Сарфанские сказки

      - Хозяин?.. – растерянно повторил Энеари и обернулся к Райтиану, ища поддержки, но того уже и след простыл. Асмодианин видимо решил не тратить время на споры с упрямым элийцем и, судя по звуку быстрых шагов, вернулся в гостиную на первый этаж дома.       Энеари кашлянул и перевёл взгляд обратно на Райтинеару.       - Для начала перестань называть меня хозяином или господином, - произнёс он, пытаясь вложить в интонацию достаточно строгости, но и не напугать свою гостью, - и встань с пола, хватит падать на колени, ты больше не служанка и не рабыня, - с этими словами он протянул юнке руку, чтобы помочь встать на ноги.       - Но... - она непонимающе уставилась на руку и поднялась сама, уловив, что юноше не нравится её нахождение на полу. После чего продолжила шёпотом, словно её могли в любой момент подстеречь:       - Но ведь у меня не может не быть хозяина... - взгляд метнулся к рисункам на руках, - они исчезнут, только если я умру...       - Почему нет? Сейчас от них не чувствуется жара. Больно? – Энеари осторожно провёл кончиками пальцев левой руки по одной из татуировок, внимательно наблюдая за реакцией собеседницы. Параллельно с этим он напряжённо обдумывал, как теперь устроить жизнь той, в чью судьбу так беспардонно вмешался, напав в тёмном переулке.       Как ни крути, а у них с Райтианом был не идеал пары, которая могла бы приютить и поселить рядом с собой кого-то. Выражение лица Энеари из задумчивого стало взволнованным: он вспомнил недавнюю ссору, окончившуюся дуэлью и разбитым сервантом.       - Мда… - тихо вздохнул он.       - Не больно, а даже если будет - я потерплю, - Райтинеара перехватила руку элийца и наклонилась, касаясь её губами, - они знают, что теперь я принадлежу вам... как мне называть вас?       - Меня зовут Энеари, - немного заторможено отозвался жрец, наблюдая за поцелуем. По спине почему-то побежали мурашки от подобного непривычного обращения. – Пойдём со мной.       - Энеари... - тихо выдохнула юнка, словно пробуя имя на вкус, и несмело улыбнулась, - красиво... Всё же исхитрившись взять девушку за руку, элиец потянул её прочь из комнаты. Она безропотно последовала за ним, глядя себе под ноги.       - «Они» придут за тобой сюда? – повернув голову вбок, чтобы краем глаза смотреть на Райтинеару, по пути спросил Энеари.       - Я не знаю... Мадам не знает, где я, лишь видит, что прервалась связь... Но она наверняка станет меня искать, тем более, что у меня остались её деньги... - под конец фразы голос юнки дрогнул.       - Если мы вернём ей кинары, она может и сменит гнев на милость… – рассудил элиец, когда они с девушкой покинули комнату и стали спускаться вниз. В доме царил полумрак, не позволявший толком разглядеть обстановку. С уверенностью сказать можно было лишь то, что жильё было весьма просторным.       - Вряд ли... - отозвалась Райтинеара, - она наверняка захочет, чтобы я вернулась тоже...       Склонив голову, чтобы волосы с двух сторон закрыли лицо, юнка поглядывала по сторонам, запоминая дом. Она надеялась, что проведёт здесь много времени, а значит надо как можно быстрее во всём разобраться, чтобы быть полезной и не разочаровать своих благодетелей.       В гостиной внизу горела небольшая, прикреплённая к стене лампа. За исключением смотревших из окна звёзд, это был единственный источник света. На подоконнике сидел Райтиан, задумчиво глядя куда-то на улицу. В его когтях дымилась папироса, что заставило Энеари едва уловимо поморщиться. А убийца не удостоил «парочку» даже взглядом.       Чтобы добраться до кухни, нужно было обогнуть старенькое, но ухоженное пианино. Элиец замер возле него на краткий миг, бросив быстрый взгляд на силуэт асмодианина у окна. При взгляде на пианино на душе немного потеплело. Райтинеара любила музыку и сама тоже умела играть. Быть может, ей разрешат когда-нибудь опробовать этот инструмент.       - Может господин нам сыграет сегодня?.. – улыбнувшись уголками губ, поинтересовался Энеари.       - Посмотрим на ваше поведение. – не повернув головы, чтобы не выдать нарисовавшуюся на лице ухмылку, ответил Райтиан.       Элиец кивнул и увлёк гостью дальше, на кухню, где можно было зажечь нормальный свет и спокойно поговорить за чашкой чая и без падения на колени, как он понадеялся. Райтинеара стала оглядываться более детально. Помещение было под стать всему дому, широким и просторным, с большим окном, выходящим во двор.       - Ни к чему нам лишние глаза сегодня, - с этими словами Энеари спешно задёрнул шторы и повернулся к гостье, - ты присаживайся, не стой столбом.       Элиец махнул в сторону круглого стола, рядом с которым расположилось несколько обитых чем-то мягким стульев со спинками. А сам зажёг огонь в маленькой печке и водрузил на неё тяжёлый металлический чайник. Райтинеара открыла и закрыла рот, так и не сумев возразить, и послушно села на один из стульев. Она хотела предложить сделать всё самостоятельно, но раз хозяин сказал...       В процессе стало хорошо заметно, что спрятанная под перчаткой кисть словно отстаёт от мыслей Энеари. А разжимать пальцы на ручке чайника ему и вовсе пришлось при помощи левой руки. При этом в тон к его шипящей ругани внутри руки что-то тихо скрипнуло. Юнка наблюдала за действиями Энеари исподлобья, мысленно удивляясь. Однако ей и в голову не пришло спрашивать в чём дело.       - Расскажешь мне, как они работают? – жрец кивнул на татуировки на запястьях девушки. Пытаясь отвлечь внимание от неловкого для себя момента, он спросил первое, что пришло в голову. Этот вопрос отвлёк Райтинеару от молчаливого созерцания.       - Это подтверждение договора... - начала она, - заключённого добровольно. Я очень давно служу мадам, ещё с детских лет. И тогда я не понимала всей сути. Татуировки как будто мой поводок, позволяют ей связаться со мной, когда угодно. Если она зла, то они больно обжигают... Их действие невозможно снять, пока я жива.       - Ты серьёзно? Добровольно… в рабство… – на стол перед девушкой приземлилась пара чашек, миска сахара и заварник, наполненный какими-то душистыми травами.       Энеари плюхнулся на стул напротив Райтинеары и удивлённо уставился на неё. Хотя метки на руках и будоражили любопытство вместе с жаждой экспериментов, озвученное признание отодвинуло все мысли на второй план.       - А если выкупить твою свободу, как думаешь, сколько денег запросит… эм… мадам? – элиец говорил холодновато-спокойным тоном, как если бы речь шла о паре-тройке тысяч кинар. Юнка сжалась, понимая, что проговорилась о том, о чём не следовало бы. Но раз уж начала, то стоило закончить, хоть рассказ и грозил затянуться.       - Мой отец был купцом. Не слишком богатым, но его дело приносило стабильный доход. Но однажды он не вернулся из очередного путешествия со своим караваном... В пустыне на них напали, никто не выжил. Мама совершенно обезумела от горя, а мой дядя, брат моей матери, прибрал всё к своим рукам. Я мешала ему, ведь я была наследницей, и когда мне было четыре года, он отвёл меня к мадам... Она была добра и приветлива, показала мне дом и красивых девушек. А потом спросила, хочу ли я быть такой же красивой и согласна ли жить в этом восхитительном доме. И конечно же, я согласилась...       Райтинеара замолчала, тяжело вздохнув.       - Я не знала, чем это обернётся, но былого не воротишь. Хозяйка вряд ли захочет меня отдавать, даже за большую сумму, потому что очень много потратила на меня раньше...       