Сарфанские сказки

      Даже в полночь Камарские улицы не пустынны. На площади горит множество фонарей, многие палатки открыты, и их прилавки освещаются свечами, везде снует стража. Но стоит свернуть в переулки и можно потеряться в причудливом переплетении каменных стен.       Закутанная в плащ фигурка пробиралась именно такими переулками. Из дома последнего клиента до таверны можно было бы добраться за десять минут, если идти по прямой. Но ей строго-настрого приказали пойти в обход и не светиться. Клиенту не нужны были лишние слухи. А пребывание у него одной из «пташек», как поэтично называла своих невольных работниц хозяйка таверны и по совместительству борделя, к слухам неминуемо приводит.       Потому-то девушка сейчас и добиралась в полной темноте, пугаясь каждого шороха и тени. Она боялась вовсе не за себя, а за деньги, что дал ей заказчик. Если с ними что-то случится, хозяйка наверняка накажет, а это было чревато. Прижимая к себе позвякивающий мешочек, она постоянно оглядывалась и щурилась, пытаясь разглядеть верную дорогу... * * *       - Куда?.. – долетело в спину, когда Энеари захлопнул за собой входную дверь. Элиец замер на пороге, развернувшись было и открыв рот, дабы рявкнуть что-то в ответ оставшемуся в доме убийце, но лишь порывисто вздохнул.       «И что я только в тебе нашел», - прикусив губу, в запале думал Энеари, уже готовясь выдать целую гневную проповедь. Но серебро легких кандалов, что машинально покидал из руки в руку, больно обожгло левую ладонь.       - Твою мать… - тихо выругался целитель и снова взял браслеты, соединенные тонкой цепочкой, в правую руку, которой металл был не в силах причинить вреда. – Я дважды просил тебя их выкинуть!!! – зажмурившись, проорал элиец в запертую дверь и что было сил швырнул опостылевшую «игрушку» под ноги. Серебро тихо звякнуло и тускло блеснуло в свете сиявшей на небе большой луны.       В доме послышались торопливые шаги. Очевидно, Райтиан справился с проклятиями пут и слепоты, коими его щедро наградил обиженный любовник, и уже был готов вернуть беглеца обратно. Но не тут-то было: сарфанская ночь заботливо укрыла проклятого элийца своим мраком, сделав одной из тысяч причудливых теней, скользивших по ночным переулкам.       Энеари бездумно брёл по Камару, выбрав самые малонаселенные закоулки, не желая встречаться с городской стражей или даэвами-авантюристами, коих в городе в любое время суток было предостаточно. Из мрачных злых мыслей элийца вырвало приятное ощущение биения жизни совсем рядом. Прижавшись спиной к стене, он аккуратно и очень тихо выдохнул, повернув голову в сторону живого огонька и машинально облизнувшись.       Её волнение ощущалось почти физически. Девушка торопливо ступала по тёмному переулку, крепко прижимая к себе небольшой звякающий металлом кисет. На тот момент Энеари совершенно не осознавал, на какой риск пошёл, всецело доверившись охватившей его жажде.       Стремительный бесшумный рывок приблизил одну из теней к незнакомке. Вот-вот, уже совсем рядом!.. Не отдавая себе отчета, девушка ускорила шаг, стремясь как можно быстрее оказаться на освещенной улице. Миг, и жесткая хватка механической руки сгребла её за плечо, не дав сделать последний шаг до полоски света широкой улицы. А вторая, показавшаяся ледяной ладонь крепко зажала несчастной рот, чтобы не смогла позвать на помощь.       Сомкнувшиеся на плече пальцы разбили надежду в пух и прах. Не успев даже вскрикнуть, она оказалась прижатой к незнакомцу. Сердце забилось где-то в горле раненой птицей. Капюшон плаща слетел, открывая миловидное лицо в обрамлении вьющихся каштановых волос, перехваченных золотистым обручем, и распахнутые в ужасе льдисто-голубые глаза. Шатенка отчаянно трепыхнулась, но силы, чтобы высвободиться ей откровенно не хватало.       «Красивая…», - мелькнуло в голове Энеари, когда он толкнул пойманную незнакомку к стене, чтобы отрезать возможные пути к отступлению. Очень быстро алый цвет затопил взгляд, сделав девушку просто сосудом с кровью, так заманчиво пульсирующей где-то в глубине. Охвативший жертву страх сделал её ещё более манящей.       Даже сквозь плащ стена холодила лопатки. На лбу выступила испарина, а пульс зашкаливал. Прижатая к каменной кладке, девушка толком не успела разглядеть поймавшего её незнакомца. Только подивиться алому сиянию в глазах.       Не убирая руки от губ незнакомки, Энеари торопливо наклонился к основанию её шеи. Холодное дыхание защекотало кожу, а потом пришла боль: острая, тянущая, незримой сетью расползающаяся от пары пульсирующих точек по всему телу. Кошелёк с деньгами нападавшего нисколько не интересовал.       «Асмодианин?..» - мелькнула мысль, но её тут же смыло волной боли. Не имея возможности кричать, шатенка закусила губу и протестующе замычала. Неожиданно накатила странная слабость, и сознание начало ускользать. Колени подкосились, и если бы странный незнакомец не держал её, она бы обязательно упала. Последнее, что запомнила «пташка» - тихо звякнувший мешок, выпущенный из ослабевшей руки.       По мере того, как утихало сердцебиение девушки, успокаивался и сам Энеари. Оторвавшись от шеи обмякшей в его руках незнакомки, он глубоко вздохнул, словно приходя в себя. Глазам вернулся светлый голубой цвет, вернулись и мысли, и чувства. А ещё ощущение чего-то неправильного, собственноручно накликанной беды.       Жрец глянул на бесчувственное тело в своих руках, потом на кисет с монетами на камнях рядом, и его охватила паника. Он бегло глянул по сторонам, понимая, что пусть переулок и безлюден, но это не может длиться вечно. Бросить её там с отметинами на шее Энеари не мог, прекрасно помня, что им с Райтианом не так давно удалось с большим трудом отвести глаза ищейкам из Интердики.       Элиец почувствовал, что сердце снова начало отбивать в груди чечётку. Он изловчился и поднял мешочек с монетами, что уронила девушка, а затем взвалил её саму на плечо, решив вернуться домой тем же путём, которым пришёл.       Райтиан наверняка заливает гнев где-то в таверне, так что жрец был уверен, что сможет спокойно привести в порядок незнакомку, навешать ей лапши на уши и отпустить на все четыре стороны.       Ноша была довольно лёгкой, но неудобной. Только когда она оказалась взваленной на плечо, стало ощущаться скрытое плащом крыло. Оно повисло набок, перевешивая в одну сторону. Добыча кровопийцы оказалась из народа юнов. Всю дорогу девушка провела в беспамятстве, не подавая признаков жизни. Дыхание, как и пульс, было замедленным и еле слышным.       В мыслях назвав себя последним идиотом, Энеари понял, что проблема может оказаться куда серьёзнее, чем казалось по началу. Пострадавшая была юнкой, а связываться их повелителем в планы беглого элийца ну никак не входило.       В очередной раз прикусив уже измученную губу, он чертыхнулся, поднимаясь по ступенькам, толкнул свободным плечом входную дверь и опасливо замер, прислушиваясь. В доме царила полная тишина. Это означало, что Райтиан в таверне… либо снова прячется в маскировке, чтобы показаться в самый неподходящий момент. Энеари вздохнул и двинулся дальше, к лестнице на второй этаж. Там как раз была подходящая комната с окном, выходящим в глухой переулок. Жрец устроил девушку на постели, прямо поверх одеяла и сел на край рядом с ней.       «Дать ей зелье? Забинтовать и подождать?..» - элиец вздохнул и снял с левой руки перчатку, уже без раздумий шепча слова целительского заклятия. Совсем некстати на глаза упала одна из поседевших прядей волос, напоминая о последствиях исцеления чужой расы. Энеари тряхнул головой и поднёс кончики пальцев, сияющие зелёно-голубым светом, ближе к двум маленьким ранкам на шее незнакомки.       