Находка

А это несчастное существо по имени Вольха наконец соизволило взять треклятый амулет в свои ведьминские ручонки. Вот к чему она не была готова — так это к взрыву. Хотя и обошлось без больших ранений, она чувствовала ноющую боль в области седалища и правого бока. Ну, с первым ясно — гравитация штука безжалостная. А второе похоже на ожог, это чувствуется. — Небо. Голубое. Ага, капитан-очевидность вернулся, — подумала девушка, разглядывая облака. Приятный запах свежей травы удивил Вольху — исчезла-то она из осени! Из осени в лето. А что, неплохое название для романа. Тихо застонав, магичка приподнялась и сразу почувствовала что-то непонятное, неправильное… и доселе, кажется, незнакомое, что очень странно. — А я-то думала, что повидала всё. Встав на ноги, прошлась и огляделась, пытаясь понять, откуда исходит этот будто нескончаемый поток, и нашла. Барьер. — Барьер? Гхыр тебя подери, вы серьёзно? Я ж от любопытства умру, если не узнаю, что он защищает! Или кого? Или от кого? Хм, — задумчиво приложила ладонь к подбородку и улыбнулась. — Если кого-то, тогда этот кто-то невидим или его скрывает барьер. Или он под землёй. И хотя последнее рыжая сказала шутя, она и не предполагала, насколько оказалась права, а над последствиями, если защитить пытались ОТ кого, она и не думала. Прикрыв глаза, она вытянула руки вперёд и выдохнула, выпуская и магию. Барьер оказался не так уж крепок и пал, а она скептически приподняла бровь, оглядывая место, где он, судя по оставшемуся следу, был. Но энергия не исчезла, хотя и стала иной. Значит, барьер скрывал ещё и отголоски этой энергии. Отголоски — это значит что-то её «перекрывает». — Земля! Да я гений! Ведьма прошлась, ища источник магии, но никак не могла понять, как он ещё не иссяк. Быть может, зарыли его не так давно? И барьер ещё относительно свежий. Самое сильное «свечение» магии было как раз в том месте, где она стоит. Копать нечем, следственно разнесём тут всё к чёртовой матери! И снова взрыв, и снова раны… Ан нет, крови не добавилось, хотя, прокашлявшись, Вольха сквозь ещё не осевшую пыль заметила что-то в ямке и, естественно, подняла. Видимо, опыта с амулетом ей не хватило. — Ух ты ж, мать моя женщина! Этой энергией же и обжечься недолго! Только как же она открывается?.. Заметила рубин, с интересом рассматривая узоры, и провела по нему пальцем. Случайно нажала и шкатулка, кажется, зажужжала. Значит, она на правильном пути. Нажав ещё дважды, девушка, испугавшись темной дымки, обвившейся вокруг шкатулки, уронила её и отошла на несколько шагов. Из шкатулки поднялся чёрный вихрь и в считанные мгновения, обретя форму, превратился в невысокую человеческую фигуру, тут же очутившуюся на траве. Неизвестно, видела ли когда-нибудь Вольха существ с золотой чешуйчатой кожей и вертикальными зрачками ящерицы, так что, быть может, ей полагалось испугаться ещё больше. …Яркий солнечный свет ударил прямо в лицо, заставив поморщиться и заслонить глаза рукой. Если бы Румпельштильцхена спросили, каково там, внутри знаменитой шкатулки Пандоры, он бы не подыскал внятного ответа. Тьма… сплошная тьма, безо всяких ясных ощущений. Последнее, что он помнил — это собственный ужас и торжество на лице Адны. А потом скрутила физическая боль, показывая, что происходит насильственная трансформация в то, что с удобством поместится в шкатулке. Проще говоря, в тёмный дым. Было снова больно, но это быстро прошло. Слегка пошатываясь, Румпельштильцхен поднялся на ноги и только сейчас заметил незнакомую рыжеволосую девушку. И то, что на земле валялась раскрытая шкатулка, а совсем рядом ямка, откуда, должно, её и достали. Один быстрый взмах рукой — и треклятая шкатулка Пандоры исчезла. Переместилась, куда ей положено — в Тёмный Замок. Только после этого Румпельштильцхен почувствовал облегчение и глубоко вздохнул. И резко повернулся к девушке. — Ты кто? — немедленно сорвалось с его губ. От незнакомки исходила волна магической энергии — но явно недостаточной, чтобы противостоять Тёмному, так что опасности девушка не представляла. И то хорошо. Возможно, стоило испугаться больше, а ещё