Лезвие

      Ночь. Растущая луна кое-как освещает опустевшие улицы Уэйнсборо, иногда прячась за массивными серыми тучами, предвещающими завтрашнюю плохую погоду. Веет прохладный ветер, колыша молодые листья на деревьях и заставляя их пуститься в вольный пляс. В окнах хаотично погасает свет.       Люди в городке боятся этой тёмной и мрачной поры, но пойти против природы не могут, хоть как сильно захотят. Под покровом ночи порой совершаются ужасные поступки, на которые способен лишь сам Дьявол.       "— Алло? Азалия, ты?" — знакомый голос доносится из моего сотового.       — Да, я. Рик, произошло очередное убийство, сейчас мы на месте расследования...       "— В смысле? — не сразу доходит до него. — Кто и где?"       — Вуди Оуллет, 32 года. 336 Вашингтон Драйв... Это из разряда "не для слабонервных"...        Голос напарника на секунду смолк, заставляя меня волноваться.       — Рик?       "— ..."       — Рик!       "— Я тут. Извини. Спрашивал сколько займёт времени дорога. Ждите через двадцать минут... И с особым сюрпризом."       — Окей, ждём!       Я закончила разговор и выключила телефон, отложив его в карман, после чего надела на руки резиновые перчатки, которые мне дали. Я всё ещё не верила в то, что убийца не оставляет улик и решила сама всё перепроверить, а то вдруг меня обманывают или убийца кто-то из наших? И вообще... Интересно, что за сюрприз?..       — Нашли что-нибудь? — спросила я у офицера Патрика Дина, который в таких же, как и я, белоснежных перчатках рассматривал труп. Ну... Некогда белоснежных.       Он на секунду остановился и тяжело вздохнул, отрицательно покачав головой мне в ответ.       — Думаю, шериф вам уже говорил о том, что убийца не оставляет по себе улик?       Я на секунду замолчала и закатила глаза.       — Это бред, вы плохо ищите, — как можно спокойней сказала я, хотя в голове творился балаган. Я повторяю эту фразу второй или даже третий раз за день. Такое чувство, будто они все сговорились.        Патрик лишь фыркнул и, нахмурив брови, продолжил свои безрезультатные исследования.        В саду на траве виднелись тёмно-алые запечённые капли крови. Офицер Артур включил большой фонарь, благодаря которому мы могли хоть что-то разглядеть, даже несмотря на ночь. Шериф, который приехал через три минуты после нашего прибытия, настоял на том, чтобы мы всё сделали как можно быстрее, дабы предотвратить очередную смерть. Теперь мне было понятно, почему они ничего так и не нашли. Убийца орудует вечером и ночью, а в это время трудно что-нибудь заметить даже человеку с отличным зрением. Если честно, то я не знаю, о чём думает Леманд и как его вообще держат на этой должности, учитывая его плохую работу.        Адам ходил по кустам, блуждал глазами по лужайке, время от времени поглаживая себя за короткую бороду и окунувшись в личные мысли. Он снова казался очень взволнованным и напряжённым. Иногда он нагибался и что-то рассматривал, рылся в зарослях или пытался что-то вырыть из земли в качестве улики, как специально обученная собака, но ничего так и не нашёл. Меня очень заинтересовало его поведение, но и отвлекать я его не стала, что если это его особый метод?       Я не знала, чем мне заняться, потому что была более чем уверена в том, что мой труд пропадёт зря. У меня никогда не было "глаза-алмаза", а в этой тьме, хоть и достаточно освещённой, я вовсе чувствовала себя как ёжик в тумане. Конечно, я знала, что мне когда-нибудь придется работать в неудобной атмосфере, но ничего поделать с собой не могу. Перед усталыми глазами появляется слабая пелена.       Я подошла поближе к Адаму и словила его немного испуганный взгляд. Какой-то он нервный, или его я напрягаю? Сложно сказать.       В доме была найдена грязь из сада, значит убийца зашёл с заднего двора. Может, соседи что-нибудь знают? Или они и вовсе могли видеть убийцу? Тоже мне, "следов не оставляет".       