Предательство, или выбор братьев.

Через полчаса, когда все получили по чашке кофе и расселись в гостиной, Сещемару соизволил осчастливить всех своим присутствием, где он был до этого момента никто так и не понял, его присутствие в доме не ощущалось. — Зачем ты пришёл, — холодно поинтересовался дайёкай, а поскольку никто не ожидал его появления все в буквальном смысле подпрыгнули от неожиданности. Повернув голову в сторону двери они увидели Сещемару, который стоял, опираясь на дверной косяк. На его лице была застывшая маска, которая выражала явное раздражение. Только было не очень понятно от чего именно: от появления Криса или от того, что он вынужден был находиться в доме с людьми. За время своего отсутствия он успел переодеться. Теперь на нём были светлые льняные брюки, черная футболка, и на левом плече, скрывая отсутствующую руку, висела, кожаная куртка светло коричневого цвета. Но самое удивительное изменение произошло с его лицом и волосами. На коже не было родовых знаков, если бы не его золотые глаза с вертикальными зрачками, то можно было бы решить, что он простой человек. А его шикарная шевелюра была собрана в высокий хвост. — Интересно как ему удалось это сделать с одной рукой, — Кагомэ смотрела на лорда запада и не могла скрыть своё восхищение. Крис посмотрел на самого себя с явным удивлением: — Я же уже сказал, что пришёл поговорить и помочь. Насколько я понимаю ты, — он указал чашкой на Сещемару, — ещё не восстановил свои силы полностью, и помочь жрице в данный момент не сможешь, разве что словами. К тому же вы хотите знать, как побороть Нараку. Он спокойно отпил кофе. Дайёкай зло зарычал: — Да как, ты, смеешь, говорит мне, чего я могу, а чего не могу. Парень спокойно пожал плечами:  — Можешь злиться сколько тебе угодно, но ты знаешь, что я прав, — Крис повернулся к девушкам. — Сейчас, нам необходимо поставить барьер вокруг колодца, пока сюда не явился Инуяша, или ты хочешь вновь помериться с ним силой? — он скосил глаза в сторону лорда. — Хм, я смогу победить его даже в таком состоянии. — Если бы голосом можно было бы убить, то Крис в этот момент превратился бы в ледяную скульптуру, столько холода было в тоне Сещемару. — Я не сомневаясь, что можешь, но всё же драки нам не к чему, особенно в этом времени, когда демоны стремятся приспособиться, и не показывать свою силу лишний раз. Многие ещё помнят, как нас безжалостно уничтожали в конце прошлого века. И никто не хочет повторения той войны. — Молодой человек поставил пустую чашку на столик. — Но прежде чем мы займемся барьером, я хотел бы рассказать вам немного о Нараку. — А если придёт Инуяша, — тихо поинтересовалась Санго. Крис бросил взгляд на часы, висевшие около окна, и покачал головой.  — У нас есть время, по крайней мере, до полудня точно, потому давайте я расскажу вам вначале всё что знаю, а потом займёмся барьером. Все кивнули, показывая, что они согласны. — Как вы знаете Нараку, это полу-демон, родившийся из бандита Онигумо, который отдал своё тело и душу демонам. — Начал рассказ Крис.  — А сделал он это ради женщины. Но после того как он стал демоном, то забыл изначальное стремление, почему ему хотелось жить, ради чего. Теперь его целью стала сила. Эту силу он ищет в осквернённом камне душ. Но на самом деле он ошибается. — В чем? — Кагомэ поставила чашку на столик, и забралась на диван с ногами, Кирара устроилась у неё на коленях и тихо замурлыкала. Крис посмотрел на девушку, в его взгляде угадывалась любовь и нежность. — Странно это, — про себя отметила охотница, и прихватив плед присоединилась к подруге, укутывая и её, и себя. — Он ошибается, истинная сила камня проявляется только тогда, когда он очищен, когда использующий его не ищет выгоды для себя. Мне пришлось потратить много веков, что бы научится этому. Поверьте, мне очищенный камень очень красив. — Хм, — все повернули голову в сторону этого звука.  — Я не верю, докажи, что ты можешь его использовать, не оскверняя и даже очищать. Я не верю, что смог постигнуть силы своего отца. Условия слишком не реальны, чтобы я мог научиться этому. — Кагомэ, дай мне, пожалуйста, осколки, — Крис протянул руку. Девушка положила ему на ладонь пузырёк с осколками Шикона. Молодой человек, вздохнул и выдернув пробку достал два осколка, Зажав их между указательным и большим пальцем, он что прошептал и осколки засветились мягким светом. — Кагомэ смотри, он очищает тот осколок, что был в теле Сещемару, — прошептала Санго. Через секунду, Крис сказал, какое-то слово, на неизвестном девушкам языке и два осколка стали одним целым. Сещемару прищурился.  — Хорошо, допустим, теперь я верю тебе. Рассказывай дальше. Крис аккуратно поместил осколки в баночку и вернул мико. — Насколько я понимаю, вы не знаете, что нужно сделать, чтобы убить Нараку? — Ну, мы планировали, вначале забрать камень, а затем использовав его уничтожить этого проклятого Онигумо. — ответила жрица. — Нет, — Крис покачал головой, — у вас это не выйдет, он слишком силён. — Послушайте меня, я расскажу вам, что смогу. Ибо я ограничен, если я расскажу слишком многое будущие может измениться, причем слишком сильно. Но я не хочу, что бы совершили ошибки, которые были в моём пошлом. Вы не должны разделять Нараку и камень, позвольте ему его собрать. — Что, он же станет непобедимым, — воскликнула Санго. — Молчать охотница, — зло прервал её Сещемару. Он подошёл к дивану и положил руку на плечо Кагомэ. — Выслушаем его молча. — Добавил дайёкай, видя, что девушки собираются возразить. — Он знает намного больше, чем вы и даже я. Крис благодарно кивнул. — Вы должны позволить ему сделать это, иначе, всё закончиться очень печально. Ваша битва будет проиграна, даже не начавшись. Я хочу вам рассказать историю Ину — но — Тайшо, почему мы можем очищать камень и как победить Онигумо. — Не надо, не смей, этого никто не должен знать, — раздался громкий вопль. — Нет Миога, не в этот раз. Ты слишком долго и предано хранишь тайны моего отца, я не хочу, чтобы из-за этого страдали люди. Демон щёлкнул пальцами, и в его руке появилась прозрачная сфера, через секунду, она оторвалась от ладони, и зависла над столом. Внутри неё вопил Миога, но присутствующие в комнате его уже не слышали.  — Итак, вы знаете, что много веков назад, был, создал камень душ, из души мико Мидорики и множества демонов, с которыми она сражалась. — Все кивнули.  — Но мало кто знает историю самой Мидорики. Я расскажу вам её. Это была мико из очень известной семьи. Родители Мидорики обладали огромными силами и способностями. Их уважали и боялись не только демоны, но и простые монахи. Лишь коснувшись руки человека, мать Мидорики, могла узнать его истинные мотивы и помыслы, а её отцом был прародитель демонов — последний истинный дракон. Но их дочь была мико, со святыми силами, она не унаследовала способностей своего отца, хотя его кровь очень часто спаса её. И в один прекрасный момент, люди решили, что эта семья стала для них опасна. И под покровом ночи, они убили Майарану, мать Мидорики и Айона её отца, но найти наследницу их силы они не смогли. Майарана, укрыла дочь. Крестьяне и монахи, решили, что она убежала в лес и не стали искать девочку, решили, что демоны закончат дело за них. Мидорики было тогда около пяти лет. После чего они подожгли дом. И девчушка бы погибла, но в этот момент, мой отец, пролетал мимо горы, где жила эта семья и почувствовал, что в пожаре есть кто-то живой. Он всегда питал любовь к людям. При этих словах Сещемару сморщился. Не обращая внимания на гримасы дайёкая, Крис продолжил рассказ.  — Войдя в дом, мой отец увидел, маленькую девочку, но она уже не двигалась. Ину — но — Тайшо приблизился к ней и понял, что девочка ещё жива, хотя и бес сознания. Рядом с ней лежали два браслета, и восемь странных кинжалов. Подхватив Мидорику, и её вещи он просто исчез в тот самый момент, когда провалилась крыша. За пламенем пожара крестьяне не заметили огромного пса, улетавшего прочь. — После того как мой отец спас маленькую мико, он растил её как родную дочь, учил её всему что, знал. Тогда он был молод и только обзавелся семьёй. Когда мико вошла в пору силы, они часто сражались вместе, но отец, никогда не пытался сделать её своей женщиной, хотя к тому моменту он и полюбил её. — Навряд ли ты хорошо помнишь, — обратился он к Сещемару, — маленькую черноволосую девочку, которая бегала по замку отца. Тот покачал головой. — Смутно, я тогда был слишком маленький. К тому же я не знал, что она была наследницей Майараны и Айона. Иногда мы играли вместе, я чувствовал в ней кровь перводемона, и тогда, она заглушала для меня кровь человеческой женщины, ибо кровь таких существ, очень сильна, даже если её всего одна капля. Я узнал кто она много позже. — Крис согласно кивнул, подтверждая слова Сещемару. — Когда Мидорике исполнилось 18, как и тебе Кагомэ, появился перво-демон змей. Он убивал тех, кого породил Айон, причины не известны, но к тому времени его детей уже практически не осталось. Он бросил и ей вызов. Мидорика не могла отказать, были причины о которых я не всё знаю, поэтому лучше ничего не скажу, и она приняла вызов. Но перед тем как уйти, она встретилась с моим отцом. О чем они говорили, не знает никто, даже вот он, — парень указал на притихшую блоху и ухмыльнулся. — Но мне известно, что в тот день, она передала Ину — но Тайшо часть своих сил. Проще говоря …. — Не смей, — вдруг рявкнул Сещемару. — Я в курсе, что тогда произошло и я знаю, как мико делится своей силой и что происходит потом. А им знать об этом совсем не обязательно. — Как пожелаешь, — Крис посмотрел на Кагомэ и Сещемару, — так ты, поэтому не хочешь. — Да именно так, — холодно ответил дайёкай. — Я сам расскажу, когда придёт время. -В общем, то для нас сейчас это и не важно. Важно то, что сделав свой выбор, Мидорика ослабила сама себя. — Сещемару побледнел, а Крис чуть заметно кивнул, подтверждая его правоту. — Отправляясь на битву, она оставила моему отцу 8 кинжалов, которые принадлежали её матери, и браслеты Айона. — Что же это за браслеты такие, — не выдержала Санго, — объясните. — Это особые браслеты, — неожиданно для девушки подал голос Сещемару. — Всего в мире существует два таких браслета. Они уникальны. Они появились из душ убитых родителей Мидорики. — В этом, — Сещемару показал свой браслет, — заключена сила и часть души последнего дракона Айона, отца Мидорики, а в том, что у Кагомэ сила Майараны. Думаю, это был прощальный подарок её родителей. Для демона и человека, носящих эти два браслета нет будущего друг без друга, — сказал он с отсутствующим выражением лица. — Чего? — Не поняла Санго. Дайёкай с явным неудовольствием посмотрел на охотницу. — Те, кто надел эти браслеты и произнёс особую клятву, добровольно или принудительно, навсегда связаны.— Санго сидела, непонимающе переводя взгляд с Кагомэ на Сещемару. Охотница была явно в шоке. — Кагомэ тян, ты знала об этом, когда Миога потребовал клятву? — девушка кивнула подруге. — А как же Ину….