Неловко вышло

Такеда никогда не слышал настолько быстрой речи и никогда не видел, чтобы кто-то так быстро бегал. Харука словно пуля прилетела к нему и, отрекошетив, умчалась обратно, откуда взялась. Несколько мгновений он неподвижно стоял с листом в руке и смотрел в спину мчащейся вон из школы девушке. Её слов он так и не разобрал, ещё больше его сбивал с толка её растерянный и смущённый вид. -О, сэнсэй, вы чего тут стоите? — вывел Такеду из транса Укай. -Ах, да, — очнулся он и опустил взгляд на лист в руке. Некоторое время стояла напряжённая тишина. — Да быть этого не может! — вдруг воскликнул куратор и придвинул бланк поближе к глазам, чтобы убедиться, что ему не кажется от усталости. -Что такое, сэнсэй? — испугался Укай и тоже заглянул в анкету. -Я думал, она на днях перестанет к нам приходить, но… На следующий день Харука проснулась с двояким чувством. Она была рада своему решению, но её всё равно мучали сомнения. Плюс, похоже, Танака всё понял. Меньше всего на свете хотелось с ним снова встретиться. Как теперь вообще в одном зале друг с другом стоять? А с чего её это волнует? Может, она заболела? На лбу Игараши образовалась глубокая складка. С задумавшимся лицом она чистила зубы, завтракала и собиралась в школу, чем удивила и испугала родителей. На улице случайные прохожие недоумённо оглядывались на неё. Пока девушка старалась выяснить, в чём дело, ноги сами принесли её в спортивный зал. Утренняя тренировка только начиналась. Парни, как обычно, зевая, доставали инвентарь, Шимидзу делала какие-то записи в блокноте, но что-то странно гнетущее витало в воздухе, и Хината ходил словно в воду опущенный, что было для него совсем нетипично. -Мы же сможем, Танака-сан? — невольно подслушала Харука, проходя мимо Нишинои, который сидел на полу рядом с Рю. -Мы просто обязаны это сделать! — пытался выглядеть воинствующе и уверенно Танака, но безысходность на его лице выдавала его волнение и неуверенность. Стараясь не привлекать к себе их внимание, Харука поспешила в раздевалку, переключившись мыслями к этому разговору. Что они имели в виду? Это как-то связано с тем, что Хината едва волочит ноги, вместо того, чтобы, как обычно, скакать по всему залу за Кагеямой? Чёрт их разберёт. Девушка устало выдохнула и закрыла свой шкафчик. Почему она должна волноваться за них? Хотя, теперь это в какой-то степени входит в её обязанности, но спросить, в чём дело, сейчас она просто не сможет. Слишком смущает. И совсем не подходит её имиджу и репутации. -Танака, шевелись! — послышался голос Укая. — Чего вы все такие приунывшие сегодня? -Ну, так результаты экзаменов сегодня будут известны, — напрягся Танака, поджав губы. Харука снова ничего не поняла. Как связаны экзамены и волейбол? Не исключают же из клуба за плохие оценки. -А, ты, наверное, ещё не знаешь, — подошла к ней Киоко. — Мы едем в Токио на летний тренировочный лагерь. Тот, кто не сдаст экзамены, останется на пересдачу и не сможет поехать. -Я тоже еду? — спросила Игараши, надеясь на отрицательный ответ. -Пока ты только на испытательном сроке. Думаю, Такеда-сенсей тебе скажет. Девушка не стала продолжать разговор. Она снова выдохнула и отправилась в другой конец зала. Почему ей никто об этом раньше не рассказал? И почему именно в Токио? Если бы она знала, то специально бы сдала пустой лист. Уж лучше остаться на летние занятия, чем поехать туда. Харука сжала пальцы в кулаки и оскалилась, на короткое время дав волю эмоциям. А, может, на этот раз она даже проходной не наберёт? Тогда всё сложится наилучшим образом. Как же не вовремя она подала заявку на вступление. На занятия Харука шла с опаской. Ещё