Поспорить с судьбой

В забитой под завязку аудитории было неимоверно душно. Шепотки шиноби напоминали змеиное шипения, напряженная, ядовитая атмосфера подавляла и заставляла бояться и терять веру в себя. Отравляла и доводила некоторых новичков до изнеможения. Под грозными взглядами матерых шиноби, от стойкого запаха пота и крови, от страха, внушаемого некоторыми убийцами, многим новичкам становилось столь плохо, что они не могли даже пошевелиться, объятые ужасом и осознанием того, куда они попали. И кем были намерены стать. Теперь же в зале стояла гробовая тишина, а взгляды абсолютно всех шиноби были прикованы к вошедшим. Кто смотрел с ничем неприкрытым презрением, кто с интересом, а некоторые, как на сытный обед для призванных зверей, или же для самых отвратительных представителей мира шиноби, для них самих. Кто-то, с отвращением фыркнув, отворачивался, не принимая вошедших всерьез. Сопляки и есть сопляки. Даже если они из знатных кланов. Наруто и Саске такие взгляды были ни почем. Это были такие пустяки, которые даже замечать не стоило после Акацки, Мадары, Кагуи и прочих. Ребята вели себя еще более нагло, чем сами вышеупомянутые матерые шиноби. Наруто с вызовом оглядывал присутствующих, выискивая среди них Гаару, который сидел на самом последнем ряду у окна в самом углу кабинета, чтобы лучше было видно весь кабинет и все присутствующих в нем людей. Заулыбавшись, Наруто проследовал туда вместе с Саске и ежившейся под взглядами убийц Сакуре. Последняя к такому явно не привыкла. Все же одно дело видеть это в гендзюцу, а другое испытать на своей собственной шкуре, ощущая кожей их злые, холодные, прожигающие взгляды, пропитанные презрением, ненавистью или же похотью. Сакура была рада, что свой приют в этом месте песчаники нашли именно в углу комнаты. Девушке инстинктивно хотелось спрятаться от них всех. Она брела в сторону товарищей, словно пришибленная чем-то тяжелым, обхватив трясущимися руками плечи, сгорбившаяся и очень нервная. Она то и дело бросала настороженные, то испуганные взгляды на окружающих, пытаясь рассмотреть всех и искренне надеясь на то, что это отвратительное и скользкое состояние временное. К этому можно было привыкнуть. - Так-так-та-а-ак! - раздался насмешливых голос, и к ребятам из толпы народу пробрался Инузука Киба со своим извечным звериным оскалом и не менее насмешливым взглядом. Юноша, кажется, никогда не упускал возможности поддеть Наруто и пользовался каждым удобным случаем. Обилие народу его кажется ничуть не пугало и не смущало. А даже наоборот, придавало уверенности. - Вы только посмотрите! Стал якшаться с подонками-песчанниками? Серьезно? Что, народ из деревни послал, а эти нет? Или же думаешь, что они тебя, если что, спасут? Заранее готовишься проиграть и теперь ищешь сильных союзников. Все с тобой понятно. Я и не удивлен! С удовольствием перегрызу твоим защитничкам глотку, чертов сопливый предатель, а потом полюбуюсь, как ты драпаешь в закат! Ты же знаешь, я люблю хорошо поохотиться! Обожаю загонять добычу... - Слишком много треплешься, Инузука, - прервал тираду Кибы Хисаги Акира, третий член команды Нохары Рин. Юноша поморщился и нервно потеребил небольшую серебряную серьгу в ухе. - Ты же знаешь, меня раздражают такие речи. И такие как ты. - Хах! Еще один выискался... -переключил свое внимание «главный задира на районе» на мрачного юношу, одетого во все черное. Сам по себе он тоже казался мрачным и слегка отталкивающим. Темные волосы были зачесаны назад и собраны в короткий хвост на затылке, взгляд антрацитовых глаз был серьезным и очень холодным. И лишь скривившиеся в отвращении к этому действу губы, разрушали неприступный образ ледяного спокойствия. Акира был мрачный. И даже серебряная серьга — единственный в его образе светлый предмет, казался особенно холодным, будто бы осколок льда, идеально передававшему ощущения, которые этот юноша, подобный лютой зимней стуже, вызывал. - Действительно, Киба, хватит! - вскочила со своего места Сакура, чувствуя, что еще чуть-чуть и она самолично вмажет Инузуке. - Что, Намиказе? Теперь тебя и девчонки защищают? А сам-то что? Сказать нечего? - рассмеялся собачник, заставляя