Параллельные миры

       «Пит-стоп на этом круге», – ожил наушник.       Чонин чертыхнулся, когда машину дернуло в левом повороте, а разрыв до идущего впереди Чондэ разом увеличился. До зоны детекции какая-то жалкая эска, короткая прямая и медленный правый поворот, а если там система засечет Чонину больше секунды, не видать ему возможности открыть заднее антикрыло на следующей длинной прямой и получить преимущество. Сейчас важно сосредоточиться и подобраться как можно ближе. А эти радио-переговоры только отвлекают. На командном мостике сидят какие-то тугодумы! Они же всё видят, должны понимать!       «Пит-стоп на этом круге!»       Хотелось поковырять в ухе, чтобы избавиться от этого скрежетания и голоса, но шлем и защитное оборудование мешали. Да и руки Чонину нужны. У Чондэ тоже машину дергает, того и гляди, ошибется и даст сопернику отличный шанс на обгон.       «Я выдержу еще», – бросил Чонин, мимолетно щелкая кнопкой радио и тут же отключая.       «Не вздумай! На этом круге», – гоночный инженер нервничает, потому что все и так уже с самого начала пошло не по плану. Кто же знал, что Зико, так неожиданно высоко квалифицировавшийся, прямо на первом круге испортит гонку и себе, и еще пятерым, влетая на полном ходу в задницу Чжоу Ми. Ну не в его задницу, конечно, а болида. Но этого хватило, чтоб устроить массовый завал. Сам Чонин успел проскочить по левой стороне, но зацепил передним спойлером застрявшего поперек Чанмина, сломал боковой закрылок и получил команду срочно вернуться в боксы на замену спойлера. Из-за этого уже была потрачена уйма времени, но появилась машина безопасности и отрывы не успели сильно вырасти. Забавно, что Исин только утром предсказывал себе беззаботную гонку, но уже на втором круге, как неизменный водитель сейфити-кара, вышел на трассу и возглавил пелетон. Надо было Чонину с Исином поспорить, ведь чувствовал же, что без завалов не обойдется.       «Я обгоню его. Заеду на следующем».       Чонин мечтал иметь на руле кнопку, которая напрочь отключала бы возможность для команды влезать в его гонку и мешать своими комментариями. Но, видимо, не в этой жизни.       «А ну быстро заехал в боксы!» – проорал наушник. На этот раз сам Крис Ву, руководитель команды «черных», как мило звали их в паддоке, взялся наставить пилота на путь истинный. А путь этот лежал чуть правее в сторону от последнего поворота, на пит-лейн и прямо до боксов «черных».       Чонин нахально выматерился прямо в радио-эфире и резко дернул рулем вправо, уходя на пит-лейн в последнее мгновение. В зеркалах было видно, как за машиной протянулся пыльный хвост – зацепил-таки гравийную полосу безопасности. В общем-то, как и хотел. Небольшая акция протеста.       Механики в угольно-черной форме уже стояли в исходных позициях. Чонин сбросил скорость и вгляделся.       «Да вы издеваетесь?!» – на этот раз воскликнул лишь мысленно.       На расчехленных покрышках отчетливо сияли красные полосы – сверхмягкая резина, которая сотрется за двенадцать кругов. Проехать бы мимо да показать средний палец господину Ву, который, смотрите-ка, аж обернулся на командном мостике, чтобы наблюдать за пит-стопом.       Но Чонин, конечно, не идиот, а потому замер точно в нужной точке и закрыл глаза, а потом резко открыл. Это был его собственный маленький ритуал, занимал секунду и две-три десятых примерно. А смена резины – две с половиной секунды или, может, чуть меньше, если команда не слажает. В общем Чонину было достаточно, чтобы откинуть лишние мысли и приготовиться к новой борьбе.       Механик на правом переднем первым вскинул руку, показывая, что закончил. На какие-то доли секунды раньше, чем коллеги, но все-таки. Это Чанёль, Чонин знал точно позицию своего друга. Он успел усмехнуться и тронулся, как только зажегся разрешающий сигнал.       