Параллельные миры

      Старшеклассники в этой школе никогда не жаловали географию, но все изменится с приходом нового учителя. Особенно радеть за популярность преподавателя будет ученик Лухан, но не от большой любви к предмету. У парня меркантильный интерес: свести безответственного географа с педантичным химиком и получить «отлично» по обеим дисциплинам.       В классе стояла непривычная гробовая тишина. Кто-то играл в телефоне, кто-то читал учебник, кто-то готовился к следующим урокам и списывал нерешенные задачки у более сообразительных одноклассников, кто-то хрустел шоколадкой, но так тихо, что даже ближайшие соседи не замечали. Компания из троих ребят и девушки, занявшая две дальние парты на крайнем от окна ряду, играла в гляделки. Девушка в очередной раз проиграла сидящему рядом парню, и тот, в счет вознаграждения, собственнически подтянул к себе соседку и поцеловал. Она, к слову, была совсем не против.       – Прекращай, Лу, – прошептал один из двоих парней с заднего ряда. – У нас тут вроде как урок географии, а не полового воспитания.       – По сути, у нас географии нет уже третью неделю, – задумчиво проговорил второй, сворачивая бумажный самолетик.       – Сехун, ты чем-то недоволен? – светловолосый Лу отпустил девчонку и обернулся к друзьям.       – Нет, просто, – Сехун вздохнул и через открытое окно отправил свое творение в полет. – Выпускной класс же, как будем в конце аттестат получать?       – Нашел проблему, – хмыкнул его сосед. – Главное, чтоб он к итоговому годовому тесту проснулся.       Все четверо дружно повернулись к доске. Там, за учительским столом, а вернее распластавшись на нем грудью, спал… нет, дрых новый учитель географии – двадцатипятилетний Ким Чонин.       – У кого-то была бурная ночь. Даже дома не ночевал, – Лухан разглядывал учителя и посмеивался.       – С чего ты решил?       – Ну, рубашка с цветным принтом и рваные джинсы – явно не рабочий стиль одежды для учителя.       – Я вчера вечером столкнулась с ним в магазине, – добавила девушка, – он был в том же самом.       – Вот-вот. А еще рукава закатаны ровно настолько, чтобы скрыть след от помады на сгибе правого локтя.       – А это-то как разглядел? – удивились друзья.       – Наблюдательный просто. Меня устроит, если он проснется после годового теста, – хихикнул Лухан, подмигивая подружке. – И поняв, что все проспал, поставит всем на халяву.       – И желательно высший балл! – с энтузиазмом добавил Сехун. – Мне нравится твоя версия, хён.       – Учитель Ким, – вдруг подала голос представительница первых парт – территории типичных ботаников.       – Ну вот, весь план насмарку, – раздосадовано вздохнул Сехун и принялся за новый самолетик.       – Учитель Ким! – громче повторила девушка. – Учи…       – Чё орёшь? – парень приподнял голову и попытался разлепить опухшие веки, но не вышло. Тогда он двумя пальцами насильно раскрыл правый глаз и осмотрел класс в поисках нарушителя сладкого сна. Девочка подняла руку.       – Ну? Чё надо? – заметив отличницу, прохрипел учитель.       – Вы собираетесь проверять домашнее задание?       – А оно у вас было?       – Да, – с готовностью доложила ученица, – на прошлом уроке вы впервые…       – И что я задал? – перебил учитель.       – Северная Америка: политическая и экономическая карты, а также…       – Ладно, – учитель потряс головой в попытке взбодриться, после чего откинулся на спинку стула, сложив ноги на стол, и бесцеремонно ткнул пальцем в посмеивающуюся компашку на задних партах. – Ты!       – Я? – переспросил сосед Сехуна.       – Где находится КанадА?       – В смысле КанАда?       – А в Северной Америке есть еще страны на «К»?       – Коста-Рика и Куба, – вполголоса вставила отличница.       – КанАда, КанадА… Ну так что? Не знаешь?       – Знаю, – откликнулся парень.       – Отлично, – учитель махнул рукой и вновь прикрыл глаза. – Проверка домашки окончена. Читайте учебник. Или не чита-айте, – учитель подавил зевок. – Только больше не орите.       – А я? – напомнил отвечавший парень. – Меня зовут Крис Ву.       – Да мне пофиг, – отозвался учитель.       – Так вы мне оценку поставите? Я ж ответил.       – Спиногрызы, – учитель опять «проснулся» и обвел класс недовольным взглядом, – а вы не охамели? Ни черта не делаете и оценки за это хотите получать? Может, еще и высший балл?       – Именно, – так, чтоб услышали только друзья, усмехнулся Лу.       – Но вы же сами не даете нам заданий, – вступилась подружка первой отличницы.       – Сгоняй за газировкой.       – Что?       – Ты хотела задание? Я тебе его даю, – устало проговорил Ким Чонин. – Только не колу, не люблю. Принеси чего-нибудь бесцветного.       Девушка, все еще сомневаясь, не шутит ли учитель, поднялась с места.       – И обязательно из холодильника, – уточнил парень. – Всё, иди. Чё встала?       Ученица переглянулась с такой же растерянной подругой и направилась к выходу.       – Стой, – окликнул учитель, – деньги то возьми, – и он вытряхнул на стол содержимое своего кармана, среди которого были несколько смятых купюр, горсть монет и, к радости ребят со второй парты и к ужасу ботаников с первой, парочка презервативов.       Ученица покраснела, потом поморщилась, схватила бумажные деньги и выскочила за дверь.       – Еще кто-нибудь хочет задание? – уточнил учитель Ким и, убедившись, что класс занялся своими делами, сдвинул рассыпанный хлам в сторону и улегся спать дальше.       Когда, наконец, школу оглушил пронзительный звонок, большая часть класса недолго копалась и моментально разбежалась, особенно торопились ботаники. Прочь, подальше от неадекватного учителя. Который, к слову, только чуть скривился во сне и потер висок, заболевший от резкого звона.       – Головка бо-бо, да? – шепотом прокомментировал Крис, проходя мимо. Друзья поддержали и захихикали, а учитель вдруг поднял голову:       – Блондинчик, задержись.       Лухан остановился как вкопанный и изумленно уставился на учителя.       – Только блондинчик, – пояснил Ким замешкавшимся Крису и Сехуну.       – Мы подождем снаружи.       – Ага, – кивнул Лу и обратился к преподавателю: – Что-то хотели?       – Доску помой.       Парень с неохотой взялся за тряпку и стал елозить ей по списку чего-то якобы важного, который староста выводила всю прошлую перемену. Учитель обернулся и, подперев голову рукой, стал наблюдать. А потом вдруг спросил:       – Ты же старшеклассник?       – Вроде да.       – Значит, несовершеннолетний?       – В точку.       – И тогда какого хрена ты вчера в клубе со мной бухал?       – Так ты же сам попросил… То есть вы. Вы сказали, что одному пить «ваще-ваще стрёмно», – спародировал Лу. – А напиться «ну о-оч надо!»       – А нафига ты согласился?       – Так вы же мой учитель, вдруг обидитесь, потом припомните и завалите на какой-нибудь контрольной, – пожал плечами парень и, откинув тряпку, отряхнул руки. – Готово. Всё?       – Еще вопрос: почему, если пили вместе, мне так хреново, а ты как огурчик?       – Мама с утра антипохмелина в сок накапала, – засмеялся Лухан. – А вообще, это же вам «ну о-оч надо» было напиться, а не мне. Я только компанию составил. Если уж начистоту, то, в отличие от вас, я из клуба на двух ногах ушел.       – Ладно, вали давай.       – До свидания.       – Надеюсь, не скорого.       – И не надейтесь. Послезавтра первым уроком.       – Fucking shit!       – Отличное произношение, вам бы английский преподавать, – откровенно насмехался юноша.       – Ха-ха, шутку оценил. Топай отсюда.       Лу выскочил за дверь и сразу попал в плен двух пар рук.       – Что он хотел?       – Чтоб я доску помыл, – рассмеялся Лухан и потянул друзей в столовую.