каких-то полтора часа назад она совершенно не заботилась, сколько баллов она наберёт, останется ли на дополнительные. А всё из-за этого клуба. Всё-таки зря она себя в это втянула. Что б этого классного руководителя. -Вот ваши результаты. Поздравляю с успешной сдачей, — с одобрительной улыбкой оповестил учитель и начал раздавать бланки с баллами. – Ах, да, Игараши, пройди на перемене в учительскую. Такеда-сенсей хочет тебе что-то сказать, — добавил он, когда проходил мимо её парты. Харука ничего не ответила, приняла свой листок, быстро пробежалась по нему глазами и отложила в сторону. Что же от неё хочет Такеда-сенсей? Может, он всё-таки решил не принимать её заявку? В душе Игараши затеплилась надежда. -Извини, что раньше тебя не предупредил, вылетело как-то из головы, — виновато улыбаясь и почёсывая затылок, извинялся Такеда. — Раз уж ты теперь менеджер и у тебя нормальные оценки, то ты можешь поехать с нами. Мы выезжаем через два дня вечером, чтобы подоспеть к началу утренней разминки. Пожалуйста, принеси как можно скорее подписанное разрешение родителей, чтобы не возникло никаких проблем. Поздравляю, Харука-чан, теперь ты официальный член нашего волейбольного клуба, — улыбнулся мужчина. Кажется, он был действительно этому рад, хотя Харука порой доставляла ему неприятности. Возможно ли, что она достойная замена Киоко? Вряд ли. Девушка молча забрала разрешение, качнула головой в качестве прощания и удалилась. Всё-таки она остаётся. Всё-таки она едет в Токио. Харука до сих пор была в смятении. Ей жутко хотелось отказаться быть менеджером и уйти восвояси, но почему-то промолчала. Теперь нет обратного пути. Не может же она всё бросить. Она ведь менеджер как ни как. Всё оставшееся время до вечерней тренировки, Игараши проклинала этот день и этот бланк с результатами всеми проклятиями, которые могла выдумать. Ей действительно не хотелось ехать. Но всё-таки они же просто будут находиться в одной школе. Никто по городу их гулять не отпустит. Да и вряд ли вообще нужно будет ходить по окрестностям. Если только учителя не захотят устроить экскурсию. После занятий девушка не торопилась в спортивный зал. Почему-то идти туда совсем не хотелось. Было какое-то странное предчувствие. Плюс она снова будет в одном помещении с Танакой. Всю предыдущую тренировку она старалась держаться от него подальше. Мало ли, лезть начнёт, донимать глупыми вопросами или вообще посмеётся над ней. Такого лица она уже давно никому не показывала. Из всех людей, которых знала Харука, Рю был одним из последних, кому бы она доверилась. В нём её бесило практически всё. Слишком шумный и пафосный, помешанный на статусе сэмпая, идиот, корчащий странные рожи, показушник и просто неотёсанный болван. Злясь и раздражаясь всё больше, девушка не заметила, как оказалась на месте. С великой неохотой она открыла дверь и с удивлением обнаружила, что весь клуб обращён к ней и приветственно улыбается. -Раз-два! -Добро пожаловать в волейбольный клуб старшей Карасуно! — раздался громкий хор, отразившийся не менее громким эхом от стен спортзала. На секунду на лице Харуки изобразилось удивление, но затем выражение стало прежним угрюмым. Девушка на самом деле была немного счастлива и рада такому сюрпризу. Улыбка сама напрашивалась растянуться на губах. Но, раз уж так вышло, пусть из всех только Танака знает о милой Игараши. -Ага, — выдавила из себя она и приняла клубную форму из рук Киоко. -Даже не примеришь? — с нотками разочарования спросил Рю. -Слишком жарко. Пойду, переоденусь, — коротко ответила Харука и, сопровождаемая недоумёнными взглядами, отправилась в раздевалку. Как бы ни