Унесенные ветром продолжение

      Все трое неспешно вошли в столовую. Ретт держал обеих дам под руки и вел непринужденный разговор. - Как мои прелестные леди жили это время без меня? - Ретт светился от счастья. Он улыбался, чуть приоткрыв рот, показывая свои белые зубы. - О, дорогой! Какое счастье, что ты вернулся так быстро! - миссис Элеонора положила свою ладонь ему на плечо. Ретт нежно взял ее руку в свои и поцеловал. - Ретт, мне столько нужно тебе рассказать! - Розмари сгорала от нетерпения. - Немного позже, дорогая! Теперь нам некуда спешить! Я вернулся и больше вас не покину! Даю вам слово! - он собрал в охапку обеих дам и рывком притянул к своей груди, обе они вскрикнули от восторга и радости.       Скарлетт, сидевшая в самом дальнем конце комнаты, с замиранием сердца наблюдала радость и счастье, переполнявшее всех троих. Как хотелось ей забыть обо всем и броситься в объятья Ретта, провести рукой по его черным волосам, вдыхать его такой родной запах, смешанный с одеколоном и дорогими сигарами, затем нежно, чуть дыша, прикоснуться губами к его смуглой горячей щеке и, двигаясь дальше, замереть на его губах... Ах, если бы она знала, что он не оттолкнет ее, что не посмотрит отчужденным, холодным и циничным взглядом, что не прогонит прочь из своей жизни, она бы тут же отбросила всю свою гордость, все предрассудки и, забыв обо всем пережитом ранее горе, об обидах и унижении, и кинулась в его объятья. Но увы, он был бесконечно далеким для нее, хоть и стоял в нескольких шагах. Скарлетт сидела не шевелясь, наблюдая за всеобщей радостью, и поймала себя на мысли, что таким счастливым Ретта не видела давно. Часть его радости передалась и ей, в это время ее губ коснулась нежная улыбка. - Что у нас на завтрак? Чем мои милые дамы собираются кормить изголодавшегося путника? - Ретт с улыбкой посмотрел на мать и Розмари, затем быстрым движением руки снял шляпу с желанием бросить ее на рядом стоящий стул. Он повернул голову в сторону стола, где сидела Скарлетт, и встретился с ней взглядом. Рука со шляпой повисла в воздухе, а уголки его губ резко поползли вниз. Сиюминутное удивление проскользнуло на его лице, но тут же исчезло. У Скарлетт засосало под ложечкой, она покраснела и опустила глаза. - Дорогой, ты только посмотри, кто у нас в гостях! - запела миссис Элеонора, крайне радостная приезду сына. - Здравствуй, Ретт! - тихо сказала Скарлетт и, затаив дыхание, ждала его реакцию.       Лицо Ретта было непроницаемым, и по нему невозможно было что-либо прочесть. Каждый мускул на его лице был в напряжении. Казалось, в нем боролись все чувства сразу. Но в конце концов овладев собой, он с порывом бросил шляпу на стул, натянуто улыбнулся и подал руку Скарлетт. - Моя дорогая миссис Батлер! Моя дражайшая миссис Батлер! - наигранно и громко произнес он, целуя ей руку. - Какой неожиданный сюрприз! Вот уж не думал застать вас здесь! - договаривая последнюю фразу, он так сильно сжал Скарлетт руку, что та стиснула зубы от боли и смогла выдавить лишь жалкое подобие улыбки. - Ах, какое чудо Ретт, что ты вернулся именно сегодня! Ведь завтра Скарлетт собиралась уезжать в Атланту... - миссис Элеонора, казалось, не замечала ничего необычного. Ретт все еще машинально держал руку Скарлетт, временами сдавливая с силой, при этом он улыбался матери и делал абсолютно беззаботный вид. Лицо Скарлетт было в напряжении, затаив дыхание, она ждала, когда же он наконец отпустит ее руку. - Я сейчас же распоряжусь, чтобы тебе принесли завтрак и позабочусь о багаже! - торопливо проговорила миссис Элеонора.       Как только она скрылась в дверях, шурша юбками, а Розмари разворачивала маленькую красную коробочку, привезенную братом из поездки, Ретт, воспользовавшись моментом, схватил Скарлетт за локоть, силой притянул ее к себе и еле слышным возмущенным голосом сказал: - Что вы тут делаете? Не я ли вам запретил любые преследования и посягательства на мою жизнь!       