце сегодня особенно беспощадно. Mors atra бросает взгляд на гранитные волны моря, что бьются о борта судов и старый причал, с глухим стуком отступая, полные грязного мусора и обломков кораблей. Его хищное лицо, загорелое и обветренное, сейчас преисполнено спокойствия. - Ну, так ты у нас Робин Гуд или еще кто, раз спешишь на помощь всем и каждому? - капитан возвращает свой взгляд к парнишке, замечая, как тот, скинув куртку и лежа на подгнивших досках, наклоняется к воде, черпая ее одной рукой и пытаясь умыть лицо и смочить волосы. - Извини, но я тебя разочарую. Мне дела нет до остальных - просто хотел подпортить жизнь сучке Лексе. - Ва-а! Да ты становишься все интереснее, - Mors atra разводит мозолистые руки, покрытые шрамами и увесистыми кольцами, в стороны, отступая на шаг назад. - Иди ко мне в команду. Тот корабль, что стоит на якоре, мой. Будешь плавать на "Ледяном драконе" - каждый второй в городе убить готов за это. Беллами поднимается на ноги, подходя к Ясону ближе, и, улыбаясь, прикрывается ладонью от солнца, стараясь лучше рассмотреть собеседника. - Я благодарен за твое предложение, но свой народ оставить не могу, - соленые капли стекают по волосам и подбородку, делая веснушчатое лицо еще более юным. - Да и не думаю, что такому, как я, будут рады в твоей команде, - он разворачивается и, захватив свою форменную куртку, собирается уходить. - Один мой матрос из небесных. Мальчишка останавливается и слишком быстро возвращается к нему. - А имя? Как его имя? Скажи хоть, это женщина или нет? - волнение и страх мгновенно старят паренька, превращая в такого же мужчину, как и капитан. Mors atra хмурится и, цокнув языком, отступает на два шага назад - его острое лицо перестает быть добродушным и теряет свое спокойствие. - Прости, приятель, у нас на корабле правило: своих мы не сдаем. - Беллами уж было решает пустить в дело свой Дигл, но тут Ясон продолжает, подняв вверх указательный палец левой руки: "Но раз уж ты меня повеселил сегодня, так и быть, окажу тебе услугу". - Услугу? - юноша недоверчиво щурится, но ждет ответа. - Как только моя нога ступит на борт, я назову этому матросу твое имя и, если он пожелает, этим же вечером до нашего отплытия спущу того на берег. Даю тебе слово, - капитан протягивает свою руку, намереваясь закрепить сделку. Беллами не до конца уверен, стоит ли ему доверять незнакомцу, но чутье говорит ему, что все же стоит. - Сегодня в полночь мы отплывем, и, если никто не появится, значит, не судьба, уж прости, - Mors atra покрепче обхватывает предплечье нового знакомого и, еще раз посмотрев по сторонам, идет прочь, обходя громоздкие бочки. - Беллами Блейк! - капитан уже далеко, и поэтому мальчишка кричит ему в спину. - Скажи ей, что мое имя Беллами Блейк!

***

Время постепенно шло к вечеру, когда Кларк, закончив свою работу, забралась повыше, прихватив с собой ужин. Цезарь сегодня превзошел сам себя: "Ледяной дракон" был на якоре в порту почти сутки, поэтому команде удалось разжиться мясом, и теперь девушка сжимала в руках деревянную миску, доверху наполненную острым и ароматным чили. Красная фасоль и помидоры, отборная свиная вырезка и свежий мягкий хлеб. Только ради такого стоит заходить в Полис, не говоря уж о старом добром роме. - Эй, зверушка! - и как это она не заметила прибывшего капитана? - Поди сюда! Быстро впихнув в себя последние остатки ужина, Кларк легко спрыгнула вниз, вытирая ладони о темные брюки. - Сэр, - стоя рядом с капитаном, ей каждый раз приходилось задирать голову, чтобы взглянуть на него. - Скажи-ка мне, зверушка, а не знаешь ли ты некоего Беллами Блейка? - Mors atra сделал ощутимый акцент на имени, и девушка закашлялась, услышав его, чувствуя, как остатки чили встают поперек горла. - Никак нет, сэр, - на раздумья у нее ушла всего пара секунд, и, несмотря на ноющую боль в районе груди, она солгала. "Что толку от правды?" - думалось ей. Наверняка, это снова Лекса пытается разузнать о тайном матросе, что никогда не сходит на берег в ее порту. Что, если она подвергнет его опасности, сказав, что они знакомы? Mors atra совсем немного задержал на Кларк взгляд, после чего, хмыкнув, повернулся в сторону своей каюты. - Шевелитесь, бродячие псы, к полуночи наш корабль покинет гавань! - и, как всегда, не оставляя недосказанностей, Ясон покинул палубу, снова оставив свою зверушку одну.