лучше и убежать, но Вольхе даже интересно стало, кто этот чудик такой. И судя по всему, он тоже заинтересовался её скромной персоной. — Я? — девушка с непониманием указала на себя. — Я Вольха. Я это… мимо проходила. И, кажется, весьма удачно… Склонив голову вбок, она обошла появившееся существо, остановившись справа от него. — А ты-то, собственно говоря, кто? Маг? Нет, не отвечай, это я и так вижу. А как ты в той шкатулке уместился? И вообще, что ты там делал? А как твоя раса называется? Откуда у тебя такая энергия, что я её сквозь землю и эту штуку почуяла? Девушка сразу же забросала мага вопросами, не опасаясь нападения. Он просто не мог её просто так убить. А если бы и попытался, то просто так умирать бы она тоже не стала. Ну, или в крайнем случае всегда можно было убежать. И тут до неё, хромая на обе ноги, но дошла мысль, что она не знает, куда бежать. Да и откуда. Завертела головой, осматриваясь: — Эм, а где я? — задала она главный вопрос. Румпельштильцхен хмыкнул, не спеша поправил пышные манжеты на рукавах, с ухмылкой перевёл взгляд на девицу. Какая быстрая. И любопытная не в меру. — Кто я? Ах да, я же совсем позабыл о манерах… Р-румпельштильцхен! — он изобразил изящный светский поклон — манеры тех самых аристократов, которых Тёмный искренне презирал. — Как ты сама успела заметить — маг. А также, по странному стечению обстоятельств, — он скорчил выразительную гримасу — вот, мол, какие удивительные фокусы судьбы, — ещё и хозяин этих мест! Как я очутился в шкатулке, неважно. Главное то, что мои враги ещё за это заплатят, — высокий, быстро менявший интонации голос понизился на добрую октаву. Мысленно Румпельштильцхен предположил, что перенесла сюда шкатулку и спрятала её фея Лина. Больше некому. Какая издёвка — отправить Тёмного в его же владения! Адна, видать, решила, что здесь всё равно никто не появляется, а коли и появится — вряд ли ему взбредёт в голову рыться в земле. А эта рыжая, похоже, нездешняя, да и разумной её не назовёшь — вот уж повезло, так повезло! Если бы она не выпала невесть откуда… — Ты из другого мира? — Румпельштильцхен пристально осмотрел девушку, шагнув поближе и уперев в неё когтистый палец. — Как тебя зовут, ты сказала? Тоже волшебница, как я вижу. Нелепые вопросы о своей расе и о том, как он уместился в шкатулке, Румпельштильцхен проигнорировал. Магичка скептически вскинула левую бровь, брезгливо отведя от себя палец. — Попрошу без рук. Вольха я, говорю. Похоже из другого. И, да, волшебница, хотя предпочитаю термин «ведьма». А что? Румпельштильцхен отвечать не спешил. Он медленно обошёл её кругом, как и она его до того, однако остановился у неё за спиной и шепнул на ухо: — Вольха, значит. Странное имя, но тебе подходит. Признаться, спрашивая его во второй раз, я тебя… проверял. Знаешь ли, имена очень много значат. Завершив эту туманную реплику, Румпельштильцхен неуместно хихикнул и очень быстро оказался вновь лицом к лицу с рыжеволосой. — Поговорим о деле. Магия всегда требует честности, посему, оказав мне услугу, ты получишь ответную. Вопрос в том, чего ты захочешь, дорогуша. Осторожнее формулируй желания, — он ухмыльнулся, многозначительно глядя на собеседницу, — иначе пожалеешь, что вовсе чего-то захотела! — Проверял он. Тоже мне. Девушка фыркнула, уперев руки в бока, и тут же одернула их, скривившись от поступившей боли. — Совсем забыла. Выпустила мягкую волну целительной магии на рану и та немедленно зажила, оставив после себя красное пятно на одежде. Снова переключилась на мага, услышав об услуге. — Вот как? Мне, вообще-то желать особо нечего, кроме… Слу-ушай, — протянула она, растягивая улыбку на пол лица. — А не мог бы ты научить меня? К примеру, всему, что знаешь? — Какое очаровательное желание, — протянул Румпельштильцхен, сузив свои выпуклые нечеловеческие глаза. Если чего-то он сейчас хотел меньше всего на свете, так это обучать магии своевольных рыжих дамочек. Однако девчонка, по факту, спасла Тёмного, и не оказать ответную любезность он не мог. Причём достаточно весомую, чтобы не остаться обязанным этой Вольхе. — То есть ты в ученицы ко мне