Вдруг по моей спине будто пробежал целый табун мурашек, а моё тело невольно вздрогнуло. Я сразу же обернулась в надежде увидеть того, кто меня так опалил своим взглядом, но все были заняты своими делами. И не то чтобы этот кто-то отвернулся в нежелании столкнуться взглядами, я всё ещё чувствовала на подсознательном уровне что за мной кто-то следит, хотя мне так и не удалось увидеть этого "шпиона".       Мои мышления были прерваны воем сирены милицейской машины. Я была более чем уверена в том, что это Рик спешит. И не прогадала. Через секунд тридцать к дому подъехали мой товарищ и пожилой Альфред, послуживший ему водителем. Они прибыли быстрее, чем ожидалось - вместо 20 минут успели за 12.       Как только Рик ступил в дом, так сразу увидел меня и, не медля, подошёл. В руках он держал пластиковый пакетик, который в первый же удобный момент ткнул мне под нос, будто хотел как ребёнок похвастаться. Я в нём ничего не разглядела, и поэтому могу смело предположить, что это либо отпечаток, либо мелкая деталь типа кожи, ресницы и так далее.       — Это и есть сюрприз? — с лёгкой улыбкой спросила я.       — Да. Можно считать, мы практически вышли на след убийцы, — Рик направился к Адаму.       Я набрала полные лёгкие прохладного воздуха и спокойно выдохнула его. В очередной раз убеждаюсь, что мой напарник - настоящий специалист. Вот почему я пытаюсь на него равняться. В одиночку за день он нашёл то, что не могли найти сотня человек за целый месяц. Но в такой спешке есть и свой минус, мой личный: я практически ничего не сделала за целый день, лишь бумаги разглядывала. Считай, что целый день ленилась...       — Этот человек просто гениален! - прозвучал одновременно удивлённый и торжественный голос шерифа, который дружески хлопал Рика по плечу.       Похоже, Адам уже знает о том, что Рик совершил новую находку, которая продвинет наши исследования...       Позже, близко к вечеру, мы начали празднование, на которое нас подтолкнул сам шериф, что было очень странно. Это была небольшая вечеринка или что-то подобное в честь Рика. Отпечаток пальца, который он нашёл, был передан в лабораторию, которая находилась рядом с участком. А на месте преступления, к сожалению, мы ничего особого не нашли, но кровь и землю всё равно забрали на экспертизу, а сам труп был направлен в морг местной больницы. Для себя я решила вернуться к дому Оуллета завтра днём, чтобы более тщательно поработать на свежую голову и, возможно, внести свой вклад.       Весь бодрствующий участок начал празднование: небольшой стол, который наполнили несколькими видами нарезок, сыра и овощей, а так же две бутылки белого вина, которое разливали понемногу, чтобы никто не спился. Нам же не нужны пьянствующие разгильдяи на посте. Я же предпочла алкоголь обычной минералке, потому что знаю, как первое на меня действует.       — Выпьем за прекрасного детектива, — произнёс тост один из офицеров и поднял сосуд, на четверть наполненный виноградным напитком.       — Выпьем! — раздался ответ и все подняли свои бокалы-стаканчики над головами, в том числе и сам виновник торжества.       — Не стоит... — сказал Рик, выпив свою порцию и стеснительно опустив взгляд вниз, пытаясь скрыть предательски выступивший на щеках румянец.       В отличии от меня он был очень стеснительным, и, в то время как я на лишнее внимание реагировала с раздражением, он всегда умудрялся залиться красной краской и выставить себя на место тихони. Это был его особый бзик, придающий его личности неповторимых, хоть и тусклых красок.       Все столпились вокруг него, тем самым вытолкав из толпы меня. Такое чувство, что они его сейчас либо задавят там, либо на руки поднимут.       Я вздохнула, допив свою воду и взяв со стола кусочек колбасы и сыр, из которых сделала такой себе "ленивый сэндвич". Краем глаза я вдруг заметила Патрика с ещё каким-то офицером, которые шли в направлению к раздевалке.       — Ну что, убийца всё ещё не оставляет следов? — ехидно произнесла я, приближаясь к ним.       Патрик резко остановился, повернув голову в мою сторону, а его сопроводитель продолжил свой путь.       — Если ты таким образом требуешь извинений, то...       — Ничего подобного. Можешь не извиняться, но свою погрешность ты признать должен, — снова съязвила я, пытаясь подчеркнуть его ошибку.       Патрик вздохнул и последовал за другом, ничего не ответив, а я вернулась к столу, отхватив очередной кусочек колбасы. Очередь вокруг Рика как раз рассосалась и он уже шёл ко мне, намереваясь что-то сказать.       — Я устал, а ты? — Рик сунул в рот небольшой кусочек сыра.       — Есть немного... Я не прочь навестить новое жилище.       — Вот и отлично, — промямлил он с набитым ртом.       Прожевав пищу и запив небольшим количеством минералки, Рик снова обратил на себя внимание людей:       — Ребята... — он нерешительно начал свою скромную речь. — Я знаю что вы очень хотите продолжить празднование, но так, как мы с моей напарницей устали, думаю нам стоит отлучиться до завтра.       Публика нервно зашепталась.       — Жаль. Очень жаль, — шериф решился на ответ, собрав на себе взгляды толпы. — Вас отвезти или сами доберетесь? Вы ведь знаете, куда ехать?       — Да, конечно, — ступила вперёд я. — Не хотелось бы вам доставлять неудобства. Мы прекрасно знаем, куда нас поселили и доберемся своим ходом.       — Тогда до завтра, что ли?.. — Адам повёл плечами.       — До завтра, — ответил Рик, снова принимаясь за очередной кусочек сыра.       Кивнув в ответ и оттянув напарника, я с Риком вышла на улицу в сопровождении Адама. Он тихо шёл за нами аж до самого места парковки..       — Возьми, — Рик ткнул в меня ключи от нашей машины, а я и не сопротивлялась. Хоть я и вожу не очень, но так будет лучше, чем ехать с выпившим за рулём.       Шериф стоял, провожая нас аж до того момента, как я пристегнула ремни и завела мотор. Рик же сел рядом со мной на пассажирском сидении, опер голову прямо на стекло и устало прикрыл глаза. Я его понимаю, сегодня у нас обоих выдался достаточно сложный денёк, учитывая сразу долгий путь, потом работу, а позже ещё и вечеринку в час ночи. Да и думаю, что ему стоило больших усилий найти тот поганый отпечаток.       Я робко начала движение, как вдруг снова почувствовала на себе пристальный взгляд, от чего аж пошатнулась. Резко затормозив я открыла окошко и выглянула, ища глазами Адама. Он успел достаточно далеко отойти (футов на 2-3) и с удивлением поглядывал на меня.       — Что-то случилось? — озадачился он.       — Ничего такого, извините... Показалось кое-что, — без особых объяснений я сунула голову назад в машину и закрыла окно.       Это был точно не он. Но тогда кто?.. Рядом никого не оказалось, и если в прошлый раз на меня мог взглянуть любой, то в этот раз вариантов не было. Рик спал, а шериф и не собирался поворачиваться в нашу сторону. Точно паранойя развивается...       — Чёрт, ты так не пугай! А то в следующий раз я слягу в больнице с сотрясением, — Рик потёр голову, которой, видимо, ударился.       — Извини, Рик, — вздохнула я.       Напарник сладко зевнул и неуклюже свернулся калачиком на сидении, пытаясь минимально прикасаться к стеклу.       Я выехала за пределы участка и повернула направо, по памяти проводя путь к отелю, где нас заселили. Фонари жёлтым светом освещают дорогу и близлежащие дома, в окнах которых иногда можно увидеть людей, которые пристально следили за нашей машиной. Возможно, именно кто-то из них и стал виновником всех моих бед?..       На улицах никого, будто я сейчас еду по городу-призраку. А ведь совсем недавно, утром, здесь людей была целая куча: и дети, и старики, и молодые. А сейчас даже половина ларьков, магазинов и кафе закрылась, их вывески погасли до завтрашнего дня... Точнее, до сегодняшнего утра. Сегодня уже завтра, ведь так? Почему я задаюсь столь глупыми вопросами?..       Спустя двадцать минут после блужданий по безлюдным улицам Уэйнсборо, мы, наконец, подъехали к отелю "Устрица", который, кажется, был единственным источником света на целые мили. Вывеска ярко сверкала, парковка была наполнена машинами и мотоциклами, а из бара доносились человеческие возгласы и музыка, прерывающие траурную тишину округи.       