You're The One That I Want

Что ж, Курт изменился. Точнее, он так думал, когда потерял девственность и лежал рядом с Блейном. В теле ощущалась приятная усталость, а между ног немного саднило, но это не страшно. Курт знал, что так будет, потому что прочитал достаточно статей и обсуждений на форумах. Знал, что можно будет, если прям станет совсем невыносимо, выпить обезболивающее. На этих же формулах Курт вычитал про то, что многие после первого секса начинали чувствовать себя взрослее, стали чувствовать доминанта лучше. И да, Курт действительно стал лучше понимать Блейна. Но вот стал ли он взрослее — совершенно другой вопрос. Да и что понимается под словом взросление? Момент, когда ты лишаешься девственности? Так сейчас такое время, что некоторые тринадцатилетки не то что занимаются сексом, так еще и детей заводят, после чего идут в передачу «Беременна в 16» и рассказывают о своей нелегкой судьбе. Но это же не делает таких подростков взрослыми. Или человека можно считать взрослым, когда он состоялся в жизни и чего-то добился? Когда стал жить отдельно от родителей, не рассчитывая на их помощь, а надеясь лишь на себя, ну и, может, свою вторую половинку? Курт больше склонялся ко второму варианту. Им всего лишь по семнадцать, через три месяца учебы и два каникул он станет выпускником и вовсю начнет готовиться к поступлению в НЙАДИ. Так что Курт пока не считал себя взрослым. И не считал, что секс помогает как-то повзрослеть. Понять лучше себя и свое тело — возможно. Но явно это не делало его взрослым. Может, только какая-то внутренняя зрелость появилась. Но и то неточно. Но зато теперь Курт знал, что секс — это совсем не страшно. Так что теперь он хотел заниматься им с Блейном, самым заботливым доминантом, как можно больше и чаще. Потому что Курт хотел. Очень хотел. Да, после первого раза у него саднило между ног два дня, но это Курту не мешало. Зато теперь желание снова почувствовать Блейна внутри только возросло. Но с их первого и последнего раза прошло уже больше недели. И Курт часто думал о втором разе. Но он совершенно не знал, как Блейну предложить или намекнуть на это. И, если честно, Курту очень хотелось, чтобы в этот раз над ним сильнее доминировали. Чтобы Блейн не сдерживал себя, боясь навредить. Сабмиссив Курта хотел подчиниться, почувствовать над собой контроль и власть. А самому Курту хотелось, чтобы Блейн поставил его на колени и заставил отсосать. В тот раз Андерсон отказал, но теперь-то что могло им помешать? Курт просто мечтал попробовать член, его приятную тяжесть на языке. Он не уверен, что мог бы заставить Блейна кончить в первый раз, но, может, потом… Когда он потренируется… Блейн кончит ему на лицо. Или даже на язык, заставит все это проглотить. Только от одной фантазии о подобном Курт смущался, краснея и ощущая, как внизу живота приятно тянет. До появления Блейна в его жизни, он мастурбировал всего несколько раз. Пока его подруга Мерседес не переехала в другой город, они часто устраивали ночевки. Она была единственной, не считая семьи и врача, кто был в курсе того, что у Курта находится между ног. И на одной из таких ночевок Мерседес спросила, пробовал ли Курт когда-то ласкать себя «там». «Я — ни разу. Моя вера считает мастурбацию грехом», — призналась девушка. И когда Курт признался, что тоже ни разу не пробовал, она продолжила: «Я просто думала, может, ты скажешь, приятно ли это. Просто слышала, как те девчонки из группы поддержки, Сантана и Бриттани, обсуждали это на перемене. И думала, что ты скажешь, правда ли это все». После этого разговора Курт решил попробовать. В одну из ночей, когда отец уже лег спать. Курт плохо помнит ту попытку, какие чувства он испытывал, достиг ли оргазма. Но после того раза ему почему-то было стыдно, поэтому он не рассказал об этом Мерседес, а сам еще долгое время старался не касаться себя