Щеки Скарлетт тут же вспыхнули от негодования и злости, а глаза сверкнули, как молнии. - Да что вы себе позволяете, Ретт Батлер! - она резко вырвала руку. - Я слишком ценю свое драгоценное время, чтобы тратить его на всякие глупости! - съязвила она и плавной, чуть кокетливой походкой, отошла к окну, повернулась в профиль и небрежно бросила: - Я тут совершенно по другим обстоятельствам. Умерла тетушка Евлалия. Я вынуждена была приехать... А ваша матушка была столь любезна, что пригласила погостить. - Скарлетт не хотела оправдываться, поэтому старалась не придавать значения своим словам. - Зная, что вы не в городе, я приняла ее приглашение, а сегодня сообщила, что вынуждена покинуть Чарльстон в связи с накопившимися делами в Атланте, так что у вас совершенно нет повода говорить со мной подобным тоном.       Ретт запрокинул голову и громко рассмеялся. Казалось, он не верит ни единому ее слову. Он здорово изменился с их последней встречи. Точеный, мускулистый профиль проглядывал сквозь костюм. Смуглое лицо его казалось еще более загорелым в сочетании с белоснежной рубашкой. Выбритый, ухоженный, разодетый, как денди по последней моде, Ретт являл собой картину довольно таки счастливого человека. - Что же, это приятное заявление, и я невероятно рад, что после нашего последнего разговора, вы довольно быстро пришли в себя, - он говорил это с ироничной улыбкой на лице, будто смеялся над ней.       Нужно было правильно отреагировать, и Скарлетт решила до конца доиграть роль равнодушной, ничем не расстроенной и совершенно довольной жизнью. Лучше потом, наедине с собой она выплачет все слезы, душившие ее, но Ретт этого не узнает. Он не должен догадаться, как плохо ей было, сколько бессонных ночей она провела, сколько боли и горечи оставил ей Ретт в тот вечер, когда покидал ее навсегда. Взяв себя в руки и призвав на помощь все свое благоразумие, с надменным и безразличным тоном Скарлетт произнесла: - Ах, вы о том разговоре? - она кокетливо прикрыла глаза и улыбнулась, - Хм... Вот уж не думала, что вы сможете принять мои слова всерьез! Видите ли... Я была так расстроена... На меня так много навалилось, что в минуту горя и отчаяния я поддалась очередному своему капризу. Мне было так одиноко, Ретт... - Скарлетт наигранно выразила печаль. - Словом, я подумала, быть может, мы сможем быть вместе... Впрочем, после вашего ухода я осознала, что даже думать об этом было глупо! - сказав это, она быстро отвела свой взгляд, чтобы Ретт не смог прочитать в ее глазах правду. Она не заметила, как живой огонь в его глазах потух, и они вновь стали непроницаемыми.       В это время, наконец, справившись с упаковкой, Розмари, вытянув золотой браслет, радостно взвизгнула и бросилась целовать брата. - Я надеюсь, кошечка моя, вы не обидитесь, что я не привез подарка для вас! - голос Ретта звучал нервно, еще недавно такой радостный взгляд его горел каким-то другим огнем.       Скарлетт отвернула недовольное лицо к окну, а Розмари тем временем побежала хвастаться подарком матери. Ретт неспешным уверенным шагом подошел к столу, облокотился на него обеими руками и острым взглядом впился в Скарлетт. - Раз последний разговор так мало для вас значит, - холодным тоном продолжал он, - то, быть может, теперь вы по другому отнесетесь и к разводу?       Она резко повернула лицо, оно было искажено ужасом. Столько раз представляла она себе этот разговор, эту фразу со страшным словом "развод", но, услышав это наяву, ее охватила паника и страх. Нет, не может этого быть! Не может он развестись с ней! Все, что угодно, только не это! Скарлетт готова смириться с тем, что Ретт ее больше не любит, готова стерпеть боль, горечь, его отчужденность, холодные циничные взгляды, но никак не развод! Она не понимала, как может Ретт так легко бросаться такими словами, причиняя нестерпимую боль. Потеряв всю отвагу, которую еще недавно с такой уверенностью себе внушила, она взглянула на него умоляющим взглядом. - Ах, Ретт, нет! Об этом не может быть и речи! - она схватилась обеими руками за спинку стула. - Я уже говорила вам, что не опозорю свою семью подобным! И к тому же... - Скарлетт запнулась, а Ретт иронично поднял одну бровь и усмехнулся; казалось, ему доставляло огромное удовольствие мучить ее. - К тому же мне не безразлично отношение общества к Уэйду и Элле... Я хочу для своих детей лучшего будущего! - Скарлетт надеялась, что даже если Ретту и наплевать на нее, то ради детей он не пойдет на такой шаг. Она знала, как он любил Уэйда и Эллу.       