Ой ты чего толкаешь Кагомэ тян, — выпалила Санго, но посмотрев на девушку, пришла к выводу, что все же лучше промолчать. — Мидорика сражалась очень долго, — продолжил рассказ Крис, — но силы были равны, и уступать никто не собирался. Тогда она приняла решение, запечатать демонов. Но для мико магия этой печати была запретной, но поскольку она была дочерью демона, то заклятье сработало, но в качестве платы за запретную магию, была запечатана её душа вместе с ними. Именно так появился Шикон. Но на этом история камня не заканчивается. Когда мой отец прибыл на место битвы всё уже закончилось, он увидел каменную Мидорику, демона змея который обвивал девушку и его последователей. А у ног статуи лежал камень душ. Но когда мой отец коснулся его, произошло нечто странное, под его пальцами камень разделился. В результате получилось два одинаковых камня. В светлой части запечатана душа Мидорики, а в темном демоны и небольшая частичка её силы, которая сдерживает их. Но камни разительно отличаются тем, что в разной степени поддаются скверне. — Как два камня? — ахнули девушки. — Мне до конца так и не ясно, почему это произошло, возможно, камень среагировал на силу мико, что была в отце, а может души не захотели оставаться вместе обречённые на вечные муки. В конце концов, душа Мидорики была лишь платой за заклятие перво-демонов. После того как камень разделился Ину — но — Тайшо принял решение, что хранить два камня вместе очень опасно, ведь даже один обладал колоссальной силой, и притягивал сотни демонов. Тогда он принял решение. Темную половину камня вместе со статуей он перенёс в деревню охотников, и уже оттуда Шикон передали на хранение в храм мико, где жрицы очищали и защищали его. А светлую половину отец оставил себе. — Насколько мне удалось понять из сохранившихся свитков, у отца было три меча: два Тессайга и Тенсейга, сделанные из его клыков, и третий легендарный меч, историю которого не знает никто, кроме самого отца — Соунга. Мой отец принял решение. С помощью Хосинки и Тотосая он смог запечатать камень в навершие этого меча, чтобы всегда защищать его. Но когда родился Инуяша и отец погиб, то меч исчез вместе с ним. Я очень долго искал место куда Ину — но —Тайшо мог запечатать его перед смертью и узнал, что он запечатан в подземном мире. Для того, чтобы победить Нараку, вам необходим этот третий демонический клинок Соунга и камень с душой дочери Айона, что находится в нем. Соунга уже сам по себе опасен, не говоря о том, какую силу дает камень с душой наследницы последнего из драконов. Меч создан из костей демонов змей и пытается поработить душу владельца, если тот оказывается слаб. — Интересно как нам его достать, если он находиться на том свете, — холодно поинтересовался Сещемару. Опасность порабощения души его явно мало волновала. — Как достать я вам расскажу. Основная загвоздка в том, что согласно рукописям этим мечом сможет воспользоваться только тот, чья душа действительно чиста. Только в этом случае, сила этого человека или ёкая и объединённые силы камня и меча, смогут превзойти по силе второй осквернённый камень и его владельца. Если же тот, которая воспользуется мечом, будет иметь хоть каплю тьмы в сердце, то меч поглотит его душу и разрушит тело. К тому же даже мне не известно, как именно выглядит этот меч. Он может менять форму, и с того момента, как я видел его последний раз, он мог стать любым оружием, вплоть до кинжала. Форму меча, это демоническое оружие сохраняло, только по воле отца. — Крис, что ты имеешь ввиду под словам «чистая душа», — поинтересовалась Санго. — Ну, — замялся парень, очевидно, он сам не до конца понимал, что имелось в виду.  — Я так понимаю, что человек, не должен жаждать для себя силы, в сердце не должно быть ненависти. Он должен уметь совершать бескорыстные поступки, не ища в них выгоды. В общем, он должен походить на Кагомэ. Девушка вздрогнула от неожиданности, он говорил с ней таким тоном, как будто был хорошо знаком.  — Ты хочешь сказать, — начала она, — что именно я должна найти этот меч и победить Нараку. — В общем то, да именно ты сможешь сделать в силу разных причин, — кивнул Крис. — Какие же это причины, — подал голос Сещемару, в нем можно было уловить температура льда Арктики. Ему совершенно не улыбалось рисковать жизнью мико, тем более, когда от неё зависело его собственное благополучие. К тому же, он начал сомневаться в том, что Крис это, он в будущем, он знал не позволительно много, даже большего самого Сещемару. — Они очевидны, — пожал плечами парень, запуская руку во внутренний карман куртки. — Главная из них её кровь и родословная. Её род ведет своё существование со времен Мидорики, и согласно свиткам в библиотеке нашей с тобой матери, этот род может быть родственен Айону, хотя это и маловероятно, ведь почти всех его потомков истребили. — Но даже если это и так, то кровь этого демона уже давно размылась кровью смертных, монахов и мико, я не чувствую в ней крови перво-демона. — Сещемару явно не собирался сдаваться так легко. — Хотя бы капля крови перводемона может иметь огромную силу, если она сможет с ней справиться. Ты сам сказал это Сещемару. — В голосе парня явно слышался сарказм. Пропустив колкость, мимо ушей дайёкай внимательно посмотрел на девушку, сидящую перед ним. — Я не чувствую даже этой самой капли. Если бы эта кровь текла в ней, я бы почувствовал. — Ну, как скажешь, — Крис задумчиво посмотрел на демоническую кошку, спящую на коленях у жрицы. — Но споры, о её происхождение сейчас к делу не относится, вы спросили про причины, я назвал вам самую главную. Если ты не веришь мне, — Крис посмотрел на Сещемару, на лице которого застыло скептичное выражение, — то можешь сам все проверить, наведавшись в библиотеку в родовом замке, своих родителей. Ты найдёшь там много интересного, — ухмыльнулся ёкай. В этот момент Сещемару был готов поклясться, что глаза Криса на долю секунды стали темно фиолетового цвета. Кагомэ тяжело вздохнула:  — Хорошо, если только я одна могу это сделать, значит, я должна. Ведь именно я виновата в том, что камень разбился, а значит именно я, должна собрать его. А поскольку он сейчас у Нараку, и по доброй воле он мне его явно отдавать не собирается, значит, придётся его убить, а затем разобраться с камнем душ. Рассказывай, как именно мы можем достать третий меч твоего отца. Парень кивнул. Достав из кармана куртки старинный свиток, и аккуратно раскатал его на столике. — Как вы знаете попасть в потусторонний мир живым весьма проблематично. Существует всего несколько способов как туда вообще можно попасть. Первый из них — смерть нам не подходит в силу того, что мертвыми вы не сможете вернуться с мечом. А второй это пройти сквозь врата подземного мира. — Он ткнул пальцем в один из рисунков на свитке. — Врата подземного мира, — словно пробуя это слово на вкус, произнёс дайёкай. — Я видел их единожды, несколько веков назад, когда путешествовал в поисках Тессайги. Это огромные каменные створки, украшенные костями демонов, людей, драконов. Но они намертво запечатаны, и открыть их не представляется возможным. — Всё верно, они и должны быть запечатаны, — кивнул Крис. — Иначе души мертвых могут прорваться в верхний мир. Для того, что бы открыть врата, вам нужно найти два атама. — Он показал рисунок кинжалов на свитке. — Они являются символами разных миров. Первый кинжал, имеет черное лезвие и белую рукоять, с печатью жизни, он храниться в самой глубокой пещере в провинции огня, что на юге. И коснуться его сможет только человек. Второй кинжал выкован из серебра и имеет чёрную рукоять с печатью смерти, он храниться в храме монахов на севере, и коснуться его сможет только ёкай. Для того чтобы открыть врата необходимы оба кинжала. Они символизируют единство жизни и смерти. Желающий пройти через врата должен вставить их в специальные углубления. Только есть ещё одна загвоздка. — Какая именно, — поинтересовалась мико.  — Демон, жаждущий смерти Нараку у нас есть, — девушка легко коснулась руки на своем плече, Сещемару слегка качнул головой подтверждая её слова. — Мико, для которой это дело является делом жизни и чести, так как она виновна в появление этого камня вновь, так же есть. Так в чем же проблема? — Ну, тут написано, что открыть эту дверь сможет только тот, кто состоит из двух частей, и при этом является одним целым. А прочитать заклятие отпирающее вход должны демон и человек вместе. И мне не очень ясен смысл этих слов. — Ханъё, что ли, — презрительно хмыкнул Сещемару. — Если да, то один из них жаждущий мести Нараку у нас тоже есть. Бастард нашего отца — Инуяша. Только я не намерен с ним работать. Изящное лицо дайёкая исказилось ненавистью. Он повинен в смерти отца, я не буду работать с этим ничтожеством. Крис пожал плечами: — Это уже не моё дело, моя задача состояла в том, что бы поведать вам, как попасть в потусторонний мир и найти меч. Первое я вам уже рассказал, теперь послушайте меня внимательно. Пройти через врата смогут, только демон, мико и ханъё, остальные ни при каких условия не должны переступать через границу миров. Вы услышите голоса, которые будут вас звать. Не поддавайтесь, иначе вы никогда не сможете выбраться оттуда. Что же касается меча, то ты — он кивнул в сторону Кагомэ, услышишь зов камня, как только переступишь грань и, идя на этот зов, точно найдёшь его. Не удивляйся тому, как будет выглядеть этот меч. Он, как я уже говорил, может принять любую форму. — Но помни, демоны не должны оставлять тебя не на секунду, ты будешь самым желаемым трофеем для мертвых ёкаев, с твоей помощью они смогут вернуться в мир живых. Увы, в этом твоя сила, ты единственная мико, которая может помогать демонам. — Итак, это всё, что я мог вам рассказать, больше я не знаю. Но думаю, ты сможешь, — он кивнул в сторону Сещемару, — найти еще, что-то в библиотеке своих родителей. Надеюсь, вы последуете моему совету, и не попытаетесь побить Нараку без второй части Шикона. Иначе трагедия повториться. Девушки кивнули. Сещемару же не определенно хмыкнул. Он не доверял новому знакомому. Слишком странным он был. И в отличие от самого Сещемару, он пах странно, но в тот же момент как-то знакомо. Его запах за прошедшие 500 лет, не мог столь сильно измениться. — Крис, — вдруг вспомнила Кагомэ, — помоги мне запечатать колодец. Парень кивнул:  — Хорошо сходи за кинжалами, я покажу тебе как с их помощью можно поставить весьма интересный барьер, не нарушая работу колодца. Мико кивнула и, откинув плед, побежала в свою комнату. Охотница, посмотрев на двух демонов, которые откровенно говоря, судя по бросаемым взглядам, хотели поубивать друг друга, если не сейчас, то явно в скором будущем, и атмосфера в комнате накалялась с каждой секундой. Поежившись и обладая весьма развитым чувством самосохранения, охотница решила поспешить за подругой Крис поднялся с кресла и направился к двери. Проходя мимо Сещемару, парень положил ладонь ему на плечо. Дайёкай хотел сбросить его ладонь, и сказать, чтобы тот не смел его не трогал, но слова застряли в горле, а глаза расширились от шока. В его сознание проносились отрывки мыслей и воспоминаний явно не принадлежавших ему настоящему. Мико и Сещемару вместе, они делят кровать. Мико просит его помочь в битве, но он отказывает ей в помощи, не желая сажаться рядом с ханъё. Она уходит. Он следит за ней из далека. Нараку собирает камень. В скором времени жрица, ханъё и их друзья нападают на его замок. Следующая картинка вызывает сильнейший шок, даже у холодного как лёд ёкая. Нараку вырывает сердце у Инуяши, и бросает его к ногам девушки. Мико пытается сражаться, но силы быстро кончились. Нараку не спешно приближается к девушке, и ухмыляясь протыкает её тело костяными отростками. Глядя в её глаза он, что-то говорит, но Сещемару не слышит, слишком далеко. Однако слова Нараку, звучат в голове у Сещемару.  — Ты и твой не рождённый щенок не нужны ему. Он даже не пришёл сюда, Сещемару призирает людей и ханъё. Девушка что-то прошептала в ответ.  — О, если ты такая смелая твоя смерть не будет столь быстрой. И засмеявшись, он отшвырнул мико, и просто растворился в воздухе. Сещемару видит себя со стороны, он приближается к жрице и берёт её на руки. Кровь из раны на груди и животе пачкает его одежды мех, лицо. Жрица тяжело дышит, её глаза закрыты. — Почему, почему ты не сказала мне о щенке? — Поддерживая её голову, с явным отчаяньем в голосе спросил он. — Разве это бы что-то изменило? — Девушка с трудом открыла глаза, — ты призирал его, он слегка качнула головой в сторону мертвого ханъё. — Это другое, это был бы мой ребёнок, мой наследник, — в отчаянье крикнул демон, — от женщины, что смогла заставить меня полюбить себя, не смотря не на что. По лицу гордого лорда текли слёзы, но это его уже не заботило. Его женщина и наследник умирали, а через некоторое время их связь заберёт и его. Сещемару начинал чувствовать боль в груди, и то, как его одежды начинают пропитываться его собственной кровью. Он только молился, чтобы ему хватило времени похоронить её, что будет с ним, ему было уже всё равно. Он не уберёг её и щенка. В отчаянье, он попробовал активизировать свою печать на её теле, пытаясь залечить и помочь. Но рисунок лишь слегка засветился. Девушка едва заметно покачала головой. — Это не поможет. Моё тело уже практически мертво, меня держит здесь только одно не законченное дело. Она закашлялась, и кровь запузырилась в уголках губ.  — Помоги мне потребовала она. Он слегка приподнял мико. — Дай мне свою руку. Я должна была сделать это давно, я не имела права делать это против твоей воли. Девушка схватила лорда запада за правую руку и что-то прошептала. Браслет Айона засветился резким прощальным светом и погас навсегда. Теперь никто не сможет его активировать, ибо умирающая мико вложила свои последние силы чтобы спасти того кого она полюбила всем сердцем и душой, не смотря ни на что. Она осталась преданной ему до конца. Надевая браслет, она сделала это что бы спасти ему жизнь, теперь же она вновь спасала его, разрывая их связь.  — Ты должен жить, проживи эти 500 лет, — её голос слабел, силы покидали её тело вместе с кровью, — чтобы встретится с собой и мной в той эпохе. Предостеречь и направить, мы не должны повторить эту ошибку, никто не должен умирать. Найди способ убить Нараку и сохранить наше дитя. Кагомэ закашлялась, и струйка крови потекла по её подбородку. — Поклянись мне сделать это. — Я клянусь тебе, — демон чувствовал, что она уже далеко, на губах у девушки была легкая улыбка, боль отступала. — Я люблю тебя Сещемару доно. — Его глаза расширились, она никогда не называла его так. Её глаза медленно закрывались, а дыхание становилось всё реже. — Я тоже люблю тебя Кагомэ, прости меня за все, — наклонившись, он нежно поцеловал её в губы. Он ощущал вкус её крови, своих слез и запах смерти. Когда он отстранился от девушки, то увидел, что она уже не дышит, а на её лице застыла счастливая улыбка. Именно в эту секунду он понял, что её больше нет. Нет той, что наполнила его жизнь светом и смыслом, сейчас он снова погружался в холод и темноту одиночества и ненависти. В бессильной ярости он завыл на весь замок, его женщина мертва. Не задумываясь о том, что он делает, ёкай снял с себя хаори и завернул тело любимой. Вокруг него начала сгущаться аура, и через секунду на его месте был огромный белый пес. Задрав морду, он очень тоскливо завыл. Через некоторое время