Паутина лжи.

Телевизор лучше не смотреть. Безумные новости, глупые передачи, фильмы, которые перебивает дебильная реклама… Но с ним дома все же веселее. Ада остановилась на новостном канале, закинула ноги на стеклянный журнальный столик и включила ноутбук. Внимание женщины привлекло интервью президентской дочки.Там мелькнула фамилия Леона и, Вонг насторожилась. Глупая девица трещала про свадьбу с Кеннеди, отчего азиатка захихикала. Ей стало жалко парня, однако любопытство закипело в крови. И как только Леон позволил Эшли такое сказать? В роман Ада не верила, но желание поговорить пересилило инстинкт самосохранения. Она тысячу раз обещала себе, что будет держаться подальше от Кеннеди и… купила квартиру недалеко от его дома. Порой они заходили в один и тот же супермаркет, и Вонг пряталась за стеллажами, в глубине души надеясь, что он ее увидит и не заметит одновременно. Как глупо и по-детски, но ведь каждая женщина мечтает о любви. И шпионки не исключение. Она мучила саму себя и была счастлива, что он рядом, можно просто дойти до его дома и заметить знакомый силуэт… Выключив телевизор, Ада подошла к шкафу. Ей вдруг захотелось сделать парню сюрприз. Не обязательно говорить, что они живут в одном городе… не обязательно вообще, что-либо говорить, судьба их все равно сводит, нет смысла прятаться. Можно позволить две встречи в год, нет! Одну в год… Только пусть она будет. Пусть в их жизни будет что-то хорошее.