Ретт громко рассмеялся. "Да чтоб тебя...", - Скарлетт была в бешенстве. - С каких пор, дорогая, вас стали заботить ваши дети? - сквозь смех проговорил он. Казалось, этот разговор приносил ему удовольствие. Он выпрямился во весь рост и достал портсигар.       "Ну погоди, Ретт Батлер, я еще до тебя доберусь!" - Скарлетт казалось, что она взорвется, как бочка с порохом. Она готова была обрушиться на него с руганью и кулаками, послать ко всем чертям, но тут в комнату вошли миссис Элеонора и Розмари. Скарлетт прикусила губу и отвела взгляд, который пылал гневом. - Дорогой, - обращаясь к Ретту, сказала миссис Элеонора. - Я распорядилась отнести твои вещи в комнату Скарлетт. - О, ма, в этом нет необходимости! - махнул он рукой в сторону миссис Элеоноры и, не отводя взгляда от Скарлетт, продолжал: - мы со Скарлетт уже давным давно спим в разных комнатах, и это ни для кого не секрет. Не так ли, дорогая? - он просто констатировал факт, но это чрезвычайно задело Скарлетт, и она не собиралась оставаться в долгу. - Да, мне пришлось попросить Ретта спать в другой комнате по причине его излишнего храпа, не дававшего мне уснуть, - съязвила она и бросила на Ретта испытывающий взгляд. Она прекрасно знала, сколько боли в то время это ему принесло. - На самом деле, - перебил он, - мне было невыносимо слушать каждую ночь истерики и всхлипы из-за каких-то глупых снов, - теперь уже разговор набирал обороты, и миссис Элеонора почувствовала некую отчужденность супругов, но никоим образом не показала этого. - Право, я даже и не знала... Ну что же, я распоряжусь приготовить еще одну комнату.       Оставив свою перепалку, Ретт отправился наверх переодеться. Возмущению Скарлетт, казалось, не будет предела, в который раз жалела она о приезде и встрече с Реттом. Да как только она могла надеяться на что-то другое, зная какой мерзкий тип этот Батлер. Но, как она не злилась, как ненавидела его, понимала, что жизнь без этого человека теперь невыносима для нее. Это была совсем иная любовь, не такая, какую дотоле она испытывала к Эшли. К Эшли любовь была более легкая, светлая, невинная. То была любовь более духовная. Конечно, Скарлетт хотела обнимать Эшли, целовать, держать его за руку, но дальше этого ее мечты не шли. Она любила, как ей тогда казалось, всем сердцем и душой, готова была пожертвовать всем ради этой любви и, зная, что эта связь невозможна, готова была жить, лишь грея в груди надежду. А нынешняя любовь к Ретту было нечто намного большим и совершенно иным. Это была страстная, дотоле ей неизвестная любовь, пожирающая ее, как пламя пожара пожирает дотла все на своем пути. Невозможно было спастись от этого наваждения. Скарлетт мечтала принадлежать Ретту вся целиком, без остатка, готова была отдаться целиком пожару истинной любви, но и в замен желала получить его сердце, мысли и душу, такую непонятную для нее. И до какой степени она любила Ретта, так же и ненавидела. И вот в запасе всего один вечер, а завтра предстояла поездка домой.       День прошел невероятно быстро. Миссис Элеонора еще утром разослала приглашения всем уважаемым дамам и господам города и поэтому целый день была занята предстоящим приемом и вовсю хлопотала на кухне, отдавая приказы и указания. Ретт был очень мил со своими родными, он уделял им много внимания и всякий раз проявлял заботу. А больше всего внимания получала Розмари. Она крутилась все время, как котенок у его ног, и он то и дело усаживал ее к себе на колени, как маленькую девочку, и принимался беззаботно болтать обо всем на свете, рассказывая о своих путешествиях и приключениях. Как завороженная, она слушала его рассказы с приоткрытым от восторга ртом. В это время Скарлетт мучила ревность. Ведь это она должна была вот так просто сидеть на его коленях, вдыхать его запах, чувствовать, как играют мускулы на его руках, и с наслаждением ловить любящий взгляд... Но нет, он