между ног. Но потом были другие попытки… Более удачные. И хоть Курт смущался, но продолжал иногда ласкать себя, закрывая во время оргазма рот ладонью, чтобы случайно не разбудить отца. Теперь же, когда Курт узнал, что такое настоящий оргазм, ему хотелось испытывать его чаще. И желательно с Блейном. Но так как тот не предпринимал никаких попыток вновь заняться с Куртом сексом, Хаммелу приходилось довольствоваться ежедневной мастурбацией. Он делал это ночью, под одеялом, свободной рукой водя по телу, словно по карте, которую оставил на нем в тот день Блейн. Курт осторожно ласкал клитор, вспоминая губы Андерсона, его повелительный тон, от которого мурашки бежали вдоль позвоночника; пальцы, которые растягивали узкий вход, подготавливая к приятному первому проникновению. В своих фантазиях Курт представлял, как Блейн впервые приведет его в, так называемую в народе, «красную» комнату. Использует на нем наручники, бандаж и другие приспособления для пар. Возможно, Блейн умел вязать шибари, о чем Хаммел втайне мечтал. Фантазий насчет их следующих разов и всего, что Курт мечтал попробовать с Блейном, было море. Но все это пока было лишь фантазиями. Курт долго думал, как предложить Блейну снова заняться сексом. Ведь не мог он просто прийти и сказать доминанту: «Я хочу, чтобы ты меня трахнул». Приличные сабмиссивы так не делают. Но и приличные сабмиссивы явно не дрочат каждый день, представляя доминанта. Так что Курт явно не был приличным. Но и подойти к Блейну и предложить секс он не мог. Да и Берт постоянно был дома, так как Кэрол Хадсон, с которой у них явно все было серьезно, сейчас много работала. А пойти к Блейну они явно не могли. Даже если домохозяйка Пэм Андерсон хорошо к Курту относилась, то вот отец Блейна явно не горел желанием видеть лишний раз сабмиссива-парня в доме. А уж если бы Девон застал случайно Блейна и Курта… Очень страшно, что могло бы случиться. Наслушавшись рассказов доминанта об избиениях отца, Курт очень сильно переживал за него. Они, конечно, могли бы пойти в специализированный отель, но Курт не был уверен, что готов к подобному. Пускай практика и показала, что готовиться к сексу и всему, что с ним связано, бессмысленно. Поэтому Курт просто ждал подходящего момента. И дня, когда Берта не будет дома. И лишь спустя почти две недели Берт с утра за завтраком сообщил Курту, что сегодня придет очень поздно. Курт кивнул, внутри себя ликуя и думая, как бы намекнуть Блейну, что они после школы смогут пойти к нему. — У Кэрол наконец-то выходной? — поинтересовался Курт, откусывая кусочек хрустящего тоста с гуакомоле и помидором. — Да, — улыбнулся Берт, ковыряя вилкой остатки омлета на тарелке. — Мы созванивались вчера после ее смены. Она сказала, что теперь будет три дня отдыхать. Я решил, что ей надо немного расслабиться и пригласил в ресторан. — Это здорово, пап. Я рада, что ты счастлив с Кэрол, — Курт накрыл ладонь отца, чуть сжимая. — Спасибо. Не хочу ничего загадывать, но… после твоей матери она первая так покорила мое сердце. На это Курт предпочел ничего не отвечать. Ему, конечно, было странно слышать от отца подобные высказывания. Они очень редко говорили об Элизабет Хаммел, но оба, Курт знал, вспоминали о ней ежедневно. Потому что хоть Элизабет и умерла много лет назад, она всегда была рядом с ними: на фотографиях, что висели над камином, в запахе ее любимых духов, которые все еще бережно хранились на полке в ванной, в мыслях и воспоминаниях. Курт не имел ничего против Кэрол, она хорошая женщина и делает его отца счастливым. А для Курта это самое главное. И если однажды они поженятся, он поддержит отца. Потому что знает, что найти человека, который примет тебя всего, со всеми недостатками, особенностями, очень сложно. Но Курту повезло. У него есть Блейн. И он хотел бы, чтобы и Берт был счастлив с Кэрол, если она именно та для него.