На экране бортового компьютера высветилось время пит-стопа, и Чонину вдруг захотелось развернуться и спросить: «Это какая-то шутка?» На полсекунды меньше, чем в самые удачные дни. Кто-то что-то не докрутил?       Перед носом опасно выскочил желтый болид Сонёля, тоже с пит-стопа. Шел, засранец, во втором десятке с отставанием в круг даже от Чонина, а так подрезал, будто реально за позицию собрался бороться. Тао бы на месте Чонина уже орал по радио, требуя подать протест и наказать хотя бы команду за опасный выпуск пилота на трассу. Но Чонин не Тао, его такие мелочи не трогали, обошлось без столкновения – и то хорошо.       А вот едва заметные искры в зеркалах – очень неприятный знак. Чонин сжал зубы и притормозил. Он еще даже с пит-лейна не выехал, остановился как раз под самым светофором и всмотрелся в зеркало. А потом еще раз выругался и задним ходом скатился на площадку перед зоной весового контроля.       Заднее, чтоб его, правое! Не докручено и болтается!       До боксов команды не вернуться своим ходом, а за откатку задом его и вовсе судьи накажут, если захотят. Гонка закончилась.              Хотелось бить, крушить, ломать, но было уже нечего. Пока Чонин отвечал на бесконечный поток идиотских вопросов прессы и объяснялся с судьями, которые вызвали его спустя час после финиша гонки, ребята из команды успели почти все запаковать. А часть контейнеров даже была уже отправлена в порт, откуда морем оборудование будет доставлено к месту следующего этапа гоночного чемпионата.       Боксы «черных» осиротели. Кое-где еще копошились люди, но у выхода к пит-лейну было пусто. Как и на самой гаражной улице. Не только «черные» спешили запаковаться и отправить груз дальше.       Коробка с насадками для пневматических гайковёртов оказалась в тему, и Чонин безжалостно ее пнул, вымещая злобу за испорченную гонку, что весь вечер держал в себе, стискивая зубы и кивая на замечания. Насадки отозвались гулко и слишком тихо, выбешивая Чонина еще больше, и он замахнулся для нового удара.       – Так значит, – спокойно произнес кто-то за спиной у парня, – все-таки проблема с оборудованием, – утверждал, а не спрашивал неожиданный собеседник. – Гайковёрт виноват, а не механик, что работал им. Ну что ж, техника она такая, имеет свойство ломаться в самый неподходящий момент.       Чонин уже привычно стиснул зубы и обернулся:       – Не ваше дело.       – Ты прав, не мое, – улыбнулся До Кенсу. Он смотрел Чонину в глаза с каким-то то ли сожалением, то ли сочувствием, а легкая полуулыбка добивала наповал. Если бы Чонин мог, он бы бросился на Кенсу, повалил бы его на асфальт и отпинал вместо коробки. Так, чтобы его белоснежная рубашка в миг покрылась серыми разводами и черными червячками стертой резины.       – Я же тут не причем, – спокойно продолжил Кенсу, легко считав все мысли у Чонина с лица. – На меня не надо злиться, если тебе некуда спустить энергию, то лучше…       – В ваших советах не нуждаюсь! – перебил гонщик, сжимая кулаки. – Еще не слушал нравоучения конкурентов. Если бы не это колесо…       – Ничего бы не изменилось. Поверь, Чондэ был на лучшей тактике. Если бы я был твоим гоночным инженером, то позвал бы тебя в боксы еще за два круга до того, как поехал ты. Чтобы не упёрся в Чондэ и не терял время на безуспешные попытки обгона.       – Ты не мой гоночный инженер, – прошипел Чонин. Разговор раздражал и вновь бередил раны.       – А жаль, – усмехнулся Кенсу, его-то как раз нисколько не задевала агрессия собеседника.       – Думаешь, если пилоты ваши гоняют на белых болидах, все вы носите белые рубашки и имеете прозвище «белая команда», то вы и вправду аки ангелы? И гайковерты у вас, конечно, святые и никогда не отказывают.       