удостоил ее лишь парочкой колких слов и издевательских взглядов. Злость и обида снедала ее. - Как поживает твой поклонник - мистер Джеймс? - с улыбкой спросил он Розмари, которая беззаботно болтала ногами, сидя у него на коленях. - Ох, Ретт, мы познакомили его со Скарлетт! Она лучшего впечатления о нем! - гордо заявила она. - Да неужели! - Ретт окинул Скарлетт испытывающим взглядом. - А я думал, дорогая, вы только в долларах знаете толк! - обратился он к Скарлетт со своей неизменной улыбочкой. В ответ она зло сверкнула своими зелеными глазами. Ей хотелось крикнуть ему: "Да что ты можешь знать!" - но Скарлетт лишь промолчала и отвернулась. - О, ты не прав, дорогой! Скарлетт очень умная по части этих дел и объяснила мне, что такой брак будет иметь успех! - О, не сомневаюсь! У Скарлетт есть большой опыт подобных браков, основанных исключительно на холодном расчете, нежели на любви, - он говорил это непринужденно и просто так, будто Скарлетт не было вовсе в этой комнате. - Возможно... Но ведь за тебя, Ретт, она вышла по любви! Не так ли? - Розмари с любопытством маленького ребенка заглянула ему в глаза. Несмотря на свой возраст, она так и осталась в душе ребенком, а ее излишняя худоба и строение тела ничем не выдавали в себе женщину. - Скарлетт? - Ретт приподнял Розмари, встал и подошел к столу, налил себе коньяк и, сделав глоток, продолжал, - она едва ли может кого-то любить, кроме как саму себя! - при этом улыбка исчезла с его лица, а взгляд стал непроницаемым. - Нет!!! - запротестовала Розмари и нахмурила брови. - Не может этого быть! Я сама слышала, с какой любовью она о тебе говорила. Нет, Ретт! За тебя Скарлетт вышла по любви! Я в этом уверена! - В самом деле? - Ретт поставил рюмку и иронично рассмеялся. Но несмотря но это брови его были сведены вместе, а губы плотно сомкнуты. Лицо приобрело суровость.       "Так, ну все! С меня довольно!" - подумала Скарлетт и резко поднялась с места. - Прошу прощения, но мне нужно подняться к себе и уложить багаж! - Дорогая, вы действительно решили уехать завтра? - горько произнесла Розмари. - О, да! Боюсь у меня нет выбора! - сердито бросила Скарлетт и поспешно вышла из комнаты. Дверь громко хлопнула и до нее донеслись еле слышные слова: - Мне так будет ее не хватать, Ретт... - с тоской промолвила Розмари. - Скарлетт невозможно забыть. Она навсегда оставляет след в жизни каждого, с кем была связана... - Ретт произносил это задумчиво и тихо.       Скарлетт не расслышала этих слов, да и не желала ничего слышать. Она торопилась подняться наверх. Раздосадованная тем, что вынуждена терпеть хамство и издевательства Ретта, она быстро проскочила столовую, где миссис Элеонора давала распоряжения слугам на вечер, и торопливо поднялась по лестнице. Укрывшись от чужих глаз за дверью комнаты, Скарлетт, тяжело дыша, упала на кровать. Корсет больно впивался в ребра, не давая нормально дышать. Она с силой расстегнула платье и быстро развязала туго затянутый корсет. Почувствовав полную свободу, она сделала глубокий вдох. Скарлетт хотелось плакать, но слезы не шли из ее глаз. Долго смотрела она в одну точку на потолке, при этом никаких мыслей в ее голове не было. Не желая думать ни о чем и закрыв глаза, Скарлетт не заметила, как уснула. Проснулась она от того, что кто-то стучал в дверь. - Кто там? - еле слышно протянула Скарлетт. - Дорогая, как вы себя чувствуете? Все в порядке? - голос миссис Элеоноры звучал озабоченно. - Я немного задремала... Сейчас я переоденусь и спущусь вниз! - Да, дорогая, мы ждем тебя! Гости уже начинают собираться!       Скарлетт не спеша встала, голова ее немного кружилась. Нехотя она подошла к шифоньеру и достала зеленое платье. Оно было великолепным: мраморные рюши каскадом спадали на подоле, вырез лифа кокетливо обнажал грудь, и в нем талия Скарлетт казалась неимоверно тоненькой. Но самое главное - ее глаза в этом платье сверкали, как два изумруда. Они святились огнем, завораживая любого, кто рискнет в них заглянуть. Скарлетт показалась себе необыкновенно красивой и завораживающей. Она действительно выглядела бесподобно. Очаровательно улыбнувшись себе в зеркало, так что ямочки заиграли на ее щеках, она повернулась и вышла из комнаты.       