"И они это пишут?!"

      Две девицы под окном, читали поздно вечерком...       Точнее, два мужика и не под окном, но смысл почти такой же.       — Смотри-ка! Я что-то интересненькое нашел!       — И что же там такого удивительного, что ты даже решил спуститься из своих барских хором к нам, простым смертным холопам?       — Прости, Антон, но я вообще не понял, что ты сейчас сказал!       Мартен с улыбкой а-ля «все зубы на месте» быстро шел к сидевшему на диване и спокойно читавшему книгу Шипулину. На седьмом этаже, где разместили всю российскую сборную, почти в самом центре был небольшой холл. Очень удобный, с тремя мягкими, обитыми велюром креслами и диваном. В центре стоял небольшой деревянный столик, и даже был свой телевизор, правда, плохо работающий. Здесь было тихо и уютно, поэтому почти все свободное время Антон проводил здесь либо за чтением книги, либо за просмотром какой-нибудь ерунды на непонятном языке. Зато никто не донимал бесконечным нытьем, никто не давил на психику своими подтруниваниями о его физической форме и тому подобное.       Конечно, жить в одном номере с Женькой было неплохо — он меньше остальных обсуждал гонки и их итоги, но сегодня что-то перемкнуло у парня (видимо, сказалась индивидуалка, в которой он намазал, как черт, и занял Бог-знает-какое-место) и он шарился по всему номеру, что-то постоянно бормоча себе под нос. Судя по всему, матерился не хуже сапожника, и каждый, проходящий мимо, мог запросто обогатить свой словарный запас.       Только Антон расслабился, вытянул ноги, поднес книгу к глазам — вуаля! — появляется этот несносный француз и что-то начинает ему активно рассказывать! Точнее, пытается показать! Быстро пододвинув соседнее кресло к Шипулину, Фуркад устроился на самом краешке сиденья, чтобы быть поближе к россиянину и показать то, что его так растревожило.       — Смотри! — он быстро сунул под нос Шипулину свой ноутбук, на котором ярко горел экран с какими-то непонятными закорючками.       — Да отодвинь ты его подальше! — возмутился Антон. — Я ж ничего не вижу, кроме твоего довольного фейса!       — Прости, — Мартен устроил ноут на коленях у Шипулина и принялся тыкать в кнопки, — смотри! Это какой-то ваш русский сайт! Там куча рассказов про меня, про тебя и даже про других ребят!       —И что за рассказы? — стало интересно, что же такого откопал француз.       Наклонившись к экрану, Антон разочарованно вздохнул — все не по-русски, и даже не по-английски. Жаль, что никаких языков в детстве он не учил, а то сейчас мог бы блеснуть своими богатыми познаниями в этой области. Вот только не случилось. Худо-бедно, но хоть на английском может разговаривать, да читать иногда.       — Слушай, Мартен, — он перевел раздраженный взгляд на своего собеседника, — я ни черта не понимаю! Это же на французском!       — Ой, прости! — снова засуетился Фуркад, и сделав несколько нажатий на клавиатуре, он перевел язык на более доступный для Антона. — Вот! Смотри!       Шипулин посмотрел на название сайта:       — Фикбук. А что это за сайт такой?       — Я так понял, что здесь пишут разные истории про разных персонажей, реальных людей и выдуманных. Короче, обо всех! — со знанием дела ответил Мартен. — Тут есть категории — вот, смотри — биатлон! Я, правда, не успел толком там посмотреть, все хотел с кем-нибудь обсудить! И ты как раз вовремя подвернулся под руку... или под ногу... короче, неважно! Давай, жми.       Антон сделал так, как ему сказал француз, и на экране появился список из разных работ. По названиям не особо было понятно, что и о чем, но вот когда взгляд метнулся к описаниям, Шипулин чуть не подавился собственной слюной.       — Городские ёжики! — возмутился мужчина, перечитывая раз за разом содержание какого-то фанфика.       — Что? Что там? — Фуркад нетерпеливо поднялся и встал за спиной россиянина, заглядывая в ноут и пытаясь понять, о чем друг говорит.       — Смотри, — ткнул пальцем в один из рассказов Антон. На его лице расплывалась довольная улыбка. — Похоже, что эти люди прорицатели, не находишь?       — Дарья Домрачева и Уле... Опа! Чтоб я так жил! Как они узнали? — заорал француз на ухо Шипулину, который от неожиданности чуть ноутбук не уронил, успев подхватить его почти у самого пола.       — Твою мать! Мартен! Не смей так делать больше никогда! — заорал в ответ Антон и уселся поудобнее на диване. — Чуть не поседел из-за тебя, — забормотал мужчина, возвращаясь к фику. — Подожди-ка, что тут у нас?       — О! О! О! — остервенело тыкал в экран пальцем Фуркад. — Да у них несчастная любовь! — воскликнул он, весело смеясь. — И с кем? С тобой в одном флаконе! Ну-ка, почитаем... «Антон смотрел на то, как его любимая уходила с этим ужасным норвежцем, и был готов броситься следом, но понимал, что момент упущен!»       — Ахахаха! —заржал в голос француз. — Бедный ты мой! Дашка тебя бросила ради Уле? Да как она посмела?!       — Очень смешно! — проворчал Антон, который, однако, тоже улыбался. — Но подожди, тут еще дальше что-то есть, — он на несколько секунд замолчал, быстро шаря взглядом по строчкам. — Вот!        «И все-таки она поняла, что ее сердце принадлежит российскому биатлонисту. Антон — единственный, кто был ей нужен!»       — Ясно? — с гордым видом выпрямился Шипулин и свысока посмотрел на друга. — Какой я мачо!       — Ага, прям круче некуда! — кивнул француз. — А там не написано, что с Уле приключилось? Живой он? Сердце-то разбито!       — Нормально все, — подтвердил россиянин, опять возвращаясь к тексту. — Ох ты ж! Он там плачет!       — Я и не знал, что наш великий и ужасный может плакать! — улыбнулся Мартен. — Ладно, давай дальше, — он кашлянул, — что там еще за события разворачиваются за нашей спиной?       — Судя по всему — чистейшая правда, учитывая, что один раз они уже попали в точку! Я имею в виду, — уточнил Шипулин, многозначительно посмотрев на своего друга, — про пару Дашу с Бьорндаленом.       — Я тоже про них, — невинно захлопал глазками Фуркад, — а ты о чем-то еще?       — Нет! — быстро отвернулся Антон и промотал страницу чуть ниже.       Теперь там были любовные интриги братьев Бё и Свендсена. Это особенно развеселило француза, ибо он прекрасно знал, что эти ребята — самые натуралистые натуралы. И читать о том, как из них делают гомиков, было развлечением в духе Мартена.       — Ой, ты смотри, смотри! — указывал он на эпичную концовку фанфика. — Да наши парни просто молодцы! Такой путь прошли, что им и не позавидуешь!       — Действительно, — кивнул Антон, — бедный Эмиль, а ведь он даже и не знает, что с ним делают фанаты! «... Эмиль покачал головой и присел на кровать, причем так близко к младшему Бё, что тот заметно покраснел...»       — Видимо, мы о чем-то не знаем, — подмигнул ему Мартен и захохотал в голос. — Боже! — сделал вид, что вспомнил о чем-то очень важном. — Да он же и рядом со мной садился! Надо быть поаккуратнее, а то, ненароком, и я могу покраснеть!       — Тайна, которую раскрыли пронырливые знатоки биатлона! — поддержал шутку Шипулин, веселясь над сюжетом незамысловатого рассказа. — Зато теперь мы знаем правду, и нам есть, чем шантажировать наших друзей!       — Точно! — воскликнул Фуркад. — Я с них теперь пиво буду тянуть! И этого мало, чтобы купить мое молчание! Особенно за эту фразу, вот, смотри, — и Мартен указал пальцем на монитор.        «... Этот поцелуй Свендсен запомнил надолго. Особенно мягкие, нежные, такие до пошлости пухлые губы Тарьея...»       — О мои глаза! — воскликнул Антон, хохоча, как ненормальный. — Я не выдержу больше такого!       — Так, ладно, с норвежцами все ясно... — он просмотрел следующий фанфик и прыснул со смеху, когда прочитал, что там уже про самого Мартена и...       — Что?! Свендсен?! — вытаращился на экран француз, чуть не падая с подлокотника, на котором сейчас сидел. — Да как? Как они могли меня — с ним?!       — А что? — хитро прищурился Антон. — Видимо, мы о чем-то не знаем? — процитировал он его же слова, за что получил тычок под ребра.       — Давай дальше! — Мартен хотел было перехватить мышку у россиянина, но тот со смехом отодвинулся подальше и продолжил чтение.       — Нет уж! Я должен почитать дальше! А то мало ли... Интересно, чего еще я о тебе не знаю? — ехидно произнес Шипулин.       — Да это же...        «Мартен глубоко вздохнул и посмотрел в глаза Эмилю...» — принялся зачитывать отрывок из рассказа Антон, при этом делая такое выражение лица, словно роман Шелдона читал. — «... Я люблю тебя, Свендсен! И хочу знать, что и ты тоже любишь меня!»       