Энеари молчал, чувствуя колючий комок в горле. Предательство дяди казалось давно забытой страшной сказкой, а эта история всколыхнула старые воспоминания и нашла отклик в душе. Закипевший чайник вырвал из раздумий. Пронзительный свист разнёсся по кухне. Элиец торопливо поднялся со своего места и легко подхватил шумевшую жестянку правой рукой. Воцарилась приятная тишина.       - И всё же, я бы попробовал с ней поговорить, - он снова умолк, подумав о чём-то своём, и едва сдержал зубастую ухмылку, - а то жалко будет присланную за тобой охрану.       После этого Энеари залил кипяток в заварник и оставил чайник на подставке на столе.       - Как ты думаешь распорядиться своей свободой, Райтинеара? – внимательный взгляд даэва снова упёрся в юнку.       - Свободой?! – она непонимающе хлопнула глазами, - я не могу...       Взгляд панически метнулся к собственным запястьям.       - Я не могу быть свободной, у меня всегда должен быть хозяин... Я должна кому-то принадлежать, чтобы жить.       Пытаясь перевести тему, Райтинеара втянула носом воздух, принюхиваясь к поднимавшемуся от заварника аромату.       - Эоде, гернита и кусочки беша, верно?..       - В-верно… - удивлённо кивнул Энеари, повергнутый в лёгкий шок такой точной догадкой. – Надо же! Вот это нюх.       Элиец улыбнулся и собрался было разлить чай по чашкам, но механическая рука подвела, в очередной раз тихо скрипнув и отказавшись ухватить изящную керамическую ручку заварника. Энеари торопливо отдёрнул её, устроив на колене и укрыв левой ладонью.       - Прости, - тихо пробормотал он, отводя взгляд, - нальёшь сама?.. Дело в этих метках, да? Принадлежать, чтобы жить… брр, ты ведь не вещь, а живое существо.       - Конечно, я сейчас всё сделаю! - торопливо ответила девушка, подхватываясь со своего места, - Вам не нужно извиняться! Простите меня, это я должна была с самого начала всё делать...       Райтинеара ухватила чайничек, разливая по чашкам ароматный напиток.       - Меня учили распознавать напитки и блюда по запаху, - пояснила она, изящно отставляя в сторону опустевший заварник. Сейчас, когда она занималась привычным делом, во всех движениях скользила плавность, уверенность и грация. Было видно, что девушку выдрессировали очень хорошо. Райтинеара вначале подала чашку Энеари, а после уже села сама.        «Красиво… и грациозно», - залюбовавшись плавностью и лёгкостью движений внезапно ожившей гостьи, элиец машинально вздохнул. Она словно сошла с картинки книги сарфанских сказок. Энеари очнулся, когда понял, что смотрит на девушку с приоткрытым ртом. А ещё ощутил на себе пронзительный взгляд невидимки, наблюдающего за парочкой с порога кухни. За столько лет, проведённых вместе, даже маскировка не всегда спасала Райтиана от чутья Энеари.       - Да, всё дело в магическом договоре... Я не имею права на свободу, собственные желания и мысли, - заученно произнесла юнка, словно повторяя чью-то фразу, - я живу, пока я полезна тому, кому принадлежу.       - Печально это всё и неправильно, - Энеари нахмурился, коротко глянув на Райтинеару, - должен быть способ убрать метки и позволить тебе жить свободно.       По спине пробежал холодок, как и всегда бывало в момент колебаний эфира, вызванных противоположной расой. Энеари поёжился и мягко улыбнулся гостье.       - Извини… я сейчас, - он поднялся со своего места, захватив и чашку, и направился в сторону гостиной.       Райтиан перебрался с подоконника к пианино и сейчас сидел на скамье, созерцая клавиши, как будто так там и сидел, и не было тайной вылазки в сторону кухни. Асмодианин старательно делал вид, что занят своими мыслями и элийца не замечает.       - Господин желает чаю? – подавив смешок, поинтересовался очутившийся рядом Энеари, на что Райтиан лишь повёл плечами и опустил пальцы на клавиши пианино, пока что не нажимая их. Жрец устроил чашку на верху инструмента и, склонившись, обнял убийцу обеими руками поперёк груди.       - Не знай я тебя, обязательно бы решил, что ревнуешь, - шепнул элиец в самое ухо асмодианину и острыми зубами потянул мочку.       - Хватит глупости говорить, - так же тихо фыркнул Райтиан и дёрнул головой, освобождая своё ухо, - и смажь руку, - убийца поймал лицо Энеари за подбородок, наградив его губы коротким поцелуем, - скрипишь, как старый дед.       Элиец усмехнулся и запустил вышеупомянутую руку в белоснежную шевелюру любовника, фамильярно ероша пряди, а затем отступил. Буквально спустя миг после этого до кухни донеслась довольно приятная плавная мелодия, шедшая от пианино в гостиной.       Оставленная в одиночестве Райтинеара пошевелилась и встала, исследуя кухню. Пальцы пробежались по ящичкам, пока что не выдвигая. Подойдя к окну, девушка не стала отодвигать шторы, проведя ладонью по ткани.       Именно тогда до слуха юнки донеслись звуки инструмента. Она замерла, как завороженная, и прислушалась. Нестерпимо хотелось в гостиную, поближе, чтобы закрытые двери не глушили лившуюся мелодию. Но девушка не была уверена, что ей туда можно, потому вернулась на своё место, ожидать возвращения Энеари. Взгляд упёрся в чашку, и Райтинеара протянула руку, несмело касаясь посудинки, в которой остывал чай.       Внезапно двери распахнулись, наполняя кухню музыкой. Ноты казались почти осязаемыми, улетая под потолок, разбиваясь о шторы и чуть ли не кружа голову – столько страсти игравший вкладывал в мелодию. На пороге показался задумчиво улыбавшийся Энеари.       - Райтинеара, - он тихо позвал девушку, но с такого расстояния даже сквозь звуки музыки его было хорошо слышно, - пойдём, там лучше слышно.       Элиец поманил гостью пальцем и отступил в полумрак гостиной за своей спиной. Осчастливленная приглашением, она буквально вылетела из комнаты, совершенно позабыв про чай.       Но стоило перешагнуть порог гостиной, и Райтинеара оробела, снова опуская голову. Она так и замерла у двери, не решаясь шагами потревожить игравшего и лишь улыбаясь уголками губ. Музыка рождала невероятные эмоции и чувства, заставляя забыть о реальности.       Райтиан был настолько увлечён игрой, что не заметил появившуюся в светлом проёме двери гостью. Прикрыв глаза, он легко касался клавиш, извлекая из инструмента задевавшие что-то в глубине души звуки. Изнывавший от переизбытка эмоций Энеари сверлил взглядом затылок убийцы, прикусив губу. А затем бесшумно шагнул к замершей Райтинеаре и за талию увлёк её глубже в полутьму комнаты.       - Потанцуй со мной, - прошептал-прошипел элиец, глаза которого на миг блеснули алым, но очень быстро вернули себе обычный оттенок. Голос и всё тело слегка дрожали от того эффекта, что имела музыка, - пожалуйста…       Удивлённая, но быстро взявшая себя в руки, девушка послушно кивнула. Пальцы сплелись с пальцами, второй рукой Райтинеара невесомо коснулась плеча Энеари. Прогнулась в спине навстречу, чтобы ему было удобнее обхватить её за талию, и сделала первый шаг...       Она была гибкая и податливая, как глина. Позволяя Энеари вести, юнка легко подстраивалась и улавливала самое начало движений, продолжая их легко и непринуждённо. Словно танцевать для неё было так же привычно, как дышать. Даже обвисшее крыло не мешало. Лишь легонько подрагивало в такт монеткам, коими было щедро украшено всё её одеяние.       Так они двигались в плавном танце, получившемся удивительно изящным и слаженным. Несмотря на странные обстоятельства знакомства и висящую над головой юнки угрозу. Тихий шорох перьев в розовом крыле и позвякивание монеток лишь добавляли шарма странной картинке.       