Скарлетт остановилась на лестнице перевести дыхание. Внизу слышались голоса вновь прибывающих гостей, хлопоты и стук посуды на кухне. Скарлетт заглянула вниз и увидела группу суетившихся слуг, сновавших от одного гостя к другому, предлагающих напитки и закуски. Спустившись вниз, Скарлетт остановилась в раздумье. Держась одной рукой за поручень лестницы, она взглядом обвела толпу. Заметив Ретта, церемонно болтающего с седовласым старцем, Скарлетт уверенным шагом направилась к нему. Заметив ее, Ретт провел взглядом хищного животного по ее лицу, затем все ниже и ниже, а после ухмыльнулся, отвернулся и продолжил беседу. От такого взгляда Скарлетт стало не по себе, и ее пробил холодный пот. Всякий раз, когда он так на нее смотрел, Скарлетт казалось, что она обнажена. Она повыше подтягивала лиф платья, а то и вовсе прикрывалась шалью. - Скарлетт, дорогая, познакомьтесь! Это миссис Джонас! - миссис Элеонора взяла Скарлетт за руку и подвела к даме, чинно сидевшей в кресле. - Так вот она самая - миссис Скарлетт Батлер! Очень рада знакомству! Как вам Чарльстон, дорогая? - О, благодарю вас! Чарльстон довольно мил в это время года! - Только лишь в это время года? - удивленно произнесла миссис Джонас и недовольно сложила губки. - Дело в том, что в остальное время он просто великолепен! - Скарлетт улыбнулась даме со всем своим очарованием. Она решила поразить всех гостей на этом вечере, и Ретт был главным, кто должен был попасть под ее чары. - Ах-ха-ха, Элеонора, Скарлетт просто обворожительна! - миссис Джонас расплылась в улыбке. - Скарлетт, милая, вы непременно должны зайти ко мне на чашку чая! - О, обязательно, но только в следующий раз! Завтра я возвращаюсь в Атланту, - Скарлетт попыталась сделать грустное лицо. - Какая досада... - разочарованно проговорила миссис Джонас. - Но, как только вы вновь будете в Чарльстоне, тут же дайте мне знать!       Скарлетт заверила миссис Джонас, что первой посетит именно ее. А тем временем миссис Элеонора вела ее за руку все дальше и дальше, от одного гостя к другому. И со всеми Скарлетт была мила и общительна и каждого смогла очаровать. Ей доставляло это удовольствие, ведь это был первый большой прием после затяжных дней тоски и одиночества.       Скарлетт надеялась, что Ретт удостоит ее своим обществом, но, как не пыталась она найти его глазами, все было бесполезно. Он как сквозь землю провалился. "Видимо, он избегает меня", - думала Скарлетт. От этих мыслей вся феерия эмоций, недавно царивших в ней, исчезла. Ей вдруг надоел этот вечер, этот прием, эти люди, вечно сновавшие туда сюда, надоел этот дом и весь Чарльстон. Она стояла в стороне и наблюдала за беседой мистера Джеймса и Розмари. Розмари сидела на кушетке, а мистер Джеймс стоял около нее. Они вели непринужденный разговор, и Розмари то и дело хихикала и краснела, а мистер Джеймс постоянно теребил подбородок, делая важный вид и выпячивая вперед грудь. Видимо, он прекрасно декламировал новые шуточки, раз Розмари так откровенно хихикала. "Из них получится неплохая партия", - подумала Скарлетт и, почувствовав на себе чей-то взгляд, повернула голову. Это был взгляд Ретта, он стоял, облокотившись на спинку кресла и улыбался в своей ироничной манере. "Ах, снова он читает мои мысли", = вырвалось у Скарлетт в груди. Она поспешила отвернуться и тут же увидела, как миссис Элеонора вела под руку новую пассию для знакомства. Увидев Ретта, к Скарлетт вновь возвратилась прежняя радость и веселье, она обворожительно улыбнулась даме и, как ни в чем не бывало, начала разговор.       