***

      Получая диплом о высшем образовании, Ким Чонин искренне надеялся, что показывать его никому не придется. Все-таки «учитель географии» – это не то, что может добавить крутости и популярности молодому самовлюбленному парню. Тем более, предложение о работе в фирме одного знакомого уже давно поступило Чонину, и парень только и ждал, когда, наконец, получит корочку и покинет стены такого не престижного педуниверситета. А еще Чонин думал, что никогда больше не пересечет порог школы. Но мечтать, как известно, не вредно.       Все было прекрасно, и должность, и зарплата, ровно до того момента, как фирма разорилась, и Чонин остался без работы. Первые дни он еще пытался искать новые варианты, но, вкусив однажды сладость власти, на меньшее, чем «начальник отдела» не соглашался, только кому такой «начальник» нужен? И, кстати, пришлось таскать с собой на собеседования злосчастный диплом, который, при нынешних запросах Ким Чонина, вызывал у потенциальных работодателей лишь снисходительную усмешку.       Почему-то решив, что гора сама придет к Магомеду, Ким Чонин поиски быстро забросил и пустил все на самотёк. Теперь он ночами зависал в клубах, пил, кутил, а днем отсыпался. Продирая глаза ближе к вечеру, проверял электронную почту на наличие предложений о работе, ведь считал, что и так много сделал, поместив резюме на парочку сайтов. И, обнаруживая как всегда пустые «входящие», снова собирался в клуб.       Деньги быстро закончились, ведь Чонин никогда не пытался копить или откладывать на «черный день». Он вообще считал себя особенным, у которого никогда ничего черного в жизни не будет. Разве что рубашка, в которой он выглядит чертовски сексуально.       Влезая в долги, парень не задумывался, как будет отдавать. Ему казалось, что вот-вот придет на ящик то письмо, в котором говорится: «Уважаемый Ким Чонин! Вы тот, кого мы так долго искали! Станьте нашим директором!» И тогда все долги будут возвращены, скромная двушка сменится роскошным особняком, а под окнами, поблескивая хромированными боками, будет красоваться новенький Мустанг.       Но время шло, а заветное письмо, видимо, затерялось в мировой паутине или спуталось со спамом и безвозвратно ушло в корзину.       Через полгода беспробудных пьянок от Чонина ушел парень. Одиночество Киму не грозило, а вот полная, а не поделенная на двоих, арендная плата за квартиру – вполне. Но надежда на письмо почему-то не угасала, а только с каждым днем укреплялась, ведь момент истины все ближе, не может же парню не везти так долго? Так что новые долги и вечеринки теперь уже на квартире Кима стали делом обыденным.       Все изменилось в то утро, когда, добираясь домой после очередной бурной ночи, Чонин натолкнулся на своих давнишних кредиторов, от которых, в общем-то, удачно скрывался уже долгое время. А когда самонадеянный парень еще и заявил, что пока возвращать ничего не собирается, то сразу получил в челюсть. Потом еще по ребрам и по почкам.       Вот в таком убогом состоянии: с похмелья, с кровавыми подтеками на лице, в легкой ветровке среди зимы и лежащим в грязном сугробе, его и нашел неизвестный спаситель. Молодой парень почему-то не прошел мимо и, не побрезговав, помог подняться и усадил на ближайшую скамейку. Потом еще принес из соседней аптеки пластыри, угостил незадачливого парня стаканчиком горячего кофе и посидел с ним какое-то время, не расспрашивая и не влезая, просто даря своей улыбкой тепло.       – Твоя жизнь не кончена. Вспомни, с какого момента она пошла не так, как ты задумал, вернись в эту точку и найди для себя новый путь, – посоветовал незнакомец, собираясь уходить. – Поверь, все еще можно исправить.       Он в очередной раз по-доброму улыбнулся и протянул Чонину свой шарф. Парень лишь удивленно посмотрел на спасителя, потом на подарок.       – Здоровье – это самое важное, – пояснил незнакомец, накинув на застывшего Чонина шарф. – А остальное наладится.       Парень еще долго сидел и разглядывал презент. Белый с черными полосками у концов. И тогда Чонину впервые подумалось, что если даже на шарфе черные – всего лишь две скудные полоски с края, то и в его жизни они, возможно, такие же. И скоро должна начаться вот эта приятная белая середина.       Замотанным в подарок незнакомца, Чонин проходил весь февраль. Киму начало казаться, что он впервые и по-настоящему влюбился. В теплую улыбку, большие глаза и искренность, что излучал незнакомец в то утро. Лицо так и стояло перед глазами, а шарф грел не только тело, но и душу.       И не только образ спасителя врезался в сердце, но и слова, сказанные им на прощание. Конечно, резко меняться и становиться пай-мальчиком Чонин не собирался, но попробовать что-то поменять, вернувшись в начало, все же стоило. Поэтому, кинув в интернет объявление о сдаче второй комнаты, Чонин прихватил диплом и направился в ближайшую школу.       Видимо, накануне начала учебного года здесь срочно требовался преподаватель географии, раз даже сам завуч поручился перед директором за незнакомого парня без опыта работы и, в общем-то, с далеко не идеальным дипломом.       