***

Этим вечером Беллами Блейк был не единственным дураком, смотрящим на горизонт, но, пожалуй, самым интересным из всех случайных прохожих, что бродили в этот час. С самого полудня он не сдвинулся с места - он видел, как шлюпка доставила Ясона на корабль, и каждую секунду ждал, что вот-вот она отплывет снова, возвращая ему девушку, которую он так давно искал. Время шло, а вестей все не было, вокруг стали сгущаться сумерки, моряки и торговцы давно покинули пристань, и компанию ему составляли только местные пьяницы да шлюхи, что пытались поймать очередного матроса. От долгого сидения его ноги затекли, и он периодически спрыгивал с каменного выступа, разминая уставшие мышцы. Когда часы указали полночь, корабль поднял паруса и покинул гавань, не оставив Беллами ни грамма надежды. Он наверняка бы снова с кем-нибудь подрался, но, прикончив заранее припасенную бутылку виски, он увидел ее. Светлая, хрупкая фигура расплывалась перед его глазами, выпитый алкоголь туманил разум, и ему показалось что он дождался ее, что эта тоненькая девушка, со светлыми волосами - Кларк. Легкое зеленоватое платье развевалось на ветру, свет от зажженных костров освещал только часть набережной у площади, поэтому, сейчас он видел перед собой не Костию. Сейчас перед ним стояла Кларк Гриффин - та самая девушка, которую он так давно искал. -Беллами? Ты в порядке? Я не смогла тебя найти и стала беспокоиться, ведь ты ушел в город еще ранним утром, - она опустилась на колени, заглядывая ему в глаза, длинные льняные волосы трепал ветер, донося до него тонкий запах мяты. -Ты пришла, - широкая ладонь Беллами каснулась ее лица, и девушка вздрагнула, не привыкшая к такой его близости. - Я так долго ждал тебя. Костия только утром поймет, отчего он был так добр и нежен с ней, но сейчас она смущенно упирает взгляд в землю и, помогая ему подняться на ноги, ведет по направлению к дому - к тому месту, где все изменится навсегда. Воздух этой ночью наполнен запахом моря и жаром остывающей земли, так нуждающейся в дожде. Кое-где на небе появляются обрывки туч, пышные и странные - то мягкие, как клубы дыма, то резкие, как обломки скал. Между ними одиноко блестят луна, и холодные яркие звезды. Все это - звуки и запахи, тучи и море - казалось Костии странно красивым и грустным, как-будто было началом чудесной сказки. Сейчас Молчание длилось слишком долго, слишком долго, прежде чем Джон заговорил. Время шло, а он все говорил, рассказывал мне о моем очередном неверном решении. Он рассказал про тот день и о том, как все изменилось, рассказал, что после этого Беллами несколько месяцев жил в той хижине в лесу, сказал, что они с моим капитаном старые друзья и, каждый раз бывая вместе в Полисе, пьют с самого утра до ночи, пока тот самый бармен не прогоняет их взашей. Сказал, что если я хочу хоть как-то оправдаться, мне лучше идти за ним прямо сейчас. Поэтому, пробираясь сквозь снег, я снова стояла у него на пороге и снова не знала, что сказать. Стук мне кажется слишком громким, и, когда распахивается дверь, я вижу растерянное лицо Октавии, но сказать не успеваю ни слова - Беллами хватает меня за локоть, волоча вниз по ступенькам, уводя как можно дальше от двери. -Почему ты здесь? - его потемневшие глаза смотрят холодно сквозь снежную стену, и я вижу, как ходят желваки на его лице. - Почему ты снова здесь!? -Беллами... - но что я могу сказать? Я не знаю, что я еще могу сказать. -Скажи мне, что он солгал! - его лицо так близко, он зол, и я не знаю, стоит ли мне лгать и в этот раз. - Скажи, что Ясон не передал тебе моего имени! Скажи мне, что ты не слышала его в тот день! Он смотрит пристально и цепко, держа меня за ворот обеими руками. Снег слепит глаза, наши волосы тут же намокают, становится снова холодно. Я бы хотела сказать "нет" - он бы хотел, чтобы я сказала "нет", но в этот раз я должна сказать правду. -Он назвал мне его. Беллами ничего не говорит, только отходит в сторону и садится прямо на мерзлую землю, покрытую толстым слоем снежинок. Я аккуратно подхожу и сажусь рядом, склоняя голову на его плечо. - В тот день я думала о причинах, думала, зачем Ясон назвал мне твое имя. Но все ровно не знала, как быть, и нужно ли сказать ему. Я боялась, что это все изменит. Беллами встает и, немного пошатываясь, пятится спиной в сторону дома. Я поднимаюсь и, заглянув ему в глаза, понимаю, что в этот раз горстка старых писем не поможет. Стеклянный взгляд его говорит о многом - прежде он так никогда не смотрел на меня. Его губы кривит улыбка, и, уходя, он говорит : "Когда не знаешь, что выбрать, Кларк, выбираешь самое дорогое. Я всегда выбирал тебя".