Скарлетт надеялась, что Ретт вот-вот подойдет к ней и, как обычно, наговорит кучу колких гадостей, но он похоже не собирался этого делать. Скарлетт потеряла всякую надежду и вот уже полчаса, слушая болтовню престарелой дамы миссис Уоткинс, она скучающе вздыхала и с тоской разглядывала толпу, надеясь, что хоть кто-нибудь ей помашет, и она, извинившись, закончит нудный разговор. Так, скользя глазами по толпе, Скарлетт заметила Ретта. Он шел неспешным, уверенным шагом, то и дело останавливаясь и перекидываясь словами с джентльменами и дамами в толпе. Он смотрел обжигающим взглядом на Скарлетт и ехидно улыбался. - Прошу прощения, миссис Уоткинс! - Ретт склонился в поклоне и поцеловал даме руку. - Вы не против, если я украду ненадолго у вас свою жену? - Ох, ну конечно, голубчик! - ответила она ему, польщенная таким приветствием, и обратилась к Скарлетт. - Дорогая, вы милейшая особа, я обязательно жду вас в гости, где в спокойной обстановке мы сможем продолжить наш разговор! - произнесла она.       Скарлетт улыбнулась ей и, взяв Ретта под руку, поспешила удалиться. - Ах, Ретт, вы меня просто спасли! Казалось, еще чуть-чуть, и я сойду с ума! - она нежно сжала руку Ретту, заглянула ему в глаза и кокетливо улыбнулась. Скарлетт знала, что мужчинам сложно было устоять от такой улыбки. - Не обольщайтесь, моя дорогая! Я вовсе не собирался вас спасать! - он сделал невозмутимое лицо, остановился и выпустил ее руку. - Нет? А что же тогда? - глаза ее округлились и она была похожа на разочарованного маленького ребенка. - Да не смотрите вы так, Скарлетт! - Ретт рассмеялся, обнажая свои белые зубы. - Что же, вы произвели колоссальное впечатление на моих родных, моя кошечка. Даже и не знаю, чем вы могли их покорить, - ехидная улыбка не желала сходить с его лица. - Для человека, довольно долго любившего меня, это не должно быть загадкой, - в такт язвила она. - К тому же вам ли не знать, что я могу обольстить любого, кого пожелаю! - Скарлетт вновь почувствовала себя на высоте. - Да, вы правы, моя дорогая! И сейчас, смотря на эти прожитые годы, я задаю себе точно такой же вопрос: "Что же я мог такого найти в вас?" - он опять смеялся над ней. Скарлетт вспыхнула, как спичка: - Послушайте, Ретт, я уеду сейчас же, если вы не прекратите вести себя, как последний... - Да не кипятитесь вы так! Пригладьте перышки, и не будем ругаться. Я бы хотел прояснить истинность вашего приезда, - при этом он заглянул ей в глаза, пытаясь прочесть ее мысли. - Я уже говорила вам и не собираюсь повторять снова... Тетушка Евлалия... - Да, да я помню! Но что вы делаете здесь! - взгляд его обжигал. - Я... Я просто... Словом, ваша матушка пригласила... А я не могла... Ах, Ретт, ведь я не могла ей отказать... - То есть вы здесь, потому что ваша совесть принудила вас, и ваше воспитание не позволило отказаться! Не стройте из себя дуру, Скарлетт О'Хара! Вы ей не являетесь! Вас никогда не заботила ваша совесть и приличия! - Ретт говорил грубо, огонь в его глазах потух, и они стали непроницаемыми. Скарлетт молча отвела взгляд. Ей нечего было сказать. - Что же получается, Скарлетт стали заботить приличия и репутация? - Вы считаете меня совсем безнравственной? А вы-то сами? Я слышала, вы очень быстро сменили статус подлеца на честного джентльмена! Раздаете деньги бедным семьям конфедератов, участвуете в благотворительных акциях...       Теперь уже Ретт откровенно хохотал. Она нахмурила брови и обиженно отвернула голову. - Дорогая, вы переживаете, что я трачу ваши денежки на обездоленные семьи конфедератов? Нет, Скарлетт, вы не изменились. Вы все такая же беспринципная эгоистка ... - Это вовсе не так! - сердито заявила она. - О так, моя дорогая! Именно так, и это все читается на вашем прелестном личике. Но я хочу поговорить не об этом. Как я понял, на развод вы все так же смотрите отрицательно? - он поднял брови и лукаво посмотрел на нее. - Ах, Ретт, ну конечно же это так, - с горечью сказала она. - Ну что же, в данном случае я должен с вами согласиться. Понимаете, вы слишком уж пришлись моей матери по душе, а развод может довести ее до нервного срыва, да и репутация моя может пойти коту под хвост, - при последних словах он рассмеялся. - Скарлетт, не смотрите на меня такими глазами. Да, я теперь джентльмен и дорожу своей репутацией, я смог вернуться в семью и восстановиться в обществе, а это было не так уж и просто. - Ах, вот почему вы не отправили то письмо... - Скарлетт прикусила губу: как же она могла проболтаться, что знает о письме.       