Наруто до боли сжать кулаки. Он не хотел привлекать к себе внимание, но Киба делает именно это. Принуждает его к действиям. А это лишнее. Скоро должен был появиться Кабуто, и Наруто с компанией хотели за ним наблюдать. Тихо, не давая предателю лишней информации о себе. - Задрал уже, Инузка! - зарычала Наруко. - Тебе сказали заткнуться! Или тебе язык вырвать? Знаешь же, что я могу! Ишь смелый какой нашелся! Мало тебе мой брат по щам надавал в последний раз? Еще хочешь? Ты либо ненормальный, либо имбецил, либо мазохист! Не знаю даже, что лучше для тебя! Или может ты хочешь, чтобы именно я тебе вмазала, а? Терпение мое не железное! Это уже ни разу не круто! Ты всех этим только бесишь! - Ты... - подавился своим возмущением Киба, слушая в полной тишине, четкие приближающиеся шаги и хлопки в ладоши. - Ну, ребята. Мы так хорошо сидели. Нет нужды ссориться, - подошедшим оказался никто иной как Кабуто. С легкой, располагающей к себе улыбкой, он обвел взглядом всех участников этого происшествия, мигом он приковал взгляды всех новеньких, полностью завладев ситуацией. - А ты еще кто такой, черт тебя дери! - рыкнул изрядно действующий всем на нервы Киба. - Инузука. Просто. Прекрати. Ты заставляешь за тебя краснеть членов своей команды. - произнес Акира, чеканя каждое слово, и кивнул в сторону вечно молчаливого Шино, и запуганную Хинату, обхватившую себя руками. Было заметно, как девчушка бледна, как она нервно кусает губы и дрожит. И вот за это уже Наруто хотелось наплевать на скрытность. Подойти и треснуть что есть сил по наглой роже Инузуки, который в этом мире был еще наглее, чем в другом. - Действительно. Громко лают лишь слабые шавки. - улыбнулся Кабуто. - Но ты же не такой. Мое имя Кабуто. Я такой же генин Листа, как и вы. С той лишь разницей, что сдаю я этот экзамен уже в четвертый раз... Он рассказывал тихо, так, чтобы слышали лишь заинтересованные в его словах, те, кто стоял рядом с ним. Его голос мягкий, бархатистый, приятный, сразу вызывал доверие, как и его добрый покровительственный взгляд и улыбка, играющая на тонких губах. Он рассказывал очень интересно и интригующе. Его не возможно было не слушать, ведь он так ловко располагал к себе людей. Все новички Листа окружили его со всех сторон, глядя на яркие изображения на его картах. И лишь трое не подошли к нему. Они сидели тише некуда, глядели на него из своего угла, внимательно наблюдали, будто бы изучали. И это не укрылось от Кабуто, в котором взыграл легкий интерес к этой троицей, которая тихо переговаривалась с шиноби Песка. Обычно всем новичкам было интересно слушать рассказы посвященного в детали экзамена генина. Но не им. Может ли быть это потому что их уже просветили? Кто знает. Про этих ребят у Кабуто было не столь много информации. А та, что была, казалась совсем уж скучной. Дети, как дети. Ничего примечательного, за исключением Учихи и связей с очень уж интересными и опасными шиноби из Суны. Хотя настораживали странные слухи, что ходили по округе насчет этой троицы. Но они настолько безумны, и так не вязались с той проверенной информацией, имеющейся у Кабуто, что предатель не мог верить этим сплетням. Но это не значит, что он о них забудет. И не проверит. Но не только этим троим Кабуто казался скользким, слишком приторным, и подозрительным. Наруко стояла дальше остальной толпы генинов и внимательно слушала, прислонившись к стенке и сложив руки на груди. И что-то в его речах, голосе, поведении и манере речи ее настораживало. И даже пугало. И судя по всему не только ее. Она заметила, как хмурился вечно спокойный Акира, стоящий поодаль. Как обращал настороженный взор на Наруко, намекая на то, что тут не все так просто. Он слишком серьезен и напряжен. И точно чувствовал то же, что и она. Девушка никак не могла понять от чего же у нее волосы на голове встают дыбом. Возможно ли от прожигающих взглядов других шиноби? Или из-за витающей в воздухе неконтролируемой жажды убийства? Как знать. Но руки предательски дрожали от предвкушения чего-то нехорошего. И становилось страшно. Даже жутко. Страх, склизкой пиявкой ползал у нее по спине, заставляя слегка дрожать и ежиться. Этого благо не заметил никто. Но не сокомандники, которым нескрываемая тревога девушки передалась. Акира изучал лица шиноби, пытаясь запомнить каждого, надеясь найти кого-то подозрительного, но...