Сам не заметил как, Энеари совсем замедлился и склонился к шее Райтинеары, на которой не так давно в панике лечил следы укуса. Совершенно размякшая под действием музыки и танца, юнка даже не заметила, как движения становились всё медленнее. А когда элиец склонился к ней - лишь чуть повернула голову, чтобы ему было удобнее, и прикрыла глаза. В темноте, безопасности и под звуки чарующей мелодии Энеари почти потерял контроль над собой.       Ситуацию спас Райтиан, резко закончив мелодию громким аккордом. И повисла тишина. Несостоявшийся кровопийца вздрогнул и отпустил девушку, слегка поклонившись ей, как того требовал этикет. Вырванная из фантазий финальным аккордом, Райтинеара недоумённо захлопала глазами и неосознанно потянулась рукой к месту укуса.       - Скажите... - тихо начала она, - никаких воров ведь на самом деле не было?..       Энеари отвёл взгляд, лихорадочно заскользив им по комнате.       - Не было, - наконец обречённо вздохнул он. Райтиан тотчас обернулся, вскинув брови.       - Энь… - он в предупреждающем жесте поднял руку, но Энеари лишь качнул головой и поднял взгляд на Райтинеару.       - Это я напал на тебя в переулке, а потом принёс сюда, надеясь вылечить, скрыв следы, и отпустить, - на одном дыхании выпалил элиец, на что Райтиан лишь со вздохом закатил глаза. В мыслях он уже прикидывал варианты побега, когда ищейкам станет известно местонахождение Энеари.       - Я поняла, - Райтинеара глубоко вздохнула и отчего-то улыбнулась, - всё в порядке. Если вам захочется причинить мне боль, то сделайте это, мне не страшно... У меня высокий болевой порог, и я многое могу вытерпеть и даже не кричать, если вы не захотите...       Юнка замолчала и сцепила руки за спиной, ожидая реакции даэвов. Энеари откровенно вытаращил глаза, на пару секунд забыв, как дышать. Райтиан же ухмыльнулся, поднимаясь из-за пианино.       - Я никогда не возьму насильно, пока сама не позволишь, - замотал головой элиец, когда совладал с собой и своим удивлением. От резкого движения на глаза упала пара седых прядей.       Райтинеара блеснула улыбкой в ответ.       - Вам можно когда угодно и что угодно... - взгляд метнулся к асмодианину, и она тихо закончила: - обоим... я же теперь принадлежу вам...       - Ну-ну, - протянул Райтиан, прошествовав между танцевавшей до этого «парочкой», и посмотрел на юнку, а затем прошептал: – Ставлю свои кинжалы, что его благородных порывов надолго не хватит.       После чего моментально получил ощутимый удар в плечо от Энеари.       - Ты опять нарываешься?! – почти прорычал элиец. Теперь, когда нужда скрываться отпала, было прекрасно видно его клыки.       - А вообще она мне уже нравится, - так же невозмутимо заключил Райтиан, проигнорировав и удар, и гневный вопрос. – Мне кажется, будет весело.       Энеари лишь отчаянно-возмущённо выдохнул, будучи за шкирку притянутым к любовнику, который потрепал того по волосам, когтистой рукой устроив на макушке настоящий хаос. И все возмущения застряли в горле, стоило северянину лишь флегматично вздохнуть:       - У меня чай остыл.       Райтиан захватил с пианино чашку, впервые широко улыбнулся Райтинеаре и направился на кухню.       Пару минут она созерцала перепалку, а потом по воздуху поплыл серебристо-звонкий смех. Правда, почти сразу же он оборвался, девушка зажала себе рот рукой, испуганно трепыхнув ресницами, но похоже, нынешние хозяева не были против проявления эмоций и радости.       - Хотите я подогрею?.. - запоздало произнесла Райтинеара, делая шаг в сторону кухни.       - Хочу, - остановившись в дверном проёме в пол-оборота, кивнул Райтиан. В его лиловых глазах вовсю плясали насмешливые искорки, - поболтаем заодно. Пока Эни займётся своей рукой, да?       