Ближе нельзя

После получаса движения по незнакомым улицам и переулкам под дистанционным руководством Кеджила, Стин выехал на просторную автостраду, которая, как оказалось вскоре, упиралась в новенький элитный жилой комплекс. Людей здесь было мало, машин тоже. Высотки производили впечатление абсолютно не обжитых – видимо, большая часть квартир пока оставалась некупленной. Миновав консьержку, которой пришлось назвать какое-то идиотское кодовое слово, Стин поднялся на верхний этаж здания и оказался в просторном, почти не обставленном, пентхаусе. Огромные окна во всю стену смотрели на чистое голубое небо. Дорогой, но неудобный диван и письменный стол с креслом составляли всю меблировку. Стин в очередной раз набрал номер Кеджила. - Ты близко, - сообщил ему равнодушный, слегка хрипловатый голос в телефонной трубке, - ищи. От звука этого голоса по телу Стина пробежала лёгкая дрожь. Стин прошёлся по комнате, открывая двери в смежные помещения. За одной из них обнаружилась лестница, ведущая ещё дальше наверх. «Чердак?» - спросил он сам себя. Дрожь, бегущая по спине, приобрела какой-то другой оттенок. Невыносимо захотелось позвонить Брайану. Просто так. Спросить, как дела. Стин посмотрел на часы. Половина шестого. Переговоры должны быть в разгаре, так что идея не очень. Он размял плечи и начал неторопливо подниматься по лестнице. Дверь в торце её оказалась незаперта, но за ней царила темнота. Стин взял в руки мобильник и включил фонарик. Посветил за дверь, ничего не разглядел, и вошёл. Дверь тут же закрылась за спиной. Вспыхнул свет – впрочем, неяркий, и чуть желтоватый. Стин осмотрелся по сторонам. Первое, что он заметил, был крепкий седеющий мужчина, сидевший в кресле напротив. Ничего общего с Кеджилом он не имел. Ещё двое, заметно крупнее, и обнажённые выше пояса, стояли слева и справа от двери. - Я ошибся адресом? – спросил Стин и попятился назад. Он занимался борьбой, но говорить о том, чтобы справиться сразу с тремя не приходилось. Впрочем, оставался маленький шанс, что это просто какая-то непонятная игра. Малюсенький такой шанс. - Стин? Стин сглотнул. - Может быть. Мужчина улыбнулся. - Не нервничай. Всё будет, как договорились. Стин бросил короткий взгляд на полуголых бугаёв. - А, это… мои ассистенты. Ты же хочешь избавиться от голода до самого конца весны? – мужчина усмехнулся. - Вообще-то, нет, - Стин протянул руку за спину, дёргая ручку. Особых надежд уже не было. В голове стремительно прокручивались возможные варианты действий. «Говорят, надо расслабиться, и получать удовольствие, - мелькнуло в голове, - найду того, кто это сказал, и набью морду…». - Вы же понимаете, меня будут искать. - Очень может быть, - мужчина улыбнулся, - и найдут через пару дней. Мы же не звери. И ты пришёл сам, значит всё по согласию. Три голоса против одного. Стин облизнул губы. - Вы не знаете, кто я. - А ты не знаешь, кто я, - мужчина смотрел почти ласково, но с заметной издёвкой. - Не ломайся, малыш. Или удовольствие получат все, или только мы. Давайте, ребята, поехали. Уже видя, как тянутся к нему мощные, перевитые мышцами руки, Стин машинально дважды нажал на вызов и отшвырнул мобильный в сторону. Мужчины не заметили ничего. Его оперативно скрутили и согнули вдвое, лёгким ударом между лопаток заставив опуститься на колени. Один из мужчин остался удерживать его запястья выгнутыми назад, другой обошёл парня спереди и резким движением распорол рубашку. - Суки… - выдохнул Стин и дёрнулся в сторону, пытаясь освободиться, но вместо этого лишь слегка напоролся на нож. Струйка красной крови пробежала по груди, и Стин заметил, как облизнулся старший из троих. Он встал и, подойдя к жертве, приподнял его подбородок вверх. - Меня будешь называть «Господин», моих помощников – «Мастерами». За каждое грязное слово, вылетевшее из твоего шлюшьего ротика, будешь наказан. Понял? Стин сжал зубы. Удивительнее всего было то, что, хотя он чувствовал в «господине» доминанта, желание подчиняться уступало место злости и отвращению. - И что ты мне сделаешь? – спросил Стин. - Неужто причинишь боль? «Господин» улыбнулся. - Я придумаю, – он отвернулся, подавая знак ассистентам, - на стол его. Стина рванули вверх и как куклу швырнули животом на стол, стоявший в отдалении. Он увидел совсем рядом с лицом следы засохшей крови, и от мысли о том, что и с кем делали на этом столе до него, Стин едва сдержал рвоту. Пока он боролся с естественными позывами, руки его оказались крепко привязаны столешнице чем-то твердым, приподняв глаза, он увидел, что это проволока. При каждой попытке вырвать запястье, она лишь глубже впивалась в тело, разрывая кожу. Лезвие ножа поддело рубашку, разрезая её ещё и на спине, а через секунду распороло и брюки, ошмётками ткани упавшие на столешницу. Ноги остались свободны, однако как только Стин попытался их свести, чьи-то острые ногти впились ему в мошонку так, что в глазах потемнело от боли. - За глупости тоже будет наказание, - сообщил «господин». - Пошёл… Стин не успел договорить, потому