не выходило. Подозрительными и пугающими были почти все. Ханами положил руку на плечо Намиказе и пытался молча ее поддержать. Без лишних слов. Наруко не любила надоедающую болтовню и глупые речи о взаимопонимании, разделении чужой боли, тревоги, проблем и прочего. Лучше уж такая немая поддержка. Успокаивающий взгляд синих глаз. Прочь склизкое чувство, тревожащее душу, прочь его! Девушка встряхнула красными волосами. Надо взять себя в руки. - Глядите. Смотрит на нас, змей поганый. - прошептал Наруто, стараясь не смотреть в глаза Кабуто. - Еще бы не смотрел. -фыркнул Саске. - Ему небось интересно, с чего бы не интересуемся экзаменом и сидим рядом с песчаниками. - Ну их, эти его интересы! Что бы мы сейчас не сделали, его все будет интересовать! - И что же мы будем делать? - наклонилась ближе Темари. И вопрос ее тяжело завис в воздухе, заставляя путешественников между мирами смотреть куда угодно, только на нее. - Вы что же, еще не придумали?! - В Лесу Смерти мы ничего не сможем поделать с ним...Наверное...-покачала головой Сакура. - Пф. Почему бы его просто не убить, а? - заинтересовался Канкуро. - Мы же можем. - Нууу... Он же сыграл не малую роль в Войне. Саске спас, все дела.- протянул Узумаки. - Ага. И то, только после того, как ему Итачи через Изанами мозг вправил. Нам не подходит этот способ. - фыркнул Учиха. - Ну тогда придется мне в этот раз быть осторожнее. Соглашусь, что его нужно убрать. - кивнул Узумаки, обходя слово "убить". - Молчите. - вдруг неожиданно проговорил Гаара. - Зря вы затеяли этот разговор сейчас. - Ну, Гаара! Если не сейчас, то когда?- обиженно протянул Наруто. - Он прав. Ты выбрал самое неподходящее время. - согласился Саске. - К тому же тут слишком много ушей. - кивнула Сакура. - Именно. Те же шиноби звука, что сидят в центре кабинета у окна. Один из них мог нас услышать. Это было глупо. - прошептал Гаара, выискав взглядом сидящую в центре кабинета троицу из деревни Звука. - Мы... не подумали... - пробормотал Наруто. - Говори за себя, - прошипел Учиха. - Лично ты никогда не думаешь, Наруто! - фыркнула Сакура. - Больше не поднимаем эту тему. Пока все не нначнется. - И не придется. Экзамен начинается, - произнес джинчурики Однохвостого, и в этот же миг появился Морино Ибики. «Это лютый кошмаааар!-страдальчески взвыл в подсознании Наруто, и рухнул на стол, смяв бумаги. - Мне обязательно это решать? Я же могу просто дождаться десятого вопроса!» «Обязательно, - устало пояснил Курама. - Наруто из этого Мира хоть и был соплей и слабаком, но любил книжки читать. Затворник, тряпка, однако книжный червь, и книги были его единственными друзьями. Такой как он точно бы что-то, да написал бы на экзаменационном листе! Если был бы допущен, конечно. Хоть что-то должно сходиться.» В ответ Кураме был лишь еще один страдальческий вой. Даже сидевшая рядом Хината, которая глядела на Узумаки с сочувствием, поежилась. Экзамен начался пятнадцать минут минут назад. И большую часть этого времени Наруто сидел, откинувшись назад, и решив отдать себя во власть полного расслабления, с осознанием того, что все решит десятый вопрос. И тут вылез Курама, со своим «а что если?» и «тебе надо хоть что-то написать!». Наруто сначала подумал, что все это пустяк. Он опытный шиноби, со всем справится. Никогда в жизни Наруто никогда не ошибался. Глядя в экзаменационный лист, он то синел, то бледнел, то вообще зеленел. Руки нещадно тряслись, ладони вспотели от волнения и страха. Охватившая его паника была столь сильной, что от ужаса у джинчурики даже зуб на зуб перестал попадать, ровно как и в первую сдачу экзамена. Наруто на какое-то время даже забыл, кто он, что из себя представляет, и что вообще это все уже было и благополучно пройдено один раз. Все это с радостью напомнил Курама, у которого уже в привычку вошло вправлять нерадивому джинчурики мозг. «Я думал такому опытному шиноби, герою Войны, такие задачки будут по плечу! Мда... Я должен был догадаться, что такой