Через невезение к звездам

Следующим вечером, когда Ли только выбрался из ароматной пенной ванны, которую он принимал вместе с Томом, а поэтому несколько затянувшуюся, он услышал надрывающийся звонок своего мобильного. -Ли, ты где пропадаешь? — раздался из трубки резкий требовательный голос. Звонил его агент, а по совместительству лучший друг. — Я… Я у друзей… А что случилось? — У друзей он! Снова мальчика себе нашел?! Тащи свою оклахомскую задницу в офис! Или я твои контракты за тебя должен подписывать? Ли готов было вспылить, но вовремя прикусил язык. Манера Пита Дженкинса общаться была хоть и резкой, но не раз помогала Ли в трудных ситуация. — Я не могу сейчас, Пит, я в… я не в Нью-Йорке. — Просто отлично! Жду завтра до вечера! Ты обязан быть! — и его собеседник положил трубку. Пейс был мрачнее тучи. — Что случилось? — с тревогой спросил Том, вышедший из ванной вслед за Ли. — Звонил мой агент, видимо завтра мне придется уехать… Том заметно погрустнел. Он уже не представлял себе, как мог жить без Ли и теперь не хотел думать, как будет обходиться без него даже один день. Видя перемену в лице партнера, Ли, приблизившись вплотную к благоухающему чистотой и мятным гелем британцу, прошептал: — Значит нам нужно наверстать все, что мы пропустим… — и он с новой силой впился в чуть припухшие от поцелуев в ванной губы Хиддлстона. Рано утром, когда солнце совсем чуть-чуть показалось из-за горизонта, а небо лишь немного посветлело, стыдливо пряча ночные звезды с небосклона, Ли, обессилено откинувшись на кровати, спросил: — А все британцы такие ненасытные в постели? — Я не дам тебе шанса проверить! — хитро улыбнулся Том и, сверкнув замутненными наслаждением глазами, забрался на Пейса сверху. Ли смог собраться только после обеда. — Ты точно уверен, что я не должен проводить тебя в аэропорт? — в который раз спросил Том. — Точно! Потому что я хочу обнять тебя на прощание. И целовать до последнего. А в аэропорту… — Я понимаю. Я бы тоже не хотел, чтобы наши фотографиями пестрели все газеты и сайты. — Как же я тебя люблю! — ответил Ли и впился в его губы. Когда наконец они оторвались друг от друга, Том с тревогой спросил: — Ты так целуешь, как будто мы расстаемся навсегда… — и отвел глаза. — Не дождешься! — улыбнулся Ли, легко чмокнул британца в лоб и отправился ловить кэб. С момента их расставания прошло две недели. Дела затянули Ли гораздо сильнее, чем он ожидал. Но каждый вечер он звонил любимому, и они подолгу болтали по скайпу после рабочего дня. Том приходил усталый, еле доплетался до кровати и, прихватив с собой коробочки из китайской забегаловки, буквально падал на кровать, раскрыв ноутбук, чтобы говорить с Ли до последнего, пока не отключался. Пейс настойчиво предлагал Томасу не мучить себя и ложиться спать сразу после возвращения, но Хиддлстон был непреклонен, уверяя, что без их вечернего ритуала он кошмарно спит. Но сегодня что-то явно было не так. Том был чем-то очень серьезно обеспокоен, хотя и всеми силами пытался это скрыть. Если бы между ним и Ли не появилась незримая связь, ощутимая даже на расстоянии, то Пейс бы ничего не заметил. Однако, даже на расстоянии он тонко чувствовал своего партнера и понимал, что что-то произошло. Но Том не признался, сославшись на усталость. Ли не на шутку забеспокоился. На принятие решения у него ушло не больше пяти минут. Закрыв ноутбук и позвонив Питу, он, наслушавшись нелестных высказываний в свой адрес, скидал в сумку самое необходимое и отправился в аэропорт. К счастью, нужный самолет задержали из-за неполадок на взлетной полосе, и Пейс успел пройти регистрацию на рейс. За время семичасового перелета, Ли, внимательно прочитав два сценария, присланных Питом ещё вчера, ответил на них отказом и, получив в ответ новый набор «комплиментов» от своего агента, с чистой совестью закрыл ноутбук. Выбираясь из кэба, Ли очень нервничал. Трясущимися от волнения руками он нажал на дверной звонок. Том открыл дверь и, увидев Ли, оторопел, но тут же счастливо улыбнулся и крепко обнял его. — Любимый! Ты приехал! Так неожиданно! — радостно начал он, увлекая его в комнату. Ли даже на секунду показалось, что он зря волновался и что было бы неплохо подлечить нервы, но Том, сев на диван и виновато опустив голову, прошептал: — Ли, прости меня… Я так виноват…