что кулак одного из «мастеров» врезался ему в промежность. - Хочешь остаться инвалидом? – усмехнулся «господин», - Или надеешься когда-нибудь завести детей? Угроза подействовала. Парня прошиб холодный пот, и он замолчал. Перед глазами блеснуло лезвие, а через пару секунд Стин увидел рядом газовую горелку. - Сыграем в игру, - предложил господин, - я загадываю два желания. А ты говоришь – один, или два. «Псих» - хотел было выдохнуть парень, но сдержался. - Послушайте, - повторил он, стараясь говорить ровно и вразумительно, - наверняка, есть те, кому понравится и так. Но для меня это слишком. Отпустите меня, и найдите того, кому понравятся ваши игры. Мужчина усмехнулся. - Зачем? То, что ты против, только придаёт остроты. Итак. Я загадал. Стин несколько секунд смотрел на безумные глаза насильника. - Один, - выдохнул он, пытаясь понять, что же ему светит, нож или пламя, но вместо этого что-то ледяное и узкое ворвалось ему в анус. Было почти не больно, только страшно и унизительно. - Хороший выбор, - одобрил господин. Он смотрел куда-то за спину Стину, на его бёдра. Парень попытался выгнуть шею и разглядеть, что происходит, но ладонь господина тут же впечатала его щёку в стол. Кто-то из мастеров согнул ему ноги, заставляя оказаться почти на четвереньках, только с вытянутыми вперёд руками и отставленным задом. Холодный предмет поправили, и внутренностей Стина коснулось что-то совсем уж ледяное и шершавое. Парень закусил губу. Ощущение не было неприятным, оно было просто… странным. Будто при малейшем движении внутри перекатываются шершавые шарики. Чья-то рука тут же прошлась по его ягодицам и легко шлепнула. Пальцы скользнули в меж разведённых ног и прошлись по члену. В следующий миг ладонь с силой сжалась на яичках и члене, заставляя парня снова взвыть от боли, а мышцы ануса резко сжаться, выталкивая наружу посторонний предмет. К его ужасу, шарики остались внутри и постепенно, кажется, проходили всё глубже. Он закусил губу, чтобы не завопить от страха, но тут же рука господина легла ему на затылок, за волосы вздёргивая наверх. - Нравится? – спросил он. Стин зажмурился, чтобы не смотреть в глаза насильнику, и тут же получил затрещину, которая заставила его снова открыть глаза. - Нет! Господин ухмыльнулся. - Второй раунд, - сказал он, - один или два? Стин облизнул губы. - А если ноль? - Тоже хороший вариант. Что-то щелкнуло, и спину Стина обожгло огнём. Он вовсе не рвался пробовать на себе огонь, даже если бы их не было трое. На глаза навернулись слёзы. Всё, что было ему нужно, - это утолить этот чёртов голод. Он бы никогда в жизни не сунулся головой в такую дерьмовую мышеловку, если бы ему было чуточку легче. Спину снова обожгло, но уже в другом месте. Третий раз пламя коснулось его обнажённого плеча, и ему показалось, что он чувствует запах палёных волос. Тут же жар пропал, и появился совсем рядом с его анусом. Внутри всё ещё было холодно, но прежний страх казался жалкой тенью того, что он испытывал сейчас. - Один или два? – спросил господин. - Два, - выдохнул Стин. Зажигалка исчезла, на миг прекращая боль, и он почувствовал себя ужасно уставшим. Волны равнодушия накрывали тело. Какое к чёрту сопротивление, когда их трое и руки связаны. Надо просто перетерпеть, и добраться домой. Один из мастеров нажал что-то на столе, и Стин почувствовал, что одна половина столешницы загибается вниз. Мастер подошёл вплотную и руки его огладили бёдра парня. Не обращая внимания на то, что внутри юноши всё ещё что-то было, он резко надавил членом на его сфинктер и ворвался внутрь. Боль накрыла с головой. Ничего приятного не было в этой боли, только отвращение к себе и к тем, кто делал это с ним. Мастер задвигался, разрывая, кажется внутренности. Стин изо всех сил вжался животом в колени, пытаясь хотя бы чуточку отодвинуться от вторгавшегося в него члена, но в этом не было смысла – мужчина лишь начал налегать сильнее. Снова руки господина приподняли его за волосы. Мужчина внимательно разглядывал лицо жертвы. - Расскажи, - сказал он с любопытством, - с тобой уже делали так? - Нет. Глаза мужчины расширились. - Что, никогда не трахался на сухую? - Нет, - будто выдох. - А втроём? - Нет. Мужчина усмехнулся. - А что-нибудь вообще ты делал? Стин попытался отвернуться. Как было объяснить, что всё что он пробовал – стерильные сессии даже без секса? Да, секс был… Но совсем отдельно. Без боли. Да и не так уж часто. За два дня он успел попробовать всё то, без чего обходился прошлые двадцать пять лет, и теперь вовсе не был этому рад. - Отвечай, шлюшка, - его снова приподняли за волосы. Стин попытался найти слова для ответа, но их не было. Член мастера продолжал разрывать его изнутри. Устав ждать, Господин поднёс нож к щеке жертвы, но прежде, чем Стин понял, что сейчас произойдёт, раздался выстрел и лезвие отлетело на пол. Мужчина выругался и удивлённо уставился на дверь. - Мордой в пол, руки за голову, - услышал он знакомый голос и, впервые за всё время в этой комнате, захотел подчиниться.