Энеари торопливо пригладил растрёпанные волосы и кивнул, поджав губы. Он смотрел куда угодно, только не на звеневший монетками источник соблазнительного тепла, который стерпит любые издевательства и не станет шипеть и ругаться.        «Ну не делай такое лицо, с ней правда можно будет позабавиться», - коснулся его разума мысленный импульс убийцы.        «Иди чай пей, извращенец чёртов», - досадливо фыркнул целитель, очень живо себе представляя, как Райтиан забавлялся с красавицей-юнкой во время своих отлучек в таверну. Жгучая ревность мигом скрутила всё внутри, и Энеари отгородился ментальным щитом, больше не позволяя асмодианину обратиться к себе. А затем быстрым шагом направился прочь, в свою комнату, где хранил все инструменты для ухода за механической рукой.       Райтинеара осторожно проскользнула мимо Райтиана, чудом не задев его, хотя казалось, что мужчина занимает почти весь дверной проём. Осторожно взяв из его рук чашку, девушка направилась на кухню. Прекрасно запомнив, как и что делал Энеари, она поставила чайник на жаровню, ожидая, пока тот закипит. Мысленного диалога даэвов юнка не слышала, и это было только к лучшему.       - Так, ты значит решила сбежать от мадам? – с порога начал Райтиан и прошёл к окну. Во всех его движениях скользила напускная лень и расслабленность. Но в любой момент убийца мог напасть, скрутить противника или отбить возможную атаку. Невзирая на «полуодомашненный» образ жизни, своих навыков следопыт не растерял. В отличие от Энеари, асмодианин раздвинул шторы, впуская на кухню звёздный свет, и прислонился поясницей к подоконнику, внимательным взглядом изучая хозяйничавшую на кухне девушку.       Райтинеара вздрогнула, оборачиваясь к убийце. Но тут же по привычке опустила голову. Разговаривать с ним так просто, как с Энеари, она не могла.       - Да, господин... я мечтала об этом долгие годы и теперь... но если я мешаю вам, то я, конечно же, уйду, вернусь к мадам... - голос шатенки был тихим, а под конец фразы дрогнул, будто она старалась сдержать слёзы. Свист чайника отвлёк их обоих. Заново наполнив чашку, Райтинеара подала её убийце, по-прежнему не поднимая на него взгляда.       Райтиан склонил голову набок, сквозь прищур наблюдая за юнкой. Красивая, робкая и покорная – он привык видеть её таковой в «Золотой клетке», но никак не в своём доме, куда в силу определённых обстоятельств незнакомцам был вход закрыт. Однако благодаря то ли глупости, то ли излишней честности Энеари эти обстоятельства не было нужды скрывать. И всё равно Райтинеара казалась какой-то очень редкой птицей, по случайности залетевшей сквозь окно.       Пока убийца размышлял, повисла довольно долгая пауза.       - Нет, ты останешься, - наконец очнувшись, произнес он и вдохнул аромат поднесённого к губам напитка, - если я выгоню тебя, Энеари мне не простит…       Асмодианин сделал маленький глоток и скривился.       - Ненавижу беш, - фыркнул он и отстранился от подоконника, отпуская чашку в свободный полёт. Тонкий фарфор разбился на мелкие осколки, через которые Райтиан спокойно перешагнул, будто посчитав разговор оконченным. Но у самого порога он обернулся и медленно проговорил, сменив расслабленную лень в голосе на хорошо ощутимую угрозу:       - Но если ты обидишь его, словом или делом, я отрежу твою красивую головку и отправлю её мадам.       - Простите, господин!.. - девушка торопливо опустилась на колени, собирая осколки. - Я виновата... я запомню!       Расползающаяся по полу жидкость вымочила подол платья, но Райтинеара этого даже не заметила, поглощённая мыслями о том, что оплошала и разгневала хозяина. Однако последующая фраза заставила шатенку застыть и медленно поднять голову, впервые глядя Райтиану в лицо. В освещении кухни глаза юнки были совсем прозрачными, как вода сарфанских водопадов.       - Я никогда не обижу господина Энеари, я не посмею. И не потому, что я боюсь, а потому что он добр ко мне, и я безмерно ему благодарна...       - Отлично, хорошая девочка, - удовлетворённо кивнул Райтиан, и на его лице нарисовался неуловимый намёк на улыбку. Убийца некоторое время наблюдал за возившейся с осколками юнкой, потом обратил внимание на испачканный в красновато-оранжевом чае подол её платья.       - Ванная у нас справа от лестницы на второй этаж, такая небольшая деревянная дверь – это когда решишь привести себя в порядок, - неожиданно смягчив тон, проговорил асмодианин, - из одежды пока предложить нечего, но домашним барахлом можешь смело пользоваться. Если что-то потребуется, не бойся обращаться, я не кусаюсь… в отличие от… - Райтиан помедлил, его внимательный взгляд снова блеснул ехидством, но фразу он так и не закончил.       - Спасибо, господин... - робко улыбнулась в ответ девушка, - я сейчас приберусь здесь и с вашего позволения воспользуюсь ванной...       Умудрившись не пораниться об острые грани, Райтинеара собрала все осколки разбитой чашки, которые отправились в мусор, и поднялась на ноги.       - Я бы хотела узнать, где находится всё для уборки, и какую еду Вы предпочитаете, - помедлив, произнесла юнка.       - Пойдём, я покажу, - Райтиан кивнул в сторону тёмной гостиной и зашагал туда первым. По пути он зажёг ещё одну лампу, чтобы в помещении стало светлее. Был ли это его каприз или забота, чтобы не успевшая освоиться девушка не ушиблась – трудно сказать. По пути убийца примерно описал предпочтения в блюдах, в которых, на удивление, оказалось слишком много рыбы. Учитывая, что мечники обычно предпочитали мясо.       Райтинеара шла за даэвом, внимательно слушая и запоминая всё, что он говорит. Девушка была сосредоточена, стараясь не упустить ни одной детали и прикидывая, что она умеет готовить из того, что могло бы понравиться.       - Днём все шторы должны быть плотно занавешены, чтобы ни единой щели, это важно, - под конец добавил Райтиан, когда они остановились около маленькой дверки пол лестницей. – Здесь было что-то подходящее… вроде.       Мужчина распахнул дверцу, и взглядам обоих предстало несколько швабр, вёдер, тряпок и сиротливо торчащий в углу веник. Всё выглядело таким новым, словно им и не пользовались вовсе, хотя дом не выглядел грязным или запущенным.       - Я поняла, - кивнула юнка и окинула внимательным взглядом открытую каморку. - Скажите, пожалуйста, есть ли комнаты, в которые мне нельзя заходить?       - М… пожалуй, да, - ответил асмодианин и отступил, чтобы не загораживать девушке обзор. Кладовка была маленькой, но удивительно вместительной. Когда казалось, что инвентарь осмотрен весь – на глаза попадалось что-то новое. Райтинеара зашла внутрь, внимательно оглядываясь. К некоторым вещам она прикоснулась, запоминая получше, повертелась и шагнула обратно к убийце.       - Это комната на втором этаже, спальня. Она самая последняя, если идти налево. – пояснил Райтиан, - а ту комнату, где проснулась, можешь считать своей. Помнишь, где она, или показать?       - Я поняла. Спасибо, господин, я помню, где находится та комната... - Райтинеара неосознанным жестом, лишь бы занять руки, собрала свои волосы, перебрасывая их вперёд на одну сторону. Когда девушка обернулась, чтобы закрыть дверь, убийце стали видны тонкие длинные отметины на её спине, словно кожу чем-то рассекли. Райтиан машинально протянул руку и, едва касаясь, тыльной стороной ладони провёл по одной из отметин.       - Откуда это? Тебя там били плетью? – уголки его губ непроизвольно дёрнулись вниз. Конечно, асмодианин никогда не считал себя образцом заботы и нежности, но оставлять такие шрамы на нежной коже, портя красоту, было чем-то выше его понимания. Поддавшись невесёлым раздумьям, убийца сам не заметил, как огладил всю спину девушки, что виднелась сквозь разрез платья.       - Нет, хозяин, не плетью... - Райтинеара помотала головой и покорно замерла, не оборачиваясь и не пытаясь отстраниться. - Последний господин, которому мадам отдала меня на неделю, использовал гардениевые прутья, вымоченные в растворе морской соли. Именно от него я возвращалась в эту ночь... Он щедро заплатил мадам, она знала, что останутся следы.       Гладившая рука замерла, остановившись около одной из отметин.       - Бедная девочка, - в голосе Райтиана послышалась неподдельная жалость. Кончик когтя описал полукруг над алым шрамом, не задев его, - поговорю с Энеари, он уберёт эти шрамы… или… сама скажи ему, он не откажет.       За спиной девушки раздался тихий смешок. Асмодианин опустил руку, более не касаясь Райтинеары.       - А разве это не будет обременительно для господина Энеари?.. - повернув голову, спросила она, - я ведь не элийка, чары слабо на меня действуют...       Прикусив губу и подозревая, что сболтнула что-то не то, Райтинеара замолчала, снова уставившись в пол. Райтиан издал странный звук, нечто среднее между протяжным вздохом и фырканьем.       - Он когда увидит, сам бросится лечить, - зевнул убийца и ободряюще улыбнулся собеседнице, - пусть. Только зельями запастись… или будь готова к чему-нибудь другому, - асмодианин бросил многозначительный взгляд на изящную шею юнки.       - Ну... если у тебя больше нет вопросов, то я бы пошёл поспать, время уже позднее… или ранее, - мужчина хмуро посмотрел на полоску света под дверью.       - Хорошо... - тонкие пальцы снова коснулись отметины на шее, - вопросов больше нет, господин. Простите, что отняла у вас так много времени...       Райтинеара низко поклонилась убийце.       - Пусть ваши сновидения будут светлыми, хозяин, - произнесла она ритуальную фразу, не торопясь выпрямляться.       - Ага, - он рассеянно кивнул, развернулся и зашагал прочь, направляясь на второй этаж в спальню. Подобное обращение тешило самолюбие и рисовало на лице задумчивую улыбку, но он не станет показывать этого новой служанке… пока что.       Райтиан толкнул дверь и, перешагнув порог, тотчас поморщился: в воздухе витал запах машинного масла.       - Опять ты не проветрил, - недовольно проворчал убийца, ступая к занавешенному шторами окну. Снаружи уже вовсю разгорался свет нового дня.       - Мм… угу, - невнятно прозвучало с постели. Энеари, уже подлатавший скрипевшую механическую руку, пребывал во власти дрёмы. Солнечный свет, щедро гревший и дом, и саму штору, практически лишил кровопийцу восприятия мира. – Почти как ты после своего идиотского курева…       Широкий зевок элийца был прерван тонкой полоской света, скользнувшей на одеяло от приоткрытых штор. «Зайчик» бодро пополз по ткани и направился к плечу жреца. Тот вытаращил сонные до этого глаза и мигом встрепенулся, вжавшись спиной в изголовье кровати.       - Ой… - с наигранной досадой вздохнул Райтиан, впустивший в комнату свежий воздух, и задвинул шторы. Свет исчез, и Энеари снова сполз на подушку.       - Иди сюда, мстить буду. – заявил жрец и снова закрыл глаза. Убийца, к тому времени уже начавший расшнуровывать дублет, удивлённо вскинул брови:       - Серьёзно? Я же знаю, какое ты бревно днём.       На пол полетели части кожаного доспеха. Кровать прогнулась под весом тела следопыта.       - Не искушай судьбу, - механические пальцы вплелись в белоснежную шевелюру и с силой потянули…