Судная ночь. Ночь страха

      — Роуз, ты просто гениальная, — восклицала Белла, держась за руль автомобиля. — Я тебя обожаю!       Машина неслась на такой скорости, что, казалось, скоро колеса оторвутся от асфальта. Город за окнами выглядел ужасно — паника, кровь и страх превратили привычный Форкс в какой-то кошмар. Трупов было не сосчитать, иногда на перекрестках мелькали силуэты людей, от которых хотелось только одного — уехать подальше.       Так бывало в каждую Судную ночь — вечером, в самом начале, было опаснее всего, а с рассветом становилось спокойнее — многие жертвы и палачи были уже мертвы или вымотаны. Вид на улице был жуткий, но ощущение намного безопаснее.       Белла вела машину, крепко сжимая руль и вдавливая педаль газа в пол. На ее лице вместо привычного напряжения была радость, во взгляде читалась надежда. Розали же сидела на пассажирском сиденье. Ткань на ее плече снова пропиталась кровью, но она упряма игнорировала боль. Приоткрыв окно, блондинка подставила лицо холодному ветру, от чего волосы ее развивались.       — Ты так изменилась за эту ночь, — прошептала Розали и посмотрела на подругу с восхищением. Она снова вспомнила, как Белла дрожала еще вначале ночи от страха, а сейчас она была такой решительной, такой смелой, что это невозможно было не заметить.       — Да, я тоже это чувствую, — кивнула Белла, чуть улыбнувшись. — Мне страшно, что мы не успеем, но я так рада, что мы едем за ними. Я бы не простила себе, если б не попробовала. Предложение одолжить у Эммета пистолет и тачку на время, конечно же, была идеей Розали.       — Эй, а о чем это Эдвард говорил тебе у машины? — вскинула брови блондинка.       — Когда это? — Свон нахмурилась, делая вид, что не может вспомнить.       — Перед тем, как страстно тебя поцеловать, — засмеялась Розали. Вся ситуация была похоже на какое-то сумасшествие и Хейл не понимала, как они вообще могут сейчас смеяться и о чем-то говорить? Разве это нормально? — Ну-ка, колись, чем вы занимались?       — Мы целовались, — мечтательно, но достаточно громко произнесла Белла. — И, если б не Эбби, мы бы успели не только поцеловаться, — Свон загадочно прикусила губу.       — Боже мой, — наигранно возмутилась Розали. — Изабелла Свон, ты знаешь этого парня всего несколько часов и уже готова была прыгнуть к нему в постель?       — Ну, формально, это была не его постель, — рассмеялась Белла. — Но я была готова. Обе девушки рассмеялись.       — Мы чокнутые, Роуз.       — Это точно.       Повисла пауза. Такая давящая. От тишины становилось страшно, от тишины в голову лезли ужасные мысли, что они едут зря и что спасать уже некого, поэтому Белла решила ее нарушить:       — А ты? Что у тебя с Эмметом?       — Ничего, — коротко ответила блондинка и снова уставилась в окно.       — Брось, ты же знаешь, я пойму.       Розали действительно знала. Белла всегда понимала, всегда умела поддержать. По сути, у них, кроме друг друга, никого не было. Белла заменила Розали всех, и блондинка не собиралась от нее ничего скрывать. Просто говорить об Эммете ей было трудно.       — Мы поцеловались, но это было ошибкой. Наверное, он поцеловал меня из жалости.       — Я так не думаю, — не согласилась Свон. — Во, первых, Эммет не похож на парня, который будет целовать из жалости. Во-вторых, ты не та девушка, которая вызывает жалость. Это, скорее, мое. Он так восхищался твоей бойкостью, твоим характером, так что выкинь эту хрень из головы.       — В любом случае, — Розали пожала здоровым плечом. — У него жена и дочка, ты же видела. Не о чем тут думать.       — Почему ты поехала? — вдруг спросила Белла, когда снова стало слишком тихо. — Я влюбилась в Эдварда, кажется, по уши. Мое решение понятно. Но зачем едешь ты?       — Я не знаю, — ответила Хейл и замолчала. Белла решила, что подруга не хочет рассказывать.       «Не буду донимать тебя», — с этими мыслями Свон лишь понимающе кивнула и какое-то время подруги ехали в тишине.       — Я знаю, почему я поехала, — нарушила тишину Розали, продолжая смотреть в окно. Она будто говорила сама с собой. — Что будет, если мы с тобой не выживем, Белла? — блондинка повернула голову и выжидающе посмотрела на шатенку. Свон задумалась, но ненадолго.       — Не знаю, — она пожала плечами. — Наверное, ничего. Если мы умрем, то и Эдвард, вероятно, тоже. А я больше не кому не нужна.       — Вот и я тоже, — кивнула Розали. — Нас убьют и ничего не изменится. Никто не заплачет, никто даже не вспомнит. Я поехала из-за него, Белла. Из-за Эммета. Если Эммет умрет, то его дочь останется без отца. У него есть жена и ребенок, которым он нужен, так что… Я подумала, что лучше рискнуть тем, кому нечего терять.       — Я тебя просто обожаю, — снова восхищенно произнесла Белла. — Спасибо, что ты предложила эту затею.       Эдвард и Карлайл понимали, что мотоциклисты едут их убить. До конца Судной ночи осталось чуть больше полутора часа, так что вырубить жертв, отвезти в нужное место, продать богатым и трусливым ублюдкам времени не было. Эти парни, видимо, были теми самыми «чистильщиками», которые доставили их когда-то в лабиринт. Эдвард вспомнил драку с ними там, в камере и усмехнулся. Отец с сыном слышали рев мотоциклов, слышали, как кто-то орет что-то на улице. Их искали. Видимо, разделились.       Свет фар осветил их закоулок. Мотоцикл ехал медленно. Парень в шлеме остановился, как только понял, что нашел их. Видимо, он и подумать не мог, что Каллены могут быть вооружены.       — Эй, — крикнул он кому-то в рацию. — Двое здесь.       Выстрел оборвал фразу. Карлайл попал парню прямо в шею, и байкер рухнул вместе с мотоциклом, тяжело ударившись об асфальт. На несколько секунд повисла тишина. Карлайл быстро, без лишних слов подлетел к телу и, сняв с мертвого байкера шлем, кинул Эдварду. Эдвард натянул шлем, и они, вместе с отцом оттащили тело за мусорный контейнер, который был расположен очень кстати. Карлайл остался за мусорным баком, а Эдвард быстро вернулся к мотоциклу. Казалось, они понимали друг друга без слов, словно умели читать мысли. Эдвард поднял байк, поставил на подставку и просто остался стоять рядом, опустив голову. Он ждал следующего, и тот тут же появился, освещая одинокой фарой все пространство вокруг.       — Где они? — парень не заметил никаких странностей, явно ожидав увидеть своего напарника. Он подъехал к Эдварду близко и остановился. Каллен, не раздумывая, ударил байкера рукоятью прямо в висок и тот отключился. Карлайл выскочил из своего укрытия уже в куртке первого убитого, которая была ему немного мала, но жаловаться не было времени. На втором байкере не было шлема, лишь маска, и Карлайл, сняв ее, надел на себя. Затем раздался глухой выстрел — хирург застрелил парня прямо в упор.       Теперь у Калленов было два мотоцикла и главное — несколько минут или секунд форы.       — Нашли остальных? — прошипела рация. Карлайл с Эдвардом переглянулись, и парень поднял рацию с земли.       — Нет, двоих ликвидировали. Больше никого, — стараясь сделать голос грубее, произнес Эдвард.       — У нас тоже пусто. Выезжайте на главную. Рация утихла.       — У нас нет выбора, да? — вздохнул Эдвард.       — Теперь уже нет, — коротко сказал Карлайл и принялся стаскивать куртку со второго байкера. Наконец, справившись с этим делом, он кинул куртку Эдварду.       Через минуту два мотоцикла выехали из переулка и увидели, ожидающих их возле бензозаправки, еще три байка.       «Я думал, будет больше», — усмехнулся про себя Эдвард. Напряжение дышало прямо в затылок, и сердце, казалось, колотится где-то в горле. Улица была почти пустой, лишь несколько трупов лежали в разных местах.       «Главное — не говорить много. По голосу могут понять сразу», — думал Эдвард. Каллен не знал, кто эти люди друг другу. Просто напарники? Хорошие знакомые? Друзья? Если они знают друг друга хорошо, то сразу спалят всю контору.       Карлайл с Эдвардом медленно подъезжали ближе.       — Кто там был? — грозно спросил один из байкеров. Наверное, он заправлял в этой шайке.       — Двое парней, — ответил Карлайл, естественно, не снимая маски и делая голос грубее.       — Скольких ты видел? — спросил мотоциклист у одного из напарников. Эдвард узнал его — это был тот, кто нашел их у дома Эбби.       — Шестеро, — ответил парень. Голос казался совсем молодым, словно он был подростком. — Три мужика и три телки.       — И куда они, мать вашу, делись? — зарычал главный. — Ладно. Вы туда, — он указал налево, а затем повернулся к Калленым. — А вы…       Но тут он осекся. Он медленно подъехал к Эдварду и склонил голову на бок. Эдвард проследил за его взглядом и, опустив голову, увидел на куртке небольшую дырку от пули в области груди. Она была красной от крови.       Эдвард почувствовал, как внутри все похолодело. Главарь смотрел молча несколько секунд. Карлайл медленно опустил руку ближе к пистолету, но это не осталось незамеченным.       — Ах, вы твари, — взревел байкер и с размаху ударил Эдварда, что тот упал вместе с мотоциклом. Двое других парней тут же все поняли и достали пушки, как и Карлайл. Эдвард, придя в себя, достал пистолет и тоже начал стрелять. Он попал в плечо одному из байкеров, сбив его с мотоцикла. Все оставили свои байки и бросились в рассыпную, пытаясь спрятаться за колонками заправки. Началась перестрелка, заправку разрывало грохотом выстрелов. Карлайл сделал еще один выстрел и вдруг резко согнулся. Пуля вошла ему в живот и выбила весь воздух из легких. Он оперся рукой о колонку, пытаясь удержаться на ногах, но не смог и повалился вниз. Кровь уже быстро пропитывала ткань одежды.       — Пап, — Эдвард хотел перебежать от одной колонки к другой, но рядом ударили еще две пули, раскрошив асфальт прям возле ног.       — Не подходи, — хрипел хирург.       Тут раздался визг шин. Старенький форд вылетел на заправку буквально боком. Фары ослепили улицу. Белла за рулем, сразу поняв ситуацию, нажала на газ вместо тормоза, сбив одного из байкеров. Резко развернувшись, она затормозила прямо возле Карлайла, закрывая его корпусом от выстрелов. Розали открыла дверь еще до полной остановки машины и морщась от боли в плече, начала стрелять, прикрывая Карлайла с Эдвардом.       Мотоциклист, которого сбила Белла, лежал, не двигаясь. Возможно, был мертв. Остальные двое стреляли из-за колонок, но не рисковали выбежать открыто. Ситуация для них была слишком непонятная: они не знали, сколько людей в машине, сколько и какое у них оружие. Эдвард практически дотащил Карлайла до машины, когда Белла выскочила и стала помогать ему. Хирург стонал сквозь зубы, прижимая рану ладонью. Заправка от выстрелов загорелась. Белла села в машину и вдавила педаль газа. Машина рванула вперед, оставляя позади горящую заправку, мигающие вывески и кровь на асфальте. На заднем сиденье Эдвард держал отца за руку, не давая отключиться, но Карлайл тяжело дышал, уже теряя сознание. Все трое лихорадочно думали, как помочь мужчине.       — Едем домой, — сказал Эдвард. — Там мы сможем ему помочь. Я покажу дорогу. Белла, пожалуйста, быстрее.       — Сынок, — прохрипел хирург. — Это моя вина.       — Пап, я же тебя просил — не сегодня, — дрожащим голосом произнес Эдвард. Парень плакал. — Давай завтра. Прошу тебя.       — Прости меня, — Карлайл уже не открывал глаза, будто проваливаясь в сон. — Эсми… Прости…

До конца Судной ночи осталось 46 минут