был велик соблазн примерить угольно-чёрную куртку, девушка всё же воздержалась и, сложив форму в сумку, отправилась обратно в зал. Это ли она предчувствовала, когда шла сюда? Кто знает. Спустя два дня все ребята, кроме Хинаты с Кагеямой, собрались во дворе школы с уже собранными сумками и готовые ехать на встречу с Некомой. Такеда-сенсею пришлось изрядно потратиться, чтобы арендовать автобус для поездки, поэтому все единогласно решили каким-нибудь образом возместить затраты, и одним из способов был вариант хорошей работы в лагере и многочисленные победы над другими командами. Во время посадки Харука заняла самое удобное из всех мест. Ей уже доводилось много раз ездить до Токио в автобусах, поэтому не знать, где поудобней разместиться, было бы просто преступлением. Чуть позже к ней подсела Киоко. Так-то Игараши была не против, но, преследовавшие старшеклассницу, Танака и Нишиноя, усевшиеся на сиденья сзади, создавали кучу шума, и их кривляния стали быстро надоедать. -Эй, хватит слюни пускать! — развернувшись, прикрикнула Харука на Танаку. — И вообще, чего здесь уселся? Другого места не нашёл? -Япония — свободная страна! Где хочу, там и сажусь! — вспылил парень в ответ. -Ну же, успокойтесь, — мягко улыбаясь, вмешался Сугавара. — Нам предстоит долгий путь. Не ругайтесь. Проявите уважение к тренеру и сенсею. -Тч! — одновременно цыкнули Харука и Танака и отвернулись друг от друга. Не известно, чем бы закончилась их очередная перепалка, если бы их в самом начале не успокоил Сугавара. Некоторое время все возбуждённо обсуждали поездку. Танака и Нишиноя не переставая болтали о всякой ерунде, а затем непременно обращались к Киоко, на что так и не получали ответа. Каждый раз, когда это происходило, Игараши бросала на Рю злобный взгляд, получая точно такой же в ответ. Но никто из них не успевал и слова сказать, потому что в их начинавшийся конфликт вмешивался Сугавара, а затем и Даичи, неодобрительный взгляд которого тут же отбивал любое желание продолжить. Но, несмотря на это, Харука была в какой-то степени благодарна этому хаосу. Ведь шум не позволял ей думать о Токио. Вскоре последние разговоры утихли, ребята заснули, Киоко, как ни старалась избежать этого, всё равно неловко положила голову Игараши на плечо, которая продолжала смотреть в окно, вслушиваясь в еле слышные храпы на задних сиденьях. Всё казалось таким умиротворённым и родным, будто она всю жизнь состояла в волейбольном клубе и каждое лето ездила с ними вот так в летний тренировочный лагерь. Постепенно шум двигателя убаюкал и её. -Харука-сан! Харука-сан! — кто-то потряхивал её за плечо. — Харука-сан, мы приехали… Игараши раскрыла глаза и обнаружила, что все постепенно выходят из автобуса, кто-то уже достаёт вещи из багажника, а кто-то с блаженством потягивается, разминая затёкшие от долгой поездки мышцы. Напротив неё стояла Киоко с немного заспанным, но всё же свежим лицом. Видимо, она проснулась уже давно. -Харука-сан, можешь разбудить Танаку? Я должна помочь Такеда-сенсею, — попросила Шимидзу и выпорхнула из автобуса, прежде чем Харука успела ответить. Что ж, отличное начало дня… Девушка глубоко вздохнула, потянулась, протёрла глаза и посмотрела в окно. Окрестности очень напоминали Мияги. Такие же тихие, узкие и опрятные улочки. -Значит, в пригороде, да? Ну и отлично, — подумала Харука и зевнула. Из-за того, что она поздно уснула, ей теперь неимоверно хотелось спать. Помедлив ещё пару секунд, Игараши развернулась и перевалилась за спинку кресла, чтобы достать Танаку. -Ээээй, Танакааа — протянула она, но тут же остановилась. Во сне Рю казался не таким глупым и напыщенным. Вообще, его