тормоз как ты, их никогда не решит!» -фыркнул лис. «Ничего ты не понимаешь, Курамааааа, - вновь взвыл джинчурики. - Я специализируюсь только на практике! Бросить кунай или сюрикен точно в цель? Пожалуйста! Супер технику использовать? И это без проблем! Да что угодно без проблем! Даже Войну выиграть, Мадару уделать, злодею мозги вправить и Кагую запечатать, пожалуйста! Но только не это... Я никогда не понимал этих тупых задач!» «О, да. Решение задач это тебе не процесс онарутенивания злодеев, - заржал Курама. - И если ты не можешь решить задачи, то это не значит, что они тупые. Скорее тот, кто их не может решить. Не так ли?» «Онару... че?» «Забей.» «Ну ты сам посмотри, Курама! Это самый лютейший, кошмарнейшиий из всех возможных кошмаров, объятых мраком! Такое придумал настоящий садист и злодей!» - Наруто указал в задачу, где нужно было рассчитать скорость полета сюрикена и его траекторию. - Я то знаю, что сюрикен попадет в цель, ровно тогда, когда я успею сзади долбануть рассенганом! Потому что я не пускаю сюрикены просто так! Как отвлекающий маневр. И то, такое не часто удается провернуть, ибо сюрикены отбивает большинство врагов среднего уровня! Про атаку со спины молчу. Но это я так...Как пример...» «Я понял, что как пример. И что тут сложного? Просто рассчитай за сколько ты создаешь рассенган.» «А я...не знаю...»-пробормотал Узумаки. «Ты шутишь?» «Эм...Нет. Я никогда в жизни не считал! Раньше это было важно. Но когда я стал их делать быстро, я даже не задумывался о том, за сколько я их делаю! Ибо не нужно было! А в пылу боя и подавно не думал.» «Гиблое дело...» - устало покачал головой лис. «О, о, о! Как тебе такое? Что тут?... Куча мудреных слов... Символов... Что это вообще?» «Листай дальше. Ты это не решишь. Тут законы физики, которые...» «Молчи! Слышать ничего не желаю! А вот это? Рассчитать мощность и скорость направление чакры в ступни, при ходьбе по воде...» - совсем уж с отчаяньем в голосе прошептал Наруто и снова рухнул на стол. - «Гиблое дело, ты прав. Расшифруйте текст... Никогда этим не занимался! Да ну нафиг это дерьмо! Обойдусь! Не думаю, что даже такой книжный червь, как ты выразился, решил бы такие задачи!» «Вообще то на этом экзамене проверяют способности к мухлежу. Дерзай!» Наруто еще больше растерялся. Списать? Смухлевать? Да он не знает ни одной такой техники! У него в запасе есть лишь Кьюби, который шкурой чувствовал умоляющий взгляд джинчурики. «Ладно. Так и быть. С одной задачей я тебе помогу. Чтобы уж хоть что-то было. Пользуйся моей безграничной добротой!» - устало вздохнул Курама. «Если учесть, что это была твоя идея...» «А будто мне это нужно! Тут не я палюсь каждый день!» Ноги перестали выбивать нервную чечетку, а зубы стучать. Руки больше не тряслись, а Узумаки перестал чувствовать себя сидящем на готовой вот-вот подорваться бомбе. Курама честно помог ему решить одну задачу, пытался объяснить принцип выполнения такого задания, но Наруто все равно ничего не понял. Взвыв в очередной раз насчет того, что у него уже отрубается мозг, он вдруг резко замолчал, а потом начал подозрительно хихикать, пугая сидевшую рядом Хинату. Девушка уже небось сто раз успела подумать насчет того, что ее одноклассник просто безумец. И этот тест, и влияние Ибики, расшатывавшего психику всем присутствующим, просто окончательно заставили двинуться крышу юного джинчурики. Сам же Узумаки просто почувствовал привычную свободу, которая сопровождала его в этом Мире. Даже колкие и пронизывающие холодные взгляды экзаменаторов уже не действовали на нервы. Поэтому Наруто дал волю эмоциям и вынес все это на бумаге, заставляя Кураму по началу негодовать, ведь весь смысл решения задач улетучился с порчей экзаменационного листа! Наруто начал криво-косо на них что-то вырисовывать, а Курама в очередной раз диву давался насчет бездарности своего носителя во всем, что не касалось сражений. Рисовать получалось из рук вон плохо. У любого эстета бы кровь из глаз пошла от взгляда на эти «рисунки». Но в конечно итоге дурость оказалась заразной. И, послав все к Мадаре в дали дальние, Курама стал подбадривать джинчурики колкими фразочками, странными