Моменты

      Мидорима с интересом наблюдает, как Такао пытается открыть дверь в гостиную, не ударившись об нее плечом или лбом, 1:0 в пользу двери: Казунари все-таки умудряется поставить себе очередной синяк на коленке. И в этот раз виноват он сам, а не Шинтаро, хотя, если подумать, и в прошлые разы был виноват сам Казунари — это он любитель всяких экспериментов, которые порой заканчиваются отбитыми коленями. Такао не заходит в комнату, а заползает, как большая, бесформенная куча одежды. Мидорима странно смотрит на вошедшего парня поверх очков; еще в коридоре его насторожили громкие звуки, там явно что-то упало или кто-то чуть не упал и подпер собой стену.       Такао, путаясь в собственных ногах, шаркает по полу смешными цыплячьими носками и тащит за лямку темный рюкзак. Рюкзак волочится по полу вслед за хозяином, собирая в кучу небольшие клубы пыли; застежки молний постукивают при каждом соприкосновении с полом.       Казунари широко зевает и буквально засыпает на ходу. Мидориме даже смотреть больно — он знает, что за последние трое суток Такао спал от силы часов десять, собственно, как и он сам. Мидорима знает, что выглядит не особо лучше, но его спасает хотя бы крепкий кофе и заранее выученный материал, Такао не спасает ничего. Он не замечает стоящий на его пути диван от слова «совсем» и, уперевшись в него коленями, падает. Рюкзак остается валяться бесформенной грудой рядом диваном.       Мидорима внимательно наблюдает всю картину, сидя за столом на кухне с ноутбуком и очередной кружкой кофе. Его скоро начнет тошнить уже от этого напитка, но крепкий кофе — единственная вещь, которая помогает ему держаться. На их съемной квартире кухня соединена с гостиной так, что прекрасно видно всю комнату. Он видит, как Такао валится на диван без сил и зажмуривается на мгновение; все-таки плюхаться на диван с высоты собственного роста не очень приятно.       — Такао, — осторожно зовет его Мидорима, чтобы ненароком не испугать.       Казунари ничего не отвечает. Не слышит. Мидорима встает из-за стола и, прикрыв ноутбук и поставив кружку с кофе на безопасное расстояние, подходит к парню. Шинтаро садится на край дивана, тот невольно прогибается под его весом, и Такао это чувствует. Чужую теплую ладонь в волосах он тоже чувствует.       — Я готов сдохнуть. — Звучит, как признание, но Казунари продолжает: — Я устал.       Такао что-то еще бормочет в плед, накинутый на диван. Что говорит — Мидорима не может разобрать, хотя не исключает, что звуки ему уже слышатся. Такао на ощупь подтягивает к себе подушку и стягивает с себя верхнюю теплую кофту. Он пытается закутаться в нее, укрыться ей как одеялом, подтянув свисающие с дивана ноги. Выглядит совершенно нелепо. Такао словно кот, который запутался в ворохе одежды и уснул, так и не выбравшись.       — Разбуди меня часа через два, Шин.       — Хорошо.       Казунари вырубает махом — поразительная способность. Мидорима делает пометку: «уставший Такао вырубается моментально». Когда Мидорима встает с дивана — экзамен по анатомии никто не отменял — тот пружинит и поскрипывает, но Такао так крепко спит, что ничего не слышит и не чувствует, а продолжает обниматься с подушкой.       Мидорима смотрит на эту нелепую картину и понимает, что не может оставить Такао так спать. Он осторожно переворачивает спящего парня, стаскивает с него штаны вместе с этими дурацкими носками и кое-как вытягивает из захвата кофту. Казунари спит, как убитый. Шинтаро уносит его вещи в спальню и возвращается с домашней одеждой Такао и мягким одеялом. Он переодевает его в потертые штаны и футболку и укутывает Казунари в огромное покрывало. Такао продолжает крепко спать.       Мидорима думает, что, возможно, двух часов ему будет мало. И пока Такао спит, он лучше почитает учебник по анатомии, Мидориме тоже хочется спать ночью.       Шинтаро смотрит на горы медицинских учебников и справочников на столе рядом с ноутбуком. И понимает, что осталось продержаться еще два дня и одну ночь.       А дальше — легче.