Стишок про дрессированного медведя

ВАРНИНГИ: 1. Мишенька НЕ гений, просто он не болеет синдромом Дауна и является полноценной личностью, характер изменен СОВСЕМ СЛЕГКА. .з 2. Стихи автора. Автор пишет чудовищные стихи, и они тут будут (не воровать же чужие произведения ради своего). Их можете не читать, если не нравится. Они тут просто чтобы все было законченным и слаженным.

Они могли считать его глупым сколько угодно.

Придираться к его любви к оружию, смеяться над неуклюжестью тяжелой походки. Могли считать его забавным и недостаточно сообразительным, чтобы понять, как презирают его сокомандники. Гигант с чудовищным оружием наперевес, что оглашает окрестности нечеловеческим криком, похожим на рев, и несется в самую гущу битвы, словно совершенно не зная страха. Он же, с глуповатым видом жующий очередной сендвич или натирающий до блеска свой пулемет, который окрестил Сашей. Грубый русский акцент и откровенно дурное знание английского языка, от силы на уровне общих основ, лишь ухудшали его положение в команде и понижали статус как личности. Ему нравились стихи. Он даже сам их писал, пусть и редко, пусть и неумело, зато вложив полностью душу и полностью для души. Ему нравилось читать журналы об оружии и истории его происхождения. Ему нравилось говорить с самим собой, так как больше поговорить было не с кем. Ему нравилось то, что в общем доме он делит свою комнату лишь с некоторыми предметами мебели и своим оружием. Нет, он не был расстроен таким одиночеством, разве что совсем немного. Для любого одиночества нужен простор, так ведь? Хотя с недавних пор ему нравилось напиваться в хлам и спать где ни попадя.

+++

Вечер. Медик, очень сонный и очень злой, шел из ванной с очень мокрым и не менее злым Архимедом. Острые коготки Архимеда не могли проткнуть толстые перчатки доктора, и от этого голубь злился еще сильнее. Он просто хотел поспать в тепленьких органах, собранных его хозяином на поле боя и явно никому не нужных, за что его помыли? Медику же в свою очередь очень не нравилось то, что сломался холодильник, а Инженер уже спал, запершись в своей комнатушке. Он просто собрал органы для опытов и оставил на столе, так как спиртовать было жалко, а опыты провести можно было и ночью. Зачем эта тупая птица туда полезла и все испортила? Медик шел, не чуя под собой ног от раздражения и вполголоса отчаянно ругаясь на родном немецком языке, как споткнулся о тушу развалившегося частично - в проходе, и частично - в дверном проеме, пулеметчика. Док выругался особенно злобно и витиевато, мгновенно выпуская птицу и шлепаясь на холодный бетонный пол. Птица издала победный "курлык" и каким-то чудом умудрилась упорхнуть, будучи мокрой до самого пуха. Очки разбились, и из не менее разбитого носа капала кровь, но Якоб уже исчерпал свой, в общем-то, небогатый запас сквернословия, поэтому поднялся молча, сдавленно шипя, как рассерженная гадюка. Он развернулся на каблуках и взглянул суровым расфокусированным взором на тело. После недолгих раздумий тяжело вздохнул, схватил русского под массивные руки и потащил в его комнату. Медик, как-никак, должен заботиться о сотоварищах, и даже жестокость поля битвы и врожденная чисто врачебная брезгливая мизантропия не могли искоренить этой почти физической потребности в помощи сокомандникам. Натужно кряхтя и пытаясь придумать новые ругательства, врач потащил Хеви в его комнату, на ходу силясь вспомнить ее расположение.

+++

В комнате Хеви обнаружился странный для такого, казалось бы, неуклюжего гиганта порядок, крайне скудная меблировка в лице шкафа, стола с подставкой для пулемета и крохотной, продавленной почти до пола раскладушки, а также подозрительная бумажка на столе, сложенная в несколько раз. Рядом с бумажкой лежала ручка. Сломанная. Якоб хмыкнул, однако любопытство все же взяло над ним верх. В конце концов, в школе он учил русский и даже был в России по обмену как один из лучших учеников, так почему бы и не опробовать свой навык в знании русского языка? Ну чего такого важного может быть в записке этого бугая? Какая-то заметка об оружии? Хеви что, вообще умеет писать? Он уложил русского на полу (попробуй такую тушу взвалить на кровать), подстелив под него одеяло, снятое с раскладушки, упрятал таинственную бумажку в карман халата и, посчитав свой долг выполненным, ушел.