Поцелуй со вкусом горькой вишни

У комнаты наши соседи старшекурсники помогли мне снять с себя дверной проем. Они не смеялись надо мной, они уже подружились со мной. Со мной рядом, на пол сел симпатичный высокий длинноволосый блондин. -Здоровяк, не принимай близко к сердцу, эти люди смотрят лишь на твою внешность, а мы... мы знаем, что ты очень, добрый и искренний, как ребенок, помнится утром, я слышал, что ты любишь сладости. - Он достал из-за пазухи вишневый торт, и это заставило меня улыбнуться. Он как смог обнял меня за плечи и вручил тортик. Весь вечер ребята с третьего курса сидели у нас в комнате и угощали меня сладостями, говоря, что им нравится, как я на это бурно реагирую, удивляясь каждой вкусняшке. Ко мне зашел Марк и сказал мне не обращать на таких низких людей внимания, а еще обрадовал, что уговорил расширить двери. Я обнял его, а тот был так удивлен, что закряхтел. Я его отпустил и предложил тортик он посидел немного с нами и ушел. Мы просидели допоздна и все разошлись по своим комнатам из-за вскриков Тайлера о порядке Честно говоря, на следующий день, идти в аудиторию совсем не хотелось, но я оделся и пошел с довольной улыбкой. Я боялся заходить внутрь, все там были уже знакомы, и поэтому Марк представил меня всем: -Леша, не бойся, заходи. - Он как маленького позвал меня к себе, и я подошел к нему, слегка вперевалочку. Кое-кто из ребят прыснул и я сразу узнал его, того парня, что вчера меня доставал. Его взгляд снова меня прожигал, но я проигнорировал даже колкость в мою сторону. -Да ладно, жиртрест сегодня в дверь пролез!- он и его шайка гиен стали смеяться, а я мог рассмотреть его. Крупный, мускулистый, вроде бы высокий. Он сидел, так что трезво оценить его рост я не мог. Я поднялся выше с его тела на лицо. Красивый гад, вот и смеется над таким как я, надменный... У него был хорошо очерченный подбородок, скулы. Немного пухлые губы приковывали внимание, и я поднимался взглядом выше. Его нос был с небольшой горбинкой, глаза посажены на идеальном, как мне показалось расстоянии, красивые, но я не так хорошо видел, чтобы различить их цвет. А вот густые темные брови и короткие темные волосы, я видел издалека. Да, парень, несомненно, был красив, как и многие тут, редко когда я мог встретить не красивого парня в этом месте. Услышав свое имя, я вернулся в реальность: -Это, Алексей Дмитриев, он вчера отсутствовал по всем известным обстоятельствам. - Марк зло глянул на красавца брюнета. Я поклонился: -Прошу прощения за причиненные неудобства и я уселся за переднюю парту, ощущая всем нутром прожигающий взгляд. Он не отстанет, он нашел себе игрушку. Все было именно так. Куда бы я ни пошел, что бы я не делал, он издевался надо мной. А я терпел. В тот же день, в столовой он поставил мне подножку, и я упал лицом прямо в поднос. Вечером, когда я и Миша с Димой самые последние пошли в душ я услышал смешок. -Что? боишься показать всем свой жир? Или боишься раздавить кого-нибудь?- Я горько вздохнул, а Миша зарычал, и хотел было побежать бить парню морду, но я остановил его. Я даже не знал его имени, но я действительно считал его красивым, мылись мы быстро, парни помогали мне, спину мыть я сам не мог. Я очень благодарен им. Этой ночью я не мог уснуть, я думал о просьбе дедушки, как же мне найти этого парня? Ума не приложу... Утром, когда я открывал дверь, на меня вылилось ведро какой-то склизкой жидкости. Но я не обратил внимания и пошел в класс. Когда преподаватель спросил что со мной, я сказал что встал не с той ноги. С каждым днем издевательства были все изощреннее, с каждым днем он называл меня все обиднее и обиднее, шутил надо мной хуже и хуже, даже вызов его родителей через месяц не утихомирило его. У нас была физра, пока я занимался вместе со всеми, ну пытался, он изрезал мою школьную форму на длинные полоски дорого материала. Я вздохнул и неделю ходил в обычной одежде. Девушки поделились на две группы, те которые жалели и заступались за меня, и те, кто издевался надо мной. Мои подруги были очень милы со мной, они любили пошучивать, но это никогда не было обидно, они кормили меня вкусностями и мои друзья даже немного завидовали мне, как они признались в