шуточками по поводу персонажей, которых рисовал Узумаки. А изобразить он пытался Кагую, Мадару, Орочимару, да и многих других. Но некоторых Курама просто не узнавал. Где-то Узумаки подрисовывал карикатуру на Саске, где записывал странные шуточки Лиса, где-то рисовал его самого, а сам Курама искренне надеялся, что это не он. Когда же узнал, что это не так, то вознегодовал так, что казалось клетка не выдержит напора его ударов хвостами и рыков на тему криворукости своего носителя и заверения о том, что сам он нарисует в сто раз лучше, пусть только потом даст свое тело в услужении на пять минут. «А кто-то жаловался на кривой почерк...» - напомнил тогда ему Узумаки, на что лис заметно стушевался и пробормотал что-то вроде: «Это разные вещи.» Мимо проплыл песок Гаары, считывающий ответы у сидевшей рядом Хинаты, активно трущей глаза от этого самого песка. Наруто конечно не мог не заметить технику Гаары, и, конечно же, материализовавшейся глаз, который заглянул и в бланк Наруто. После этого нервно моргнул, и, Узумаки был готов поклясться, посмотрел на него с легким удивлением, ступором и негодованием, а потом рассыпался песком, и снова развеялся по кабинету. Видимо Гааре было скучно просто сидеть целый час ничего не делая, и он, видимо решил полюбопытствовать насчет того, что было в бланках у знакомых. В том, что джинчурики Однохвостого сам написал этот тест, без всякого мухлежа, Наруто не сомневался. «Хмурый, страшный, злобный Саске На Мадаре ехал в путь Но вот тут пришла беда лихая Мадара в Джуби стал тонуть...»* - неожиданно пропел Курама, заставляя джинчурики вздрогнуть от удивления. Курама. Пропел. Да еще и что-то настолько странное? «Курама! Что за дичь ты несешь?»- в ступоре пробормотал Наруто на ярый бред, что вымолвил его друг. «Да что в голову взбредет. Сам не ожидал, что скажу что-то подобное! Зарисуй!» И Наруто зарисовал. Карикатуру на Саске, гордо восседавшего на непонятном огурце с рогами, который был воткнут в округлую крокозябру с щупальцами и глазом. А под рисунком с торжественной улыбкой подписал и сам стишок. И совсем уж мелко подписал: «с другом, который несет такую дичь, не долго и с ума сойти!», чтобы поддеть Кураму. Но последний на это, к разочарованию Узумаки ничего не сказал. «Сожги потом этот позор...» - спустя пару минут тишины вымолвил лис. - «Мне аж стыдно за себя, и тот бред, что я нес. Твоя дурость заразна!» «Да что ж за лис такой дурной? Ничего дичь не заразна! И совсем я не тупой! А дичь моя опасна! Ой...» «Во! Сам признал, что опасна! Хреновый из тебя рифмоплет. Носитель мой такой дурной Ума в нем нет! Трындец какой! Уйду я от него в запой И в алкоголе от него найду покой...» - расхохотался лис. «Ты же не пьешь ничего, -скептически протянул джинчурики. - Да и из тебя тоже рифмолет никакой. Постоянно дичь городит И везде сует свой нос...» «Но это время все проходит Отбивает час «звездос». Нас до истерики тут всех доводят Готовы нам задать вопрос, - перебивает Наруто Курама, - Тьфу, блин, Наруто! Заразил ты меня этими недо-стихами, с недо-рифмами. Короче. Покажи себя на это проклятом десятом вопросе и валим уже отсюда! Эти стены сводят меня с ума, ровно как и твоя мазня на тесте!»

* * *

Когда в кабинете наконец воцарилась полная тишина, а все генины покинули помещение, Ибики наконец позволил себе пройтись по рядам и удовлетворить свое любопытство, что же написали в своих бланках те личности, которое его интересовали. В том числе и сын Хокаге, бланк которого Морино обещал показать Минато. И какого было удивление Ибики, когда он увидел размалеваный странными рисунками и стишками экзаменационный лист. Тогда мужчину этот мальчишка заинтересовал еще сильнее. А вот Минато стало боязно. Ибо в рисунках он узнал девятихвостго Лиса, а стишки о Мадаре и этом же самом лисе заставляли думать о том, что на самом деле изменения происходившие с юношей результат действий Кьюби, который почти получил контроль над телом Наруто. А может дело было итого проще. Может просто он стал наплевательски относится к истории шиноби, миру и наконец демону в самом себе? Или вообще сошел с ума. Кто знает. Как же Минато тогда хотелось ошибиться...

