Без надежды на победу. Перерождение

Наконец Лайта высадили на маленьком острове, одном из многих, принадлежавших Японии. Время подходило к обеду. По всей береговой линии небольшого клочка суши тянулась стена высотой около тридцати метров. Только дурак осмелится залезть на неё. Ягами оглянулся: ворота, такой же высоты, закрыты. Никто не собирался пропускать его обратно. Оставалась только одна дорога: вперёд. Пробираясь сквозь завалы камней и железных брусьев, Лайт старался попасть в центр острова. Это и был печально известный Город Преступников. Маленькие, покосившиеся домишка с одним окном и множество людей. Ягами и не подозревал, что в таком месте настолько много заключённых. Мужчины и женщины с недоверием смотрели в сторону Лайта, стараясь понять: кто этот человек. Вокруг тишина, лишь редкие фразы нарушали её. Ягами не чувствовал себя не в своей тарелке. Нет, здесь даже очень интересно, только не хватает увеселительных заведений. За домами прятались дети. Лайт немного удивился, но потом понял: преступники никогда не выйдут отсюда. Они создают семьи в Городе, забывая о прежней жизни. Да, не лучшая перспектива, но что поделаешь? Как-то не хотелось находить девушку среди таких людей. Вспомнился Рюдзаки. И зачем Лайту эта девушка? У него есть лучшее в мире чудо! Было… Ягами вдохнул глубже, отгоняя невесёлые мысли, и направился в сторону большого здания, отдалённо напоминавшее государственное учреждение. Там его уже ждали. Толстенький надзиратель со своей свитой беспокойно всматривался в окно. – Добрый день, – решил начать с вежливости Лайт. – Для тебя он не будет добрым. Седьмой дом. На этом разговор прервался. Охранники повели Ягами на улицу, показывая его место жительства. Внутри прогнивший деревянный пол, одна кровать с выскочившими пружинами, куча крыс и некое подобие занавески. Конвой удалился, оставив Лайта наедине со своим новым домом. Юноша невольно вспомнил чистоту и порядок в квартире Рюдзаки, и лицо озарила улыбка. С улицы донеслись какие-то крики: тюремщики уезжали из Города Преступников. Естественно, он не хотели здесь жить, потому оставляли заключённых одних, всё равно никому не сбежать. Лайт прошёлся по маленькой комнатушке, отметив, что помимо выхода, здесь есть ещё две двери. За первой кухонька с одной тумбочкой, стулом, стареньким холодильником и обшарпанной плитой. За второй – ванная, не в лучшем состоянии. Да, «прекрасное» местечко! Чего уж говорить? Лайт вышел на улицу, присматриваясь к соседским окнам. Из-за забора выглянул старик. – За что, юноша? – без приветствия спросил он. – Убийства, – понял вопрос Лайт, даже не думая врать. – Новенький значит? Ну что же. Моё имя Акайо. Я объясню тебе, как выжить в нашем непростом городе. Здесь живут все преступники, которые принесли множество бед. Еды здесь нет: она приезжает с конвоем раз в неделю. Тогда каждый набирает, сколько может. Потом подворовывают друг у друга. Мы не очень любим друг друга, но с соседями нужно поддерживать хорошие отношения, если жить хочешь. – Всё ясно с вашим городом. Грустно здесь, даже сакура не растёт. – Есть у нас сакура, но она одна на весь остров. Туда влюблённые ходят. Я тебе советую тоже обзавестись девушкой: в хозяйстве помогать будет. – Нет, мне не нужна супруга. – Неужто у тебя любимая есть? – удивился старик. – Есть, но любимый и я изменять не намерен. – Всё равно не выйти тебе отсюда, но мечтай, юнец, мечтай. Старик поднял с пола мешок и поплёлся в дом, оставив Лайта. Пока разобрались с документами, пока показали дом, вот и вечер пришёл. Ягами вздохнул, собираясь пойти домой. Да, из такой западни не убежишь. Устроившись на старенькой кровати, Лайт осмотрел своё убогое жилище. Пусто, как в самом кошмарном сне. Ворочаясь, Ягами вспомнил Рюдзаки в который раз за этот день. Несмотря на столь страшное наказание, юноша всё равно любил своё чудо. Сердце трепетно сжималось, видя перед собой нежные черты лица. Лайт уверен: Рюдзаки вовсе не хотел говорить то, что сказал. Его просто грызло отчаянье. Такой любимый, такой робкий, как хотелось его увидеть прямо сейчас. Какие, скажите, девушки, когда ни одна из них с чудом не сравнится? Разве могут они быть умнее, сообразительнее, ласковее, чем Рюдзаки? Нет. Лайт вздохнул: он будет бороться, чтобы вернуться домой. Сделает всё, вплоть до самых безумных вещей, но найдёт Рюдзаки и поговорит с ним нормально. Какая разница, где Ягами сейчас? Хоть на краю земли. Когда его останавливали трудности? – Лайт, здесь яблок нет? – поинтересовался кто-то за спиной. – Нет, Рюук, но почему ты здесь? – не оборачиваясь, спросил Ягами. – Мне интересно: чем закончится эта история, интересно за тобой наблюдать. Лайт усмехнулся: ну настырный шинигами! Юноша повернулся к стенке, стараясь заснуть. Уже давно зажглись звёзды, а сон обходил десятой дорогой. Прислушиваясь к хрусту, доносившемуся из-за двери, Лайт удивлялся: Рюук таки умудрился притащить с собой свои запасы яблок. Видно: точно не уйдёт, раз добро в этот домишко перетащил. Ягами закрыл глаза, видя перед собой того, кого любил больше всего на свете – Рюдзаки. Его бледная кожа так красиво смотрелась на фоне луны, освещающей Город Преступников. Лайт будет бороться не ради себя, ради него, ради встречи.