податься решила, — уточнил он, небрежно жестикулируя и отходя в сторону, будто спокойно стоять на месте долгое время было для него непосильной задачей. Любой другой на её месте захотел бы домой. Однако возможно, что в собственном мире её пытались убить (рана-то откуда была?), и возвращаться туда она не желает. Логично. Она размышляла и о возвращении, однако, пусть и была эгоистична, дорожила жизнями своих друзей и… Да, и о нём* она думала. К тому же что-то ей подсказывало, что Румпельштильцхен может научить её большему, нежели учителя в Стармине. — Ну да, именно этого я и хочу, — уверенно заявила ведьма и откинула волосы назад. — Что ж, — маг развернулся на каблуках и двинулся обратно к Вольхе, двигаясь всё так же дёргано, как будто никак не мог выплеснуть свою кипучую энергию, — да будет так, дорогуша! Вот только поселиться тебе где-то надо, желательно не слишком далеко. Хотя бы, допустим, — он задумался, приложив палец к тонким серым губам, — в какой-нибудь… местной деревушке! Уверяю тебя, крестьяне против не будут. Ты только скажи им, — Румпельштильцхен посмотрел на Вольху взглядом ребёнка, который предлагает смешно подшутить над взрослыми, — что ты — ученица самого Тёмного, и всё! Сказав это, он снова захихикал, как будто испытывал необычайный прилив веселья. Откровенно говоря, веселиться действительно было с чего: хотя бы потому, что повезло выбраться из шкатулки. Вольха же… с ней он, Румпельштильцхен, придумает, что делать. Использует в каких-нибудь своих планах, например. Благоразумием ведьмочка явно не блещет. Вольха торжествующе улыбнулась и сама же хихикнула: — Тёмный всё-таки! А я знала! Вприпрыжку подошла к какому-то камню, возле которого ей повезло приземлиться, не расшибив себе голову, и подняла выпавший после перемещения амулет за веревочку на уровне глаз. — И не пытайся хитрить, Рум… Штильцхен, — отстраненно приговорила она. — ты знаешь, я не так глупа и понимаю, что угрожать тебе бесполезно. Но я тоже умею играть и не всегда по правилам, — девушка подкинула и поймала артефакт, положила его в карман и вздохнула, глянув на теперь уже учителя. — А сам-то ты, где обитаешь? — Поверь, дорогуша, — маг демонстративно закатил глаза, — если я захочу схитрить, ты об этом даже не догадаешься. Если захочешь со мной поиграть, я тебя поддержу — но потом не жалуйся. А вот если ты всё же вздумаешь мне угрожать — я могу и не посмотреть, что ты мне, скажем так… помогла выбраться из шкатулки, — он беззаботно улыбнулся Вольхе, как будто пообещал что-то заманчивое, и поиграл пальцами. — Живу я в Тёмном Замке, если это тебя интересует — здесь каждый крестьянин в подробностях расскажет, что замок этот полон зловещих теней да ловушек, в подземельях жертвы стонут в лужах крови, а поутру хозяин завтракает свежими младенцами… Ах да, — оборвал он сам себя, — меня зовут Рум-пель-штильц-хен. Пока не сумеешь выговорить моё имя, на глаза мне не показывайся. Сможешь произнести без запинки — сможешь и позвать. Иначе — не появлюсь. Сказав это, он отвернулся от неё и не спеша направился прочь. А Вольха медленно закипала, подергивая верхней губой. Помогла! Да если бы не я, ты бы там и растворился, самодур! Вараак гхыров! * — Вот и иди! Ошган брыный!* — пробурчала она себе под нос. Несмотря ни на что, тролльи ругательства рыжеволосая знала прекрасно. И очень хорошо, что этот их знать не мог никак. Уже громче добавила. — До свидания, Рум-пель-штильц-хен. Отдала честь двумя пальцами, провожая Тёмного взглядом, и направилась в противоположную сторону, рассудив, что раз он живёт там, то деревня как можно дальше. «Надо же, как разозлилась, так сразу выговорила», — мысленно усмехнулся Тёмный маг, в виде исключения решив совершить прогулку к своему замку пешком. Необходимо подумать… в том числе и об этой Вольхе. Девочка пока ещё не знает, что он и на расстоянии может её видеть. Но, возможно, догадывается. Надо будет разузнать подробнее о магии её мира… когда собственные дела перестанут занимать. Вспомнив о заколдованном сыне, Румпельштильцхен тяжело вздохнул и продолжил путь уже в значительно подпорченном настроении.