* * *

- Еще раз поздравляю с прохождением первого этапа! -воскликнула Кушина, держа бокал фруктового сока, сидя со всей семьей за праздничным столом. Женщина просто сияла от счастья, весь вечер смеялась чуть ли не громче самого Наруто. Даже усталый после тяжелого рабоче дня Минато улыбался, гордый за детей. И кажется именно сейчас он старался не вспоминать о своих подозрений насчет сына. Наруко сидела подозрительно тихо. В смысле, что она ни разу не пыталась как-то выделиться, или сказать что-то грубое и смелое, или задеть брата. Девушка была на удивление спокойна и весела. И той леденящей душу злости, что отражалась в глазах еще утром, уже не было. - Я горжусь вами, - улыбнулся Минато, рассматривая своих детей. Чуть смущенную Наруко и улыбающегося во все тридцать два зуба Наруто. - Сложно было? - Пустяки отец! - хором воскликнули оба ребенка. - Я сначала испугалась, что не смогу точно ответить ни на один вопрос. - продолжила Наруко. - Но хорошо, что проверяли не знания! А умения списывать. - И как же ты выкрутилась? - спросила заинтересованная Кушина. - Я не использовала никакие техники. Рядом со мной сидела Яманако Ино. И когда она использовала дзюцу переноса разума и валилась на парту, мне удавалось подсмотреть ее ответы. Так что мне повезло. А десятый вопрос вообще полная ерунда, - пожала плечами девушка. - А тебе, Наруто? - А мне это!...- бодро начал Узумаки, но на полу слове оборвался, поняв, что сказать то ему и нечего. Курама то был прав, Наруто этого Мира был умным малым. И что же тогда сказать в этой ситуации? - Мне...Я...Сам решал... Ответом на это было очень громкий не то вздох, не то рык от Курамы, который в который раз за день сидел в подсознании с лапой на морде. - Я в тебе не сомневалась, Наруто! Какой молодец! - расплылась в улыбке счастливая Кушина. - Ага, - прервал ее Минато, скептически глядевший на сына. - Видел я твое решение. А ты у нас оказывается еще и поэт! - Серьезно? - удивилась Кушина. - Не замечала за тобой таких талантов! Прочитай свои стихи! Только вот зачем ты их писал на экзаменационном листе? - Ой... - только и вымолвил Узумаки, мысленно лупя себя по голове кулаком, карая свою извечную тупость. А курамовское «я же говорил», он старался не слышать. - Лучше не надо... - А я могу показать, - коварно улыбнулся Минато. - Не надо! - воскликнул Наруто, подскакивая на месте. - Я просто... ну... Скучно было! - Скучно? - ошарашенно прошептала Наруко. - В таком месте? Скучно? Ты разве не должен был с ума сходить от нервов? Там же такая атмосфера была... - А ты разве сходила? - не остался в долгу джинчурики. - Я? Пф! Нет конечно! - гордо вскинула голову девушка. - Ну вот и я нет! - попытался повторить ее жест Узумаки. - Кажется они стали ладить, - шепнула на ухо мужу Кушина, мельком утирая выступившие слезы счастья. - Они так подросли! Ты гордишься ими, Минато? Молчание Хокаге длилось долго. И все это время он не сводил взгляда с ругающихся, в уже дружеской перепалке, детей. Из Наруко куда-то исчезло отвращение и злость. Она огрызалась больше веселясь. И именно такое поведение больше походило на общение брата и сестры. Особенно, если они соревнуются друг с другом. Минато смотрел долго и не мог скрыть улыбки. Да, он гордился ими. Он всю жизнь хотел мира в семье. Уважения. И никаких ссор. Всю жизнь мечтал иметь такого сына. И Минато не мог простить себе то, что когда его желание наконец исполнилось, он начинает сомневаться в Наруто. Разве это справедливо по отношению к нему? - Горжусь, Кушина. Горжусь, - наконец прошептал Хокаге и позволил себе улыбнуться, обещая себе, что будет относиться к Наруто лучше. Без подозрений. Но что-то все равно тревожило его, терзало душу и держало сердце в тисках. И он никак не мог понять, что и почему. Все чаще приходила в голову мысль, что таких чудес не бывает. И все не просто так.