Она опустила глаза и попыталась перевести тему разговора в надежде, что Ретт не расслышал ее слов. Но он лишь еще больше расхохотался и яркие огоньки забегали в его глазах. - Скарлетт, в вас леди ни на грош! Вы даже не смогли тактично промолчать и выдали себя с потрохами! - сейчас он улыбался какой-то совершенно другой улыбкой, будто проболтавшись о письме, Скарлетт открыла ему какую-то тайну. Она опустила глаза и покраснела. Ретт нежным движением руки поднял ее за подбородок и заглянул ей в глаза. Скарлетт отчаянно пыталась придать своему лицу равнодушие, но казалось, Ретт прочитал все, что хотел знать. Он усмехнулся, отпустил ее подбородок и повернул голову в сторону. -Так или иначе, не будем отклоняться от темы нашего разговора. Вас так волнует, куда я трачу деньги, что и мне следует знать, куда их тратите вы! - при этом он посмотрел на нее суровым и внимательным взглядом. - Что же вы желаете знать? - Скарлетт съежилась под его взглядом. - Как поживает мистер Эшли Уилкс? - безразличным тоном произнес он, но Скарлетт заметила, как вспыхнул и погас огонь в его глазах.       Такой резкий переход заставил ее растеряться. "При чем тут Эшли?" - Скарлетт не могла понять, к чему он клонит. - Эшли... Он здоров, но все еще подавлен горем. Ему сейчас довольно сложно прийти в себя, - взгляд Скарлетт был полон грусти, она вспомнила растерянный вид Эшли и взгляд, смотревший в неизвестность, его отчужденность от реального мира. - Мистер Эшли и так был дохлой устрицей. Не сложно представить, что он представляет из себя сейчас. - Он очень подавлен горем... Ах, Ретт давайте не будем говорить о нем! - Но почему же? Вам не нравится, что я говорю о нем? - цинично проговорил он. - Кошечка моя, мне абсолютно наплевать на ваши отношения, вы можете быть вместе, если хотите, но почему, скажите на милость, я должен содержать его? - Содержать? О чем это вы? - теперь уже Скарлетт был понятен такой резкий переход. Да, она на самом деле отправляла для тетушки Питти приличные суммы денег, когда была в Таре. И естественно тетушка тратила их на Эшли и Бо. Но откуда Ретт мог это узнать? - Эшли никогда не примет от вас подачек! И я не собираюсь его содержать, лишь только постараюсь снова наладить производство. Я обещала Мелли заботиться о нем и о Бо. И выполню это обещание, даже если вы лишите меня всех денег! - Какое смелое заявление, миссис Батлер! Я надеюсь, вы не пожалеете о своих словах! Послушайте, Скарлетт, я знаю вас лучше, чем кто-либо! - при этих словах он с силой сжал ее руку. Скарлетт скривилась и попыталась вырваться, но Ретт довольно крепко держал ее. - Так вот, вы можете тратить мои деньги куда пожелаете, можете раздать бедным или купить хоть сотню таких безвкусных платьев, как это... - взгляд его скользнул на вырез на груди Скарлетт, но резко отведя глаза, он продолжил, - но запомните, моя кошечка, если вы решите потратить на мистера Эшли хоть один цент моих денег, то я лишу вас их всех вместе взятых! - он говорил довольно грубо, и глаза его пылали страшным огнем. - Хватит с меня этого Эшли. Довольно, что большую часть из того, что мне принадлежало, он уже получил, - ярость и гнев читались на его глазах. Скарлетт испугал этот порыв и ярость, она стояла не шевелясь, перебирая в уме его слова. Ретт отпустил ее руку, и лицо его приняло равнодушный вид. - На самом деле, дорогая, для меня большое открытие, что вы можете держать обещания, разве, что они касаются Эшли, - рот его искривился в иронической улыбке, но Скарлетт пришла в себя и, посмотрев на него уничтожающим взглядом, прошипела: - Пошли вы к черту, Ретт Батлер, со своими деньгами и непомерным самомнением! Ведь это вы заставили меня продать лесопилки, вы заставили меня полностью зависеть от вас! - она смотрела на него ненавидящим взглядом. - А теперь я должна отчитываться, куда и как я трачу деньги! - и постаравшись взять себя в руки холодно бросила: - похоже, вы много чего еще не знаете обо мне! Я уж лучше буду слушать нудную болтовню миссис Уоткинс, чем ваши гнусные оскорбления! - разозлившись не на шутку, Скарлетт развернулась и прошла в глубь залы.       