Люблю. Но от этого еще больнее

       "Ненавижу, ненавижу, ненавижу!" - единственная мысль, которая крутилась у меня в голове весь вечер. Я не мог найти себе места, я не мог подумать ни о чем, особенно хорошем.        От бессилия я сел на пол, сворачиваясь в комочек и закрывая голову руками. Защитная поза, вот только та не защищает от плохих мыслей. Сердце сдавлено в тиски, губы искусаны в кровь, кулаки разбиты, но душевная боль сильнее этой. Больно осознавать себя подстилкой, игрушкой. Больно осознавать себя никому ненужным. Больно осознавать себя ненужным любимому человеку.        Почему он такой? Как можно быть настолько злым, бессердечным монстром, который может без зазрения совести использовать человека, да потом и в наглую заявить, что он еще и не виноват ни в чем? Мне этого не понять. Хуже всего то, что я продолжаю его любить. Понимая, что меня сравняли с землей, унизили, а до этого банально использовали, я не могу этого просто принять.        Тишину комнаты разрезает звонок мобильного телефона. Не шевелюсь, мне просто плевать. Но трель не прекращалась, поэтому я все же потянулся к телефону, чтобы посмотреть, кому я сейчас понадобился. Сердце дрогнуло, в груди неприятно кольнуло. На экране высвечивалось имя "Мой Максим". Стоило бы уже переименовать контакт, но сейчас мне не до этого. Зачем он звонит? Что хочет сказать? Сделать еще больнее? Сбрасываю звонок, а потом и откладываю телефон в сторону, снова кладя голову на колени и закрывая ее руками. Больно. Неприятно. Противно.        Почему некоторые люди могут так поступать? Почему другие из-за этого страдают? Хочется побиться головой о стену, но я понимаю, насколько это глупо. Почему-то вмиг замирает сердце, оставляя только тревогу и боль, страх и ужас. Почему? Почему так? Это вечный для меня вопрос. Но я не хочу страдать. Не хочу этого терпеть.        Телефон снова звонит, дисплей снова высвечивает Его имя. Все же решаюсь поднять трубку. - Алло? - почти безэмоциональным голосом спрашиваю я, стараясь сделать так, чтобы он не задрожал. Пару секунд молчание, а потом совсем чужой голос спрашивает: - Вы Михаил? - я тупо киваю, а потом поняв всю глупость поступка вслух говорю "да". - Ваш номер был последним набранным в телефоне Максима, поэтому мы звоним… - Кто вы? Где Макс? - тут же перебиваю мужчину, начиная раздражаться: вот как можно столько говорить и все без толку? - Я врач. Максим попал в аварию. Его сбили. Насмерть. Мне очень жаль, - я замираю.        Сердце пропускает удар, а после сжимается от сильной боли. Мои руки начинают дрожать, а телефон выпадает из ослабевших пальцев. Кажется, разбивается экран. Или мне просто послышался звук бьющегося стекла. Но мне плевать на это. - Макс… - тихо шепчу я, а глаза наполняются слезами. Ведь виноват я… "Если любишь, то не выгонишь" - боже, да если бы я знал, ни за что бы не выгнал! Я бы простил все, эту измену и твою нелюбовь, простил бы все, но не сделал этого!        Ничего не хочу. Абсолютно. В душе образовывается комок боли, который невозможно развязать. Он мешает мне дышать, жить, мешает просто существовать! Сердце снова дрогнуло. Я потерял его. Потерял безвозвратно, навсегда. Лучше бы он просто ушел, но был бы жив. Как же мне этого хотелось…        Поднимаю с пола телефон и бесцветным голосом произношу еще не успевшему отключиться врачу: - Диктуйте адрес…

***

       Я сижу на свежевскопанной земле, не заботясь о том, что на моих джинсах останутся следы и грязь. Мне плевать на это, я смотрю на любимого человека. На Макса. Все та же легкая улыбка, которую я любил, хитрые, но до безумия красивые глаза, торчащие в разные стороны волосы…только это все смотрится просто ужасно на мраморной могильной плите.        Кажется, сегодня утром его похоронили. А может быть, это было и не сегодня, я не помню. Я сижу тут уже без сна и еды очень долгое время, просто глотая слезы. Я не могу думать больше ни о чем, ни о ком. Мысленно я постоянно прошу у него прощения, снова и снова говорю о своей любви…в пустоту. Мне нет ответа, да я его и не ждал.        Что там, в загробной жизни? Что с ним сейчас? Где он находится и что делает? Слышит ли мои слова, просьбы? Сможет ли послать хоть единый знак того, что он меня слышит, хоть что-нибудь… - Привет, - раздается справа от меня детский голос. Вздрагиваю, медленно поворачиваю голову и смотрю на нарушительницу моего спокойствия. Девчушке, кажется, не больше семи лет. Одета она в летнее синее платьице, густые черные волосы заплетены в две косы, ярко-синие глаза внимательно изучают меня. Что она здесь делает? Потерялась? - Привет, - отстраненно отвечаю я. Она подсаживается ко мне рядом, кажется, тоже не заботясь о состоянии ее наряда, и кладет голову мне на плечо. - Ты потерялась? - смотрю на нее. Та мотает головой. Тогда что она под вечер делает на кладбище? Уже начинает холодать, солнце садится, а небо окрашивается в багровый цвет. Снимаю с себя куртку и накидываю ей на плечи, не давая девочке замерзнуть. Ребенок же посмотрел на меня с крайнем недоумением, словно я сделал что-то не то. А потом посмотрела и на плиту. - Он был твоим близким человеком? - я киваю на ее слова. - Другом? - уже мотаю головой. - Любимым человеком? - я поднимаю на нее взгляд и внимательно смотрю в эти недетские глаза. Нет, ей наверняка не семь лет, ну не может у нее быть такой осмысленный взгляд в таком возрасте. Она словно в душу заглядывает… снова киваю, и тут меня прорывает.        Не веря, что девочка - действительно ребенок (я вообще думал, что мне привиделось) я рассказываю ей абсолютно все: наше знакомство, сомнения, ссору и все мои чувства к Максу. Девочка внимательно слушала, не перебивала и просто пронзала меня взглядом своих голубых глаз. А после, наклонив голову на бок и сощурив глаза, она тихо спросила: - Неужели настолько любишь? - я только и могу, что кивнуть и закрыть глаза, сдерживая порыв уничтожить все и вся. - А ты смог бы пожертвовать своей любовью ради его жизни?        Что за вопрос? Конечно же. Только почему она спрашивает? Снова смотрю на нее, вздрагиваю от слишком пронизывающего взгляда. А если действительно? На самом деле я не совсем понял вопрос, но пожертвовал бы я многим. Поэтому коротко отвечаю: - Да. - То есть, ты бы хотел все исправить и пожертвовать своей любовью, ты бы вернул его? - Что за глупые вопросы?! Да, я бы вернул его! - злюсь. Неужели не ясно, что я отдам за него все? - Отлично, - девочка встает и подходит ближе. - Ты добрый, по глазам видно, - она снимает со своих плеч мою куртку и возвращает ее мне. - Я помогу тебе. Если ты сейчас не соврал…Максим будет жить. - Что? - меня трясет и далеко не от холода. - Что за бред? Он мертв! Он не сможет вернуться! - как бы я этого ни хотел…        Ребенок долго еще смотрел на меня, просто изучая, словно выбирая, помогать мне или нет. Подойдя вплотную и положив свою маленькую ладошку мне на голову, она произнесла: - Не соверши ту же самую ошибку…