Я ни за что не выйду за тебя!

Альфред плотно прижался к стенке в кабинке примерочной и панически глядел на красную, еле подрагивавшую от суеты снаружи, ширму. Он чуть ли носом не столкнулся с невесть что здесь забывшей Анной, но благо недалеко оказалась эта спасительная кабинка, и пока она оборачивалась в его сторону, он шустро прошмыгнул туда. Она чем-то интересовалась у продавщицы и даже немного спорила с ней, но потом разговор внезапно прекратился. Джонсу уже почудилось, что она ушла из магазина, но похоже судьба решила над ним пошутить. Жестоко пошутить. — Простите, — Анна слегка коснулась ширмы, но открывать не решилась, не этично всё-таки. — мне неудобно об этом просить, но не могли бы вы перестать прятаться в кабинке и освободить её? — она говорила без всякого раздражения в голосе, даже смущённо что-ли? Американец вжался в стену сильнее и начал читать молитвы, надеясь, что она испарится и уйдёт, как это делает большинство паранормальных существ в американских фильмах. Однако есть маленькое, совсем неприметное но: она - человек. Быть может, он ошибся и за шторкой стоит не Брагинская а обычная теряющая терпение девушка? Он потянул руку, чтобы отодвинуть ткань и проверить: верна ли его догадка. Инстинкт самосохранения завизжал внутри американца и он отдёрнул руку. Это была точно она. Он чувствовал эту жуткую ауру, которая была присуща только русской и никому иному. Надо что-то делать, но что? Надо отвлечь её! — Да-да, сейчас, — он понизил голос, делая его сиплым и хриплым. Как у байкера-курильщика, честное слово. — Будьте так добры, принесите пожалуйста мне шарф на ваш вкус. — он кашлянул для убедительности и стал ожидать ответа. Повисла неловкая пауза. Она возмущённо хмыкнула, но ничего не ответила, а только развернулась и направилась к отделу с шарфами на любой вкус и цвет. Он облегчённо выдохнул и стёр каплю пота со лба. Умеет импровизировать когда надо. Кто бы мог подумать, что фильмы, которые производятся в его стране помогут ему в такую трудную и опасную минуту. Вырвавшись из плена душной кабины, он рванул к выходу, что аж пятки сверкали. Анна только удивлённо смотрела ему в след, наблюдая, как фигура в тёмном плаще скрывается за углом. Сжимая легонько аккуратно сложенный шарфик пальцами, она задумалась и прикинула пару вариантов у себя в голове. Может кто-то из стран приехал к ней с визитом, но постеснялся показываться сейчас? Нет. Она сразу же засунула эту мысль куда подальше, так как официально никаких приездов не планировалось и никаких переговоров по этому поводу не велось. А уж если кто-то без приглашения или же без оповещения решил пробраться на её территорию, то это уже будет расцениваться как незаконное проникновение, или — война. Она помрачнела, ведь это точно был кто-то из стран, потому как когда этот нарушитель выбегал из магазина, его фигура показалась Анне знакомой. А может, это всё паранойя? Она задумчиво осмотрела шарф и провела по нему рукой. Он казался таким мягким, словно она сжимала не предмет одежды, а большую мягкую игрушку. Красивый зелёный вязаный шарф в гардеробе тоже не помешает. Отложив тревожащие её мысли в долгий ящик, девушка направилась к кассе, чтобы оплатить свою покупку. Выходя из магазина, она настороженно оглянулась по сторонам, выискивая фигуру беглеца. Внушив себе, что это действительно паранойя Анна пошла дальше по своим делам, оставив Джонса безнаказанным.