даже можно было назвать милым, однако у Харуки язык не повернётся такое сказать. Какое-то время она просто наблюдала, как он спит: как поднимается и опускается его грудь, как бегают глаза под веками, как свет падает ему на лицо и макушку, из-за чего казалось, что его голова немного светится. Кстати, о его голове. Танака всегда отрицал, что он лысый. Сейчас появилась уникальная возможность это проверить. Не успела Харука отметить глупость этой мысли, как она заметила, что уже тянется к голове. Пальцы осторожно коснулись макушки и ощутили тепло, какое исходит от кожи, нагретой солнцем, сопровождаемое приятной щекоткой немного отросших бритых волос. Ощущение было настолько ново и необычно, что девушка не удержалась и провела рукой снова. Если бы Танака позволил себе отрастить волосы, то они были бы мягкими и густыми. В такие очень приятно запускать пальцы, однако и от такой длины можно получить удовольствие. Игараши продолжала поглаживать голову Танаки, не замечая, что она начинает улыбаться. Тем временем Рю постепенно просыпался от приятных ощущений. Ему было очень интересно, кто же решил разбудить его таким образом, и каково было его удивление, когда в утренних лучах солнца, он снова увидел милое личико нового менеджера. Теперь она, слегка покраснев, умильно улыбалась, увлечённая поглаживанием его головы. -Игараши, ты чего? — выпалил он, изобразив на лице самое недоумённое выражение, на которое был только способен. Девушка тут же прекратила. С её лица исчезла улыбка, и вместо неё образовалось какое-то странное выражение отвращения и сожаления. -Ничего. Вставай. Мы приехали, — безэмоционально ответила Харука и поспешила выйти из автобуса. Что это было, никто из них двоих объяснить не мог, поэтому оба решили забыть это, как страшный сон. Просидев в автобусе ещё где-то с минуту, Танака наконец вышел и сладко потянулся. К нему тут же подошёл Нишиноя, и от милого сонного парня с приятно выбритой головой не осталось и следа. -Это же! .. Неужели это? .. Небесное Дерево! — прокричали они вдвоём, уставившись на красно-белую вышку, выделявшуюся среди домов. -Нет, это обычная линия электропередачи, — послышался незнакомый Харуке голос. Девушка обернулась и увидела двух парней в чёрно-красной форме.Почему-то она сразу же догадалась, что это ребята из Некомы. -Даже ученик младшей школы не подумал бы, что это Токийская башня. Дурачьё, — усмехнулась Игараши, проходя мимо. -А тебе откуда знать, как она выглядит? — слегка покраснев, вспылил Нишиноя. -Будто ты была там! — поддакнул ему Танака. -Была, — коротко ответила девушка. -Ч-чтоб тебя, Игараши! -Ведёшь себя, как деревенщина, постыдился бы, — продолжала дразнить Харука, пытаясь поскорее забыть, что произошло минутами ранее. -Ты кого деревенщиной тут назвала, Игараши? -Расшумелись с утра пораньше… — недовольно буркнул Тсукишима, чем ещё больше распалил Танаку, но тут снова вмешался Сугавара и заставил всех разойтись. -З… Здесь теперь две девушки! — на встречу Харуке и Киоко вышел ещё один член команды Некомы. –Красавица и! .. И… — начал запинаться он при виде широко зевающей Игараши, которая, закрыв рот, с лёгким интересом посмотрела на него и, обнаружив поразительное сходство с Танакой, скривилась. -У вас, у лысых, чё, такая фишка на всех пялиться? — недовольно фыркнула она, чем вызвала у Такеторы разрыв сердца. -Рю! Только не говори мне, что… — заливаясь слезами, вопрошал он. -Да, Тора. Она наш менеджер, — положил Танака свою руку на плечо друга, будто говоря «крепись, боец». -Детский сад… — выдохнула Харука и двинулась дальше вглубь школы. Летний лагерь не предвещал ничего хорошего.