Кенсу на такую тираду рассмеялся, одернул белоснежные манжеты и ответил:       – Конечно, нет. Белые мы только на словах. Но… – взгляд стал сосредоточенным и серьезным. – Но ты ведь видишь, что в черных тебе не дадут раскрыться. А у нас…       – Мне предлагали место тест-пилота! Дайте-ка подумать, – Чонин наигранно нахмурился и выставил перед собой ладони, изображая, будто взвешивает на них что-то. – Четвертый запасной у вас или основной пилот здесь, хм… Думаешь, трудный был выбор?       – И какой ценой тебе это досталось? Получил место в команде, но потерял друзей. Я знаю, что раньше ты дружил с Чондэ и Бэкхёном.       – Ой, глупости, дружбе все равно скоро пришел бы конец. Не может быть дружбы между соперниками в таком серьезном соревновании.       – Бэк и Чондэ с тобой бы поспорили.       – У них просто не было серьезных столкновений на трассе, – усмехнулся Чонин. – Если будете продолжать разрешать своим гонщикам внутрикомандную борьбу, то скоро обязательно что-нибудь грянет.       – А лучше как у вас? Есть лидер, а два других гонщика работают на его успех. Не боишься, что до конца карьеры будешь по указке убирать конкурентов, чтобы Тао приехал первым?       – Не боюсь, – отмахнулся Чонин. – Здесь я боевой пилот, а не отсиживаюсь в боксах, наблюдая гонку со стороны. И к чему вообще весь этот разговор?       – Просто подумал, что тебе надо с кем-то поговорить.       – Ты не мой психолог. И, как уже обсуждалось, даже не мой инженер. Иди со своим Чондэ по душам разговаривай, я тебе зачем?       – Просто, – пожал плечами Кенсу. Он развернулся, но, прежде чем уйти, негромко добавил: – Жаль, что я не твой инженер, а ты – не мой гонщик. Я бы смог раскрыть твой потенциал и сделать из тебя чемпиона.              Карта бесшумно скользнула в замке, тот ответил коротким «пик» и пустил Кенсу в его номер. Скромная комната с одной неширокой кроватью – команды всегда старались экономить хотя бы на отелях. На полу валялся полусобранный чемодан – Кенсу начал складываться еще до гонки, чтобы потом сразу улететь, но планы изменились. Обычная темная и пустая комната. На первый взгляд.       Кенсу щелкнул выключателем лампы на тумбочке, и луч выхватил силуэт. Он сидел на краю кровати, согнувшись и уперев локти в колени, а лицо – в сжатые кулаки.       – Остыл?       Чонин обернулся и смерил Кенсу сердитым, но уже не злым взглядом.       – Да-да, – отмахнулся Кенсу, расстегивая рубашку. – Я помню о правилах.       – Тогда какого черта завел тот разговор?       – Правило номер один, – Кенсу сел рядом, – не смешиваем работу и постель. Но мне, правда, надо было поговорить с тобой.       – Зачем? – упрямо фыркнул Чонин.       – Забудь, – отмахнулся Кенсу, стягивая с парня футболку.       Талантливый и амбициозный пилот Ким Чонин из «черных» и не менее талантливый инженер, гениальный стратег До Кенсу из «белых» как-то раз случайно проснулись в одной постели после пьянки. И решили, что случайность неплохо бы повторить, но без лишних забот, обещаний и огласки. Они делали вид, что едва знакомы, но регулярно выкраивали время в плотном графике гоночного уик-энда, чтобы встретиться и забыться в горячих объятиях. Их странные отношения длятся уже больше семи этапов, и Кенсу готов бы перевести все на другой уровень, вот только Чонин не готов.       – А ты серьезно говорил? – тихо спросил Чонин, когда они, отходя от оргазма, отвалились на постель. Чонин ткнулся влажным от пота лбом в чужое плечо и доверчиво потерся. – Что смог бы сделать меня чемпионом…       – Мы же не смешиваем работу и постель, – усмехнулся Кенсу, крепко притягивая к себе обнаженного любовника.       – Да пошел ты, – легонько стукнул его Чонин и прикрыл глаза. – Сам смогу.       Конечно, сможет – Кенсу уверен. Вот только ему почему-то все равно хотелось быть рядом. И не только в постели.