Сещемару смог справился со своим гневом и отчаяньем. Ведь они ничего не меняли. И его человеческий облик вновь вернулся к нему. Дайёкай подхватив на руки тело мико, поднялся с колен и собрался уходить, как его взгляд зацепился за рукоять Тессайги. На секунду задумавшись, он наклонился и легко подхватил тело своего брата. Не смотря на то, что не любил его, у Сещемару было понятие чести, и она требовала похоронить Инуяшу. Следующее воспоминание показало, как он вырыл могилу и сложил огромный костер. В могилу он опустил тело своей любимой, так и оставив на ней свое хаори. Сещемару снял с руки девушки второй браслет, и надел на свою руку. Теперь он всегда буде со мной, как и твоя душа, что теперь заключена в нем. Сещемару со сторону наблюдал, как он сам в полом одиночестве закопал могилу. Затем он положил тело Инуяши на заранее приготовленный костер. Его лицо не выражала никаких эмоций, глядя на тело своего мертвого брата он не испытывал ровным счётом ничего. — Ты так и не смог умереть, как демон. Ты ханъё, позор нашего рода, но я должен оказать тебе последние почести. Твоё тело не может исчезнуть, как у ёкая, из-за крови человека. Так пусть же пламя поглотит тебя. Сещемару потянулся к Тессайги и попробовал взять его. Меч обжог его ладонь. — Твоего хозяина больше нет, — без эмоций сказал демон. — Либо ты принимаешь меня, и я помогу тебе отомстить, либо ты сгоришь вместе с ним. И вновь коснулся меча, на этот раз меч не пытался сопротивляться. Отойдя от погребального костра, Сещемару вытянув руку приказал: — もっと悪いです. 平和兄で休みます. (Гори. И покойся с миром мой брат). От кончиков пальцев отделились искры и пламя взметнулось в небо, закрывая собой тело Инуяши. Когда огонь погас, дайёкай, вытащил из ножен два меча, он воткнул их в могилу жрицы. И держась за них, опустился на колени. — Я клянусь, что отомщу за ваши жизни. Ваша смерть будет отомщена. На этом видение оборвалось. Дайёкай поднял глаза и, ему показалось, что глаза Криса стали фиолетовыми, а проявившиеся метки были слегка иными. Сещемару напрягся. — Твои глаза, — дайёкай с подозрением посмотрел на собеседника. Парень быстро моргнул. — Вот черт, неужели я потерял контроль над заклинанием, и даже очки не помогли — пронеслось в голове Криса, — как же теперь выкручиваться, ещё слишком рано для правды. Он попробовал сменить тему. — Не повторяй своих ошибок, — тихо сказал Крис. — Не заставляй её делать всё самой и погибать. Ты никогда не сможешь простить себе смерти мико и своего щенка. — С чего ты взял, что мне не безразлична её судьба? Да и какой щенок? Я не буде с ней спариваться — голос лорда дрогнул. — Если бы тебе было так всё равно как ты пытаешься показать, ты бы не стал сегодня её защищать от меня. А щенок будет это нельзя изменить. Вы уже вошли в этот круг. Клятва произнесена, браслеты надеты. Ты сам сказал, что знаешь, что должно случится для того чтобы она поделилась с тобой силой, и завершила этот ритуал. Ты полюбишь её, больше своей жизни. Но она должна сделать выбор и ответить тебе взаимностью, не думаю, что она знала об этом, когда этот старик Миога взял с неё клятву. — Крис, скажи, почему ты не оживил её Тенсейгой, — Сещемару смотрел на свой браслет. Он знал что собеседник прав. Ёкай вздрогнул и чуть наклонив голову тихо ответил: — Тенсейга оживляет единожды. — Значит…., — глаза Сещемару чуть расширились. — Да, я не смог уберечь её дважды. — Крис, я готова, — послышался голос Кагомэ, — пойдём. — А кстати, почему ты так выглядишь, — удивилась девушка заглядывая в гостинную. — Вроде бы ты говорил, что надо скрывать свои метки? — Я коплю силы для барьера. — Улыбнулся парень и откинул с лица прядь волос. — Пойдёмте девушки. — Он бросил взгляд на Сещемару. — Береги её, — пронеслось в голове у дайёкая.