Девушка судорожно вздохнула, распахивая глаза. Дёрнувшись, она рефлекторно уцепилась за руку жреца и отчаянно замотала головой.       - Нельзя!.. Нельзя! - лепет был прерван тихим стоном, вместе с сознанием вернулась и боль. Шатенка закусила губу и уставилась на незнакомца снизу вверх.       На краткий миг он выглядел почти таким же растерянным, как и пострадавшая, но то было лишь мгновение. Энеари быстро взял себя в руки. А видя, что заклинание подействовало, он мягко коснулся ладонью лба девушки, не прерывая магического контакта с ней. Элиец использовал толику своей лекарской силы, чтобы унять причинённую им же боль.       - Тише, - Энеари улыбнулся как можно более дружелюбно, одними губами, дабы не продемонстрировать незнакомке свои клыки. – Ты в безопасности, и… м… ворам не удалось забрать твои деньги.       С этими словами лжец аккуратно вложил в руки девушки утерянный кисет с кинарами. Она прижала вещицу к груди, словно величайшую ценность и несмело улыбнулась.       - Спасибо, господин... Извините! – опомнившись, она отвела взгляд и снова закусила губу, отчаянно зажмурившись, словно ожидая ругани или удара.       - Господин? – Энеари недоумённо уставился на юнку. А последующая её реакция начала что-то прояснять. Рабыня? Служанка? Элиец нахмурился, подавшись чуть вперёд, и взял её за руки, внимательно изучая запястья на предмет следов от оков.       - Можешь называть меня просто Э… уф… Ри. Да, просто Ри, - пробормотал целитель, смущённый и заинтересованный одновременно. Следовало бы поставить незнакомку на ноги да выпроводить пока не вернулся Райтиан, но рабское поведение било по слишком больному месту, чтобы поступить так.       - Ты, наверное, хочешь пить, потеряв столько крови после… мм… нападения воров, да?       Но предполагаемых следов на запястьях не обнаружилось, если не считать таковыми две маленькие татуировки - они изображали певчих птиц с роскошными хвостами, запертых в клетку. Картинки были маленькие, но от них веяло остаточным магическим следом, будто это были метки.       Шатенка не сопротивлялась, по-прежнему глядя куда-то в сторону, а на вопрос снова замотала головой.       - Нет-нет, господин Ри, я не смею чего-то хотеть...       Энеари отпустил её руки и окинул внимательным взглядом. Бледность и слабость невольной гостьи были очевидны.       - Подожди меня тут, я сейчас вернусь, - произнес он и, поднявшись со своего места, покинул комнату. Его не было порядка пяти минут. Вернулся Энеари уже с большой кружкой в руках, от неё не веяло горячим паром, как если бы там был чай, но зато хорошо ощущался терпкий запах лекарственной герниты.       - Вот, - элиец снова сел около девушки и протянул ей питьё, - выпей, и станет легче, а то ты бледнее призрака.       За время, пока даэв отсутствовал, юнка успела сесть на постели и оглянуться. Накатывающая слабость кружила сознание, перед глазами плясали цветные точки. Вытягивая шею, шатенка попыталась выглянуть в окно, но ничего не увидела. А стоило вернуться юноше, взгляд пострадавшей снова устремился в пол.       - Спасибо, господин Ри... - тихо произнесла она, взяв кружку. Руки дрогнули и содержимое чудом не оказалось на постели. - Моё имя Райтинеара...       Энеари округлил глаза и кашлянул, с трудом подавляя рвавшийся наружу приступ столь неуместного ситуации смеха. «То-то Райтиан подивится, если… стоп! Никаких «если». Лечишь и выгоняешь, соберись».       - Красивое какое имя, - натянуто улыбнулся элиец, - перестань меня называть господином, хорошо? Зелье подействует в течение минут сорока, а учитывая, что ты юн… ну, может потребоваться чуть больше времени. Лучше тебе поспать, так быстрее поправишься, Райти… неара.       - Да, конечно... - шатенка послушно кивнула, вертя в руках уже пустую чашку. Но стоило элийцу сказать ей о сорока минутах, как она вскинула на него жалобный взгляд, - Мне нельзя! Я должна была прибыть к полуночи, хозяйка и так накажет меня за опоздание... Я не могу...       - И как далеко ты уйдёшь в таком состоянии? – Энеари нахмурился и скрестил руки на груди, - а если снова нападут бандиты?       Он украдкой глянул на её шею, где уже почти не угадывались следы от укуса. Как только зелье подействует, их будет уже не различить… но на это нужно время. Райтинеара закусила губу, отчаянно колеблясь.       - Я... я должна... - снова произнесла девушка, отставляя чашку. Спустив ноги с кровати, шатенка попыталась встать, но тут же рухнула обратно - тело её толком не слушалось.       - Я понимаю, - кивнул Энеари и забрал у юнки пустую чашку, отставив ее в сторону. - Полчаса, я усилю зелье магией… а потом сам отвезу тебя до любого указанного дома в Камаре. Что скажешь?..       И не дожидаясь ответа, элиец уже протянул засветившуюся тусклым серебром ладонь к шее гостьи. Девушка покорно кивнула, закрывая глаза. Выхода не было, хотя сознание уже рисовало ей ужасные картинки о том, какому наказанию подвергнет её хозяйка.       - Вы так добры... - тихо произнесла Райтинеара, не открывая глаз, - чем я могу вас отблагодарить?..       - Хм… окажешь мне взаимную услугу когда-нибудь, если мы снова встретимся, - улыбнулся Энеари, стараясь не переборщить с силой заклинания, чтобы не обжечь девушку. Зелье и магия действовали в паре просто замечательно… на даэвах. Эта же пациентка опровергала все знания и заставляла хмурить брови. В конце концов, решил целитель, он всегда может разбудить её чуть позже и попробовать пообщаться со строгой «Хозяйкой».       - Приходите в Золотую Клетку... - юнка приподняла уголки губ в улыбке, - и мы обязательно встретимся ещё раз...       - Вон оно что… - рассеянно произнес Энеари, лишь услышав название заведения.       Внезапно татуировки на её запястьях тускло засветились. Райтинеара вскрикнула, невольно отшатнувшись, и вскинула руки.       - Это хозяйка, она в гневе и ищет меня... - шатенка широко распахнула глаза, на дне которых плескался настоящий страх. Тут внизу бухнула входная дверь, и Энеари сильно вздрогнул, вслушиваясь.       - Сейчас и мне влетит, - одними губами прошептал жрец и, склонившись к Райтинеаре, взял её за плечи, заглядывая в глаза.       - Подожди меня тут, только тихо, очень прошу, не шуми, - быстро заговорил Энеари, - когда вернусь, отправимся к твоей хозяйке вместе, я тебе помогу, обещаю.       С этими словами он выпрямился и торопливо покинул комнату, слетая по ступеням вниз, к вернувшемуся из таверны убийце. Ничего не понимая, перепуганная юнка послушно кивнула. Она опустила руку, цепляясь за мешок с кинарами, и проследила взглядом за убежавшим даэвом.       Ситуация становилась всё более странной, вдобавок смутные образы в голове наложились один на другой, и шатенка отчётливо поняла, что там, в тёмном переулке, напал на неё тот же элиец... только почему-то его глаза сияли алым, словно у северянина. От мыслей Райтиниару отвлекла боль, запястья начало нестерпимо жечь.       Снаружи послышались медленные тяжелые шаги. Старенькая лестница периодически скрипела. Звук стих неподалёку от двери комнаты, где находилась девушка. С такого расстояния неразборчивое бормотание, дополнявшее шаги, зазвучало более внятно.       - Да говорю же, просто… - голос Энеари показался слегка сдавленным, как если бы он запыхался, и оборвался до конца фразы, но он затем продолжил: - Просто проветрил голову.       - Хватит врать. – фыркнул в ответ второй мужской голос, почему-то он показался смутно знакомым. Но рычащие нотки балаурской речи всё же оставляли некую тень сомнений. – Или ты мне скажешь правду, или…       - Что?..       - Узнаешь, насколько я могу быть опасен и без серебряных кандалов, - прозвучал негромкий смешок, и снова воцарилась тишина.       Райтинеара честно старалась молчать, но постепенно усиливающаяся боль стала совсем нестерпимой, и девушка сдавленно зашипела. Вдобавок, неловко дёрнувшаяся рука выпустила кошель, и из него с громким звоном посыпались монеты. Шатенка охнула и усилием воли заставила себя сползти с кровати, торопливо собирая деньги.       - Это еще что за дребедень? – сердито вопросил мужчина снаружи, снова послышались тяжелые шаги.       - Нет, стой… - Энеари пытался сцапать убийцу за руку, обнять, отвлечь, да сделать всё, что угодно, лишь бы не пустить к гостье, но тщетно. Райтиан распахнул двери комнаты, где располагалась гостья, и шокировано замер на пороге.       - Я всё объясню, - как можно более ровным голосом проговорил стоявший за его правым плечом элиец.       - Уж попытайся, - хмыкнул асмодианин, не сводя хмурого взгляда с девушки, показавшейся очень знакомой. Застигнутая врасплох, Райтинеара подняла голову и шокировано распахнула глаза.       - Вы... - шепотом выдохнула девушка, даже забыв на миг о рассыпанных монетках. А после торопливо опустила взгляд, как и прежде в разговоре с Энеари.       - Прошу прощения, господин...       - Таааак, - медленно протянул Энеари, тотчас сменив оборонительную позицию на атакующую, - господин мне не хочет что-нибудь объяснить?..       Бесцеремонно толкнув оторопевшего убийцу в плечо, элиец втиснулся в комнату и подошёл к девушке.       - Она меня с кем-то спутала, вот и все объяснения, - буркнул Райтиан и поджал губы, не спеша перешагивать порог. Энеари, пропустив неловкое оправдание любовника мимо ушей, присел на корточки рядом с гостьей и просыпанными монетами, помогая собрать их.       - Райтинеара, тебе ещё рано вставать, мы ведь договорились, - мягко произнёс целитель, украдкой скользнув взглядом по её шее. Слишком мало прошло времени, пытливый взгляд сможет различить сиреневые отметины на нежной коже.       - Я... я случайно... Простите... - начала оправдываться девушка, не смея подымать взгляд и вся сжавшись. Стоящая на коленях, склонившаяся к полу в окружении рассыпанных кинар, она являла собой довольно жалкое зрелище, хотя и эстетически красивое. Красноватые волосы разметались по плечам, скрывая пылающее жаром лицо.       Райтиан не выдержал первым.       - Ну хватит комедию ломать, - залетев в комнату, он проворно склонился, сгрёб Райтинеару под руки и рывком вздёрнул от пола, чудом умудрившись на оцарапать когтями. Даже не вскрикнув, она лишь подняла руки в защитном жесте, и убийце стала хорошо видна пылающая татуировка. Теперь даэв и юнка смогли рассмотреть друг друга поближе и убедиться в том, что уже встречались. Энеари поднялся следом, завязав узелок на кисете с собранными в него монетами.       - Райтиан, - элиец бросил мешочек на неказистую тумбочку возле кровати и с силой стиснул предплечье убийцы, - не будь таким грубым. Она… ей… нужна помощь, потому что она потеряла много крови после нападения воров. Они хотели отобрать все деньги.       Он сделал особое ударение на фразе «много крови», надеясь, что асмодианин поймёт намёк. Хотя после увиденной сцены возле кровати, сохранение собственной тайны стало плавно уступать место тревоге за судьбу зашуганной рабыни. Мягкосердечный элиец очень живо вспомнил те времена, когда носил ошейник сам.       - Извините меня, пожалуйста, этого больше не повторится... - залепетала девушка на асмодианском без малейшего акцента, - я не знала... господин Ри спас меня, он был очень добр...       - Знаешь, что это? – Райтиан разжал свою хватку лишь для того, чтобы взять руку юнки и продемонстрировать Энеари пылающую татуировку. Все извинения и мольбы девушки убийца игнорировал, словно был привычен к подобному поведению. Энеари нахмурился.       - Рабское клеймо? Татуировка, зачарованная магией? Да какая разница, ей же больно, - с жаром выдохнул элиец, - я не мастер таких чар, но тут невооружённым глазом видно злость хозяйки, кем бы она ни была.       Райтиан отпустил руку гостьи и толкнул её на постель, глядя сверху вниз. Лиловые глаза лучились гневом.       - Что ты предлагаешь? – поинтересовался асмодианин, не сводя взгляда с девушки, как будто она могла вот-вот выкинуть что-то.       - Я обещал отвезти её в любое место Камара, которое укажет, - тихо ответил Энеари, мысленно съёжившись, готовясь к грядущем всплеску со стороны любовника.       - Идиот, - только и вздохнул Райтиан, - ну, поехали «домой».       - Нет, пожалуйста... - резво подхватившись с кровати, девушка снова рухнула на колени, обвивая руками асмодианина за ногу, - хозяйка сильно накажет меня, если узнает всё это, но Вы же знаете, как можно... Я ведь всё могу: готовить, стирать, убирать, ухаживать за домом... я могу танцевать, играть на музыкальных инструментах, разговаривать на пяти языках... что угодно... - переведя дыхание, Райтинеара вскинула взгляд наверх и добавила на асмодианском: - Ублажать Вас, как угодно и когда только захотите...       И снова переключившись на понятный обоим даэвам балаурский, тихо закончила:       - Только не отдавайте меня...       - Перестань так унижаться! – тотчас воскликнул Энеари и склонился было к гостье, намереваясь отцепить её от ноги убийцы и снова поставить ровно. Но Райтиан перехватил его порыв, вынудив выпрямиться самому.       - У неё работа такая, - мрачно хмыкнул асмодианин, поочерёдно глянув на элийца и девушку-юна. – Она не может тут оставаться.       - Почему? У нас два этажа и восемь комнат, - растерялся целитель, проследив за взглядом убийцы до татуировок на запястьях Райтинеары.       - Потому что, если её госпожа не получит назад свою пташку, то пошлёт охрану, - терпеливо, как маленькому ребёнку, стал пояснять асмодианин и уже совсем тихим шёпотом закончил: - Тебе мало вечной погони? Хочешь ещё и тут проблем нажить?..       Энеари прикусил губу и опустил взгляд, рассеянно скользя им по узору на ковре.       - Пожалуйста, пожалуйста... - твердила Райтинеара, словно не слыша, о чём идет речь. По щекам давно пролегли две влажные дорожки, расчерчивая лицо, но она по-прежнему оставалась красивой. - Я что угодно сделаю, только не отдавайте меня обратно...       - Оставайся у нас. – вдруг очнувшись, твёрдо произнёс Энеари, чем вызвал неподдельный всплеск удивления и возмущения у Райтиана.       - Это с какого… я сказал «нет», - сощурив глаза, почти прошипел он.       - Не только ты можешь принимать решения, - пожал плечами Энеари и, обвив руку любовника, прильнул к нему, передразнивая прищур, и на подпорченном акцентом асмодианском шепнул: - Господин.       Если бы не тёмная серая кожа, было бы хорошо заметно, как вспыхнули скулы непрошибаемого обычно убийцы. Тот лишь поджал губы и буркнул:       - Как угодно.       А затем высвободил свои конечности из хватки девушки и элийца, отступил к двери и, ткнув когтем в сторону Энеари, с угрозой добавил:       - Но тебе это ещё аукнется.       - Спасибо... - юнка вытерла слёзы ребром ладони и посмотрела на элийца, по-прежнему не поднимаясь с колен, - спасибо, хозяин, Вы очень добры... прикажите мне что-нибудь, и я всё сделаю!       После произнесённого Райтинеарой «хозяин», сияние татуировки стало потихоньку угасать, пока не превратилось в тусклое мерцание, не доставлявшее хлопот.