Кажется, в данное время отель - чуть не самое безопасное жилище, которое можно найти в этом городе. Людей много и охрана присутствует, это минимум должно спугнуть убийцу. Хотя... Кто знает что у этого ублюдка может быть на уме.       Я припарковалась и заглушила мотор, а после разбудила Рика. Он так сладко спал, что, будь моя воля, то я бы его и не будила. Но мне всё же страшно оставлять его. Как я говорила, кто знает, что вздумается местному убийце.       Рик снова зевнул и потянулся, разводя руки по сторонам. Когда мы вместе вышли из машины, я перекинула ему ключи через крышу, а убедившись что он их поймал, пошла ко входу в здание.       Я прошла через арку, обросшую цветами, и попала прямо в вестибюль, где сидела милая молодая девушка лет под двадцать пять, одетая в форму.       — Здравствуйте, — она поприветствовала меня, натянув милую улыбку. — Хотите заселиться?       — Здравствуйте. Нет, уже заселены, — улыбнулась я ей в ответ. — Забронировали номера 25 и 27, Азалия Корти и Рик Конорс. Второй подойдёт через минутку.       Я достала из кармана наши с Риком паспорта, которые успела прихватить ещё тогда, когда он собирался распивать спиртное и показала ей. Блондинка взяла их и несколько секунд разглядывала, а после дала мне бланк.       — Распишитесь, пожалуйста, — я сделала, что она сказала, Рик как раз проходил через арку. — Корти и Конорс. Погодите секунду, — она резко нырнула рукой под стол, доставая наши ключи. — Эм... Не о вас случайно говорилось в сегодняшнем выпуске новостей?       — О нас. — надо же, мы теперь "звёзды". Но сейчас узнаваемость среди людей меня волновала меньше всего, я очень устала.       Рик, не принимая участия в диалоге, взял бланк и подписался, повторив мои действия.       — Возьмите, — она положила перед нами два "золотых" ключа с брелками в виде цифр "25" и "27". — Рада повстречаться... Вам номер "27", а вашему напарнику - "25", как нам сказали.       — Окей, без проблем. Паспорта можно забрать сейчас? — я кинула взгляд на Рика, который всё ещё не полностью отошёл от сна. Он выглядел прямо как зомби.       — Конечно, — улыбка с лица блондинки пропала в тот момент, когда она подала назад наши паспорта.       — Спасибо, — поблагодарил Рик за преподнесённые "дары" и забрал документ вместе с ключиком. Я сделала то же самое.       — Ваши номера на втором этаже. Провести?       — Нет, благодарим, — твёрдо отказал Рик, закончив разговор, после чего мы месте с ним направились на поиски своих комнат.       Расположение номера на втором этаже обусловлено тем, что на первом расположены номера "1" - "15", а на втором "16" - "30". Ну и так дальше, вплоть до четвёртого этажа. Не смотря на то, что городок сам по себе маленький и население здесь меньше пяти тысяч, каждое лето сюда приезжают туристы. И это не из-за каких-нибудь чудесных "СПА", моря и так далее. Просто это местечко красиво само по себе: вокруг густые леса, невинные озёра, засаженные поля... В общем, Рай для тех, кто ищет вдохновение, но не в такое страшное время, конечно.       Рик остановился у дверей с номером "25" и сунул ключ в замок. То же самое сделала и я, только с дверьми с табличкой "№ 27". Как только они отворились, я зашла внутрь и заперлась.       Я оперлась спиной о стену, спокойно выдыхая задержавшийся в лёгких воздух. Тихо сползла на пол, прикрыв глаза, которые так и слипались. Не смотря на довольно громкую обстановку снизу, музыки было не слышно, это провоцировало мой сон. Мне уже казалось, начало что-то сниться, как вдруг раздался резкий грохот.       — Я ждал. Ха-ха! — грубый голос потревожил барабанные перепонки, а дремоты как не было.       — Кто здесь?! — встав с пола громко отозвалась я.       — Угадай. — в конце длинного коридора настежь открылись двери, которые вели в спальню.       По мне снова прошлись мурашки, но в этот раз тело не просто передёрнуло, а начали сводить судороги: сначала ноги, позже руки. В животе крутило, будто мои внутренности в этот же момент хотят выбраться наружу. Невыносимая боль окутала всё тело, и мой разум помутнел, а глаза начали наполнять прозрачные слёзы, спокойно и не спеша стекающие по моим красным от напряжения щекам.       — Не плачь, — ко мне дотронулась чья-то ледяная рука, будто ко мне прикасался труп. — Сейчас я исправлю.       Тело, которое до этого билось в конвульсиях, замерло будто по приказу. Живот перестал болеть и я уже могла управлять частями своего тела. Первым делом я поднесла к лицу руку и протерла глаза, избавляясь от солёной жидкости, наполнившей их.       Перед взором предстал тот же коридор и та же комнатушка в его конце, двери которой были отворены до предела. Вдруг раздался снова оглушающий грохот и я услышала как капли дождя ударяются о черепицу, падая на крышу, даже не смотря на то, что до неё ещё целых два этажа. С каждой секундой капли будто становились всё больше и больше, из-за чего шум в ушах становился всё сильнее и сильнее, прерываемый лишь иногда слышными шагами позади. Щёлк... Щёлк-дзын. И я перестала обращать внимание на ливень, который будто пытался добраться до меня путём пробивания крыши. Это был звук замочной скважины, в которую всовывали ключ. И этот звук был мне знакомым, ведь я слышала его всего три минуты назад.       — Ха-ха-ха! — послышалось за дверью что не на шутку перепугало.       Я побежала вглубь номера, в спальню, но мои ноги меня будто отказывались слушаться, подкосившись, из-за чего я с грохотом упала на холодный, с неизвестной причины бетонный пол, и мне пришлось в прямом смысле этого слова ползти, стирая коленки.       Вдруг щелчки прекратились. Я как раз вовремя добралась до деревянной двери и заползла внутрь комнаты. Страх одолевал меня, пытаясь подчинить себе моё хрупкое тело, но я боролась с ним. Руки ужасно тряслись и в последний момент, когда шаги убийцы, который уже пробрался внутрь были близки, я смогла ухватиться за небольшой рычажок и закрыть двери.       Я отползла назад, упёршись спиной в кровать. Звуки затихли на несколько секунд и я уже было подумала что всё позади, как тот, от кого я так старательно пыталась скрыться, начал со всей силы долбить в дверь.       Снова начал лупить дождь. Точнее, не снова, я просто не обращала на него внимания, когда пыталась спастись. И уже такое чувство, что это и не дождь, а град размером с мяч для гольфа, а то и больше!       Я нагнулась и заползла под кровать. Единственное место, где я могу скрыться. Дальше некуда бежать, только прыгать с балкона в неизвестность.       — Ха-ха-ха-ха-ха! — вдруг захохотал нападающий, и стук от попыток прорваться в спальню исчез, но не на долго.       "Щёлк-дзынь" - и двери распахнулись на всю, ударяясь об стену и тем самым создавая ужасный звук, который раздался эхом в моей голове. Убийца зашёл внутрь и я уже могу разглядеть его тёмно-серые потёртые кроссовки с логотипом "найк" и кусок старых синих джинсовых штанов.       Я со всей силы пыталась сдержать себя чтобы не издать никаких звуков, а слёзы как ручьем продолжали литься из глаз.       — Поздно прятаться, я уже здесь... — сказал загробным голосом Уэйнсборгский Убийца и вдруг кровать перекинулась в сторону дверей с ужасным грохотом. — Нашёл.       Тело снова скрутило в судорогах и я развела руки и ноги по сторонам против своей воли, будто принимая нападающего в свои объятия. Он был ужасно уродлив: лысая голова, одного глаза как не было, а самое ужасное - гниющая "улыбка" на пол лица, как у его жертв, из которой стекали струйки крови.       Он занёс над своей головой кухонный тесак, выждал несколько секунд, будто наслаждаясь моим страхом, а затем резко и со всей силы нанёс мне удар, рассекая острым лезвием кожу и внутренности.       — Ха-ха-ха! — снова заладил он, доставая нож и откидывая его в сторону.       Эту боль просто не передать словами. Такое чувство, будто я уже мертва. Адреналин литрами поступает в кровь, из-за чего я уже практически не чувствую боли, но и сопротивляться сил уже нет, я без воли поддаюсь во власть убийцы, который осторожно подносит свою длинную и худую руку в моей крови к своему лицу, издавая лёгкий стон удовлетворения - мои мучения приносят ему радость.       — Не бойся, уже практически всё! — отводя руку от своего лица и подтягиваясь к моему, сказал он.       Гладит моё лицо, любуясь им.       — Чёртов мудак, уби... — собрав последние силы, тихо проговариваю я, но меня затыкает боль, которую я чувствую в два раза сильнее чем всю остальную, вместе взятую.       Тёплая струйка крови с привкусом железа стекает с моих губ: одной рукой убийца копается в моей глазнице, пытаясь уловить небольшой шарик - глазное яблоко, который под давлением провалилось куда-то вглубь черепной коробки, а другой уже тянется к своему ножу, который больше напоминает небольшой топорик, намереваясь оставить свою "подпись".       Дотянувшись до ножа подносит его к моему лицу. Он как раз достал глаз с тёмно-зелёной радужкой, которым я всё ещё могу видеть... И потянул на себя, выдирая его. "Чпок". Резкая боль где-то внутри головы, будто меня ударили по ней кувалдой. Он уставился на вырванное глазное яблоко и снова засмеялся своим загробным смехом, а после принялся вырезать улыбку, как у себя. Из разрезанных щёк тут же потекла тёмно-алая кровь, капающая прямо в глотку и преграждающая поступление воздуха.       Задыхаюсь... Но это уже на лучшее. Последняя надежда на жизнь покинула меня ещё тогда, когда убийца буквально вырвал мне глаз. Не хочу больше существовать в этом мире... Почему я всё ещё жива?!..       И похоже, убийца тоже задался этим вопросом. С презрением глядя на меня свысока, чувствуя себя Богом, перерезает мне горло. Но этой боли я тоже практически не чувствую...       Вдруг он неуклюже подхватывает меня на свои костлявые руки и несёт в направлении балкона... Но мне уже всё равно. Пусть хоть как-нибудь, я хочу наконец умереть! Открыв двери выходит на улицу и смотрит вниз, а после подходит к перилам и отпускает...       Штормовой ветер срывает с моего лица капли крови и слёзы, а сверху капает дождь, очищая тело от боли и страданий, как святая вода. Такое чувство, что он замедлился, ведь я лечу вместе с ним... С последних сил открываю глаз и вижу ели уловимый в моем состоянии силуэт, в руках которого на длинном зрительном нерве колышется моё глазное яблоко с тёмно-зелёным цветом радужки... И я уже рада умереть...       "Бам"...       Чувствую резкую боль в районе лица и подпрыгиваю с места с широко распахнутыми глазами. Провожу по лицу ладонями, потом по туловищу... Жива! Но что это было?! Сон? И что если он был вещим? Ведь было так больно, будто в живую.       Вдруг я увидела на полу ярко-красную лужу, а после перевела свой взгляд на руки, которые были в той же странной жидкости.       — Господи... — прошептала я в ужасе и лишь потом поняла, что по лицу стекает струйка крови на подбородок, с которого потом и падает в ту самую лужицу.       Прижав рукой нос и запрокинув назад голову я быстро побежала в ванную комнату. Там стояла небольшая аптечка, которую я и открыла: взяла немного ваты и перекись. Смочив первое вторым, я сделала небольшой тампон и запихала в левую ноздрю, чувствуя лёгкое пощипывание внутри. Надеюсь, не сломала нос.       Оказав себе первую помощь, я посмотрела в зеркало. Глаза были красными, их укрыли тонкие жилки сосудов, как и лицо. Видимо, я плакала не только во сне, но и наяву.       Дождавшись, пока кровь перестанет течь, я закапала нос специальными каплями, которые нашла в своей сумочке, чтобы предотвратить очередное кровоизлияние, а потом умылась, смывая с лица слёзы вперемешку с кровью. После процедур замочила в воде свою футболку - та была в кровавых потёках, а если они засохнут, то придётся очень постараться, стирая её, на что у меня нет времени.       Наконец справившись со всеми делами, я глянула на часы в моём телефоне: они показывали ровно три часа ночи. Хотя, раннее утро можно было узнать и по тому, что лёгкий свет уже проникал через зашторенные окна. Вздохнув и поставив на том же мобильнике будильник на шесть, я разделась до нижнего белья и плюхнулась в мягкую постель, укутавшись лишь лёгкой простынкой. А дождь и на самом деле шёл, в этот раз став мне колыбелью.