Лезвие

      «Скажи кому-нибудь — не поверят. Не поверят что я — звезда! Красивый, молодой, вся жизнь впереди, а ещё я уже по телеку засветился!» — подумал я, окинув взглядом телевизор, который всё ещё был включен. На местном канале, «Мистерио», шли новости, в которых рассказывали обо мне. Но его включил не я, его включил уродец, которого я уже успел сделать красивым.  — Жаль что не дожил. У них слишком низкий болевой порог, слабаки! — я засмеялся. Нет, даже заорал, дико заорал на весь квартал так, что взрослые, не то что дети, закутывались от моего голоса глубже в одеяло.       — Слабаки! Вы все — кучка сраных, слабых уродов! Вы не разбираетесь в красоте! — сказал я тихо, я не должен тревожить соседей больше, а то милицию вызовут. Хотя, наверное, они это уже сделали. Поздно одумался. — Я назову тебя Алексом. Или Антонио. Один хер, вас всех всё равно под кучей земли зароют, — сказал я прекрасному брюнету, который лежал на полу уже мёртвый. И убил его я. А если быть точнее, не убил, а сделал красивым.       По моим рукам текла алая кровь. Кровь моего клиента. Он идеальный. Не такой как я, но всё равно очень красивый: прекрасная улыбка, растянутая от скулы до скулы, карие глаза, мускулистое тело, которое я украсил множеством разнообразных ран и царапин. А этот его предсмертный взгляд, полный боли и страданий, меня будто манит, притягивает к себе, возбуждает. Жаль что я не могу остаться с ним, дело зовёт. Ещё столько можно сделать этой ночью!       Я встал, потянулся, оглядев своё творение. Жалко было его оставлять таким беззащитным, на растерзание копам, но ладно, своя задница важнее. Я услышал звук милицейской сирены и понял, что пора сваливать. Проверив свой карман, я в последний раз взглянул на красавца, который спал вечным сном, на кровавые разводы на стенах и на полу, на капли бордовой жидкости, которые образовывали элегантные узоры. Таки я — творческая личность. И художник, и скульптор, и философ! Когда-нибудь они поймут это, станут боготворить меня, но пока этого не произошло, я предпочитаю скрываться. Звук сирен всё ближе и ближе — пора убегать. Я вышел на задний двор через чёрный ход и оказался на засаженной разными цветами лужайке — запах лютиков, ирисов, лилий и прочей флоры забил нежным ароматом нос, но мне некогда наслаждаться. Я перепрыгнул через невысокий забор и скрылся на заднем дворе соседского дома, за небольшим амбаром в котором хозяева видимо прятали всякие садовые принадлежности. Меня не было видно, но зато я мог наблюдать за всем происходящим в доме жертвы через небольшую щель в заборе. Ещё секунда и мне бы пришлось как-нибудь устранить копов, ведь они как раз подъехали.       — Мистер Оуллет? Мистер Оуллет, открывайте, это милиция! Если вы не откроете, мы будем вынуждены выломать двери! — донеслось до меня, хотя я и не мог увидеть происходящего в комнате, где лежал оставленный мною сюрприз.       Но в ответ тишина… Что им может ответить спящий человек? Глупые копы, ни совести, ни уважения.       — Мистер Оуллет, на счёт «три» мы выбиваем двери! И это не шутки! Раз… Два… Три! — я услышал как что-то тяжёлое упало на деревянный паркет.       Ещё несколько секунд стояла тишина, видимо они осматривали помещение. А потом случилось то, чего я так долго ждал:       — Господи Иисусе! — проорал один из полицейских хуже чем я, когда смеялся.       Жаль что я не могу увидеть их искажённые ужасом лица. Очень жаль. Я люблю видеть боль в их глазах, видеть что они боятся меня, и боятся не зря. Я тот, кто заставит плакать стоя на коленях миллионы людей! Тот, кто заставит атеистов молиться о пощаде и просить у Всевышнего простить все грехи. Я тот, кто не жалеет никого и никогда. Я — ночной кошмар этого городка. Бойтесь меня. Я ваш Бог и я убью тех, кто так не считает…       »— …От сегодня жители Уэйнсборо могут не скрываться ночью в домах, баррикадируя двери и окна. По просьбе мэра Адама Монро, в наш город прибыло два детектива, которые будут расследовать преступления убийцы, наводящего страх на жителей нашего городка и, как мы надеемся, наконец смогут остановить череду загадочных убийств. Детективы Рик Конорс и Азалия Корти прибыли сегодня утром и, как утверждает шериф Адам Леманд, уже заступили на пост.»       Женская рука коснулась пульта и выключила телевизор.