***

Он сидел за столиком в маленьком почти неприметном кафе и сильно сжимал чашку с кофе. Он был всего в каком-то жалком метре от ужасной расправы над ним. Если бы Анна не обладала такими необычными качествами, коих у других народов практически нет, она бы легко смогла его разоблачить. Он поправил воротник свитера, чтобы холодный ветер не касался его шеи. Пусть и была весна, но в России она частенько выдавалась холодной, пусть и без круглосуточного снега, зато с ледяным ветром. Что же за день сегодня такой? Два часа проторчал в душном аэропорте, в котором, кажется, началось массовое переселение народов. Потом возникли какие-то проблемы в паспортном столе, таможенники долго разглядывали фотографию в паспорте, и периодически переводили подозрительные взгляды на американца. Один из таможенников поманил Джонса к себе и спросил на счёт старой фотографии в паспорте, которая и вызвала интерес у мужчин. Действительно, Альфред поторопился с выбором фотографии, ведь она была сделана пятьдесят лет назад. Соответственно, была чёрно-белой. Таможенники хоть и пропустили парня, но взяв с него обещание, что он поменяет в скором времени фото, иначе потом уже может отделаться не предупреждением, а штрафом. На самом деле, паспорта странам нужны не были, так как проверки занимали слишком много времени, да и зачем они им, когда все и так знают друг друга в лицо? Но чтобы потом не возникло претензий и его не обвинили в незаконном проникновении, пришлось делать паспорт на гражданина США — Альфреда Джонса. А потом что? Он заблудился. Конечно, он раньше частенько бывал в Москве, но тогда его всегда сопровождала Анна, а сейчас он остался один на один с городом-миллионником. — Я должен сделать это! — и всё же, в целеустремлённости ему нет равных.