один из вечеров. Я лишь ответил, что это взаимно. Ночью нашу дверь расписали издевательствами и обидными словами, причем, не только в мою сторону. Я начинал закипать, хотя уже больше месяца терпел издевки. Но Кирилл, а именно так звали того брюнета, все чаще упоминал в издевках моих горячо любимых друзей, они плевали на это, а я втихую злился. Этот день ничем не отличался от предыдущего, я встал, умылся, оделся и вышел из комнаты. На всю стену висел огромный постер с нарисованными мной, Димой и Мишей, мы занимались сексом. Да, у нас были нежные отношения, но мы не геи, черт тебя подери! Кир! Я злостно сорвал плакат на глазах уже разглядывающих его соседей и пошел в комнату Кира, он уже не спал, а завязывал у зеркала галстук. Буквально выбив дверь, я, злостно пыхтя, зашел в его комнату и притулил пузом к стене. -Ты мне надоел! Зачем тебе все это нужно? Тебе заняться нечем?? Предупреждаю, надо мной издевайся, сколько влезет, но если тронешь моих друзей. Получишь!- я пригрозил ему кулаком, стараясь быть как можно более вежливым но не получалось, я становился грубее с каждым днем, проведенном в этих злосчастных стенах. По его взгляду я догадался, что мы поняли друг друга. Мы зависли минуты на две, просто смотрели друг другу в глаза, это была борьба, но я растерялся и даже смутился. Потому что его глаза уверенно смотрели на меня, будто у него была какая-то цель. Меня сильно удивил цвет его глаз, таких я еще никогда не видел, Золотистые, с перламутровым отливом, они были особенные. Я обошел от него, и пошел в свою комнату, оставив плакат на его кровати. Как же долго он еще смотрел мне в спину, но он молчал, все это время, когда я зашел в свою комнату я поднял на него уверенный взгляд. Он стоял оперевшись о косяк своей двери и ухмылялся. Весь день он нас не трогал. Я знал, что он вовсе не боится меня, просто понял, что перешел грань. Миша и Дима гордились мной. А я впервые за это время вечером, лег спать с новыми воспоминаниями, хорошими воспоминаниями. Кирилл дал мне несколько дней отдыха и продолжил обзывать меня, и только меня. Он просто игнорировал моих друзей, будто хотел чего-то от меня, именно от меня. И снова он не давал мне покоя, но теперь это казалось мне даже интересным. Через неделю, когда мы с парнями играли в футбол. Мне позвонила мама, я радостно поднял трубку. Ее голос сразу мне не понравился, она, будто к чему-то готовила, в конце ее длинного монолога я услышал роковые для меня слова: -... дедушка... он умер... сынок... - И она заплакала, а я сидел на лавочке, и слезы покатились по моему лицу. -Как же так? Мам ...как? Он же был здоров!- я плакал, привлекая внимание своих однокурсников. Мама отвечала, что проблемы со здоровьем начались сразу как я уехал, он дождался того, чего ждал долгое время, когда меня не будет рядом. Так же она сказала приезжать на похороны. Дима и Миша подбежали, и стали расспрашивать меня что стряслось. Стоило мне сказать лишь слово "дедушка", как они всё поняли и, обняв, повели меня в комнату. Там я собрал некоторые вещи, пошел, взял академ и уехал на похороны. Миша поехал со мной. Родители встретили нас. По их лицам видно, что они постоянно плачут, даже отец. Похороны прошли спокойно, я сильно плакал, мама попросила спеть для дедушки его любимую песню, я так и сделал, но слезы застилали мне все. Я дольше всех стоял потом у могилы. После чего я вернулся домой. Миша уехал на следующий день после похорон, а я заперся в комнате и только и делал, что рыдал. Я не ел, почти не пил, иногда выходил в туалет. У меня была самая жутчайшая истерика. Ребята звонили мне каждый день, спрашивали, когда же я вернусь, но я не знал что ответить. Я лежал на своей кровати в кульке из одеяла весь ноябрь и половину декабря. Дедушка не хотел бы, чтобы я пропускал столько занятий, осознав это, я встал с кровати и вышел из комнаты, все завтракали, я зашел на кухню и их лица напугали меня до ужаса, у мамы из рук упала кастрюля, и челюсть ее была уже на полу. Отец упал со стула. Сестры, увидев их реакцию, обернулись и у обеих девчонок глаза стали похожими на тарелки, из которых они ели. Мама отошла быстрее всех и спросила меня: -Сынок... а что произошло?