Вспоминая институтскую практику, Чонин с горем пополам смог подготовиться к своему первому уроку. Он не нервничал, хотя завуч Ким Чунмён устроился на последнем ряду и всё занятие делал в тетради какие-то пометки. Красавчик-учитель пришелся старшеклассницам по вкусу, так что они раскрыв рты слушали его. А мальчишки, видимо, еще не раскачались после каникул, и в классе было тихо, лишь учитель Ким Чонин нёс какую-то отсебятину, ведь не помнил и половины из того, что запланировал к уроку. Просто сам не выучил материал. А еще регулярно мысленно пинал себя, чтобы не выдавать вслух актуальные, но весьма пошлые шуточки.       В конце концов завуч Ким счел такую манеру преподавания свежей и инновационной и, посоветовав продолжать в том же духе и пожелав удачи, удалился. А Чонину оставалось лишь возрадоваться наивности завуча, кстати, такого же молодого, ну может, лет на пять старше.       Ким Чунмён уроки географии больше не посещал, доверяя новичку на все сто процентов. А вот Чонин такого доверия не заслуживал, ведь уже на первой неделе сорвался и зарулил вечерком в знакомый клуб. И на занятия пришел прям оттуда. Класс весь урок был на удивление послушен, дети читали учебник, как и было велено, а Ким просто спал.       После этого случая никакого выговора не последовало, из чего Чонин сделал вывод, что сдавать его никто не собирается, и если уж такое случится повторно, то ничего страшного, можно еще разок схалявить.        «Повторно» случилось довольно быстро. А со второй недели Ким уже не заморачивался, поняв, что эта работа не мешает гулянкам, он вернулся к своему привычному за последний год образу жизни. Только с одним отличием. Теперь у него в кармане был пропуск в школу и новая зарплатная карточка, а в квартире – новый жилец. На этот раз именно сосед, а не любовник. Хотя в прошлый раз все тоже начиналось с безобидного: «Твоя комната прямо по коридору, а вот моя. Заходи как-нибудь, пивка попьем, футбол посмотрим…» Но быстро переросло в: «Ходи-ка ты обнаженным по квартире, хочу круглосуточно любоваться на твой упругий зад».       Новый сосед был не во вкусе Кима, да и незнакомый спаситель до сих пор не вылетел из головы. Чонин даже пытался придумать, как найти того парня, чтобы отблагодарить… для начала. Шарф возвращать он, конечно, не собирался. Подарок есть подарок. А вот угостить спасителя кофе вполне рассчитывал. Только где ж его найдешь, в огромном Сеуле то?       – Сегодня мы будем смотреть фильм, – Ким Чонин вошел в класс далеко после звонка и, кинув коробочку с диском на стол, уселся, привычно складывая на него ноги. Сегодня была среда и тот самый класс 3-2, в котором девочки с первой парты неожиданно потянулись к знаниям спустя три недели безделья.       – Дивиди из проката? – прокомментировал кто-то.       – Точно, – кивнул учитель. – А посмотреть-то у вас тут есть на чем? – он обернулся и над доской заметил плазму. – Отлично.       – А фильм учебный? – сомнительно покосились на учителя «любимые» ботаники.       – Конечно. «Чужой против Хищника».       По классу прошла волна смеха.       – И чему же он учит? – фыркнула староста.       – Хороший вопрос. Ты мне на него в конце урока ответишь, – отозвался Чонин.       – Но это же бред, – не выдержала еще какая-то девочка.       – Хочешь обсудить?       Она кивнула.       – Хорошо. Кто еще считает, что это бред?       Староста и еще примерно половина класса подняли руки.       – Остальные, видимо, полагают, что бреда тут нет? Замечательно, пятьдесят на пятьдесят, можете подискутировать друг с другом. Только потише, ладно? Я не выспался.       К тому моменту, когда в дверь постучали, Чонин уже успел уснуть. Он отреагировал лишь на голос, но резко подрываться не стал, дабы не вызывать подозрений. А вот класс поначалу напрягся.       – Извините, что прерываю ваш урок, я ненадолго, – произнес посетитель. – Ребята, я вышел с больничного, так что с завтрашнего дня химия по расписанию, – объявил спокойный голос, тогда как Чонин подумал, что стоит обернуться и поприветствовать коллегу, с которым, к слову, он еще даже не знаком по понятным теперь причинам.       – Учитель До, с возвращением! – радостно выпалила отличница. – Вы хорошо себя чувствуете?       – Да, уже все в порядке, – по голосу было слышно, что учитель улыбается. – Завуч Ким передавал вам мои задания? – строго спросил он, а ботаники согласно закивали. – Хорошо, завтра будет проверочная работа по этому материалу, так что подготовьтесь.       – Учитель До, а может, не надо? – застонали задние ряды.       – Может, и не надо, – задумчиво проговорил преподаватель, – но я все же проведу. Кстати, вы новый учитель географии? – вдруг обратился он к Чонину, а тот вздрогнул.       – Да… кхэм, – прокашлялся он, потому что голос свой сам не узнал, настолько он был хриплый после сна. – Да, я Ким Чонин, – наконец, встал и обернулся парень. Рука, автоматически протянутая для закрепления знакомства, медленно опустилась.       Перед Чонином стоял и чуть улыбался февральский спаситель. В строгом сером костюме и с папкой в руках, он по-прежнему излучал теплоту и искренность. Он был точно таким, каким Ким его запомнил, может, даже чуточку лучше. И, несомненно, ближе.       И Ким Чонин впервые осознал, что из начальной точки он теперь идет верной дорогой.