Фуркад аж поперхнулся, а лицо сделалось пунцовым. Еще немного, и он точно заработает инфаркт, причем вместе с расстройством желудка и нервным потрясением. Шипулин уже вовсю веселился, наблюдая за реакцией друга, но останавливаться не хотел.       — Подожди, здесь дальше есть вообще интересный момент, описывающий, как вы с ним...       — Заткнись, иначе ударю! — угрожающе прорычал француз, глядя на него исподлобья.       — А что такого-то? — наивно состроил глазки Антон, не переставая улыбаться. — Теперь я знаю, чем шантажировать тебя! — хлопнул в ладоши мужчина и получил подзатыльник от Мартена. — Хей! А я здесь при чем? За что меня-то бить?       — Чтобы не издевался, — нравоучительным тоном ответил Фуркад.       — Ладно, — решил отомстить россиянин и отыскал в тексте именно тот момент, который, по его мнению, должен был окончательно добить француза. — О! Смотри-ка!       — Что? — и все равно любопытство взяло верх, и тот вопросительно посмотрел через плечо на экран. — Что там? — «... Мартен страстно обнял Эмиля и, наклонившись, впился в его губы своими, сминая их, просовывая язык...»       — Опааа! Остановись! — закричал Фуркад, хватаясь за голову и сползая на пол. — Я сейчас умру! Мое сердце не выдержит такого наплыва информации! Кровь из ушей пошла уже? А? Пошла? Есть? — он запрыгал вокруг друга, непрестанно тыча в голову рукой. — Я могу истечь кровью и умереть!       — Не льсти себе, человек-попрыгунчик! — хмыкнул биатлонист. — А знаешь, — с подозрением покосился на него Антон, — мне как-то не по себе сидеть тут рядом с тобой. Честно!       — Ты с ума сошел?! — возмутился Мартен. — Ну да, было дело, я прикалывался с Эмилем. Мы еще всегда шутили по этому поводу, когда кто-то пытался назвать нас геями, но это... это уже чересчур!       — Подожди, там дальше еще есть! — издевательски протянул Шипулин и закрыл этот фанфик. — Вот, смотри... Содержание, вроде, «когда Мартен в желтой майке — Эмиль хочет снять ее. Причем, в прямом смысле — снять!»       — Нееет, — застонал француз, изображая, как делает себе харакири. — Ты убиваешь меня, Антон! Убиваешь!       Пролистнув вниз страничку, Шипулин нашел еще кое-что интересное, о чем незамедлительно сообщил другу. Вопреки ожиданиям последнего, фанф был не о нем, а о другой, не менее известной парочке.       — Даша и Кайса? — округлил глаза француз, переводя взгляд с монитора на Антона и обратно. — А вот это уже интересно! Что там? Есть постельные сцены? Подробное описание?       — Ах ты, маленький извращенец! — погрозил ему пальцем Шипулин, но послушно открыл страницу этого рассказа и принялся смотреть на текст.       — А почему это я маленький? — обиделся Мартен.       — Я знал, что по поводу извращенца вопросов не возникнет, — усмехнулся мужчина. — Вот! Нашел!       — Что? — встрепенулся Фуркад, вставая на колени и глядя на экран. — Где? Они там что делают?       — Да нет же! — отмахнулся от него, как от назойливой мухи, Антон. — Тут нет ничего такого, но само описание... просто нечто! Слушай:       «... они каждый раз дразнили друг друга, посылая взглядами сигналы, понятные только им двоим...»       — Ого! — присвистнул Фуркад. — Так вот, значит, о чем они постоянно перемигиваются?        «... Кайса очень хотела остаться вместе с Дашей, но утром у нее была тренировка и кофе в постель отменялся...»       — Твою ж мать! — восхитился Антон.       — Что? Там подробное описание? — потекла слюна с французских губ.       — Закатай обратно и вытри платком! — презрительно фыркнул Антон. — Здесь ничего такого нет. Ну вот, сам же и расстроился! Все ты виноват!       — Не ты один сейчас обломался, — с самым разнесчастным видом простонал Мартен.       — Да уж, забавный ресурс! — кивнул Шипулин, опять возвращаясь в список всех работ. Пролистав несколько фанфов, он увидел и свою фамилию, вот только в несколько иной категории, чем хотелось бы. И уж точно она не шла ни в какое сравнение с тем рассказом про треугольник между ним, Дашей и норвежцем.       — Э? Что? Как? — челюсть плавно поехала вниз, а за ней и родная крыша, которая просто не смогла держаться на месте от увиденного.       — И что на этот раз ты нашел? — и только Мартен хотел посмотреть на то, что поразило его друга, как Шипулин резко захлопнул крышку ноутбука.       — Ничего там нет! — у Шипулина нервно дернулся глаз, за ним второй, а был бы третий — и его постигла бы та же участь. — Глупый ресурс! Не будем больше его смотреть!       — Нет уж! — возмутился Фуркад, отбирая у мужчины свой ноут и присаживаясь в кресло напротив. — Я хочу узнать, что же тебя так напугало!       — Меня? Ничего! Не смотри! — попытался отговорить его Антон, у которого от удивления и ужаса даже голос сел. — Тебе это не понравится. Ох, как не понравится! — забормотал спортсмен, хватаясь за голову.       — Так-с... и что же здесь такого... — он открыл крышку, и сразу же вылезла та самая страничка, которую просматривал Шипулин. Взгляд сфокусировался на названии, потом на пейринге. — Чееегооо? — ошарашенно протянул Мартен, читая содержание. — Да они там что — с ума сошли все?! Я и ты?! Да как такое в голову этим извращенцам пришло?!       — И я о том же, — с самым разнесчастным видом произнес Антон. Теперь уже он подошел к французу и присел рядом, на подлокотник кресла. — Закрой и больше никогда не смотри! Забудь об этом ужасном месте!       — Мои глаза! — простонал Фуркад. — Принеси миксер!       — Лучше не читай! — благоразумно предупредил его россиянин. — Но я могу помочь тебе выцарапать их ложкой!       — Фу! Какой ты жестокий и кровожадный. Подожди... что тут у нас?       Оба мужчины наклонились и стали вчитываться в строчки рассказа, главными героями которого были они. Синхронно нахмурившись, они с открытыми ртами смотрели на то, кого из них сделали фанаты.       — «... — Хо­чешь до­каза­тель­ств? — про­шеп­тал Фур­кад и, не до­жида­ясь от­ве­та, жад­но впил­ся в его гу­бы...»       — Фу, ты! — плюнул Шипулин, только представив себе такую картину. — Меня сейчас стошнит!       — «...Ан­то­ну дей­стви­тель­но пон­ра­вилось. Он до сих пор ощу­щал теп­ло на сво­их гу­бах...»       — Чего?! — больше Антон не мог молчать. — Да хватит тебе читать эту ерунду! Закрой!       — Ага, сейчас — неси стакан! — хмыкнул Мартен, загадочно косясь на своего друга. Тот, до этого активно вышагивавший перед сидящим спортсменом, аж застыл:       — Что ты на меня так смотришь?       — А я, оказывается, о тебе много чего не знал! — довольно протянул Фуркад, звонко рассмеявшись. — Любишь поцелуйчики мужские?       — Ты идиот? — ласково заметил Шипулин, сладко улыбаясь. — Если еще не понял, то и ты там присутствуешь! Причем, именно ты — тот самый!       Смех Фуркада затих, а лицо вытянулось.       — Действительно, как-то не подумал, — обреченно произнес мужчина.       — Мне плохо! Сейчас в обморок упаду! Держи меня, Мартен, а то разобью себе что-нибудь!       И Антон просто плюхнулся обратно в кресло, чуть не раздавив при этом француза. Тот возмущенно обматерил его на французском.       — Красиво, — восхитился Шипулин. — Надо будет запомнить и так же посылать всех, кто не нравится.       — Ладно, авторы этой ерунды, но ты посмотри сколько же читателей! — поразился Мартен. — Неужели им все это нравится? Читать про то, как мужики друг с другом...       — Тьфу! Не продолжай! — махнул рукой Антон, перекрестившись. — Мне бы теперь в страшном сне не приснилась эта сцена! — и он передернул плечами.       — А что такого? — снова вернул свое веселое настроение Фуркад, захлопывая ноут и поднимаясь. — Неужели не хочешь меня поцеловать? — и он вытянул губы трубочкой, словно приготовившись для поцелуя.       — Да ну тебя! И твои шутки туда же! Мартен рассмеялся, а через секунду и Антон не выдержал, сгибаясь от смеха.       — Ну и выдумщики! — веселился Фуркад.       — И не говори! Надо же нас с тобой в геи заделать? — вытирал слезы с глаз Шипулин.       — Ага! Извращенцы! — поддакнул француз. — Но фантазия богатая!       — Согласен, но читать это больше не буду!       — Поддерживаю, — кивнул Мартен. — Ладно. Я пойду к себе. Хочу еще поиздеваться над Жаном, я там и про него кое-что отрыл.       — Ах ты какой злобный! Издеваешься над своими друзьями?       — Не без этого!       И, подмигнув Шипулину, француз скрылся в конце коридора. Представив выражения лиц товарищей Мартена, Антон улыбнулся и вернулся в кресло.       — Какие все-таки странные эти фанаты! — произнес вслух мужчина. — И зачем выдумывать такое? - но, опустив книгу, которую хотел уже начать читать, задумчиво прошептал: - Поцеловать Мартена? Хм... Интересно.