***

Он выследил Анну до её дома, который находился на окраине Москвы. Все страны знали: Брагинская не любит дорогие вещи, потому то её дом ничем и не отличался от обычных. Было на удивление тихо и спокойно, что не могло не радовать. Альфред спрятался за кустом, наблюдая, как девушка выходит из машины в сопровождении с какими-то мужчинами. Он напрягся. Его очки запотели и разглядеть её партнёров было крайне тяжело. Пока он наспех протирал их, мужчины и Брагинская уже скрылись за захлопнувшейся большой деревянной дверью. Он грустно перевёл взгляд на коробку дорогих конфет и большой букет подсолнухов, отметив для себя, что миссия провалена. На улице стоит такая холодина, а он тут в кустах засел и дрожит всем телом, выжидая тех парней, которые скрылись в её доме. А может, это похищение? А что, логично же всё: они похитили Анну, впихнули её в свой чёрный джип, под угрозой жизни заставили выболтать свой адрес и привезли её сюда чтобы убить, а потом спихнуть всё на самоубийство. Так в американских фильмах и делают. Надо что-то делать! Он взбодрился и затаил дыхание. Мужчин было пятеро..или четверо? Он отмахнулся от этой мысли и прикинул себе варианты разборки. Булыжником по голове? Он сможет вырубить только одного, а их там несколько. Нет, не подходит. Кинуть камень в окно, они выбегут на шум, он их разделит и булыжником каждого по очереди? Можно попробовать, но.. Дверь отворилась, а его мысли куда-то в тот же миг улетучились, оставляя американца один на один с наблюдением за происходящим. Четыре амбала вышли за порог дома. Боже, и как Альфреду вообще могла придти в голову мысль, что он сможет их ушатать одним булыжником? Там валун нужен, если не скала. Он поморщился, а по его спине пробежал табун мурашек. Они переглянулись меж собой и нахмурились, когда спрашивали у русской: уверена ли она в своей безопасности и не понадобиться ли ей помощь в дальнейшем? Она кивнула им и заперла дверь на ключ. Амбалы ещё недолго стояли на крыльце дома и осматривали окрестности в поисках нарушителей или живности какой-то? У Джонса затекли ноги и он тихо пискнул, когда под ногами зашумела листва. Тут-то его и окатила волна страха и испуга, когда в этот момент один из мужчин повернул свою голову прямо в направлении того куста, где он засел. Он прищурил глаза и что-то фыркнул, когда долгие попытки что-либо разглядеть увенчались тотальным провалом. Американец сглотнул стоящий в горле ком и выдохнул, когда потенциальная угроза его жизни уехала в чёрной машине, а сама она скрылась за деревьями. Подарки были окончательно испорчены. Цветы сломались, конфеты стали дубовыми от холода..ну ничего, у него есть подарок, от которого не сможет отказаться ни одна женщина на планете! Он засунул руку в карман и когда нащупал желаемое, его лицо озарила улыбка, а сам Альфред быстро направился к двери девушки полон уверенности и предвкушения. Стук в дверь. Сердце бешено колотится, а холод, который недавно донимал парня, и вовсе пропал, позволяя жару встать на его место. Он переминался с ноги на ногу в ожидании заветного щелчка, соскребал краску ногтем со стены и проклинал Артура за эту чудовищную сделку, которая в любой момент может стать для американца последней. Анна открыла дверь и ахнула. — Альфред?! — она была в замешательстве, и когда собиралась что-то сказать Америка закрыл ей рот ладонью, предварительно прижав русскую к стене, чтобы она не смогла выбраться. — У тебя тут больше никого нет? — он был испуган не меньше неё, и осматривал её дом, насколько это было возможно. Она, полными растерянности и страха глазами, смотрела на него и вновь попыталась что-то сказать, однако он ничего не понял, так как его кисть всё ещё плотно прижималась к её устам. Америка поднёс указательный палец к губам и шикнул, когда она случайно прикусила ему кожу. Прислушавшись, он услышал только учащённое дыхание Анны и слабый тик часов. Убедившись, что в доме кроме неё больше никого нет, Джонс отпустил девушку и отошёл от неё на пару шагов. — Что ты тут делаешь? — она смотрела на парня как на безумца. — И прикрой дверь, пожалуйста. Он захлопнул дверь и на полном серьёзе ответил: — У меня к тебе очень важное дело! — нахмурился и посмотрел на закрытую дверь, невесть куда ведущую. Именно из той комнаты доносился аромат каких-то вкусно пахнущих трав. Его глаза расширились. Он уже слышал где-то этот запах, но где? Чай! Это точно был запах чая! Он уставился на эту закрытую дверь. Что же за ней? — Дело? — Брагинская с подозрением и напряжением осмотрела Джонса с ног до головы, скрестив руки на груди. — Ладно, пошли присядем, ведь в ногах правды нет. Разуться не забудь. Она медленно направилась к комнате, из которой шёл аромат и отворив дверь, скрылась за ней, закрыв весь обзор американцу. Альфред замер с ботинком в руках, а когда отмер, поставил его на полку для обуви и проследовал к комнате приёма гостей, не забыв захватить с собой подарок. Она стояла посреди комнаты и пристально смотрела на него с неприязнью. Он не счёл нужным осматривать интерьер комнаты, а зря.. Америка встал на одно колено перед девушкой, покопался в кармане своих брюк и подал свой подарок, окутанный красивой шёлковой лентой. Брагинская вскинула бровь и немного оттаяла, когда прикоснулась к предмету. Она аккуратно взяла его в руки и принялась осматривать. — Что это? — сухо и боязливо спросила она, немного пошатнувшись. — Пакт о ненападении, конечно же! — он засиял лучезарной улыбкой и добавил. — Нравится? — Я...— она вновь отшатнулась и плавно присела на диван, закрыв лицо руками. Альфред закончил фразу за неё, приписав туда окончание «согласна», но призадумался о её состоянии на данный момент. Обычно девушки радуются и прыгают на руки после того, как им предложат этакое, а Анна..плачет? — Проиграла, — закончил за неё голос мужчины. Альфред испуганно оглянулся в поисках источника и когда увидел фигуру, облокачивающуюся на дверной проём, его настиг страх неведомой силы. — А я гадал, когда же храбрый герой выскочит из кустов и заявится к нам на наше скромное чаепитие? — иронично спросил он, и хитро улыбнулся, выходя из тёмного помещения. Ноги Альфреда подкосились, зрачки расширились, а губы дрожали от невозможности что либо сказать. В глазах всё помутнело. Как он мог так просчитаться?