***

Как обычно перед обедом, после урока математики Курта в коридоре встречал Блейн. И стоило Хаммелу только заметить доминанта, как он счастливо заулыбался и побежал ему навстречу, желая как можно скорее очутиться в таких знакомых объятиях. Когда они только начали встречаться, Курт боялся обнимать Блейна на людях, все еще вспоминая Карофски и все его издевательства. Конечно, Блейн бы его защитил, но он также не хотел, чтобы и у доминанта лишний раз были проблемы. Но сейчас Курт был так рад видеть Блейна, так хотел рассказать ему о планах на вечер, что наплевал на все и чуть ли не сбил его с ног, обнимая за шею. И сразу же Курт почувствовал теплые руки на талии и смешок около уха. — Привет, малыш, — поздоровался наконец-то Блейн, когда Курт его отпустил. — Все хорошо? На губах Хаммела застыла хитрая улыбка. Он пожал плечами и отвел взгляд в сторону, прежде чем ответить: — Все просто чудесно. Просто очень рад тебя видеть… Курт чувствовал на себе выжидающий взгляд Блейна, но не спешил рассказывать обо всем. — Курт, ты что-то не договариваешь, — в итоге не выдержал Блейн. Тогда уже Курт посмотрел по сторонам, не желая привлекать внимание посторонних, вновь посмотрел в карие глаза доминанта, наклонился к его уху и прошептал: — Папы допоздна не будет дома. Мы сможем побыть вдвоем. После этих слов Курт отстранился, перед этим, словно кот, потершись носом об чуть колючую щеку Блейна. Он и сам не верил, что ведет себя так, но с каждым днем сабмиссив внутри него желал быть покорным, желал чувствовать над собой власть. Курт все еще безумно смущался показывать такого себя Блейну, хоть и знал, что его не осудят, но годы одиночества и страха, что таким его никто никогда не полюбит, давали о себе знать. — Ты же не занят сегодня? — решил на всякий случай поинтересоваться Курт. А то вдруг он все так распланировал, нафантазировал то, что же Блейн с ним будет делать, а ничего не произойдет. Блейн, который, казалось, только вышел из ступора после слов Курта, наконец-то ответил: — Нет, конечно, я не занят. Для тебя у меня всегда есть время, ты же знаешь. Курт улыбнулся и потянулся к Блейну, чтобы оставить короткий поцелуй на губах. Уж что-что, а целоваться ему нравилось безумно. Он даже не знал, как семнадцать лет жил без поцелуев. Ведь это так приятно, особенно, когда ты научился это делать после многочасовой практики с шикарным доминантом. — Отлично! Тогда… Сегодня в шесть приходи. Папа как раз уедет за Кэрол, — Курт наконец-то отстранился от Блейна и взял его за руку, прежде чем направиться на обед.

***

Сказать, что Курт нервничал, пока ждал Блейна, значит ничего не сказать. Все это было безумно волнительно, ведь это, можно сказать, будет их первый раз, когда они смогут полностью расслабиться и насладиться друг другом. Они смогут попробовать что-то новое. Пускай у них нет всех этих веревок, кляпов и прочих вещей, которые принято использовать во время сеансов, но они смогут сблизиться по-другому. Курт хотел, чтобы над ним доминировал Блейн. Хотел, чтобы это было по обоюдному согласию, а не как раньше, когда тупоголовые футболисты использовали любую возможность и унижали его в коридоре, заставляя встать на колени у всех на глазах. Курт знал, что Блейну можно доверять. И он никогда не сделает ничего против его воли. Конечно, в прошлом у них были не самые лучшие моменты, которые чуть все не испортили, но теперь все по-другому. Блейн больше не напивался до такой степени и они наконец-то стали парой. Отец Курта после работы забежал домой буквально для того, чтобы переодеться во что-то более приличное, чем потертый и весь почерневший от масла и грязи комбинезон. Курт даже помог ему подобрать и завязать галстук, смущенно рассказывая, что, возможно, к нему сегодня зайдет Блейн. — Курт, я надеюсь, у вас все хорошо? — поинтересовался Берт. Курт улыбнулся отцу и посмотрел ему прямо в глаза: — У нас все отлично. Блейн чудесный. Я очень счастлив с ним. Берт несколько секунд молчал, прежде чем мягко улыбнулся и потрепал сына за плечо. — Я вижу, сын. Но все же решил уточнить. Если он не давит на тебя и любит, то я могу быть спокоен. Хотя иногда твой Блейн даже меня пугает. — Ну, пап, — наигранно нахмурил брови Курт. — Блейн хороший. Правда. — Если это так, то я очень за вас рад. После того, как Берт наконец-то покончил со сборами и дверь за ним закрылась, Курт написал Блейну, чтобы тот приезжал. Он предупредил, что дверь открыта, а сам отправился в душ, чтобы привести себя в порядок. Он немного нервничал, закусывая губу и представляя, что они с Блейном смогут попробовать. Руки немного тряслись, пока Курт снимал одежду, которая