***

Машина остановилась у подъезда. Высокая влажность щекотала нос: опять лил дождь. Посмотрев на себя в зеркало, Ада поправила прическу и вышла из автомобиля, натянув капюшон. И тут произошло что-то совсем неожиданное: дверь распахнулась и из подъезда вышел Леон. Да, не один, а с девушкой. С Ингрид Ханниган. Парень неловко поцеловал шатенку и поспешил домой. Связистка, улыбаясь, села в машину, довольно потянулась и укатила восвояси, оставив в душе азиатки неприятное чувство, заполыхавшее с невероятной силой. Да, ревность поглощает остальные эмоции. Что эта женщина делает здесь так поздно? Это не похоже на дружескую встречу. Эшли угрозу не представляла, а вот Ханниган… Ханниган была даже не угрозой, а катастрофой. Красивая, умная женщина с легкостью могла занять место Ады? Только вот ее ли это место? Может, лучше прыгнуть в машину, продать свою квартиру и прямо завтра очутиться далеко-далеко… Нет, она будет бороться. Не все потеряно. Так хотелось в это верить… Вонг решительно поднялась на нужный этаж и нажала на кнопочку звонка. - Ингрид, ты что-то забыла? – глаза Кеннеди увеличились, заняв половину лица, - Ада… зачем пришла? Она ожидала удивление, радость, а получила холодное равнодушие. Опоздала? Зря пришла? Кажется, это так. Гордо подняв голову вверх, Вонг прошла в квартиру, оценивая свою «территорию». Женских вещей не наблюдалось, значит, соперница тут не освоилась. Есть шанс. - Я тебя не приглашал. Нет, шансов нет… - Почему злой такой? Что случилось? – мурлыкающим голоском спросила шпионка. - Что тут забыла? «Кажется, я размечталась. Он меня ненавидит» - Не рад встрече? – женщина сняла плащ, оставшись в одном коротком платье. Леон скрестил руки на груди, облокотившись на стену. - Безумно рад. Чем обязан? - У тебя был плохой день. Я решила его скрасить. - Спасибо, не нужно. Больше не хочу тебя видеть! «Что я несу? Откуда ярость взялась? Ада, не слушай меня…» - Вот как? А в Испании просил меня вернуться. - Я шесть лет винил себя в твоей смерти. Потом узнал, что ты на Вескера работаешь. Не поверил даже. Гадко как… - Леон, не делай поспешных выводов. Нервный ты… Поклонницы довели? – она говорила бодро, а в голове строила поспешный план капитуляции из этой квартиры. - Зачем пришла? – грубо буркнул он. - В гости заглянула. Вижу не вовремя… Бежать. Бежать отсюда и больше никогда не искать встреч. Она направилась к двери, не решаясь взглянуть на парня. - Никуда ты не пойдёшь, мы не закончили! – Леон с хватил её за руку и с силой рванул на себя, чуть не вывихнув плечо охнувшей от неожиданности и боли азиатке. Не ожидавшая такого женщина не удержалась на ногах и налетела на мужчину, руками упираясь ему в грудь. Их взгляды встретились: его -возбуждённый и яростный, её – вызывающий. Не удержавшись, Кеннеди выпустил её ладонь и, обхватив за талию, привлёк к себе поближе, с силой впиваясь в её пахнущие малиной пухлые чувственные губы. Шпионка что-то промычала, с силой упёрлась ему в грудь пальцами, пытаясь оттолкнуть, ногтями впилась в его рубашку, сминая ткань, но выпускать её Леон не спешил. Он прекрасно знал, что, если бы Ада и в самом деле хотела вырваться, она бы это сделала, а не просто толкалась. И в самом деле, пусть и не расслабляясь, она ответила на поцелуй, приоткрывая рот и позволяя ему проскользнуть туда языком. Ладони переместились с груди на затылок и впились в его волосы. Мужчина прижал её к себе покрепче, чуть приподняв платье и сжимая ягодицы. И тут же отпрянул, зашипев от боли, когда Вонг укусила его за губу. - Значит, ты хочешь всё так? – он коснулся кончиками пальцев до прокушенной губы. Ада усмехнулась и с крайне довольным выражением лица слизнула капли крови, смешавшейся с помадой. - Наконец-то хоть какие-то эмоции, - фыркнула она, проведя языком по нижней губе. – Ну и? Или ты решил остановиться? Вместо ответа Кеннеди снова прижал её к себе и, обхватив за бёдра, приподнял и опрокинул на стол. Ада послушно растянулась на твёрдой поверхности, обхватив ногами за бёдра и чуть согнув колени, одновременно с этим торопливо расстёгивая ряд пуговиц на платье, тянущихся от ворота до пояса. Леон помог ей стянуть рукава с плеч, отметив, что белья на ней не было, и азиатка снова распласталась на столе, но уже обнажённая до пояса. Интересно, может, она знала, что так будет, поэтому и не одела ничего лишнего? Наверное, она же всё всегда знает и планирует… А может быть и нет… Разве это важно? Ада схватила его за ворот рубашки, притянула к себе и, обдав горячим дыханием его подбородок, поцеловала, снова укусив за губу, но уже игриво, нетерпеливо, не причиняя боли. Руки с тонкими пальцами расстегнули несколько пуговиц на его синей рубашке, но почти сразу же, потеряв терпение, рванули ткань в разные стороны, разрывая на части. Оторвавшись от губ шпионки, Кеннеди скинул с плеч остатки верхней одежды и расстегнул пряжку ремня. Вонг блаженно прикрыла глаза, ощущая, как его руки слегка приподняли подол её платья и коснулись самого чувствительного местечка. Леон удовлетворённо усмехнулся, ощутив влагу на своих пальцах. Пора. Шпионка чуть всхлипнула и выгнулась дугой, ощутив его внутри. Шоколадные глаза широко распахнулись, на губах промелькнула хищная улыбка. Сильные мужские пальцы впились в её бёдра, и Кеннеди начал двигаться. Вначале он пытался быть нежным, но нет, бушующим в груди эмоциям требовался выход, и медленные ласковые движения этого ему дать не могли. Ярость всё ещё была где-то внутри, а взгляд, которым Ада смотрела на него, лишь подогревал клокочущие в груди эмоции. Сдавшись, Кеннеди ускорил темп, буквально вколачивая брюнетку в стол и, услышав, как она жалобно застонала, наклонился к ней. Первый поцелуй пришёлся на её губы, второй скользнул по щеке, спустился к шее, губы обхватили её сосок… Ощутив, как ногти Вонг впились в его спину, оставляя глубокие кровоточащие царапины, он невольно сжал зубы. Ада поморщилась, сжимая его в объятьях посильнее. Покрывая поцелуями её кожу на шее, Леон продолжил быстрые движения, чувствуя, как азиатка под ним извивается, словно змея. Его рука коснулась её клитора, и шпионка судорожно всхлипнула, чувствуя, как шероховатая подушечка большого пальца начала его ласкать. Она не закричала, заглушила рвущиеся наружу звуки, закусив губу, но почувствовав, как стенки её влагалища запульсировали и сжались, мужчина понял, что она кончила. Ещё несколько резких толчков, и он сам, растянулся на ней сверху, чувствуя, как наполняет её своей спермой. Пару минут они просто лежали, ощущая на коже тяжёлое дыхание друг друга. - Тебя надо почаще злить, - наконец, прошептала Ада, зевая и потягиваясь, поджимая согнутую в колене ногу к груди и проводя большим пальцем ступни по его бедру. - Уверена? – он нежно коснулся губами укуса на её левой груди. - Это ерунда, - женщина взъерошила его волосы. В голове Леона образовалась каша. С каждым днем жизнь становилась все запутаннее. От работы с ума сойти можно, так еще и женщины пугали своей настойчивостью. И как назло, все они решили выпендриться именно сейчас.