Ей очень хотелось отвлечься. Колючие слова Ретта впивались в сердце иголками. Ей действительно нужны были деньги, чтобы наладить производство лесопилок, а теперь она должна была придумать, где их раздобыть. Но отогнав тревожные мысли прочь, она пообещала себе подумать об этом завтра в Атланте. Несколько раз за вечер она чувствовала на себе испытывающий взгляд Ретта, залезающий прямо на самое дно души, и переворачивая все вверх дном, но она старалась избегать очередных перепалок с ним, его издевательств и смешков.       Вечер подошел к концу, и гости по одному стали покидать дом. Прощаясь, они желали Скарлетт всего наилучшего и говорили, что двери их домов всегда открыты для нее. Скарлетт была польщена и приятно удивлена. Миссис Элеонора, гордая невесткой, все еще пыталась отговорить ее уезжать завтра: - Дорогая, отложите ваши дела хотя бы на неделю. Я не хочу отпускать вас так рано. Вы раскрасили самыми яркими красками наши однородные, скучные будни. - Я оставляю вас в надежных руках, дорогая миссис Элеонора. Ваш сын позаботится о том, чтобы вы не скучали. У меня и вправду неотложные дела, от которых не убежать. - Да, в Атланте ее ждут дети и некоторые обстоятельства, ради которых Скарлетт бросит любого! - под "некоторыми обстоятельствами" Ретт имел ввиду Эшли Уилкса. Миссис Элеонора лишь грустно вздохнула, а Скарлетт покосилась на него возмущенным взглядом.       Розмари устало зевнула и, извинившись, зашагала наверх. Миссис Элеонора последовала за ней. - Я тоже невероятно устала и пойду спать, - сухо сказала Скарлетт. - Я провожу вас, - без какого-либо удовольствия проговорил он.       Удивление появилось на лице Скарлетт. С чего это он решил ее проводить после всего, что наговорил ей. Они не спеша поднялись по пологой лестнице, прошли комнату миссис Элеоноры, затем и Розмари. Ретт шел задумчивый и внимательным взглядом смотрел на нее. Неожиданно для себя, Скарлетт посетила мысль, а что, если ей и в самом деле задержаться в Чарльстоне еще на пару дней? Приятное общество и привязанность к Скарлетт матери Ретта приятно согревали ее сердце. Эти мысли заставили Скарлетт улыбнуться. Внезапно Ретт остановился. Она повернулась к нему, и огненный взгляд его темных глаз пронзил ее всю. Растерянная, она отшатнулась от него и почувствовала, как его могучие руки с силой легли на ее плечи и легким движением прижали к стене. Скарлетт недоумевающе и испуганно уставилась на Ретта. Он наклонился к ней так близко, что она почувствовала его теплое дыхание на своей щеке: - Вы должны завтра же покинуть Чарльстон! - быстро произнес он.       Взгляд его обжигал, как пламя, а руки были сжаты в кулаки. Не произнеся ни слова, полная удивления, Скарлетт стояла не шевелясь. Ретт отступил на шаг, пожелал спокойной ночи и быстро зашагал в обратном направлении. Скарлетт продолжала стоять не шевелясь, лишь только снова удивлялась, как ему удается читать ее мысли. И только злость и ярость заставили ее прийти в себя. Последняя выходка Ретта вовсе выбила из нее желание проводить с ним время под одной крышей. Быстрым шагом дошла она до своей комнаты. И только мысли о завтрашнем дне и скором отъезде дали возможность уснуть.       Утром, за завтраком, миссис Элеонора еще раз выразила свое огорчение предстоящей разлукой и сообщила, что Скарлетт может приезжать в любое время, как только захочет. Ретт держался отстранённо. Его лицо не выражало ни смешков, ни ужимок, ни прочих таких излюбленных им гримас. Оно казалось холодным и отчужденным. Всю дорогу на вокзал он молчал. Скарлетт тоже не проронила ни слова, обида после вчерашнего поведения затаилась в ее сердце. В который раз ломала она себе голову о поведении Ретта. Какой сложный он был человек, и как тяжело его было понять. Доехав до места, Ретт сухо пожелал ей хорошей дороги. Он не выразил сожаления о вчерашнем, не сообщил о том, собирается ли в Атланту в скором времени. Он не сказал более ничего. Удрученная, Скарлетт потеряла надежду на какие-либо чувства со стороны Ретта. И вновь печаль и грусть дали о себе знать, но она не собиралась более страдать. Решив, что на этот раз с нее хватит, Скарлетт села в вагон, и поезд тронулся.