ему, он надеялся, не пригодится до позднего вечера. Не то что бы он собирался встречать Блейна голым — хоть это и хорошая мысль, — но он думал прикрыться чем-нибудь другим. Чтобы не так было жалко помять одежду и не сильно отвлекаться на многочисленные застежки и пуговицы. Руки плавно двигались по телу, пока Курт представлял вместо них другие, горячие и сильные, с более грубой кожей. Внизу живота приятно тянуло, а фантазия разжигала возбуждение. Курт никогда не думал, что станет таким повернутым на сексе и будет мечтать об оргазме так сильно, хоть он и мастурбировал вчера перед сном. Из-за всех фантазий и мыслей он даже не заметил, как рука сама потянулась к душевому шлангу. Он немного изменил напор душа, чтобы струи стали сильнее, но их было меньше. Это был уже проверенный способ получения оргазма и самый легкий после своих пальцев. И хоть раньше он думал о том, чтобы заказать бесконтактный стимулятор или вибратор, стеснение и страх, что кто-то залезет в его посылку и будет осуждать, каждый раз заставляли закрыть страницу секс-шопа. Курт прикрыл глаза и закусил губу, чтобы сдержать довольный стон. Он не спешил, медленно двигая душевой лейкой, стараясь как можно дольше избегать клитора. Оргазм, конечно, хорошо, но от процесса иногда получаешь куда больше удовольствия. Да и сейчас не факт, что он решит довести дело до конца, все-таки скоро придет Блейн. Блейн! Он же скоро придет! А Курт совершенно не готов! Он тут же распахнул глаза и вскрикнул от удивления. Шторку сабмиссив, конечно же, не задернул, потому что его ванная — самое безопасное для него место. Отец никогда сюда не заходил, поэтому Курт даже не закрывался на щеколду. Но сейчас, увидев Блейна, который должен был прийти только через полчаса, он безумно испугался и пожалел, что не задернул хотя бы шторку. Андерсон стоял в проходе и его жадный взгляд скользил по влажному обнаженному телу Хаммела. Когда испуг немного прошел, Курт попытался прикрыться шторкой душа, но Блейн его опередил: — Ну чего ты, сладкий? Мне так нравится вид… — Как давно ты здесь стоишь? — Курт не знал, как прикрыться, безумно стесняясь. Конечно, Блейн уже видел его без одежды, но сейчас ситуация немного иная, чем в их первый раз. — Достаточно давно, чтобы увидеть все самое интересное. Блейн потянулся к душу, который Курт все еще держал в руке, и забрал его. Теперь Хаммел мог прикрыться уже двумя руками, но ему не позволили: — Не смей закрываться, Курт, — и как он мог не послушать доминанта, которого до безумия любил? И он послушал. Опустил руки вдоль тела, борясь с бешеным стеснением, и просто стал ждать, что же Блейн сделает. Следующее действие доминанта не заставило себя долго ждать. Свободной рукой он коснулся живота Курта, от чего мышцы пресса невольно напряглись. Пальцы нежно очертили еле заметные мышцы, скользнули по влажной коже ниже обводя пупок. У Курта от этого просто перехватило дыхание. А уже когда ладонь Блейна двинулась ниже, на гладкий лобок, сабмиссив закусил губу, сдерживая стон. — Ты такой чувствительный, да? — томным голосом спросил Блейн. А тем временем он пальцами раскрыл половые губы Курта и коснулся клитора, ласково обвел по кругу, вырывая из груди юноши всхлип. — Так хотелось кончить? — Н-нет, — еле слышно произнес Курт. — Я не собирался кончать без тебя. — Моя умница, — палец Блейна на одну фалангу проник внутрь. — Сегодня ты кончишь со мной не один раз. Я тебе обещаю. И в этот же момент Андерсон навел струю душа на киску Курта. Глаза сабмиссива закатились от неожиданного удовольствия и он не смог сдержать стона, слегка прогнувшись в спине. Если до этого ему было просто приятно, то сейчас ему казалось, будто возбуждение пробирается в самые потаенные участки его тела. Курт постоянно всхлипывал и вертел бедрами, подстраиваясь под струю и мечтая поскорее уже кончить. Он старался даже не смотреть на Блейна, хотя буквально ощущал его пронизывающий взгляд на своём теле. Как оказалось, Курту нужно было совсем немного, чтобы достигнуть разрядки. Уже через несколько секунд у него подогнулись от удовольствия ноги, стало трудно дышать из-за недостатка кислорода, и он, застонав, кончил. К его большому счастью, Блейн догадался убрать воду от безумно чувствительной после такого оргазма киски. Курт пытался прийти немного в себя, оперевшись о стенку, но уже через мгновение его взяли за талию и потянули к бортику ванной, заставляя осторожно вылезти. Но он даже не успел коснуться ногой холодного пола, как Блейн подхватил его, обнажённого и мокрого, на руки и прижал к себе. — Что ж, а теперь надо тебя согреть, — сказал Блейн и понес Курта в сторону спальни.